Введение
В этой части главы Йехезкель продолжает пророчество о мече. До сих пор мы учили об отточенном и начищенном мече, а теперь пророку велено кричать и стенать о нем - и речь идет вовсе не о мече Навуходоносора, а о внутреннем мече, поднятом внутри самого народа Израиля. Отсюда мы перейдем к знакам скорби, к двум дорогам, на распутье которых стоит царь Вавилона, к совершенным им гаданиям, к падению венца царства и, наконец, к пророчеству о сыновьях Амона.
Меч, обращенный против Моего народа
זְעַק וְהֵילֵל בֶּן־אָדָם, כִּי־הִיא הָיְתָה בְעַמִּי, הִיא בְּכׇל־נְשִׂיאֵי יִשְׂרָאֵל, מְגוּרֵי אֶל־חֶרֶב הָיוּ אֶת־עַמִּי, לָכֵן סְפֹק אֶל־יָרֵךְ׃ - «Кричи и стенай, сын человеческий, ибо он пал на Мой народ, он среди всех князей Израиля; повергнуты под меч они вместе с Моим народом, поэтому ударь себя по бедру».
Святой, благословен Он, повелевает пророку кричать об отточенном мече, идущем вершить резню, и рыдать об отполированном мече. Как мы помним, сглаженная сторона клинка - та сторона, которая кажется обманчиво спокойной и безопасной, - на самом деле служит рукоятью, за которую держат меч. А за что держались они? За внутренние распри. «Ибо он пал на Мой народ» - главная сила этого меча коренилась в Моем народе. Не Навуходоносор стал истинной причиной падения; меч заключался в том, что они убивали друг друга, во внутренней ненависти, в беспричинной вражде и во взаимном кровопролитии.
«Он среди всех князей Израиля» - меч разделял также царя с вельможами и простой народ. «Повергнуты под меч они вместе с Моим народом» - князья и сановники внушали народу смертельный ужас перед мечом. Они проливали столько крови среди народа, что страх перед внутренним мечом превосходил страх перед внешней угрозой. Ведь сказано о царе Менаше, что он наполнил Иерусалим кровью от края до края. Навуходоносор даже не был нужен: внутренний меч был в руках всех предводителей Израиля, царей, сановников и знати, которые губили и убивали мечом без пощады.
«Ударь себя по бедру» - меч висит на вашем бедре
В простом понимании выражение «ударь себя по бедру» - это проявление скорби: человек от боли бьет себя по бедру в знак глубокой печали. Но у Мальбима здесь есть оригинальное толкование. Меч опоясывали на бедро, как сказано: «Препояшь меч твой на бедро, о богатырь». Поэтому Святой, благословен Он, говорит ему: ты хочешь знать, кто истинная причина? Что привело к катастрофе? Ударь себя по бедру - хлопни себя по бедру, и там ты обнаружишь свой собственный меч. Именно он принес все беды, войну и нашествие Навуходоносора. Это собственный меч Израиля, висящий на их бедре, и именно он принес им погибель.
И потому сказано: «Кричи и стенай, сын человеческий». Именно об этом мече следует сокрушаться, рыдать и скорбеть. Ведь намного больнее, когда брат поднимает меч на брата, чем когда это меч врага. От врага ничего другого и не ждут, и от врага умеют защищаться - ведь известно, что он враг. Но когда человеку угрожает и наносит удар его собственный брат, нет ничего горше этого.
«Ибо это испытание» - проверка, выявляющая губителя
כִּי בֹחַן, וּמָה אִם־גַּם־שֵׁבֶט מֹאֶסֶת לֹא יִהְיֶה, נְאֻם אֲדֹנָי יֱהֹוִה׃ - «Ибо это испытание; и что, если даже отвергающего жезла не станет? - слово Господа Б-га».
Почему Я повелеваю тебе ударить по бедру? «Ибо это испытание» - в этом и заключается проверка. Попробуй хлопнуть по бедру и посмотри, что ты там нащупаешь: губительный меч. Ты увидишь, что на их собственном бедре висит орудие погибели. Беда началась не с меча Навуходоносора; губительный меч находится у нас самих.
И более того: «אִם־גַּם־שֵׁבֶט מֹאֶסֶת לֹא יִהְיֶה» (даже если и не будет отвергающего жезла). Что вы выиграете, если не станет бича Навуходоносора? Как мы уже видели, его меч «отвергает всякое дерево» - он не держится на деревянной рукояти, и сила, удерживающая его, исходит от нас самих. Говорит Всевышний: какая вам польза, если Навуходоносор уйдет? Ведь вы находитесь в режиме самоуничтожения, убивая друг друга.
Так и сегодня некоторые говорят, что нет нужды выходить и воевать - нет необходимости посылать армию бомбить. Разве ты сам смог бы истребить сотни тысяч врагов? Оставь это Асаду, он сделает эту работу, а если ему не хватит сил - соберет коалицию. Относительно всех тех, кто притеснял народ Израиля на протяжении истории, мы постепенно видим, как они получают сполна. «בַּת בָּבֶל הַשְּׁדוּדָה, אַשְׁרֵי שֶׁיְשַׁלֶּם לָךְ... אַשְׁרֵי שֶׁיֹּאחֵז וְנִפֵּץ אֶת עֹלָלַיִךְ אֶל הַסָּלַע» («Дочь Вавилона опустошенная, счастлив тот, кто воздаст тебе... счастлив тот, кто схватит и разобьет младенцев твоих о скалу») - нам нет нужды делать это; они делают это сами с собой. Раз в день-два там взрывается заминированный автомобиль и гибнет пятьдесят человек: то на выходе из мечети, то на рынке. Есть цена, которую платят за притеснение народа Израиля, и этот счет взыскивается на протяжении веков.
Одни видят возмездие сразу, другие видят его лишь спустя годы. Когда в Испании разразилась гражданская война, унесшая, по разным оценкам, от полумиллиона до более чем миллиона жизней, это происходило во времена Хафец Хаима. Хафец Хаим сказал: неужели вы думаете, что Всевышний забыл то, что они сделали народу Израиля четыреста лет назад? Всевышний помнит. Просто у Него иное расписание, чем у человека.
И отсюда мы понимаем всю глубину этих слов: внутреннее истребление гораздо страшнее. Внутренняя война намного тяжелее противостояния внешнему врагу. Именно об этом говорит пророк: даже если здесь не будет меча Навуходоносора, «отвергающего» рукоять, меч на их бедре пожирает их, и они губят сами себя. Будь то фактическим кровопролитием или грехами, ведь среди них процветали идолопоклонство, разврат и кровопролитие. И даже без явного кровопролития сами эти грехи несут им гибель и истребление.
«Меч утроится» - треть и две трети
וְאַתָּה בֶן־אָדָם הִנָּבֵא וְהַךְ כַּף אֶל־כָּף, וְתִכָּפֵל חֶרֶב שְׁלִישִׁתָה חֶרֶב חֲלָלִים, הִיא חֶרֶב חָלָל הַגָּדוֹל הַחֹדֶרֶת לָהֶם׃ - «А ты, сын человеческий, пророчествуй и всплесни руками, и пусть удвоится меч, утроится - меч убитых, это меч великого убитого, проникающий к ним».
«וְהַךְ כַּף אֶל־כָּף» («и всплесни руками», буквально: ударь ладонью о ладонь) - знак глубокой скорби. Когда случалась беда, всплескивали руками, выражая безмерную горечь, страдание и боль.
Что означает «חֶרֶב שְׁלִישִׁתָה»? Мальбим объясняет: меч Навуходоносора истребил лишь треть народа, поэтому он назван «мечом трети». Но остальные две части - вдвое больше этой трети - были погублены внутренним мечом, мечом внутри города. И в этом смысл слов «וְתִכָּפֵל» («и удвоится»): к этой трети добавится еще вдвое больше.
И мы уже видели это у Йехезкеля в 5 главе, когда Всевышний повелел ему сбрить волосы с головы и бороды и разделить их на три части: треть погибнет в городе от мора и голода в дни осады, треть падет от меча, а треть развеется по ветру, и меч обнажится вслед за ними. Выходит, что от меча Навуходоносора погибла только треть, а две трети пали сами: от голода, мора и прочих ужасов осады. А затем, когда был убит Гедалья бен Ахикам и они спустились в Египет вопреки повелению Всевышнего, предостерегавшего их через пророка не ходить туда, они «сгинули и погибли от ужасов», как пишет Мальбим, умерев и там.
«חֶרֶב חֲלָלִים» («меч убитых») - сами павшие своим собственным мечом убивали друг друга; это тот внутренний меч, которым они разили своих ближних, и он погубил вдвое больше, чем истребил Навуходоносор. «חֶרֶב חָלָל הַגָּדוֹל» («меч великого убитого») - меч царя, которому суждено пасть жертвой, и который сам поражал многих в народе. «הַחֹדֶרֶת לָהֶם» («проникающий к ним») - он проникает из комнаты в комнату, он находится глубоко внутри вас, во внутренних покоях, и он истребит две трети. Получается, что ваше собственное саморазрушение куда масштабнее разрушения, принесенного Навуходоносором.
И об этом сказано выше: даже если не будет «שֵׁבֶט מֹאֶסֶת» (отвергающего бича), то есть меча Навуходоносора, все равно две трети погубит ваш собственный меч. Значит, главное требование и спрос должны быть обращены к самим себе: укрепляться как в отношениях между человеком и ближним - устраняя всякую внутреннюю рознь и расколы, так и в отношениях между человеком и Всевышним, ведь идолопоклонство и разврат были духовными причинами, теми грехами, которые разрушили город.
Блеск меча - устрашить или истребить
לְמַעַן לָמוּג לֵב וְהַרְבֵּה הַמִּכְשֹׁלִים, עַל כׇּל־שַׁעֲרֵיהֶם נָתַתִּי אִבְחַת־חָרֶב, אָח עֲשׂוּיָה לְבָרָק מְעֻטָּה לְטָבַח׃ - Дабы растаяло сердце и умножились преткновения, у всех ворот их Я навел сверкание меча; ах, он сделан сверкающим, обращен малой частью (или: обнажен) для заклания!
«Дабы растаяло сердце» - то, что Я навел на них ужас меча Невухаднецара, было сделано для того, чтобы устрашить их. Выражение «мог лев» («с растаявшим сердцем») означает труса. И цель - чтобы умножились преткновения «у всех ворот их»: меч Невухаднецара распространился по всем вратам страны, то есть во всех окрестностях Иерусалима.
«Ивхат-херев» - сила меча. Мальбим приводит несколько объяснений этого слова. Одно толкование, которое приводит и Раши: «ивхат» родственно «ивъат», от корня, означающего ужас и панику («беата») - наводящий ужас меч. Другое толкование, приводимое древними комментаторами: «ивхат» подобно слову «тивхат» («заклание»), поскольку буквы алеф и тет взаимозаменяемы в системе «атбах» (алеф заменяется на тет, бет на хет, гимель на заин и так далее), и согласно этому «ивхат херев» означает разящий меч, меч заклания. И тем не менее этот меч производит не главное истребление, ведь, как уже говорилось, две трети погибли внутри города.
«Ах, он сделан сверкающим, обращен малой частью для заклания» - слово «ах» выражает ликование, подобно восклицанию «ура!». Следует радоваться тому, что этот меч «сделан для сверкания» - он сверкает и наводит ужас, но основная часть истребления совершается не им. «Меута ле-тавах» - лишь меньшая часть («миут») заклания произойдет от него, то есть только треть. Его цель - «дабы растаяло сердце», навести на них страх, чтобы, быть может, благодаря этому они вернулись к Всевышнему (сделали тшуву) и исправили свои поступки. Однако мы видим, что это не помогло: ни страх, ни малость потерь от меча не принесли пользы, ибо в конечном счете они погубили себя изнутри, масштабы бойни удвоились, а раскаяния так и не произошло.
Мальбим истолковал «меута ле-тавах» от слова «миут» (меньшинство, малая часть). Однако если обратить внимание, буква тет здесь огласована дагешем, и поэтому Радак приводит от имени своего отца другое объяснение: «меута» - от значения покрова, как в выражении «оте меиль» («облеченный в плащ»). То есть меч, который до сих пор был сокрыт и укутан в ножнах, теперь обнажился, чтобы поражать жителей Иерусалима.
«Соберись воедино, направься вправо» - колебание меча
הִתְאַחֲדִי הֵימִנִי הָשִׂימִי הַשְׂמִילִי, אָנָה פָּנַיִךְ מֻעָדוֹת׃ - Соберись воедино, направься вправо, обратись влево: куда устремлено твое острие?
Теперь пророк описывает, как меч надвигается на Иерусалим. Как мы увидим далее в стихе 26, вавилонский царь в походе остановился на распутье дорог и колебался, куда повернуть: направо - на Иерусалим, или налево - на Раббат-Бней-Аммон. И он словно обращается к мечу: ты реши, в какую сторону мне идти. «Соберись воедино, направься вправо» - объединишь ли ты все полки, чтобы пойти направо к Иерусалиму, «обратись влево» - или направишь свой путь налево к Раббат-Бней-Аммону. «Куда устремлено твое острие (куда направлен твой лик)?» - ведь ты колеблешься и не знаешь, куда повернуть лицо. Слово «муадот» означает готовность и назначение, от корня со значением назначенного срока («моэд»): куда назначено прийти твоему острию.
«И Я тоже всплесну руками Моими»
וְגַם־אֲנִי אַכֶּה כַפִּי אֶל־כַּפִּי וַהֲנִיחֹתִי חֲמָתִי, אֲנִי יְהֹוָה דִּבַּרְתִּי׃ - И Я тоже ударю ладонью о ладонь Мою и успокою ярость Мою; Я, Господь, изрек.
Выше пророку было сказано: «И ударь ладонью о ладонь». Радак поясняет: Святой, благословен Он, говорит ему - Я тоже, как и ты, ударю ладонью о ладонь. Образно говоря, у Меня тоже есть скорбь, и Я всплесну руками из-за разрушения Иерусалима, из-за Невухаднецара, идущего на него.
«И успокою ярость Мою» - тем самым утолится Мой гнев. Ведь когда есть гнев и человек дает ему выход в действии, гнев затихает, как сказано после того, как Ахашверош казнил Вашти: «и гнев царя утих». Так и здесь: после того как Я наведу на жителей Иерусалима, гневящих Меня, меч Невухаднецара, Моя ярость успокоится. «Я, Господь, изрек» - это Я, и в Моей власти исполнить. Когда говорит человек, кто гарантирует, что он сможет? Кто гарантирует, что он захочет? И кто поручится, что даже если он очень захочет, это у него получится? Но когда Всевышний говорит «Я, Господь, изрек», это непременно сбудется.
И Мальбим объясняет: «И Я тоже всплесну руками Моими (ударю ладонью о ладонь)» - Я тоже постановлю, чтобы он пошел на Иерусалим, и всплесну руками в знак окончательного приговора. Всевышний как бы говорит: Я изрек и постановил. Ведь Невухаднецар гадал, как мы сейчас увидим, а гадание подобно жребию, и кажется, будто жребий слеп. Говорит Святой Творец, благословен Он: не ошибайся. Это Я всплеснул руками над Иерусалимом, и Я велел ему пойти на него. Не думай, что все решилось лишь слепым жребием, без Высшего умысла.
Два пути
וַיְהִי דְבַר־יְהֹוָה אֵלַי לֵאמֹר׃ וְאַתָּה בֶן־אָדָם שִׂים־לְךָ שְׁנַיִם דְּרָכִים לָבוֹא חֶרֶב מֶלֶךְ־בָּבֶל, מֵאֶרֶץ אֶחָד יֵצְאוּ שְׁנֵיהֶם, וְיָד בָּרֵא בְּרֹאשׁ דֶּרֶךְ־עִיר בָּרֵא׃ - И было слово Господа ко мне сказано: А ты, сын человеческий, наметь себе две дороги, по которым придет меч царя вавилонского; из одной страны должны выходить обе они, и расчисти место, в начале дороги к городу расчисти его.
После того как Всевышний словно видит сомнение Невухаднецара, куда направиться, Святой Творец, благословен Он, показывает пророку, как Невухаднецар бросит жребий, и по воле Всевышнего жребий падет на Иерусалим. Он говорит ему: представь это наглядно. «Наметь себе две дороги» - нарисуй две расходящиеся дороги, по которым может пойти Невухаднецар, правую и левую, и обе они выходят «из одной страны», из Вавилона, а затем разделяются.
«И расчисти место, в начале дороги к городу расчисти его» - в конце каждого пути нарисуй свободное место. Намек заключается в том, что Невухаднецар, приходя куда-либо, расчищал себе пространство: ему нужно было разместить свои войска, поэтому он разрушал город и отдавал его территорию под свои военные лагеря. Таково значение выражения «ливрё» (לברא) - от корня со значением «вырубать», «искоренять» и «расчищать». Нарисуй же эти два места опустошенными от жителей и служащими для войск Невухаднецара.
דֶּרֶךְ תָּשִׂים לָבוֹא חֶרֶב אֵת רַבַּת בְּנֵי־עַמּוֹן, וְאֶת־יְהוּדָה בִירוּשָׁלַ͏ִם בְּצוּרָה׃ - Наметь дорогу, по которой придет меч на Раббат сынов Аммона и на Иудею, в укрепленный Иерусалим.
Одну дорогу наметь так, чтобы меч пришел к Раббат сынов Аммона, а вторую нарисуй ведущей к Иудее, что в Иерусалиме. Что означает «бе-цура» (בְּצוּרָה)? Можно было бы подумать, что речь идет об укрепленном Иерусалиме («мевуцерет»), однако Мальбим объясняет иначе: буква «бет» здесь является служебным предлогом, а не частью корня. Если бы она входила в корень, это слово происходило бы от понятия «мивцар» (крепость), от корня б-ц-р (ב-צ-ר). Но здесь «бет» лишь предлог, как в словах «на столе», «в двери», «в окне»: «бе-цура» - «в форме, в виде очертания». Иными словами: в конце одной дороги нарисуй город Раббат сынов Аммона, а в конце второй нарисуй очертания города Иерусалима - и изобрази их так, будто они разрушены и расчищены, как было сказано ранее: «и расчисти место, в начале дороги к городу расчисти его», то есть освободи место для лагеря его воинов и полчищ.
Гадания вавилонского царя
כִּי־עָמַד מֶלֶךְ־בָּבֶל אֶל־אֵם הַדֶּרֶךְ בְּרֹאשׁ שְׁנֵי הַדְּרָכִים לִקְסׇם־קָסֶם, קִלְקַל בַּחִצִּים שָׁאַל בַּתְּרָפִים רָאָה בַּכָּבֵד׃ - Ибо встал царь вавилонский на развилке дорог, в начале обоих путей, чтобы совершить гадание: тряс стрелы, вопрошал терафим, рассматривал печень.
Для чего нужны эти изображения? Они намекают на то, как царь Вавилона стоял на перепутье, колеблясь, куда повернуть: направо - к Иерусалиму или налево - к Аммону. И тогда он прибег к гаданию. Мы уже не раз объясняли, что в древности у них было принято в случае сомнений бросать жребий и ворожить - подобно тому, как выпускали стрелу, и в какую сторону она полетит, туда и шли, и стрела указала на Иерусалим. Так же совершали различные опыты, желая узнать, увенчаются ли их действия успехом.
Здесь ворожба состояла из трех действий. Первое: «тряс стрелы» («килькель ба-хицим») - метал стрелы, чтобы увидеть, в какую сторону падет стрела. Второе: «вопрошал терафим». Терафим представляли собой подобие черепа, на который натягивали кожу и высушивали ее (обычно череп первенца), совершая это в строго определенный час месяца или года. Тот, кто умел совершать все подобающим образом, узнавал через них будущее: ему в рот помещали нечистоту, и терафим начинали говорить, открывая сокрытое. Именно по этой причине Рахель похитила терафим у Лавана: она знала, что пока у Лавана есть терафим, у него есть своего рода навигатор, GPS, и он найдет нас. Разумеется, терафим говорили и ложь, ведь это силы нечистоты и речи их смешаны с обманом, но существовала опасность, что он сможет настичь беглецов, и потому она забрала их. Третье действие: «рассматривал печень» - особый вид гадания, принятый у них, по выражению Мальбима.
Более подробно эти вещи описаны у Радака. «Килькель ба-хицим» - наконечник стрелы затачивали и полировали до блеска, вглядывались в этот блеск и видели в нем образы и фигуры, по которым находили ответы на свои вопросы. Подобно тому как сегодня некоторые гадают на кофейной гуще: смотрят на узоры и пытаются предсказать будущее. В те времена гадали и по пальцу: смотрели на ноготь и силой воображения различали очертания, по которым судили о грядущем; всматривались в тростниковый стебель, светлый и дающий отражение; гадали по зеркалу, через которое стремились увидеть далекие места и тайные вещи. Точно так же и по печени: поскольку печень жертвенного животного блестит, они всматривались в нее. И так же вопрошали терафим - идолов, через которых узнавали будущее. Всеми этими способами Невухаднецар проверял, идти ли ему походом на Иерусалим или же на землю сынов Аммона.
И еще одно объяснение слова «килькаль»: Мальбим говорит, что оно происходит от значения бросания - он легко бросал стрелы и пускал их, чтобы посмотреть, в какую сторону упадет стрела, и так узнать, куда идти. А другое объяснение - от выражения «нехошет калаль» (полированная медь), как мы уже объясняли: по блеску стрелы смотрели, как в зеркало, подобно всем тем сияющим предметам, в которые вглядывались и пытались разглядеть будущее.
Семь указаний в гадании
בִּימִינוֹ הָיָה הַקֶּסֶם יְרוּשָׁלַ͏ִם, לָשׂוּם כָּרִים לִפְתֹּחַ פֶּה בְּרֶצַח לְהָרִים קוֹל בִּתְרוּעָה, לָשׂוּם כָּרִים עַל־שְׁעָרִים, לִשְׁפֹּךְ סֹלְלָה לִבְנוֹת דָּיֵק׃ - В правой руке его оказалось гадание: на Иерусалим, поставить стенобитные тараны, открыть уста для крика к убийству, возвысить голос с боевым кличем, поставить тараны против ворот, насыпать осадный вал, построить осадную стену.
«В правой руке его оказалось гадание: Иерусалим» - каждый раз, когда он гадал, жребий выпадал на правую сторону, идти на Иерусалим. И Мальбим поясняет, что в гадании было семь указаний.
Первое - Иерусалим: идти на Иерусалим, а не на Раббат Бней-Аммон. Второе - «поставить тараны» (ласум карим), железные тараны («бараны»), которыми пробивали стену. Радак объясняет, что «карим» - это молодые бараны, как сказано: «с жиром баранов и овнов» (им хелев карим ве-эйлим), и подобно тому, как орудие называют «железным овном» (тараном), слово «карим» используется как метафора для этих стенобитных орудий. Мы уже объясняли, что таран представлял собой длинное бревно: воины держали его, разбегались и били им в стену, вдавливая камни внутрь, пока стена не рушилась. А более совершенные конструкции подвешивали на цепях к опорной раме, так что бревно раскачивалось вперед и назад, подобно качелям, и сокрушало стену.
Кстати, есть и другие толкования слова «карим», как мы уже видели выше: Раши приводит от имени Таргума Йонатана слово «ипарварин», то есть военные лагеря, поселения - в каждом месте, куда они приходили, они устраивали лагеря для войск, пункты сбора армии. А другое объяснение у Радака: «карим» - это военачальники, командиры отрядов и начальники, возглавляющие войска.
Третье - «открыть уста для крика к убийству» (лифтоах пе бе-рецах): полученное по жребию указание гласило не начинать с мирных предложений, а сразу выступить с угрозой истребления и начать кровопролитие. Четвертое - «возвысить голос с боевым кличем» (леарим коль би-труа): трубный клич и возглас всегда служили знаком победы, победоносное войско издавало победный клич. Пятое - «поставить тараны против ворот» (ласум карим аль шеарим): затем подвести стенобитные орудия к воротам, чтобы сокрушить их.
Шестое - «насыпать вал» (лишпох солела): земляную насыпь, делающую возвышение, чтобы видеть происходящее внутри города. Ведь пока ты ниже стены, внутрь не заглянуть. Снаряд еще можно запустить по баллистической траектории, чтобы он поднялся, упал и взорвался, но у стрелы вся убойная сила зависит от прямого выстрела, поэтому необходимо подняться на возвышенность и оттуда поражать стрелами тех, кто внутри. Иногда насыпь служила и для штурма: поскольку стена высока, делали насыпь в виде пологого подъема от земли до верха стены, поднимались по ней и врывались в город. Однако это было крайне опасно, ведь у защитников города было преимущество высоты - они лили кипящее масло, метали камни из баллист, поэтому возвести насыпь было очень непросто. Седьмое - «построить осадную стену» (ливнот даек): стену, которую возводят вокруг городских стен, чтобы те, кто попытается бежать из осады, натыкались на стену врага и попадали в плен.
И Мальбим замечает: согласно тому, что объяснялось выше в четвертой главе, обычный порядок таков: сначала осадная стена («даек»), затем вал («солела»), а потом тараны («карим»). Таков путь взятия города: сначала возводят вокруг небольшую стену, чтобы осажденные не сбежали, затем насыпают вал, с которого обстреливают город, и лишь затем подводят тараны, чтобы подойти вплотную к стене и пробить ее. Здесь же порядок выглядит обратным: сначала поставить тараны, затем насыпать вал, а под конец построить осадную стену. Почему? Вал насыпают заранее потому, что без него невозможно приблизиться к стене и проломить ее: сверху летят камни из баллист, льется кипяток и горящее масло, отгоняя осаждающих. Поэтому сначала строят возвышение, с которого обстреливают защитников и оттесняют их от зубцов, и лишь затем подходят к стене. Но все это нужно тогда, когда против тебя народ, готовый сражаться. Здесь же гадание говорит ему: знай, что ты идешь против народа, который вовсе не станет воевать с тобой, и потому у тебя нет преград - сразу ставь тараны, подводи стенобитные орудия и круши стену. Тебе не нужно сначала ослаблять их валом и стрелами, не нужно заранее окружать их осадной стеной - они настолько слабы, что все это тебе не понадобится.
«Словно пустое гадание в глазах их» - связанные клятвами
וְהָיָה לָהֶם כִּקְסׇם־שָׁוְא בְּעֵינֵיהֶם, שְׁבֻעֵי שְׁבֻעוֹת לָהֶם, וְהוּא־מַזְכִּיר עָוֺן לְהִתָּפֵשׂ׃ - И показалось это им пустым гаданием в глазах их, хотя они связаны взаимными клятвами, но он напоминает о грехе, чтобы они были захвачены.
Здесь, объясняет Мальбим, пророк переходит к жителям Иерусалима. Когда они услышали обо всех гаданиях Навуходоносора, это показалось им пустым, вздорным колдовством, в котором нет никакой силы. Они вовсе не обратили на это внимания: пусть себе гадает, пусть бросает жребии - ничего у него не выйдет.
«Седмицы седмиц для них» («Швуэй швуот лаhем») - гадание касалось семи вещей, как перечисляет Мальбим: Иерусалима, расстановки таранов, призыва к резне, боевого клика, направления таранов на ворота, возведения насыпи, строительства осадной стены. По каждому из этих семи пунктов он бросал жребий семь раз. И говорит Мальбим, что во всех делах ворожбы и тому подобного у них было принято делать все семикратно. И мы знаем, что корень этого идет из святости, ведь и у нас во многих случаях сказано: «Пусть скажет семь раз» - например, стих «Сердце чистое сотвори во мне, Б-же» и другие. Число семь глубоко укоренено в иудаизме, и мы уже объясняли, что оно связано с семью нижними сфирот, посредством которых управляется мир. У них тоже были знания из этого источника, и они знали: чтобы придать действию силу, его нужно повторить семь раз. Но Невухаднецар не ограничился семью: он сделал семь раз по семь, сорок девять - подобно счету омера, чтобы обеспечить себе успех при взятии Иерусалима.
«И он напоминает грех, [из-за которого они будут] схвачены» - это число семь напомнило об их грехе, из-за которого они попадутся. О каком же грехе? Почему пал Иерусалим и почему народ был изгнан из своей земли? «Тогда земля восполнит субботы свои». Мудрецы (Хазаль) говорят: не был изгнан Иерусалим, пока в нем не стали осквернять шаббаты и давить виноград в давильнях; а также: Иерусалим был разрушен только из-за того, что в нем пренебрегли годом шмиты. Выходит, что семь раз по семь стало напоминанием о вине: он повторил гадание семь раз, а вы свои семерки не храните. И именно из-за этого народ был обречен на семьдесят лет изгнания - снова число семь: «Тогда земля восполнит субботы свои». Гадание, совершенное семь раз, напомнило о грехе, из-за которого они пойманы: они не соблюдали свои седмицы - ни субботы, ни шмиту.
Еще одно объяснение приводит Мальбим на основе того, что мы увидим в следующей главе: «И вот, Я всплеснул руками о корысти твоей... и о крови твоей». Всплескивание руками, знаменующее окончательное решение приговора, вызвано двумя вещами: «корыстью твоей» - грехом грабежа (от выражения «искать корысти», алчные люди), и «кровью твоей» - пролитием крови. И то, и другое происходило в Иерусалиме. Таким образом, слова, которые мы читали выше: «И Я тоже ударю рука об руку и утолю ярость Мою», означающие окончательный приговор через гадание о судьбе Иерусалима, пришли за грех грабежа и кровопролития.
И если сосчитать, то среди мерзостей Иерусалима, перечисленных в следующей главе, обнаружится ровно семь вещей, относящихся к грабежу и кровопролитию. Мальбим перечисляет их: 1. «Князья Израиля... ради пролития крови» (стих 6). 2. Притеснение пришельца (стих 7). 3. Обида сироты и вдовы (в том же стихе), что также относится к грабежу. 4. «Клеветники были в тебе, чтобы проливать кровь» (стих 9). 5. «Взятки брали у тебя, чтобы проливать кровь» (стих 12). 6. Проценты и рост (в том же стихе) - грех грабежа. 7. «И обирала ты ближних твоих притеснением» (там же). Вот семь грехов. И Мальбим добавляет: взгляни также на проклятия в книге Ваикра («Торат коhаним»), которые также расположены семерками против этого: «седмикратно за грехи ваши» - против семи грехов грабежа и кровопролития. И там объясняется, как эти ряды составляют семь раз по семь против семи грехов. Исходя из этого, он дополнительно толкует слова «седмицы седмиц для них»: семерка, совершенная Невухаднецаром в ворожбе, соответствует семи грехам притеснения и кровопролития, семь против семи, и «он напоминает грех, [из-за которого они будут] схвачены» - его семерка напоминает о ваших грехах грабежа и кровопролития, за которые вы и будете схвачены. Таким образом, согласно первому толкованию гадание напоминает о грехе нарушения шмиты и шаббата, а согласно второму - о грехах кровопролития и грабежа.
Радак, с другой стороны, объясняет «швуэй швуот» не от слова «семь», а от слова «клятва» (швуа). Халдеи дали народу Израиля множество клятв о том, что не пойдут на них войной, и потому евреи были спокойны. Но они не знали, что «он напоминает грех, [из-за которого они будут] схвачены»: именно это напоминает о грехе, из-за которого они попадутся. Ведь вы сами преступили клятву! Когда Невухаднецар взял с царя Цидкияhу клятву не раскрывать историю с зайцем (что тот разорвал живого зайца и съел его), Цидкияhу не сдержал клятвы. Также сказано: «И против царя Невухаднецара восстал, заклявшего его Б-гом» - царь взял с него клятву не бунтовать, а тот восстал. И если вы не соблюли собственной клятвы, как же вы ожидаете, что халдеи сдержат свою? И даже если халдеи поклялись им Мною, говорит Всевышний, народ сам не хранит клятв, как написано: «Посему скорбит земля... проклятия, и ложь, и убийство, и прелюбодеяние», и ложные клятвы.
«За то, что вы напомнили о грехе вашем»
לָכֵן כֹּה־אָמַר אֲדֹנָי יֱהֹוִה, יַעַן הַזְכַּרְכֶם עֲוֺנְכֶם בְּהִגָּלוֹת פִּשְׁעֵיכֶם לְהֵרָאוֹת חַטֹּאותֵיכֶם בְּכֹל עֲלִילוֹתֵיכֶם, יַעַן הִזָּכֶרְכֶם בַּכַּף תִּתָּפֵשׂוּ׃ - Поэтому так сказал Господь Б-г: за то, что вы напомнили о грехе вашем, когда открылись преступления ваши, чтобы явить грехи ваши во всех деяниях ваших, за то, что вы вспомнены, рукой врага будете схвачены.
Всевышний говорит: вы не похожи на того, кто «признает и оставляет». Слово «авон» (грех, вина) связано с неверием - когда человек отрицает реальность Творца, и это вещи сокровенные, скрытые в сердце; вы же не только не скрываете их, но напоминаете о них и открыто выставляете свои грехи. «Когда открылись преступления ваши» («пшаэйхем») - «пеша» означает сознательный бунт против Всевышнего, и вы бунтуете публично. «Чтобы явить грехи ваши» («хатотэйхем») - грехи («хатаим») обычно совершаются из-за вожделения, это поступки, проистекающие из душевных качеств, и они видны «во всех деяниях ваших» («алилотэйхем»). «Алила» - это действие, выходящее наружу, в отличие от внутреннего влечения ко греху. Иными словами: ваши душевные качества (мидот), служащие корнем всех поступков, испорчены и полны греха.
Обратите внимание: вначале сказано «hазкархем» (вы напомнили), а затем «hизахархем» (вы вспомнены). Подобно тому как вы сами открыто выставляете свои грехи, так и о вас вспоминается к худу в ворожбе Невухаднецара - как мы видели выше, где гадание напоминает о наших грехах, о шмите и шаббате, которые народ не соблюдал. И здесь вновь подчеркивается: именно через гадание Невухаднецара вы будете схвачены, поскольку оно напоминает обо всех преступлениях, грехах и винах, совершенных вами.
Пророчество о Цидкияhу
וְאַתָּה חָלָל רָשָׁע נְשִׂיא יִשְׂרָאֵל, אֲשֶׁר־בָּא יוֹמוֹ בְּעֵת עֲוֺן קֵץ׃ - А ты, обреченный пасть нечестивец, вождь Израиля, чей день настал во время греха конца!
Теперь Йехезкель пророчествует о Цидкияhу. Он называет его словом «халаль» (павший, сраженный), поскольку в конце концов тот падет жертвой, как сказано: «меч великого павшего». «Чей день настал во время греха конца» - при том последнем грехе, которым переполнилась чаша; это время стало концом его царствования, и в него настал день понести наказание.
Снять мицнефет и вознести корону
כֹּה אָמַר אֲדֹנָי יֱהֹוִה, הָסִיר הַמִּצְנֶפֶת וְהָרִים הָעֲטָרָה, זֹאת לֹא־זֹאת, הַשָּׁפָלָה הַגְבֵּהַּ וְהַגָּבֹהַּ הַשְׁפִּיל׃ - Так сказал Господь Бог: сними мицнефет и сними корону; это уже не то; низкое возвысь, а высокое унизь.
Стих этот неясен и труден для понимания, поэтому обратимся сначала к Таргуму. Раши говорит: «как переведено в Таргуме», а Таргум Йонатан объясняет: сними мицнефет с первосвященника Сераи, и корона будет отнята у царя Цидкиягу - «дийн ве-дийн бе-атрайе ла йиткайям, мигли йиглюн» (ни тот, ни другой не останутся на своем месте, ибо уйдут в изгнание). А что означает «низкое возвысь, а высокое унизь»? «Гедалья бар Ахикам, де-ла ава диле, йисбиней» - Гедалья бен Ахикам, которому царство не принадлежало по праву, получит власть; «ве-Цидкия де-диле хи, тиэда мине» - а у Цидкиягу, чьей по праву была царская власть, она будет отнята. В этом смысл: «низкое» - Гедалья, «возвысь» - Всевышний возвысит его до правления; «а высокое» - Цидкиягу, его Всевышний унизит, и с него будет снята корона.
Радак объясняет иначе: «низкое» - это Йегояхин, который уже был изгнан и находился в унижении в изгнании, - его Я возвышу. Каким образом? Его потомок Зерубавель стал предводителем, когда вернулись из вавилонского пленения; да и сам он еще в изгнании был возвышен Эвиль Меродахом, посадившим его престол выше престолов всех остальных царей. «А высокое унизь» - это Цидкиягу, который возгордился и восстал против вавилонского царя, хотя тот взял с него клятву именем Бога не бунтовать. Его Я унижу так, что от его потомства больше не будет царя: ведь сыновей Цидкиягу вавилонский царь заколол прямо на его глазах, а царская линия в итоге продолжилась от Йегояхина.
Мальбим же объясняет так: когда цари Израиля были праведными, они превозносили Храм, он был дорог и важен в их глазах, как и честь первосвященника. Они вверяли первосвященство достойному, честному и праведному человеку, и почет первосвященника был подобен царскому почету - подобно тому, как о первосвященнике сказано, что братья должны возвышать, возвеличивать и обогащать его. Но когда цари становились нечестивыми, они, напротив, унижали достоинство Храма, священства и служения Всевышнему. На самом же деле это было глубочайшим заблуждением, ведь величие царской власти зависит от величия священства: если ты должным образом возвеличиваешь и почитаешь священство, возрастает и честь твоего царства; но если ты унижаешь священство, то падет и слава твоего царства. Ты унижаешь удел Всевышнего - Его Дом и место коэнов, служащих Ему, - и тем самым неизбежно падет и твое царство. Об этом сказано: «А бесславящие Меня будут посрамлены»: тот, кто пренебрегает Всевышним, навлекает позор на самого себя, и Святой, благословен Он, унизит корону, которую носил царь.
Царь носит корону, а первосвященник надевает мицнефет - венец священства. И когда мицнефет обладала подобающим величием на голове первосвященника, тогда и корона сохраняла свое величие на голове царя. Исходя из этого, Мальбим толкует стих как риторический вопрос: и ты, нечестивый грешник, вождь Израиля, чей день настал, неужели ты думаешь: «הָסִיר הַמִּצְנֶפֶת וְהָרִים הָעֲטָרָה» - снять мицнефет с первосвященника, унизить священство и тем самым вознести царскую корону за счет чести Всевышнего, Его Дома и коэнов? Говорит Всевышний: «זֹאת לֹא־זֹאת» - ты хочешь, чтобы устояло это (царство), но не устояло то (священство, которое ты унижаешь)? Чтобы сохранилась царская корона, а мицнефет священства исчезла? Но ведь честь царства проистекает из чести священства! «הַשָּׁפָלָה הַגְבֵּהַּ וְהַגָּבֹהַּ הַשְׁפִּיל» - неужели ты думаешь возвысить корону, которая ниже по своей ступени по сравнению со священством, и унизить мицнефет, которая воистину выше, ибо представляет честь Самого Всевышнего?
Мальбим добавляет, что его толкование лучше согласуется с грамматикой святого языка, чем объяснения других комментаторов. Ведь согласно Таргуму Йонатана, слова «ве-арим ха-атара» означают упразднить и снять корону с Цидкиягу, однако мы нигде не находим глагола «леарим» в значении снятия и удаления. В выражении «ва-ярем эт ха-махтот» (поднял совки) это слово означает буквальное поднятие, и точно так же слово «трума» - когда возносят, отделяя святое от будничного, - происходит от корня возвышения. Поэтому гораздо логичнее его толкование: ты стремишься снять мицнефет с первосвященника и возвысить свою собственную корону.
«Ава, ава, ава»
עַוָּה עַוָּה עַוָּה אֲשִׂימֶנָּה, גַּם־זֹאת לֹא הָיָה עַד־בֹּא אֲשֶׁר־לוֹ הַמִּשְׁפָּט וּנְתַתִּיו׃ - Руиной, руиной, руиной сделаю ее; и этого не будет, пока не придет тот, кому принадлежит суд, и Я отдам ему.
Это слово знакомо нам по исповеди (видуй) в Грозные дни: «авину» - от корня, означающего искажение и искривление. Святой, благословен Он, говорит: трижды Я предам корону смещению и падению. Когда же? Мальбим объясняет: трижды Невухаднецар сбивал корону и срывал ее с головы царя - с Йегоякима, с Йегояхина и с Цидкиягу. Пока, наконец, «даже этого не станет» - короны больше не будет вовсе, и царская власть прервется окончательно, «пока не придет тот, кому принадлежит суд» - пока в конце дней не придет тот, кому по праву принадлежит закон царства, а именно царь Машиах. Ему подобает эта корона, и он удостоится ее: «и Я отдам ему» - Я отдам ему корону, чтобы он носил ее по закону и праву, ибо он действительно достоин ее.
Раши приводит другое объяснение слова «ава» - от выражения «груды камней в поле» (ией ха-саде), в значении полного разрушения: все превратится в руины. О ком же сказано, что корона отнималась трижды? Она была отнята у Йеханьи и отдана Цидкиягу, от Цидкиягу передана Гедалье, но и там «даже этого не станет» - и у Гедальи власть не устоит, ибо придет Ишмаэль бен Нетанья и убьет его. А слова «тот, кому принадлежит суд», по объяснению Раши, относятся не к царю Машиаху, а к Ишмаэлю бен Нетанье, которого Всевышний назначил орудием возмездия: он свершит отмщение и исполнит суд - Я поставил его, чтобы взыскать Мою месть и Мой суд. Согласно простому смыслу, можно также сказать, что «тот, кому принадлежит суд» означает, что Святой, благословен Он, взыщет впоследствии и с самого Ишмаэля бен Нетаньи, как будет видно дальше. Радак же объясняет, что трое отстраненных - это Асир, Шеалтиэль и Педая, и только при Зерубавеле наступит «тот, кому принадлежит» венец. Таким образом, перед нами три разных толкования того, кто был отстранен и кому в итоге будет дана корона.
Пророчество о сынах Амона
וְאַתָּה בֶן־אָדָם הִנָּבֵא וְאָמַרְתָּ כֹּה אָמַר אֲדֹנָי יֱהֹוִה אֶל־בְּנֵי עַמּוֹן וְאֶל־חֶרְפָּתָם, וְאָמַרְתָּ חֶרֶב חֶרֶב פְּתוּחָה לְטֶבַח מְרוּטָה לְהָכִיל לְמַעַן בָּרָק׃ - «Ты же, сын человеческий, пророчествуй и скажи: так говорит Господь Бог о сынах Аммона и об их поругании; и скажи: меч, меч обнажен, для бойни отполирован, чтобы удерживать его, ради сверкания!»
Когда аммонитяне увидели, что Невухаднецар бросил жребий, и жребий выпал в сторону Иерусалима, они возликовали, обрадовались и стали поносить Израиль, как написано: «Слышал Я поношение Моава и ругательства сынов Аммона». Они радовались нашему падению и ничуть не меньше ликовали оттого, что меч Невухаднецара миновал их. Кроме того, написано, что Баалис, царь аммонитян, послал Ишмаэля, сына Нетании, убить Гедалью, сына Ахикама, чтобы здесь вообще не осталось никакого остатка, то есть они стали соучастниками в угасании последней тлевшей в Иерусалиме искры. И именно за это впоследствии пришел Невухаднецар, отомстил им и разорил земли сыновей Аммона.
Поэтому: «Меч, меч обнажен» - не думайте, будто меч Невухаднецара не дойдет до вас только потому, что жребий повернул его вправо, к Иерусалиму, и он оставил левый путь. Знайте: меч уже вынут из ножен, меч обнажен и уже не вернется обратно. «Для бойни отполирован» - согласно вышеприведенному объяснению Мальбима, слово «мрута» означает, что клинок сгладили в том месте, где за него держатся, чтобы он не резал руку. Вы говорите себе: вот он сглажен, не режет, лезвие снято. Пророк же отвечает вам: верно, но это лишь временно; сейчас он не обрушится на вас, однако сглаживание меча - это подготовка к бойне. Когда он покорит Иерусалим, этот меч обратится против вас.
«Отполирован, чтобы удерживать (ле-ахиль), ради сверкания» - вот две причины, по которым он обработал меч. Первая причина - «ле-ахиль», чтобы у меча появилась рукоять, место захвата. Ведь если меч остр по всей длине, за него невозможно взяться: едва схватишься, сразу порежешься. Это подобно ножу для шхиты без рукоятки: как только захочешь взять его в руку, он режет ладонь. Поэтому он убрал лезвие с одной стороны, чтобы сделать рукоять, за которую можно держаться, как сказано выше: «И отдал его вычистить, чтобы взять в ладонь». Вторая причина - «ради сверкания»: благодаря полировке и чистке меч блестит, а как мы уже видели, сверкающий клинок наводит ужас на врагов. Они видят меч издалека и блеск солнца на нем, и это повергает их в трепет и страх.
Что же Писание хочет сказать нам этим? Что именно оттого, что сейчас он отходит от сыновей Аммона, у него будут силы крепко держать меч после победы над Иерусалимом. Ведь пойди он с самого начала одновременно против Аммона и против Израиля, у него не хватило бы сил воевать на два фронта сразу. Поэтому сначала он выступил против народа Израиля, а затем у него появились силы и мощь, чтобы освободиться для Аммона и расправиться с ними по отдельности. Выходит, что сглаживание клинка, снятие остроты с рукояти - вовсе не повод для радости, будто меч вас минует; это лишь подготовка к тому, что вас ожидает. И в этом была еще одна выгода: благодаря этому страх перед ним пал на всех соседей Земли Израиля, и он покорил их с большей легкостью. Завоевав нас, ему стало намного проще покорить остальных, ведь они увидели содеянное здесь, и их объял ужас перед ним. Поэтому пророк и говорит им: поймите, то, что меч отполирован, должно пугать вас еще сильнее, а не успокаивать.
Слово «ле-ахиль», по мнению Мальбима, происходит от корня со значением удержания и вмещения, как в выражении «устал удерживать» («нилъэти хахиль») или «вместит его» («йехилену») - то есть нести что-то и держать в руке. Однако Радак от имени своего отца приводит другое толкование: «ле-ахиль» имеет значение «кормить» («ле-хаахиль», подобно переходу «азин» вместо «аазин»), поскольку меч образно пожирает плоть. И когда завоеватель держит меч и разит им, он тем самым кормит этот меч.
בַּחֲזוֹת לָךְ שָׁוְא בִּקְסׇם־לָךְ כָּזָב, לָתֵת אוֹתָךְ אֶל־צַוְּארֵי חַלְלֵי רְשָׁעִים, אֲשֶׁר־בָּא יוֹמָם בְּעֵת עֲוֺן קֵץ׃ - «Когда видят для тебя ложное видение, когда гадают для тебя ложь, чтобы возложить тебя на шеи нечестивцев, обреченных на смерть, чей день настал во время последнего греха».
Мальбим поясняет: то, что ты занес свой меч, чтобы убить Гедалью (как мы видели, Баалис послал Ишмаэля, сына Нетании, убить Гедалью, сына Ахикама), произошло потому, что прорицатели предрекли тебе пустое и нагадали ложь. Они внушили тебе, будто твой меч истребит уцелевший остаток, которые уже словно убитые злодеи и заслуживают смерти, чей день уже настал и мера грехов которых переполнилась, и ты сможешь подчинить их себе вовсе без войны.
הָשַׁב אֶל־תַּעְרָהּ, בִּמְקוֹם אֲשֶׁר־נִבְרֵאת בְּאֶרֶץ מְכֻרוֹתַיִךְ אֶשְׁפֹּט אֹתָךְ׃ - «Верни в ножны! На месте, где ты сотворен, в земле происхождения твоего Я буду судить тебя».
Всевышний говорит ему: это ложное видение, верни меч в ножны, как переводит Таргум: «Верни меч в его футляр». Знай: Ишмаэль и его люди, убив Гедалью, сына Ахикама, вернутся в Рабат-Бней-Аммон, и там Я буду судить тебя и за это убийство. Почему? Потому что именно из-за этого Невухаднецар придет в твою страну, на место, где ты был сотворен, где чувствуешь себя в безопасности, - «в земле происхождения твоего». Там он перебьет аммонитян, там же был выкован этот меч, и там Всевышний будет судить Ишмаэля и его сообщников, прямо в земле их обитания.
וְשָׁפַכְתִּי עָלַיִךְ זַעְמִי, בְּאֵשׁ עֶבְרָתִי אָפִיחַ עָלָיִךְ, וּנְתַתִּיךְ בְּיַד אֲנָשִׁים בֹּעֲרִים חָרָשֵׁי מַשְׁחִית׃ - «И излию на тебя негодование Мое, огнем ярости Моей дохну на тебя и отдам тебя в руки людей свирепых, мастеров разрушения».
Там Я излию на тебя гнев кары за грехи и дохну на тебя огнем Моей ярости, чтобы истребить всех до одного. «И отдам тебя в руки людей свирепых (боарим)» - меч словно будет предан в руки людей, подобных огню: стоит подуть на них, и они тут же вспыхивают. «Мастеров разрушения (харашей машхит)» - искусных умельцев и знатоков истребления и гибели.
לָאֵשׁ תִּהְיֶה לְאׇכְלָה, דָּמֵךְ יִהְיֶה בְּתוֹךְ הָאָרֶץ, לֹא תִזָּכֵרִי כִּי אֲנִי יְהֹוָה דִּבַּרְתִּי׃ - Пищей огню будешь ты, кровь твоя будет посреди земли, не вспомнят о тебе, ибо Я, Господь, изрек.
Огонь пожрет вас - так сказано сыновьям Аммона. "Кровь твоя будет посреди земли" - за кровь, которую ты пролил, отомстят тебе прямо там, в твоей же земле, и прольют твою кровь. И завоеватель не изгонит вас в плен так, чтобы от вас осталась память, но перебьет вас: "и не вспомнят о тебе" - не останется от вас больше никакого следа, и гибель ваша будет окончательной.
Подведем итог:
Пророку велено кричать и рыдать, и прежде всего - из-за внутреннего меча, того, что висит на нашем бедре: беспричинной ненависти, меча брата против брата и меча царя и вельмож против народа. Меч Невухаднецара пожрал лишь треть, тогда как две трети пали от внутреннего меча; поэтому, даже если бы не пришел вавилонский меч, саморазрушение довершило бы свое дело. Отсюда следует, что главное требование обращено внутрь: исправить отношения между людьми и положить конец раздорам, и исправить отношения с Творцом, ведь именно грехи разрушили город. Царь Вавилона стоит на распутье дорог и гадает, и кажется, будто всем правит слепой жребий - однако Святой, благословен Он, провозглашает: "Я, Господь, изрек"; и то самое гадание, совершенное семь раз по семь, напоминает о наших грехах против суббот и шмиты, о грабеже и кровопролитии. Венец царства снимается и ниспровергается трижды, до прихода того, кому принадлежит суд по праву. И наконец, сыновья Аммона, злорадствовавшие нашей беде, увидят, что отточенный меч не миновал их, а лишь был отсрочен, и что всякий, кто притесняет Израиль, в конце концов расплачивается по счетам - даже если сроки Святого, благословен Он, не совпадают с нашими.