TheWholeTorah.aiBeta

Глава 4 - Осада на кирпиче - Часть 1

Читать оригинал

Введение: пророчество в действиях

Четвертая глава книги Йехезкеля открывает череду повелений, в которых Всевышний велит пророку совершать наглядные действия, служащие притчей и посланием. Этот путь часто повторяется в пророчествах: пророк совершает физическое действие, и само это действие выражает Б-жественную мысль. Так мы видели у Цидкии, который сделал себе железные рога и сказал: «Так сказал Г-сподь: этими рогами забодаешь Арам» - и хотя он был лжепророком, именно этим он стремился уподобиться истинным пророкам, обычаем которых было совершать зримое действие, служащее выражением слова Всевышнего.

Кирпич - Иерусалим, не имеющий самостоятельного существования

וְאַתָּה בֶן־אָדָם קַח־לְךָ לְבֵנָה וְנָתַתָּה אוֹתָהּ לְפָנֶיךָ וְחַקּוֹתָ עָלֶיהָ עִיר אֶת־יְרוּשָׁלָ͏ִם׃ - «А ты, сын человеческий, возьми себе кирпич и положи его перед собою, и начерти на нем город - Иерусалим».

Почему именно кирпич, а не дощечка, на которой гораздо легче вырезать и рисовать? Радак объясняет: города строили из кирпичей или камней, и кирпич служит притчей для сложенного из камня Иерусалима. Кирпич делают из глины, высушенной на солнце или обожженной в печи, как сказано: «наделаем кирпичей», и сам по себе он удобен для вырезания - ведь это не настоящий камень, поэтому на нем легко начертать образ Иерусалима.

Мальбим раскрывает здесь глубокий смысл этого послания: Иерусалим вовсе не имеет самостоятельного существования. Вся его реальность и само бытие происходят исключительно от Б-жественного провидения и воли благословенного Творца. Сам по себе он подобен кирпичу - бесформенный кусок глины, в котором ничего нет. И если ты видишь на нем гравировку, форму и город, знай: именно Б-жественное провидение создало и поддерживает эту реальность под названием Иерусалим.

И в этом смысл слов «и положи его перед собою»: положи кирпич перед собой подобно тому, как Иерусалим предстоит перед Святым, благословен Он. Всевышний взирает на Иерусалим, и в силу этого постоянного внимания и провидения город существует. Поэтому и ты, после того как начертаешь его, положи кирпич перед собой.

Орудия осады

וְנָתַתָּה עָלֶיהָ מָצוֹר וּבָנִיתָ עָלֶיהָ דָּיֵק וְשָׁפַכְתָּ עָלֶיהָ סֹלְלָה וְנָתַתָּה עָלֶיהָ מַחֲנוֹת וְשִׂים־עָלֶיהָ כָּרִים סָבִיב׃ - «И устрой против него осаду, и построй против него осадную башню, и насыпь против него вал, и расположи против него станы, и расставь вокруг него тараны».

Все эти действия совершаются на том самом изображении на кирпиче. «И устрой против него осаду» - Мальбим поясняет, что из-за грехов Иерусалима Святой, благословен Он, наводит на него врагов, которые возьмут его в осаду, чтобы разрушить. И здесь мысль та же: Тот, Кто построил Иерусалим, Он же и подвергает его осаде. Всевышний повелевает пророку сделать это, все исходит от Его силы. Все это призвано выразить, что Иерусалим не имеет самостоятельного бытия, и все его существование зависит исключительно от Б-жественного провидения.

«И построй против него осадную башню (даек)» - Раши объясняет, что это было орудие, с помощью которого метали камни в город, нечто вроде камнемета. Радак же объясняет, что это была деревянная башня, которую строят напротив города для его захвата.

«И насыпь против него вал (солела)» - город окружен стеной, и прорваться через нее можно только одним из двух способов: насыпав осадный вал или используя стенобитный таран. Вал - это насыпь земли, которую утрамбовывали палками и выравнивали (от корня «дорога мощеная, укатанная»), а выражение «насыпь» («излей») употреблено потому, что землю привозили издалека и высыпали там. Назначение вала: образуется пологий подъем, подобие рампы, по которой можно подняться к стене. Если бы воины взбирались по лестницам поодиночке, это было бы крайне тяжело, ведь защитники льют на них кипящее масло и бросают камни из баллист; по насыпи же может одновременно устремиться масса воинов и овладеть стеной.

«וְנָתַתָּה עָלֶיהָ מַחֲנוֹת» («И расположи против нее станы») - лагеря осаждающих вокруг города, чтобы пробить стену. «וְשִׂים־עָלֶיהָ כָּרִים סָבִיב» («И расставь вокруг нее тараны [карим]») - Раши приводит одно толкование: «апархийот» (укрепления), и в соответствии с Таргумом Йонатана: поселения, лагеря. Завоеватель устраивал с четырех сторон города подобие военных городков - место стоянки для своих воинов, осаждающих город. И приводит Раши еще одно толкование: «карим» - это военачальники, поставленные во главе войска, каждый из которых отвечает за одну из сторон света, чтобы жители города не бежали и осада не была прорвана.

Радак приводит другое толкование, связывая это слово с «баранами» (как в «לָבְשׁוּ כָרִים הַצֹּאן» - «оделись луга овцами [карим]», «עִם חֵלֶב כָּרִים» - «с туком баранов [карим]»), имея в виду стенобитные тараны («железные бараны»), которыми пробивали стены города. И как они были устроены? Сооружали две наклоненные друг к другу балки, образующие треугольник, закрепленный в земле, а напротив него - еще один такой треугольник на расстоянии нескольких метров. С каждого из них спускалась цепь, а посередине подвешивали огромное горизонтальное бревно, причем каждая цепь удерживала его ближе к концу, наподобие тяжелых качелей. Это орудие подвозили к стене, и воины с силой раскачивали бревно; удары выбивали нижние камни, верхние обрушивались, и так падала стена. Оно называлось «железным бараном», потому что центральное бревно чаще всего снабжалось тяжелым железным наконечником или представляло собой массивный железный брус.

Железная сковорода - разделяющая стена

וְאַתָּה קַח־לְךָ מַחֲבַת בַּרְזֶל וְנָתַתָּה אוֹתָהּ קִיר בַּרְזֶל בֵּינְךָ וּבֵין הָעִיר וַהֲכִינֹתָה אֶת־פָּנֶיךָ אֵלֶיהָ וְהָיְתָה בַמָּצוֹר וְצַרְתָּ עָלֶיהָ אוֹת הִיא לְבֵית יִשְׂרָאֵל׃ - «А ты возьми себе железную сковороду и поставь ее железной стеной между собой и между городом, и обрати к нему лицо твое; и будет он в осаде, и ты осаждай его. Это знамение дому Израиля».

Почему именно сковорода? Радак объясняет: у плоской сковороды нет глубоких краев (бейт кибуль), она плоская, в отличие от котла и другой железной утвари, и потому больше всего похожа на стену. Пророк все еще стоит возле того кирпича, на котором начертан образ Иерусалима, и теперь ставит сковороду как железную стену в знак того, что Иерусалим будет взят в осаду.

По словам Радака, в этом заключено два намека. Первый: железо чрезвычайно крепко, и так же сердце Израиля твердо, как железо, - Всевышний говорит с ними, посылает пророков, увещевает их, а сердце их непреклонно, как медь, они не готовы измениться и принять обличение. Второй: железо черное, что намекает на черноту их грехов, в согласии со сказанным: «Лица их почернели, как закопченное дно котла». Возможно, это связано и с самой сковородой, дно которой чернеет от огня. Мы уже находим, что чернота служит выражением грехов, подобно уподоблению грехов черным смоквам или стиху из Песни Песней: «Не смотрите на меня, что я смугла», где темнота намекает на грехи, а слова «ибо опалило меня солнце» подчеркивают отсутствие глубокой греховности. И именно грехи становятся преградой между нами и Всевышним.

«וַהֲכִינֹתָה אֶת־פָּנֶיךָ אֵלֶיהָ» («И обрати к нему лицо твое») - обращение лица бывает двояким. Есть «יִשָּׂא ה' פָּנָיו אֵלֶיךָ» («Да обратит Господь лицо Свое к тебе») - это обращение лица в милосердии; а есть «וְנָתַתִּי פָנַי בָּאִישׁ הַהוּא» («И обращу Я лицо Мое против того человека») - это обращение лица во гневе и суде. Поэтому: если совершат тшуву - это будет лик милосердия, а если не вернутся - лик строгого суда.

«וְהָיְתָה בַמָּצוֹר וְצַרְתָּ עָלֶיהָ» («И будет он в осаде, и ты осаждай его») - но ведь уже сказано: «и будет он в осаде», зачем же повторять: «и ты осаждай его»? Радак отвечает: держи осаду до тех пор, пока не падут стены. Не думай, что это будет временная осада: она продлится до тех пор, пока город не будет взломан. В этом и заключается знак: враги осадят Иерусалим и уже не уйдут, а останутся до тех пор, пока не пробьют его стены.

Осада вместо осады - объяснение Мальбима

Мальбим объясняет иначе. После того как описаны враги, осаждающие город с помощью осадной стены, насыпи, таранов, лагерей и окружающих военачальников, Всевышний повелевает пророку взять железную сковороду и поставить ее железной стеной между пророком и городом. Обратите внимание: не стеной между народом и Всевышним, а именно между пророком и городом. И это гораздо точнее соответствует простому смыслу текста (пшату), ведь на деле пророк ставит сковороду между собой и кирпичом. Стена символизирует преграду между пророком - посланником Всевышнего - и городом. В этом заложен намек: пророк приходит не от себя, а как посланец, и если между вами и пророком возникает преграда, то это преграда между вами и Самим Всевышним, ведь у Его посланника словно нет доступа к вам. Грехи народа разделили, подобно железной стене, Израиль и их Отца Небесного.

И при всем этом - «וַהֲכִינֹתָה אֶת־פָּנֶיךָ אֵלֶיהָ» («И обрати к нему лицо твое»). Несмотря на железную стену, Всевышний обращает Свое лицо к городу. В чем это выражается? В том, что Он продолжает посылать пророков. Он не отчаялся в них, надежда все еще жива. Железная стена означает разрыв, но Всевышний говорит: это не так, все еще слышен «голос Возлюбленного, стучащегося в дверь», даже сквозь толщу железа. «Обрати к нему лицо твое» - через пророков, день за днем, неустанно посылая предостережения.

Получается, что они находятся в двух осадах. С одной стороны - осада внутренняя, душевная: изо дня в день приходят пророки и бьют в набат: «Вернитесь к Всевышнему, исправьте свои пути, иначе придет беда, город падет и Храм будет разрушен!» А с другой стороны - физическая осада наступающих врагов. Об этом и сказано: из-за железной стены город окажется в осаде врагов, ибо от них отступило Божественное провидение; а благодаря тому, что Всевышний обращает Свое лицо к городу, - «ты осаждай его». Осада вместо осады. Тяжело и неприятно слышать слова пророка, но эта осада во благо, ведь иначе придет другая осада - вражеская, а с ней изгнание, разрушение и все бедствия.

Это похоже на историю о женщине, которая пришла к Стайплеру и рассказала, что очень тяжело переносит беременности. У нее уже было несколько детей, и она просила разрешения больше не рожать. Он сказал ей: «Знай, что каждому человеку свыше отмерена мера его страданий, сколько страданий ему суждено перенести. Если она примет их через роды - значит, через роды, а если нет - свою меру страданий она получит иным путем, от этого не убежать». И добавил Стайплер рассказ о беременной женщине, которая очень мучилась во время беременности, и кто-то посоветовал ей: «Сменишь место - сменишь судьбу, переезжай в другой город». Сказал Стайплер: «Но ведь это смешно: разве, переехав в другой город, она не возьмет свой живот с собой? Разве там у нее не будет тягот беременности? Так и с бедами: человек несет их с собой, и то, что суждено, придется принять. Но только Всевышний устраивает это во благо: ты удостаиваешься, приводишь в мир ребенка, и в конце концов у тебя будет от него радость. А если нет - избави Б-г, беготня по больницам, проблемы с детьми и прочие невзгоды. Разве не лучше принять страдания добрым путем?»

К слову, однажды задали вопрос о женщине, которая хотела сделать кесарево сечение, хотя могла родить естественным путем, из-за травмы от предыдущих затяжных родов крупного плода. В принципе, предпочтительно, чтобы роды происходили в то время, которое определил Всевышний, и потому зачастую лучше избегать стимуляции, если того не требует медицина, дабы не менять точное время, назначенное для прихода младенца в мир, ведь каждый человек создается в строго определенный для него час. Однако несомненно, что человеку не следует устрожать за счет жены там, где есть большие страдания. И ответ был: просто передай ей слова Стайплера о том, что каждому человеку предопределена мера страданий. Нечто подобное говорит здесь и пророк: есть осада душевная, а есть осада физическая, и осада пророка предпочтительнее осады врагов.

И этим Мальбим разрешает трудность, на которую обратил внимание Радак в кажущемся удвоении: «и будет она в осаде, и осаждай ее». Радак объяснил, что осада будет постоянной, а не временной. А по Мальбиму: «и будет она в осаде» - со стороны врагов, а «и осаждай ее» - ты, пророк, своими обличениями и суровыми речами, и тогда твоя осада придет взамен той, вражеской. Перед ними два варианта, и они могут выбрать, какую осаду предпочтут.

Лежание на боку - 390 и 40

וְאַתָּה שְׁכַב עַל־צִדְּךָ הַשְּׂמָאלִי וְשַׂמְתָּ אֶת־עֲוֺן בֵּית־יִשְׂרָאֵל עָלָיו מִסְפַּר הַיָּמִים אֲשֶׁר תִּשְׁכַּב עָלָיו תִּשָּׂא אֶת־עֲוֺנָם׃ - «А ты ложись на левый бок твой и возложи грех дома Израиля на него: по числу дней, которые пролежишь на нем, будешь нести грех их».
וַאֲנִי נָתַתִּי לְךָ אֶת־שְׁנֵי עֲוֺנָם לְמִסְפַּר יָמִים שְׁלֹשׁ־מֵאוֹת וְתִשְׁעִים יוֹם וְנָשָׂאתָ עֲוֺן בֵּית־יִשְׂרָאֵל׃ - «И Я определил тебе годы греха их числом дней: триста девяносто дней; и будешь нести грех дома Израиля».
וְכִלִּיתָ אֶת־אֵלֶּה וְשָׁכַבְתָּ עַל־צִדְּךָ הַיְמָנִי שֵׁנִית וְנָשָׂאתָ אֶת־עֲוֺן בֵּית־יְהוּדָה אַרְבָּעִים יוֹם יוֹם לַשָּׁנָה יוֹם לַשָּׁנָה נְתַתִּיו לָךְ׃ - «И когда окончишь эти, ляжешь на правый бок твой вторично и будешь нести грех дома Иуды сорок дней; день за год, день за год назначил Я тебе».

Сначала ему велено лежать на левом боку триста девяносто дней, а затем на правом боку сорок дней. Нам необходимо понять, что символизирует левая сторона и почему именно 390 дней, и что символизирует правая сторона и почему лишь 40.

Раши объясняет, что лежание на левом боку предназначено для того, чтобы претерпеть страдания по числу лет, в течение которых они досаждали Всевышнему и гневили Его. Далее будет объяснено, что народ Израиля гневил Всевышнего 390 лет, и Святой, благословен Он, говорит пророку: ты примешь страдания, лежа на левом боку 390 дней, день за год, день за год.

Радак объясняет, что это знамение для них: большую часть времени человек лежит именно на левом боку, и так ты ляжешь за Израиль. Ведь колена разделились на две части: Иуда (то есть Йеhуда и Биньямин) и Израиль (то есть десять колен). В царстве Израиля все цари были нечестивыми, не было ни одного праведного царя, тогда как в царстве Иуды были периоды нечестивых царей и периоды праведных. Израиль был изгнан безвозвратно, ведь там стояли тельцы, сделанные Йеровамом, сыном Невата, а после него правили Ахав и подобные ему, и потому они ушли в изгнание первыми.

И 390 - это годы грехов в целом, главным образом относящиеся к Израилю, к десяти коленам. А затем 40 дней - в соответствии с 40 годами грехов Иуды, поскольку после изгнания Израиля оставалось еще сорок лет грехов Йеhуды и Биньямина. То есть 390 лет говорят в общем обо всем народе Израиля, включая также и Иуду, но главным образом относятся к царству Израиля; а последние сорок лет, когда Израиль уже был изгнан, пали исключительно на Иуду.

И почему именно левая и правая стороны? Раши объясняет: поскольку Шомрон находится слева от земли Иудеи, как сказано: «И старшая сестра твоя - Шомрон... живущая слева от тебя», то в отношении Израиля, олицетворяемого Шомроном, ему было велено лежать на левом боку.

«תִּשָּׂא אֶת־עֲוֺנָם» («понесешь их вину») - лежание на одном боку причиняет страдания, и тот, кто не может поворачиваться во сне, очень мучается. Если посмотреть ускоренную запись спящего человека, снятую через промежутки времени, видно, как он словно боксирует во сне: все движения резкие, он постоянно ворочается. Человек не способен все время спать на одном боку, это крайне тяжело. А здесь Святой, благословен Он, требует от пророка лежать на одном боку, и в этом заложен элемент мучений и страданий. Таков и посыл: во всех тех годах, когда вы не служили Всевышнему, присутствует мера страдания - страдания для них самих и скорбь для Святого, благословен Он, и это выражается в страдании пророка, лежащего триста девяносто дней на левом боку.

Происходило ли это наяву или в пророческом видении?

Радак придерживается мнения, что пророк лежал не на самом деле, а в пророческом видении. Мы уже подробно разбирали различные подходы к пониманию Писания: описывают ли стихи реальные события или то, что пророк узрел в видении. Рамбам во многих местах, порой весьма радикально - так, что почти все комментаторы спорят с ним, - утверждает, что события происходили не наяву, а лишь в видении. Например, вся история явления Всевышнего Аврааму-авину, приход гостей, приготовление теленка и явившиеся ангелы, по его мнению, происходили исключительно в видении. Однако в других случаях этой позиции придерживаются и остальные комментаторы. Мы уже подробно останавливались на этом в книге Ошеа, в повелении взять в жены Гомер бат Дивлаим, известную блудницу, родить от нее детей и дать им имена - в наказание за то, что на слова Всевышнего «дети Твои согрешили» Ошеа ответил: «Замени их другим народом». Там мнения разделились: одни считают, что ему действительно было велено жениться на ней наяву, а другие - что все это было в пророческом видении: и женитьба, и рождение детей, и повеление отпустить ее, и его возражение: «Как же я прогоню ее, ведь у меня от нее дети?». И здесь Радак говорит, что все происходило в пророческом видении.

Правая и левая сторона в Б-жественном управлении - Мальбим

Мальбим объясняет стих «ложись на свой левый бок и возложи на него вину дома Израиля»: главная причина греха кроется в десяти коленах, которые соответствуют левой стороне. И дело здесь не в объяснении Раши, что Шомрон расположен слева от Иудеи, а в более глубоком смысле. Мы находим, что Святой, благословен Он, действует иногда десницей, а иногда левой рукой: «Клялся Господь Своей десницей», «Простер Ты десницу Твою». В чем же разница? Действие левой стороны указывает на естественный порядок управления, управление по всей строгости суда (дин), ведь левая сторона - это суды. Управление же правой стороной - это управление милосердия (хесед), сверхъестественное руководство: «Десница Господня творит силу, десница Господня высока».

По отношению к десяти коленам Святой, благословен Он, действовал через управление левой стороны, то есть через суд и законы природы: Он не являл им множества знамений и чудес и не посылал к ним постоянно пророков для увещевания, ведь основные обличения пророков были обращены к жителям Иудеи. Из-за этого они и пали в идолопоклонство. Таким образом, здесь заключено оправдание для них (лимуд зхут): лежание на левом боку выражает то, что управление ими шло по линии суда и природы, а не было сверхъестественным; к ним не посылали постоянно пророков с обличениями и знамениями, а значит, в их падении есть смягчающее обстоятельство. Правда, мы находим случаи, когда пророки все же посылались к ним - например, история с расколовшимся жертвенником, когда Иеровам бен Неват приказал: «Схватите его!», а также деятельность пророка Элиягу среди десяти колен, когда он пришел обличить Ахава в царстве Шомрон со словами «Убил ли ты, да еще и наследуешь?». Но все это лишь ничтожно малая часть по сравнению с остальными пророками, чье служение проходило в Иудее и в Иерусалиме, где Б-жественное управление было куда более возвышенным и явным.

«Годы их вины» - годы, обратившиеся в дни

«וַאֲנִי נָתַתִּי לְךָ אֶת־שְׁנֵי עֲוֺנָם לְמִסְפַּר יָמִים» («А Я назначил тебе годы их вины числом дней») - если бы пророку пришлось нести именно годы их греха, ему пришлось бы лежать триста девяносто лет. Однако Святой, благословен Он, облегчил его бремя и заменил число лет числом дней: «Я облегчил тебе страдание, заменив им ту скорбь, которую Я терпел все те годы, пока они грешили предо Мной». Таким образом, «шней авонам» означает именно «годы их вины».

Таргум Йонатан понимает слово «шней» от слова «два»: «и Я дал тебе вдвое за их грехи», то есть двойную меру. Радак недоумевает по поводу такого толкования, ведь трудно подвести расчет под удвоение: если им полагалось сто восемьдесят пять, как получается триста девяносто? Поэтому мы остаемся при том объяснении, что эти триста девяносто дней соответствуют тремстам девяноста годам, на протяжении которых они гневили Всевышнего.

Подсчет трехсот девяноста лет

Стоит внимательно проследить за этим расчетом, поскольку он понадобится нам и в дальнейшем. Так ведут подсчет Радак, Раши и Абарбанель. Радак говорит: бóльшую часть этих лет мы находим в Писании в явном виде. Годы порабощения между периодами правления судей, когда народ творил зло в очах Господа и попадал под власть иноплеменников - от Иеhошуа до Шимшона, - составляют 111 лет. А во времена царей Израиля, которые творили зло в очах Господа и платили дань чужеземным царям, от Иеровама до Ошеа бен Элы, - 241 год. Вместе это дает 352 года, в течение которых они находились под гнетом врагов.

Не хватает еще 38 лет. Добавьте сюда двадцать лет Шимшона, когда филистимляне господствовали над ними, как сказано: «הֲלֹא יָדַעְתָּ כִּי מֹשְׁלִים בָּנוּ פְּלִשְׁתִּים» («Разве ты не знаешь, что филистимляне господствуют над нами?»). И хотя Шимшон спас их, это избавление не было полным, как мы уже объясняли при разборе книги Судей: Святой, благословен Он, послал спасение через одного человека, чтобы избавление не стало заслугой всей общины Израиля, а выглядело так, будто с ними воюет одиночка. Тогда филистимляне не могли воевать против всего Израиля: «Чего вы от нас хотите? Тут есть один человек, его и ловите». Получается, что полного избавления для всего народа не произошло, а лишь чужеземцы временно ослабили свое ярмо, так как сердце народа не было предано Господу всем существом.

Остаются еще 18 лет - это дни между временами Шамгара бен Аната, о которых сказано: «בִּימֵי שַׁמְגַּר בֶּן־עֲנָת בִּימֵי יָעֵל חָדְלוּ אֳרָחוֹת» - «в дни Шамгара, сына Аната, в дни Яэли опустели дороги», когда перестали ходить по дорогам из страха перед врагами, а значит, враги господствовали над ними; а также дни между Шимшоном и Эли, о которых сказано: «בַּיָּמִים הָהֵם אֵין מֶלֶךְ בְּיִשְׂרָאֵל אִישׁ הַיָּשָׁר בְּעֵינָיו יַעֲשֶׂה» - «в те дни не было царя в Израиле; каждый делал то, что казалось ему справедливым», и тогда возник истукан Михи. Таким образом, эти 18 лет включены в указанные периоды. Вот вам, говорит Радак, расчет 390 лет, в течение которых они противились воле Всевышнего.

Почему именно день за год?

Спрашивает Мальбим: почему Всевышний засчитал им годы греха за дни? И он объясняет, что есть определенное сходство между днем и годом: и в том, и в другом совершается полный оборот солнца. Времена года определяются по солнцу, и 365 дней составляют солнечный год, за который солнце возвращается в ту же точку, где оно находилось в начале года, - то есть за год солнце завершает полный цикл. Подобно этому существует и суточный цикл: солнце восходит и заходит (не будем сейчас вдаваться в вопрос, вращается ли Земля вокруг Солнца или наоборот; в любом случае с точки зрения нашего восприятия мы видим суточный цикл). Получается, что оба явления представляют собой цикличность солнца, только одно - большой круг, а другое - малый, и потому уместно сказать: «день за год, день за год».

И в этом смысл сказанного: «И Я положил тебе годы греха их числом дней»: поскольку у них есть оправдывающее обстоятельство, ведь все это время они находились во власти законов природы и небесных светил, круга солнца. Согласно объяснению Мальбима, здесь содержалось оправдание их вины: у них не было пророков и наставников, и Всевышний не вел их сверхъестественным путем. Поэтому Он засчитывает им годы за дни и считает 390 лет как 390 дней.

Подведем итог:

Глава открывается чередой наглядных знамений, которые было повелено исполнить Йехезкелю. Кирпич, на котором начертан Иерусалим, учит, что у города нет самостоятельного существования, и все его бытие держится лишь провидением Творца: Он - Тот, Кто построил его, и Он же наводит на него осаду. Орудия осады - осадная башня, насыпь, станы и стенобитные тараны - рисуют его грядущее разрушение. Железная сковорода служит разделяющей стеной: по Радаку, это намек на сердце, твердое как железо, и на черноту грехов, а по Мальбиму - преграда между пророком, посланником Всевышнего, и городом. И все же сказано: «и обрати лицо твое к нему», ведь Всевышний все еще обращает Свой взор к городу и посылает пророков, ставя народ перед выбором между осадой обличения и осадой врагов - как писал Стайплер, мера страданий уже предопределена, вопрос лишь в том, каким путем она будет принята. И наконец, лежание на левом боку 390 дней соответственно годам греха Израиля и на правом боку 40 дней соответственно греху Иудеи, сопряженное со страданиями и муками, выражает скорбь Самого Святого, благословен Он; при этом левая сторона указывает на управление мерой Суда и законами природы, которым Он вел десять колен, - в чем кроется и смягчающее обстоятельство для них, и потому Он заменил для них годы днями.