Введение
В предыдущей части главы царь Давид просил о своих нуждах: о нуждах материальных, душевных и духовных. Отсюда и далее он обращается к более высокой стезе - к пути богобоязненных людей, трепещущих пред Господом. Ведь пока человек просит о полном удовлетворении своих материальных потребностей и о том, чтобы ему ни в чем не терпеть недостатка, он все еще привязан к материальному. Но путь богобоязненных совершенно иной: они пренебрегают делами этого мира, и все их устремление - лишь к духовности, лишь к близости ко Всевышнему. Вокруг этого и строятся все заключительные стихи главы.
Кто этот человек, боящийся Господа - избранный путь
מִי־זֶה הָאִישׁ יְרֵא יְהֹוָה יוֹרֶנּוּ בְּדֶרֶךְ יִבְחָר׃ - Кто этот человек, боящийся Господа? Укажет Ему путь, который Он изберет.
Кто же истинно боящийся Господа? Это человек, которому Всевышний указывает иной путь - путь, избираемый Самим Всевышним. Таков истинно богобоязненный человек. И в чем же состоит этот избранный путь? Об этом говорит следующий стих.
נַפְשׁוֹ בְּטוֹב תָּלִין וְזַרְעוֹ יִירַשׁ אָרֶץ׃ - Душа его в добре пребудет, и потомство его унаследует землю.
Главное его стремление - чтобы душа его пребывала во благе в будущем мире. Он не ищет услаждения плоти через исполнение всех материальных прихотей и потребностей, но все его чаяние - чтобы Всевышний удостоил его душу награды будущего мира. И это - «путь, который Он изберет», путь наилучший и избранный. А чего же он все-таки просит от этого мира? Лишь продолжения рода, преемственности поколений: «и потомство его унаследует землю» - чтобы дети его преуспели благодаря его заслугам. Сам же он довольствуется малым, ведь главное для него - чтобы душа его пребывала во благе, а не земные дела.
Раши объясняет слова «душа его в добре пребудет»: когда он упокоится в могиле, душа его пребудет во благе. Отсюда, к слову, берет начало обычай йеменских евреев: когда человек ложится спать, ему не говорят «доброй ночи» (поскольку это выражение пришло от других народов, как и «доброе утро»), но говорят ему «талин бэ-тов» («пребудь во благе») на основе стиха «душа его в добре пребудет» - то есть пусть сон твой будет благим. Существует также правило, что тот, кого благословляют, должен приумножить благословение в ответ, как это принято у йеменских евреев во многих благословениях. Поэтому тот, кому пожелали благо, отвечает: «Такиц би-йшуа у-в-рахамим» («пробудись со спасением и милосердием»). Благословение возвращается сторицей: ты пожелал мне добра, а я тебе - и спасения, и милосердия.
Тайна Господа - боящимся Его
סוֹד יְהֹוָה לִירֵאָיו וּבְרִיתוֹ לְהוֹדִיעָם׃ - Тайна Господа - боящимся Его, и завет Свой Он открывает им.
В ответ на сказанное «душа его в добре пребудет» - о том, что все его стремление и желание обращены к вечной жизни в мире истины, - псалом открывает нам: эта тайна вечности души и ее утонченного блаженства в грядущем мире относится к «тайне Господа для боящихся Его». Только богобоязненные, истинные служители Всевышнего знают тайну души и ее удел в будущем мире и постигают, что «лучше один час отрады в будущем мире, чем вся жизнь в этом мире». Тот, кто истинно боится Господа, удостаивается этих постижений и осознает подлинную ценность будущего мира по сравнению с миром нынешним.
А в ответ на сказанное «и потомство его унаследует землю» - о том, что сыновья его унаследуют землю, тогда как для себя он не просит ничего, - стих добавляет: «и завет Свой Он открывает им». Всевышний возвестил боящимся Его Свой завет, подобно тому как Он заключил завет со святыми праотцами о том, что их потомки унаследуют землю, и с Давидом - о том, что царская власть никогда не отнимется от его потомков. Святой, благословен Он, возвещает последующим поколениям: Я храню для вас завет вашего отца. Праведность отца, довольствовавшегося малым, приводит вас к наследованию земли; праведность царя Давида приводит к тому, что его потомки остаются царями вовеки.
Альших: тринадцать качеств милосердия - тайна, переданная богобоязненным
Святой Альших говорит: посмотрите, сколь велико желание Всевышнего творить добро боящимся Его, ведь Он открывает им Свою тайну! И где мы это видим? У Моше-рабейну, который просил: «Открой мне, молю, пути Твои, дабы обрел я благоволение в очах Твоих». А что значит «дабы обрел я благоволение в очах Твоих»? Чтобы мы знали, как обрести милость перед Тобой даже тогда, когда поступаем не по Твоей воле. И из принципа «Тайна Господня - боящимся Его» Всевышний открыл ему тринадцать качеств милосердия: когда сыновья Израиля согрешат, пусть поступают передо Мной по этому порядку. И Альших обращает внимание на слова «и завет Свой открывает им», как сказано: «Вот, Я заключаю завет», и мудрецы сказали, что заключен завет о тринадцати качествах, что они не возвращаются тщетными. Выходит, тринадцать качеств - это тайна, которую Господь открыл боящимся Его, и вместе с тем открыл им, что об этом заключен завет, благодаря которому эта молитва никогда не остается безответной.
Однако об этом уже говорилось: суть в том, чтобы человек сосредоточивался на смысле произносимого, когда читает тринадцать качеств милосердия. Люди произносят: «Милосердный и милующий, долготерпеливый и многомилостивый и истинный, хранящий милость для тысяч родов, прощающий вину, и преступление, и грех, и очищающий», а спросишь человека, что он только что сказал, - он и сам не знает. И это очень прискорбно, ведь эти слова произносят как минимум дважды в день, а по понедельникам и четвергам еще чаще, не говоря уже о месяце Элул и Йом-Кипуре, когда их повторяют бесконечно. Написано, что главное условие искупления через тринадцать качеств - это осознание их смысла: что означает «Милосердный», что «Милующий», что «Долготерпеливый», чем они отличаются друг от друга и почему этот стих разделен на две части. Всему этому посвящены подробные уроки, с которыми можно ознакомиться в записях. Человеку стоит разобраться в этом хотя бы один раз, и тогда каждый раз при их чтении он сможет направлять свое сердце должным образом.
Радак: тайны Торы открываются только богобоязненным
Радак объясняет, что «тайна Господня - боящимся Его» относится к сокровенной Торе, каббале: Свои тайны Всевышний открывает лишь тем, кто трепещет перед Ним, но тому, у кого нет богобоязненности и кто не исполняет заповеди во всей полноте, Всевышний тайн не открывает. В одном интервью с каббалистом равом Нисимом Перецем зц"л его спросили: как вы позволяете людям неподготовленным приходить и слушать уроки каббалы, ведь туда приходят такие слушатели, что берет оторопь, что они вообще делают в подобном месте? Он ответил: «Тайна Господня - боящимся Его, и завет Свой открывает им» - Всевышний передает тайну лишь богобоязненным. И на деле, добавил он, когда начинается цикл уроков по книге «Оцрот Хаим», заключающей в себе основы каббалы, в зале сидят пятьдесят человек, а к концу остаются лишь пять.
Люди полны энтузиазма: пойдем учить каббалу! Но когда начинают погружаться в учение, человек осознает, насколько это глубокие вещи, требующие сосредоточенности и крепкой памяти, ведь там множество сложнейших деталей. Это вовсе не то, о чем он думал раньше: приду, мол, послушаю секреты, а завтра уже смогу сотворить голема. И вдруг он начинает понимать, что сам сидит на уроке как голем, не понимая, о чем говорит раввин: о том, как одно качество влияет туда, как сфира Есод парцуфа Аба влияет на Иму уровня Арих, и человек совершенно теряется, не зная, откуда что берется и куда ведет. Тот, кто хоть раз заглядывал в книгу или сидур с каванот (каббалистическими намерениями), видел там вещи, о которых сложно даже понять, с чего начинать: буквенные обозначения, различные начертания Имен Творца, здесь Аба, здесь Има, парцуф Яакова, парцуф Рахели, парцуф Леи... И читатель понятия не имеет, на что указывают эти буквы и почему здесь такое воздействие. Видно, как человек перелистывает три-четыре страницы, произнося всего лишь слово «Барух» - о чем он там размышляет? Это глубочайшие и возвышенные материи. Когда человек всецело посвящает себя этому и искренне боится Всевышнего, он удостаивается постижения Божественной тайны. А если нет, срабатывает естественный отбор: такие люди сами отсеиваются и уходят. В этом и смысл слов: «Тайна Господня - боящимся Его»: лишь тот, кто по-настоящему трепещет перед Господом, удостаивается того, что Всевышний открывает ему Свою тайну, «и завет Свой открывает им».
Очи мои всегда устремлены к Господу
עֵינַי תָּמִיד אֶל־יְהֹוָה כִּי הוּא־יוֹצִיא מֵרֶשֶׁת רַגְלָי׃ - Очи мои всегда устремлены к Господу, ибо Он извлечет из сети ноги мои.
Поэтому Давид говорит: я избрал именно этот путь, «на пути, который изберет». Не для того, чтобы Всевышний устроил мое материальное благополучие; земные дела меня совершенно не занимают, но лишь близость к Богу, высший, духовный мир. И хотя я знаю, что человек, идущий с поднятыми кверху глазами, рискует споткнуться и упасть. Так действительно нередко случается с праведниками и богобоязненными людьми: поскольку такой человек живет духовной жизнью, его обманывают, вводят в заблуждение, нечестно выманивают у него деньги. Почему? Потому что «очи его всегда к Господу» - он постоянно пребывает со Всевышним и не искушен во всяческих житейских уловках и обманах.
Рассказывают случай: однажды человек пришел к Сатмарскому Ребе и стал жаловаться на свою горькую участь: жена, мол, вдова, дети - сироты, бедность беспросветная, да и сам он поражен всевозможными недугами. Ребе выслушал, сердце его сжалось от боли, он достал крупную сумму денег и отдал просителю. Вскоре габай увидел уходящего человека, тут же вошел к Ребе и спросил: «Ребе дал денег тому человеку, что сейчас вышел?» Ребе ответил: «Да». Габай говорит: «Но ведь это известный пройдоха и обманщик! Жена его жива-здорова, дети устроены, у него есть машина, и он вполне обеспечен!» Габай думал, что Ребе, услышав это, всполошится и скажет: «Беги скорее, верни деньги!» Однако он с удивлением увидел, что Ребе искренне сияет от счастья. Сказал ему Ребе: «Ты даже не представляешь, как обрадовал меня! У меня так болело сердце, когда я слушал о бедах этого еврея, а теперь ты говоришь, что у него все благополучно? Слава Богу, как я рад и счастлив!» Люди, живущие на такой духовной высоте, простодушны, и их легко обмануть. Казалось бы, Давид мог сказать: мои глаза устремлены к Господу, но не приведет ли это к падению? И на это он отвечает: я не боюсь, «ибо Он извлечет из сети ноги мои» - из той сети, которую расставили под моими ногами, пока взор мой был обращен к Небесам, Всевышний Сам выведет меня и спасет.
Ибн Эзра отмечает: вернее всего понимать, что «сеть для ног моих» - это вожделение дурного начала (йецер а-ра), когда душа запутывается в сетях страстей. И кто же вызволит ее? Господь извлечет ее. К сожалению, сегодня эта проблема знакома каждому: сколько людей запутались в сетях, сколько попались в сети! Человек подключен к сети интернета без фильтрации и всякой защиты, или с фильтрами, которые сами по себе, упаси Господь, лишь видимость защиты: «быть с фильтром, но чувствовать себя без него» и тому подобное. Об этом и нужна молитва: «Он извлечет из сети ноги мои». И как говорил рав Штейнман, приводя стих «никто из пришедших к ней не вернется»: правильный путь - не попадать туда изначально. А тот, кто уже попал и хочет выбраться, вынужден проходить реабилитацию; сегодня существуют организации, созданные для избавления людей от подобных зависимостей, избави Всевышний. Именно так нужно молиться, чтобы Господь извлек ноги наши из сети.
Ибо одинок и беден я
פְּנֵה־אֵלַי וְחׇנֵּנִי כִּי־יָחִיד וְעָנִי אָנִי׃ - «Обратись ко мне и помилуй меня, ибо одинок и беден я».
Этот стих вызывает большое недоумение: царь Давид просит: «Обратись ко мне и помилуй меня» - почему? «Ибо одинок и беден я». Но ведь Давид не был ни одинок, ни беден! Мальбим объясняет: после того как Давид описал свою великую привязанность ко Всевышнему, когда земные дела совершенно его не занимают и вся его просьба - «укажет ему путь, который избрать» и «душа его пребудет во благе», - оказывается, что он словно отделен от всего материального мира. «Одинок» - потому что отделен от всех людей мира; «беден» - потому что отрешен от любого земного имущества, ведь всё это его не интересует. И в этом состоянии он молит: помилуй меня, Господи. Я готов быть одиноким и нищим, лишь бы быть связанным с Тобой, готов оставить все дела этого мира, лишь бы моя душа пребывала во благе. «Одинок и беден» - это выражение отрешенности Давида от всех земных забот: у меня здесь ничего нет, я всё вверяю Всевышнему, благословен Он, и я отделен от суеты и соединен только с Ним.
Радак объясняет: хотя я царь и у меня многочисленный народ - я одинок и беден. «Одинок» - потому что уповаю не на многочисленную рать, а лишь на Твою силу; не полагаюсь на собственную мощь, не опираюсь на войско, уповаю лишь на Тебя, и потому я один. А «беден» - не в смысле нищеты и нужды, ведь Давид был царем и обладал богатством, но в значении «смиренный», покорный, как в стихе «избавляет смиренного в его страдании»: хотя я царь, я не превозношусь своим богатством и всем, что у меня есть, но остаюсь скромным и смиренным. «Беден» здесь - выражение смирения и покорности Давида.
И так прямо спрашивает Мидраш «Шохар тов»: разве Давид был одинок? Ведь написано: «Оцем - шестой, Давид - седьмой» - он был одним из семи братьев! И разве Давид был беден? Ведь написано: «И вот, в бедности моей приготовил я для Дома Господа сто тысяч талантов золота» - баснословное богатство, сто тысяч талантов золота заготовил Давид для строительства Храма! Но Давид сказал Святому, благословен Он: «Владыка мира, поскольку Ты поставил меня царем над Твоими детьми, и их взоры обращены ко мне, и все они нуждаются во мне, а так как их много, мои же глаза устремлены лишь к Тебе - я один перед ними». Поэтому он и сказал: «Ибо одинок и беден я». То есть весь народ полагается на него: когда возникает беда - идут к Давиду, когда нужно спасение - идут к Давиду, когда народу Израиля нужен заработок - идут к Давиду. И говорит Давид: как я смогу позаботиться обо всех? Я завишу только от Тебя. В этом и заключается суть одиночества и бедности: все зависят от меня, а я завишу только от Тебя.
Беды и стеснения
צָרוֹת לְבָבִי הִרְחִיבוּ מִמְּצוּקוֹתַי הוֹצִיאֵנִי׃ - «Беды сердца моего расширились, из стеснений моих выведи меня».
Радак объясняет: беды уже широко обосновались в моем сердце, устроили там постоянное жилище. Их стало так много, что в сердце образовался широкий простор для множества бедствий, и потому я взываю к Тебе: «Из стеснений моих выведи меня» - освободи меня от тягот, в которые я попал, ведь когда я зажат в тисках беды, сердце мое несвободно для служения Тебе.
Мальбим проводит различие между понятиями «цара» (внешняя беда) и «мецука» (внутреннее душевное стеснение): беда всегда приходит извне, тогда как стеснение - это мука внутренней души. Человек с внутренним надломом, например в депрессии, находится в «мецуке», даже если снаружи ему ничто не угрожает. А человек, которому угрожает внешняя опасность, но внутри он спокоен и сердце его не сломлено, находится лишь в «царе». Иногда бывает и то, и другое вместе: внешняя беда в сочетании с душевным угнетением, когда человек охвачен тревогой, впадает в депрессию и уныние. Исходя из этого Мальбим толкует стих иначе, чем Радак: «Беды сердца моего расширились» - внешние беды расширили мое сердце, я рад им. Они не угнетают меня, напротив, словно приносят радость, ведь земное меня не волнует, и вся моя просьба - «укажет ему путь, который избрать». Чего же я тогда прошу? «Из стеснений моих выведи меня» - из душевного гнета, ибо он отрывает меня от служения Всевышнему; подавленный человек с упавшим духом не может служить Творцу должным образом. Но внешняя беда меня не тревожит, напротив, всякая земная скорбь оборачивается благом в будущем мире и рассеивает материальный дурман. Об избавлении от внешних бед я не прошу; лишь от душевных тягот молю Тебя спасти меня.
Узри бедствие мое и труд мой
רְאֵה עׇנְיִי וַעֲמָלִי וְשָׂא לְכׇל־חַטֹּאותָי׃ - «Узри бедствие мое и труд мой, и прости все грехи мои».
Согласно Ибн Эзре, объяснившему выражение «из сети ноги мои» как сети страстей, Давид просит здесь: посмотри, сколько усилий и труда я прикладываю, чтобы уберечь себя от вожделения, и помоги мне в этом; а также «прости все грехи мои» - то, в чем я уже оступился, искупи мне.
Радак объясняет: «Бедствие мое» («оньи») - это мое смирение, как мы уже говорили о стихе «ибо одинок и беден я», где речь идет не о денежной нищете, а о покорности. И узри также мой труд - сколько сил я отдаю в битвах. «И прости все грехи мои» - пусть это смирение станет искуплением моих грехов, и пусть войны, которые я вел за народ Израиля, также зачтутся мне во искупление.
И Мальбим объясняет, что бедность и страдания этого мира - именно о них Давид просит, чтобы они послужили ему искуплением греха, и благодаря им Всевышний простил бы все его прегрешения. Все то, через что я прохожу здесь, о чем я сказал: «Беды сердца моего расширились», и чему я радуюсь - почему я радуюсь? Потому что благодаря этому я обретаю искупление греха, и благодаря этому Ты прощаешь все мои прегрешения.
Неправедная ненависть
רְאֵה־אֹיְבַי כִּי־רָבּוּ וְשִׂנְאַת חָמָס שְׂנֵאוּנִי׃ - Взгляни на врагов моих, как многочисленны они, и неправедной ненавистью ненавидят меня.
שׇׁמְרָה נַפְשִׁי וְהַצִּילֵנִי אַל־אֵבוֹשׁ כִּי־חָסִיתִי בָךְ׃ - Сохрани душу мою и спаси меня, да не устыжусь я, ибо на Тебя уповаю.
Посмотри, как многочисленны мои враги и как они ненавидят меня неправедной ненавистью, и потому я прошу: «Сохрани душу мою и спаси меня» - чтобы они не ввели мою душу в грех. И еще я прошу, чтобы мне не пришлось стыдиться, ибо я уповал на Тебя. Ведь так Давид и открыл эту главу: «На Тебя уповал я, да не устыжусь». Когда человек уповает на Всевышнего, но надежда его не сбывается, он терпит позор перед окружающими: вот, мол, говорил, что Всевышний ему поможет, а смотрите, ничем Он ему не помог, упал тот, и нет ему спасения. Поэтому он вновь молит: «Да не устыжусь я, ибо на Тебя уповаю» - раз уж я нахожу защиту в Тебе, пусть мне не придется стыдиться этого, чтобы не сказали: вот, уповал на Всевышнего, а Всевышний его не спас.
Радак поясняет, кто эти враги: филистимляне, Эдом, Амон, Моав, Арам - недостатка во врагах не было. «И неправедной ненавистью ненавидят меня» - я никому из них не причинил зла, и при всем том они воюют со мной. А Мецудат Давид объясняет: они ненавидят меня так, словно я грабитель и разбойник, будто я силой отнял у них что-то и причинил им зло. И мидраш говорит: если Эсав ненавидит Яакова за то, что тот забрал у него благословение, то варварам что он сделал? Филистимлянам что он сделал? Воистину: «И неправедной ненавистью ненавидят меня».
И это поистине поразительно: всякий размышляющий не может не прийти к выводу наших мудрецов о том, что от Синая сошла в мир ненависть к народам мира. В простом смысле (пшат) - Всевышний возненавидел идолопоклонников, а на уровне толкования (драш) - оттуда берет начало ненависть народов мира к нам. Ведь есть страны, которые автоматически при любом голосовании выступают против народа Израиля; страны, где отродясь не видели еврея, куда никогда не ступала нога еврея, которые не имели с евреями никаких дел, - и они ненавидят евреев. Можно ли объяснить, почему? Разве мы сделали им когда-то что-то плохое? Антисемитизм невозможно понять логически. Всякий, кто посмотрит на результаты голосований в ООН, обнаружит государства, с которыми у нас никогда не было никаких контактов или уже семьдесят-восемьдесят лет нет никаких отношений, там нет евреев, вы не страдаете от нас, мы не принесли вам никакой беды, - и невозможно понять, откуда эта ненависть. Именно об этом говорит мидраш: Эсава, ненавидящего Яакова, еще можно понять, ведь за Яаковом числится поступок по отношению к Эсаву, он забрал у него первородство и благословения. И хотя это было сделано по справедливости, предположим, что Эсав считает это несправедливым, и у него есть повод для ненависти. Но остальные народы чего хотят от нас? Что мы им сделали, чтобы они пылали к нам столь лютой ненавистью? «И неправедной ненавистью ненавидят меня».
Непорочность и прямота сохранят меня
תֹּם־וָיֹשֶׁר יִצְּרוּנִי כִּי קִוִּיתִיךָ׃ - Непорочность и прямота да охранят меня, ибо на Тебя я уповал.
Я прошу, Владыка мира, чтобы Ты спас меня и уберег от врагов - не силой войны и не многочисленностью войска, ведь тогда скажут: мы сразились с ними и одолели их. Я хочу, чтобы непорочность и прямота, в которых я живу, стали моей защитой. Благодаря тому, что я всегда уповаю на Тебя и иду путями цельности и прямоты, именно это сохранит и убережет меня, без нужды воевать.
Избавь, Б-г, Израиль
פְּדֵה אֱלֹהִים אֶת־יִשְׂרָאֵל מִכֹּל צָרוֹתָיו׃ - Избавь, Б-г, Израиль от всех бедствий его.
Давид а-Мелех завершает псалом мольбой: пусть я сам считаю суетой все дела этого мира и не молю об избавлении от собственных бед - напротив, страдания расширили мое сердце и даруют мне будущий мир, - но за весь народ я прошу: избавь Израиль от всех его бедствий. Простыми словами: не все держатся на том же уровне, что и я, и не все достигли того, чего достиг я. Я нахожусь на такой ступени, где материальное и страдания уже не трогают меня: дашь мне деньги и богатство - это не вскружит мне голову, заберешь у меня все и пошлешь беды - это не отдалит меня от Тебя. Но народ не находится на этой ступени, и потому их, Владыка мира, спаси от всех бед, чтобы у них было только благо и только изобилие. Не все люди пребывают на уровне того, кто полностью отрешился от мирских дел и не просит о своих материальных нуждах; они не обладают таким постижением, и потому им даруй все в великом изобилии.
Мы уже рассказывали историю о раве Штейнмане. К нему пришел человек с вопросом: он сделал в своем доме грандиозный, очень дорогой ремонт, и на каком-то этапе жена и дочери стали говорить ему: «Послушай, слишком уж много тут этого мира, кто знает, не идет ли то, что человек берет здесь, за счет Будущего мира». Закончив ремонт, он вспомнил об этих словах и пошел спросить рава Штейнмана - ведь кто лучше него понимает в вопросах этого и Будущего мира и в бренности материального, ведь его собственный дом десятилетиями не видел капли краски. Спросил его рав: «В чем проблема? Что тебя беспокоит?» Тот ответил: «Ребе, ведь мы знаем, что праведникам в Будущем мире уготован стол на четырех ножках, а я сижу за столом на трех ножках; и если я получил эту четвертую ножку здесь, в этом мире, как в известной истории из Гемары, то в Будущем мире мне ее не хватит». Выслушал это рав Штейнман и сказал: «Посмотрите на это! Сидит здесь старик, которому перевалило за девяносто, и этот еврей спрашивает себя, куда его поведут - в Ган Эден или в Геином, ведь и рабби Йоханан говорил: "Два пути передо мной, и не знаю, по какому из них меня ведут". А рядом сидит молодой человек, со всеми слабостями и страстями, и единственное, в чем он еще не уверен - это лишь четвертая ножка его стола в Ган Эдене! Все остальное для него уже решено, только вот что будет с четвертой ножкой - вот что его беспокоит!» Он хотел немного спустить его на землю из мира иллюзий. Простыми словами он дал понять: то, как живу я - это мой уровень и моя реальность, а ты живи нормально, как живут обычные люди. Точно так же говорит Давид а-Мелех: я не требую от каждого своих духовных ступеней. Пусть каждый человек живет обычной жизнью, а Владыка мира избавит людей от бед, пошлет им материальный достаток и благословение.
А еще рассказывают, как однажды к раву Эльяшиву пришел еврей с галахическим вопросом, и рав Эльяшив ответил, что это разрешено и устрожать в этом нет необходимости. Тот человек спросил: «Постойте, а сам рав поступает согласно этому облегчению? Рав действительно так делает?» Конечно, не подобает задавать раввину подобные личные вопросы, но тем не менее рав Эльяшив ответил ему: «Нет, сам я следую здесь строгому запрету. Но когда ты во всех остальных вопросах будешь вести себя как я, тогда и в этом поступай как я». Иными словами: неужели ты думаешь, что если исполнишь это устрожение, то уже станешь как рав Эльяшив? Разве ты встаешь в два часа ночи и учишься без единой минуты перерыва по двадцать часов в сутки? Разве ты столь же скрупулезен в исполнении заповедей и с самого детства не терял ни мгновения, посвятив всего себя Торе? Разве ты во всем уподобился ему, и тебе не хватает только этого одного устрожения? Рав Эльяшив говорит тебе, что это разрешено, и ты можешь поступать как принято.
И точно так же рассказывают о раве Штейнмане: когда он ездил с группой людей укреплять еврейские общины в разных местах, они нередко останавливались в пути, и он доставал деньги из кармана и говорил водителю: «Купи всем мороженое, купи им эскимо» - взрослым людям, ехавшим вместе с ним. При том что сам рав Штейнман никогда в жизни мороженого не ел. Но этим он показывал: это я, оставьте это мне, а вы ведите себя как обычные люди. Я не возлагаю на вас свои устрожения и не требую от вас того, чего требую от себя. И в этом смысл слов «Избавь, Б-г, Израиль от всех бедствий его»: пусть у народа Израиля вообще не будет никаких бедствий; мне самому - напротив, страдания расширили сердце и приближают меня к служению Тебе, но их спаси от всякой беды.
В заключение:
Конец псалма рисует образ истинно богобоязненного человека: того, кому Г-сподь указывает избранный путь, чье единственное стремление - «душа его в добре пребудет», и кто просит от этого мира лишь о том, чтобы семя его наследовало землю. Именно ему открывает Всевышний Свою тайну и Свой завет - тайну вечности души, тайну тринадцати качеств милосердия и тайны Торы. Глаза его всегда устремлены к Г-споду, и хотя тот, кто идет с поднятыми кверху глазами, рискует споткнуться, ему обещано: «Ибо Он извлечет из сети ноги мои». Он называет себя одиноким и бедным - обособленным от людей и имущества, смиренным, уповающим только на Всевышнего и несущим на своих плечах весь зависящий от него народ. Внешние невзгоды не стесняют его, но расширяют его сердце и искупают грехи, и лишь от внутренних душевных мук он молит об избавлении, а также от многочисленных врагов, ненавидящих его беспричинной ненавистью и насилием, и просит, чтобы непорочность и прямота хранили его. А в заключение он молится за все общество: «Избавь, Б-г, Израиль от всех бедствий его» - ибо своего высокого уровня он не требует от каждого человека, а всему народу Израиля молитвенно желает лишь изобилия, благословения и спасения от всякой беды. Да спасет и нас Г-сподь, амен ве-амен.