Введение
В этом уроке мы продолжаем изучение 122-го псалма Тегилим, с четвертого стиха и до конца главы. Весь этот псалом сосредоточен вокруг Иерусалима: его сути, его роли как объединяющего начала для всего народа Израиля, и двойного благословения, исходящего от него, - благословения государственного и благословения духовного. Мы пойдем по порядку стихов, опираясь на комментарии Раши, Радака и Мальбима.
«Куда восходили колена» - свидетельство чистоты происхождения Израиля
שֶׁשָּׁם עָלוּ שְׁבָטִים שִׁבְטֵי־יָהּ עֵדוּת לְיִשְׂרָאֵל לְהֹדוֹת לְשֵׁם יְהֹוָה׃ - Куда восходили колена, колена Господа, свидетельство для Израиля, чтобы возносить благодарение Имени Господа.
Раши объясняет: «Куда восходили колена» - в Шило восходили колена, когда вышли из Египта, ведь Мишкан изначально был установлен именно там. А по поводу слов «колена Господа» (шивтей-Йа) Раши приводит толкование наших мудрецов: народы злословили о них. Когда народ Израиля вышел из Египта, народы мира говорили: «Неужели каждый здесь действительно сын своего отца? Если египтяне властвовали над их телами, неужели они не властвовали над их женами? А значит, этот сын вовсе не его сын». Это было бы тяжелейшим пятном на всем Израиле, пороком чистоты происхождения.
Но по милости Всевышнего к нам, Святой, благословен Он, сжалился над народом Израиля, и еврейские женщины казались египтянам отвратительными. Человек мог бы почувствовать обиду от того, что он противен в чужих глазах, но истина заключается в том, что сам Всевышний внушил им это отвращение к нам, чтобы они не посягали на еврейских жен.
К слову, нечто подобное происходило и в годы Катастрофы: по нацистским законам немцу запрещалось вступать в связь с еврейкой, потому что это якобы оскверняло «арийскую расу» - так они считали. Это напоминает историю о Бааль-Шем-Тове: однажды он шел со своими учениками мимо священника и услышал, как тот говорил семинаристам: «Отойдем подальше от евреев: когда они говорят, на нас могут попасть брызги слюны и осквернить нас». Бааль-Шем-Тов сказал ученикам: «Видите, как Всевышний хранит нас? Он вкладывает ему в голову такую мысль, чтобы тот сам держался от нас подальше». В точности так поступил Святой, благословен Он, и в Германии: внушил им мысль: «Мы - арийская раса, нам нельзя приближаться к еврейкам, это низко, это порочно». Нельзя сказать, что подобного не случалось вовсе, но это было редчайшим явлением, ведь немцы отличались строгой педантичностью: то, что запрещено, соблюдалось неукоснительно, и к тому же они страшились смешаться и тем самым осквернить свою мнимую «расу».
Так же было и в Египте. Народы мира говорили: «Наверняка египтяне овладевали и их женами, а кто может засвидетельствовать обратное?» Сказал Святой, благословен Он: «Я свидетельствую о них, что они - подлинные сыновья своих отцов». Он сочетал Свое Имя с их именами: а-Реувени, а-Шимони - добавил букву с одной стороны и букву с другой: букву «һей» в начале и букву «йуд» в конце, составив Имя Й-а. И в этом смысл слов «Куда восходили колена, колена Господа», и это «свидетельство Израилю»: свидетельство того, что мы - Израиль, что мы не египтяне, и что к нам не примешалось их порочное семя.
Радак: чудо собрания всего Израиля в Иерусалиме
Радак поясняет: «Куда восходили колена» - туда восходили двенадцать колен, и они - «колена Господа», хранящие заповеди Всевышнего, и всех их вмещал Иерусалим. И это поразительное чудо: столь ограниченное пространство! Речь идет вовсе не о сегодняшнем Старом городе внутри стен, который примерно втрое больше изначального Иерусалима. Город был намного меньше, и тем не менее весь еврейский народ собирался там, и никогда ни один человек не сказал: «Тесно мне место, чтобы переночевать в Иерусалиме». Это свидетельство для Израиля о том, что Всевышний пребывает среди нас, что Он избрал нас и творит для нас великие и непостижимые чудеса.
И еще большее чудо происходило во дворе Храма (Азаре): «стояли в тесноте, а простирались ниц просторно». Тот, кто знаком с размерами Азары, поймет все величие этого чуда. Ширина Эзрат Исраэль (двора израильтян) для тех, кто поднимался через ворота Никанора и входил внутрь, составляла около пяти с половиной метров, а длина равнялась длине двора Храма. Дальше уже начинался Эзрат Коганим (двор священников), куда обычным израильтянам входить запрещалось. Получается, что по естественным меркам это было крайне узкое пространство. Постройте синагогу такого размера - сколько людей вы сможете туда вместить? И все же: стояли в тесноте, а простирались ниц просторно.
Что означает «стояли в тесноте» (омедим цфуфим)? Когда берут связку прутьев и сильно сжимают их вместе, средние выталкиваются вверх. Слово «цфуфим» родственно слову «цаф» (всплывает, парит): от неимоверного давления люди буквально парили в воздухе. Один очевидец рассказывал, как много лет назад, еще лет за десять до трагедии на Мероне, он пытался подойти к гробнице. В какой-то момент он почувствовал, что ноги уже не держат его, словно в выражении «мертвый, несущий сам себя». Дыхание перехватило от давления на грудь, а когда ему удалось выбраться, он упал на землю, не в силах отдышаться. Он говорил: «Тогда я понял, что такое цфуфим: я буквально висел в воздухе, не касаясь ногами земли». Таково было состояние «стояли в тесноте». Но когда наступало время совершить поклон - простирались ниц просторно.
Место, которое выше пространства и времени
В этом смысл слов «свидетельство для Израиля - благодарить Имя Господа». Как же нужно благодарить Всевышнего за подобные чудеса, наглядно доказывавшие, что Творец пребывает со Своим народом! В Храме происходили чудеса, вся суть которых заключалась в том, чтобы показать: это место находится выше пространства и выше времени. У духовной сущности есть две особенности: она не занимает места в пространстве и находится вне времени. В высшей реальности нет понятий «в следующем году» или «через два года» - это существует только в материальном мире.
Эйнштейн с опозданием на восемьсот лет «открыл», что время неразрывно связано с материей: там, где есть материя, есть и время. А почему с опозданием? Потому что Рамбан написал об этом за сотни лет до него: само понятие времени связано с существованием материи, и в тот миг, когда была создана первичная бесформенная материя (хиюли), вместе с ней возникло и время. Где есть материя - там есть время, а где материи нет - там нет и времени.
И как же это проявлялось в Храме? В том, что он был выше пространства: миллионы людей стояли в тесноте, но никому не было тесно. Другое проявление: место Ковчега не входило в измерение. Если измерить Святая Святых от стены до стены, получалось определенное расстояние, скажем, десять локтей; а когда мерили от одной стенки Ковчега до одной стены и от другой его стенки до противоположной стены, снова получалось те же десять локтей. Где же тогда сам Ковчег? Ковчег не занимал места в физическом пространстве. Это напоминает известную историю: человек пришел к раввину и пожаловался, что соседский кот съел у него килограмм сыра. Раввин велел принести кота, взвесил его - ровно килограмм. Раввин и говорит: «Вот твой сыр, но где же тогда кот?» Как бы то ни было, место Ковчега не входило в общую меру. И еще один пример того, как Храм был выше пространства: пепел жертвенника, который сбрасывали на пол храмового двора, чудесным образом впитывался в землю на месте и исчезал.
А в чем проявлялось то, что он был выше времени? В частях жертв, которые не успели воскурить днем: их возносили на жертвенник и оставляли на нем на ночь. То, что поднялось на жертвенник, больше не подвластно течению времени: даже если его положенное время, казалось бы, истекло, стоило положить его на жертвенник - и оно уже выше времени. Мы видим, что Храм стоял на столь высокой духовной ступени, что реальность там находилась выше рамок пространства и времени.
И еще одно объяснение приводит Радак к выражению «свидетельство для Израиля»: восхождение колен в Иерусалим было свидетельством и заповедью, в значении «свидетельства и установления». То есть слово «эдут» здесь происходит не от понятия «свидетельствовать», а от слова «мицва», заповедь: восхождение в Иерусалим было заповедано Израилю, и они поднимались туда, чтобы благодарить Имя Господа.
Мальбим: Иерусалим - объединяющее сердце
Мальбим объясняет: «Туда восходили колена, колена Господни» - там они соединялись благодаря этому городу, и это свидетельство для Израиля, что они - единый народ. Сам тот факт, что все собираются вместе возблагодарить Имя Господа, служат единому Б-гу и обладают единой верой, доказывает, что мы - единое тело. Об этом говорит и Мидраш, указывая на различие между Израилем и другими народами: народы разобщены изнутри, божество одного не есть божество другого, у каждого свой божок; Израиль же весь служит Единому Б-гу.
Эта цель - «благодарить Имя Господа» - и есть сила, связывающая все органы в единое тело. Мы не разрозненные части; это то, что дает жизненность всему общему организму. Там они собираются воедино, подобно сердцу: через сердце жизненный дух оживляет тело, оно разгоняет кровь по всем органам, а орган, до которого кровь не доходит, отмирает и погибает. Сердце связывает всё воедино, и Иерусалим - это аспект сердца: он связывает воедино всю общность Израиля и сближает разрозненные кости, кость к кости, создавая полное единство народа Израиля.
Поэтому те, кто хотел оторваться от еврейского народа, что вычеркнули из сидура первым делом? Иерусалим. Реформисты одним из первых решений своей конференции вычеркнули слова «И в Иерусалим, город Твой, вернись по милосердию Своему». «Берлин - это наш Иерусалим, - заявили они, - любое место, где человек родился, и есть его родина, и мы не ищем родины в Земле Израиля». Пока не пришел топор Катастрофы и не показал им, чем был для них тот «Иерусалим». Вот и видно: те, кто стремился отсечь себя, отмершие органы общего тела, первым делом взбунтовались против Иерусалима и отвергли его, ведь именно Иерусалим объединяет всех.
«Ибо там стояли престолы суда» - разумная душа народа
כִּי שָׁמָּה יָשְׁבוּ כִסְאוֹת לְמִשְׁפָּט כִּסְאוֹת לְבֵית דָּוִד׃ - Ибо там стояли престолы суда, престолы дома Давида.
Раши объясняет: и в Иерусалиме пребывает Шхина, там стоят престолы для суда над народами, и там же - царские престолы дома Давида. Поэтому сказано «престолы» во множественном числе: в суде речь идет о множестве судей, а «престолы дома Давида» - это будущие цари из дома Давида: сам Давид, Шломо и те, кто придут после них.
Мальбим объясняет, что этот город подобен также мыслящей душе в теле («руах мемалела», дух говорящий) - той части, в которой заключена духовная сила речи, составляющая превосходство человека над животным. Там восседают престолы правосудия, то есть Сангедрин, судьи Израиля; оттуда исходит слово, оттуда исходят Тора, закон и суд. А «престолы дома Давида» - это общее руководство. Перед нами две ветви руководства: духовное руководство, место суда и Торы, откуда учение распространяется по всему миру, и царская власть, правление, которое из Иерусалима властвует надо всем миром.
«Просите мира Иерусалиму» - внутренний покой предшествует внешнему миру
שַׁאֲלוּ שְׁלוֹם יְרוּשָׁלָ͏ִם יִשְׁלָיוּ אֹהֲבָיִךְ׃ - Просите мира Иерусалиму; пусть благоденствуют любящие тебя!
Раши говорит: осведомитесь о его мире и скажите ему: «Пусть пребудут в покое любящие тебя, да будет мир в стенах твоих, покой во дворцах твоих». По мнению Раши, все это входит в пожелание мира Иерусалиму: справляйтесь о его благополучии и говорите ему слова ободрения и поддержки. Слово «йишлаю» означает «да пребудут в безмятежном покое» (шалва).
Радак объясняет, что сыны изгнания приходят и просят у Всевышнего мира Иерусалиму. А что такое мир Иерусалима? Это собирание изгнанников. Дело не просто в том, чтобы в Иерусалиме не было беспорядков; ведь здесь все еще находится лишь малая часть народа Израиля, и, к нашему сожалению, большая часть народа до сих пор в галуте, поэтому мы и просим, чтобы собрались сюда все рассеянные по свету. И до того времени, говорит Радак, у него не будет мира, ибо за него воюют необрезанные и ишмаэльтяне. Здесь будут крестоносцы, здесь будут арабы-мусульмане, и мира не будет. Когда же наступит мир? Во время собирания изгнанников. И обращаясь к Иерусалиму, псалом говорит: «йишлаю оавайих» (да пребудут в покое любящие тебя) - народ Израиля в галуте скорбит о его разрушении и ждет, когда же на них снизойдет покой и когда они придут в Иерусалим.
Мальбим: смерть - это разделение
После того как Мальбим разъяснил, что Иерусалим объединяет все части народа, он продолжает: подобно тому, как если ты осведомишься о благополучии физического тела, спросишь человека: «Как твое здоровье и как самочувствие?», ответ зависит от того, согласованы ли между собой органы. Мальбим в нескольких местах объясняет, что смерть - это по сути разделение. Даже если в момент смерти человек внешне выглядит целым, на самом деле происходит разделение, ведь вся суть жизни заключается в связи и единстве: сердце качает кровь ко всем органам, легкие снабжают кислородом кровь и все тело, и так далее.
Когда есть мир среди основ телесного организма - есть жизнь. А когда мира нет, сердце вдруг скажет рукам и ногам: «Почему я должно снабжать вас кровью? Вы паразиты! Я работаю с момента рождения и даже до него: спросите монитор у акушерки, и он подтвердит, что меня слышали еще до рождения. А все остальные - руки, ноги, разум и голова - получают кровь даром». Но как только исчезает этот мир и никто не обеспечивает нужды другого, наступает смерть. И кстати, руки и ноги тоже вносят вклад в жизнь тела: без рук и без ног какая польза от сердца? Кто пойдет есть и кто будет работать, чтобы добыть пищу? Все держится на согласии между всеми основами тела: каждый дает ближнему то, что ему необходимо, и благодаря этому все силы организма существуют и действуют. Если между ними возникнет разобщенность - придет смерть.
Так и здесь: если вы спросите о мире Иерусалима, ответ таков: все зависит от слов «йишлаю оавайих» (да обретут покой любящие тебя). Если между ними будет внутренний мир и согласие, в этом будет мир Иерусалима и в этом будет залог существования всего народа.
И Мальбим, основываясь на тонкостях священного языка, указывает на различие между понятиями «шалом» (мир) и «шалва» (покой, безмятежность): «шалом» - это внешний мир, мир с врагами; «шалва» - это внутренний покой и гармония. Мы и сегодня выражаемся точно так же: мы не говорим «у меня покой с врагами», но говорим «мир с врагами», и напротив, говорим «у меня внутренний покой». Говорит Мальбим: вы спрашиваете о мире Иерусалима, соединены ли сыны Израиля вместе, пребывает ли это тело в единстве? Ответ таков: лишь если «пребудут в покое любящие тебя», лишь если будет внутренний мир, где каждая часть обеспечивает нужды другой и каждый заботится о ближнем, тогда будет дарован Иерусалиму и внешний мир от врагов.
И в этом заключен замечательный совет: чтобы противостоять врагам, между нами должен царить мир, и тогда «меч не пройдет по земле вашей». Но когда мы разобщены и разделены, враги непременно придут. И подобно тому, как Гемара приводит различие между поколением Шауля и поколением Давида, мы видим, насколько внутренний раскол приводит к крушению и во внешнем плане.
«Да будет мир в оплоте твоем» - изнутри наружу
יְהִי־שָׁלוֹם בְּחֵילֵךְ שַׁלְוָה בְּאַרְמְנוֹתָיִךְ׃ - Да будет мир в крепости твоей, покой - в чертогах твоих!
Мальбим продолжает: поскольку главная суть Иерусалима выражена словами «город, слитый воедино», то есть единство народа, если между людьми возникнут раздоры, распри и разобщенность сердец, то мира в Иерусалиме не будет. Основа его благополучия в том, что он «город, слитый воедино», где нет разделения. И если у народа Израиля будет внутренний покой и взаимная любовь («да пребудут в покое любящие тебя»), то Иерусалим обретет мир и от внешних врагов.
И тогда настанет «мир в крепости твоей»: «крепость твоя» (хейлех) - это внешняя сторона, стены, окружающие Иерусалим. Если колена, живущие вокруг Иерусалима, не станут враждовать между собой, если не будет разногласий и споров между коленами, и каждое колено будет уважать другое, его обычаи и пути, его раввинов и мудрецов, без пренебрежения, а с должным почтением - благодаря этому воцарится и «покой в чертогах твоих». Дворцы олицетворяют внутреннюю часть, в отличие от «крепости», которая обозначает внешнюю. Когда же наступит мир в крепости твоей? Когда будет покой в твоих чертогах, когда внутри царит умиротворение.
«Ради братьев моих и ближних» - общественное единение
לְמַעַן אַחַי וְרֵעָי אֲדַבְּרָה־נָּא שָׁלוֹם בָּךְ׃ - Ради братьев моих и ближних моих скажу: «Мир тебе!»
Радак объясняет: каждый из изгнанников говорит: ради братьев моих и ближних я желаю тебе мира. Я, царь Давид, говорю, чтобы был в тебе мир. А кто такие «братья мои»? Это народ Израиля, которому суждено уйти в изгнание из Иерусалима. Ради них я прошу, чтобы в тебе был мир, чтобы они вернулись в Иерусалим и жили в нем в безопасности и мире.
Мальбим разъясняет: то, что касается пользы общественного союза, ради блага братьев и ближних, выражено словами: «скажу: мир тебе». То есть само собирание всего Израиля здесь называется общественным союзом, и оно зависит от мира, пребывающего в тебе. Ради братьев моих и ближних, ради того, чтобы они собрались в Иерусалиме, я возвещаю мир в тебе, ибо через мир в тебе созидается их благополучие и само их существование.
«Ради Дома Господа, Б-га нашего» - духовное благо, о котором надлежит молить
לְמַעַן בֵּית־יְהֹוָה אֱלֹהֵינוּ אֲבַקְשָׁה טוֹב לָךְ׃ - Ради Дома Господа, Б-га нашего, буду искать блага тебе.
И далее говорит: ради разрушенного Дома Господа, Б-га нашего, буду просить у Всевышнего блага для Иерусалима, чтобы Он отстроил нам Храм. А Мальбим объясняет: Дом Б-жий - это, как он уже разъяснял, духовная душа телесного состава народа, аспект пребывания Шхины среди народа Израиля. И все, что касается Дома Б-жьего, ради душевного блага и духовного счастья, исходящих от святости, пророчества и присутствия Шхины - «буду искать блага тебе».
Что же это означает? Мальбим говорит: это зависит от того добра, которое творит человек, от заповедей и добрых дел. Если будет «благо тебе» в заповедях и добрых делах, ты удостоишься того, что Дом Господа, Б-га нашего, озарит нас и изольет на нас Свою святость и духовность. Мы ведь видели, что когда они развратили свои пути, им ничем не помогли крики: «Храм Господень, Храм Господень, Храм Господень они!». Им говорили, что Храм будет разрушен, а они отвечали: «Это ведь Храм Господень, не о чем беспокоиться, пока Храм стоит!». А сами что делали? Творили зло в делах своих: во времена Первого Храма совершали три тягчайших греха, а во времена Второго Храма прегрешили в отношениях между людьми. Отсюда видно, что присутствие Шхины среди нас не спасет, если мы не готовы к этому духовно. Нам необходимо соблюдать заповеди Всевышнего, и тогда исполнится «буду искать блага тебе»: стремясь к добру через исполнение заповедей, мы удостоимся благословения, исходящего из Дома Господа, Б-га нашего.
Мальбим добавляет тонкое замечание: государственная, общественная польза, обретаемая благодаря Иерусалиму, очевидна, а то, что открыто и явно, не требует поисков. Слово «левакеш» означает «искать», явное же не нужно разыскивать. Поэтому о физическом единении сказано: «Ради братьев моих и ближних моих скажу: мир тебе!» - это ясная и понятная вещь, о которой можно говорить прямо сейчас. Но духовное влияние («Ради Дома Господа, Бога нашего») сокрыто и глубоко, его необходимо искать, ведь все духовное всегда требует больших усилий. И потому именно здесь сказано: «Буду искать блага тебе» - этого блага нужно добиваться и искать его. «Если будешь искать его, как серебро, и разыскивать, как клад, тогда уразумеешь страх перед Господом» - трепет перед Всевышним не достается легко, как находят деньги или материальные ценности; здесь требуется глубокий поиск. Ведь постижение Б-жественного, заключает Мальбим, достигается не иначе как через усердное искание и стремление.
Подведем итог:
В этой части псалма мы увидели, что Иерусалим - это сердце еврейского народа: в нем соединяются все колена и в нем подтверждается чистота происхождения народа Израиля, «колен Господних». Мы вспомнили о чудесах, свидетельствовавших о пребывании Шхины: когда стояли в тесноте, но простирались ниц свободно; место Ковчега Завета не уменьшало размеров Святая Святых; сжигание и вознесение на жертвеннике - это место выше рамок пространства и времени. Иерусалим - это также «говорящая душа» народа, из которой исходят Тора, суд и царская власть. Мы усвоили важнейший принцип: мир Иерусалима зависит от внутреннего покоя любящих его («да пребудут в покое любящие тебя»), ведь смерть - это разъединение, а жизнь - объединение. И наконец, перед нами две просьбы: благо земное, общественное, для которого достаточно слов «скажу: мир тебе!», и благо духовное, сокровенное и требующее постоянного поиска - «буду искать блага тебе». На этом мы завершаем изучение 122-го псалма Тегилим.