В рассматриваемых стихах мы продолжаем изучать букву «Далет» 119-го псалма. Здесь содержатся четыре просьбы, выстроенные одна над другой: отдаление от пути лжи, выбор пути веры, приверженность свидетельствам и стремление бежать по пути заповедей. Согласно подходу Мальбима, в каждом стихе присутствует свое ключевое понятие из названий Торы (Тора, законы, свидетельства, заповеди), и каждый стих соотносится с предшествующей просьбой этой главы.
דֶּרֶךְ שֶׁקֶר הָסֵר מִמֶּנִּי וְתוֹרָתְךָ חׇנֵּנִי׃ - Путь лжи удали от меня и Торой Твоей одари меня.
Мальбим отмечает, что ключевое понятие в этом стихе - Тора. В соответствие со сказанным ранее: «Открой глаза мои, и увижу чудеса Торы Твоей», теперь Давид просит: когда я буду углубляться в размышления, чтобы постичь тайны Торы, помоги мне не ошибиться и не пойти по ложному пути, но даруй мне истинные слова Торы - способность постигать суть вещей в их подлинной истине. И именно это мы видим у Давида, о котором сказано: «Алаха следует его мнению во всем». Это поразительное явление, величайшее достоинство, которого удостоился царь Давид, и оно доказывает, насколько была принята его молитва «Путь лжи удали от меня» - чтобы всегда быть направленным точно к истине.
В книге «Теилот Маариц» стих «Путь лжи удали от меня» объясняется через глубокую мысль. Наши мудрецы приводят слова: «У Лавана жил я, и шестьсот тринадцать заповедей соблюдал, и не научился его дурным делам». На первый взгляд, в чем здесь повод для гордости? Яаков-авину, избранный из праотцев, третья опора Б-жественной колесницы, сообщает, что жил у Лавана и не испортился под его влиянием? Разве человек такого духовного уровня мог стать преступником? Это все равно что сказать о праведнике, сидевшем в одной камере с уголовником, что он не стал совершать преступлений.
Однако объясняют так: «Не научился его дурным делам» - не научился служить Всевышнему с той же страстной преданностью, с какой Лаван совершал свои дурные дела. С тем же самоотвержением, с каким Лаван держался за свое идолопоклонство, Яаков говорит: признаю, я не достиг столь же сильной приверженности в служении моему Б-гу. Иными словами, на первый взгляд кажется, что у злодеев есть чему поучиться - силе упорства и самоотдачи.
Но в конечном счете это не наш путь. Не следует говорить: «Поучусь-ка я у злодеев быть столь же преданным делу и перенесу это на служение Всевышнему». Почему? Потому что в святых книгах написано: это придает силу клипе (стороне нечистоты), дает жизненность скверне. Приведем пример: если нееврей приходит дать цдаку, разрешено ли принять ее от него? Разрешено. Рекомендуется ли это делать? Нет, поскольку это дает жизненную силу нечистоте, поддерживает народы мира. Точно так же, когда человек берет пример с дурных дел Лавана ради укрепления в служении Творцу, получается, что из клипы вышло нечто доброе, и у нее появляется как бы заслуга: она послужила инструментом для освящения Имени Всевышнего, орудием для служения Ему. А это очень нежелательно, ведь тем самым замедляется уничтожение нечистоты. Мы стремимся к тому, чтобы зло полностью исчезло; наделяя же его заслугами, мы даем ему право на существование. Поэтому Яаков-авину молит: Владыка мира, я не хочу учиться путям служения Тебе у таких людей, как Лаван, но лишь путями святости.
Именно об этом говорит здесь царь Давид: «Путь лжи удали от меня» - даже просто идти тем же путем упорства, которым шел Лаван, с тем чтобы направить его в святость и прилепиться ко Всевышнему, - даже это удали от меня. О чем же я прошу? Только: «И Торой Твоей одари меня» - чтобы постигать прямой путь исключительно из святой Торы, а не из «разбитых водоемов» и не из источников клипы.
Это то, о чем непрестанно напоминали великие мудрецы Израиля. Как известно, в Европе нееврейское общество часто воспринималось как эталон респектабельности, гуманизма и человеческого достоинства, и многие люди, особенно слабые в своем еврействе, устремились за Просвещением (Гаскалой) и европейскими светскими салонами. В свое время один юноша спросил об этом у Старика из Кельма, и тот ответил ему: нам совершенно нечему учиться у народов мира. Если в чем-то есть благо, Тора уже написала об этом; а если Тора не написала, значит, в этом нет подлинного блага. Если и стоит чему-то учиться, учись этому из святой Торы, а если Тора не предписала этого, значит, это не верный путь и не должное поведение.
Так же произошло, когда коммунизм начал стремительно захватывать умы и увлекать за собой целые народы: идеи равенства, лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Люди приходили с вопросами к мудрецам Торы, и Хафец Хаим дал простой ответ: если бы в этом заключался правильный путь, Тора заповедала бы его; а поскольку Тора этого не заповедала, значит, это путь ложный. Действительно, потребовалось время, но всем стало ясно, насколько это было заблуждением. Внешне идея выглядела возвышенной: все равны, у всех равные возможности учиться и зарабатывать, нет чрезмерно богатых и бедствующих нищих. Однако все мы видели, к чему это привело, и что происходит в России и сегодня, и понимаем: устройство, идущее вразрез с человеческой природой - согласно которой человек трудится и желает зарабатывать для себя, - не созидает общество, а разрушает его.
Посмотрите, как до сих пор распадаются кибуцы: когда человек начинает зарабатывать деньги, он уже не остается в кибуце, ему не нужны партнеры; а тот, кто не зарабатывает, ничего не развивает. Зачем мне тратить двадцать лет жизни на разработку лекарства, если потом, когда придут миллиарды, мне скажут: «Уважаемый, ты получаешь зарплату, как и все члены кибуца, а миллиарды заработал кибуц»? Одно из двух: либо я вовсе не стану вкладывать силы, либо, если вложу, решу уйти. Это противоречит человеческой природе, поэтому в коммунистических странах почти нет передовых разработок и изобретений - кто станет делать там стартапы, если это невыгодно? Все остаются посредственными и стандартными. А в тех местах, где человеку говорят: «Делай, вкладывай, зарабатывай», - там люди идут и вкладывают силы, и там рождаются величайшие изобретения. Перед нами вроде бы возвышенная идея - равенство и братство, все прекрасно, - но если Тора этого не сказала, значит, это ложный путь.
Таким образом, мы учим, что истинному пониманию жизни учатся только из Торы. «Путь лжи удали от меня» - чтобы мне не пришлось постигать путь истины через ложь, но откуда же мне познать путь истины? «И Торой Твоей одари меня».
В «Оцрот ха-агада» объясняется: печать Святого, благословен Он, - истина, и «говорящий ложь не устоит пред глазами Моими». Тот, кто говорит ложь, отдаляется от Всевышнего, а тот, кто далек от Него, - как он сможет постичь подлинную истину Торы? Ведь истина Торы - это не математика; она зависит от того, насколько человек освящает себя, насколько его намерение бескорыстно, насколько он приближается ко Всевышнему - и тогда он удостаивается постичь истину. Поэтому Давид говорит: «Путь лжи удали от меня», и благодаря этому «Торой Твоей одари меня» - я удостоюсь понять Тору верно, ибо прилеплюсь к Тому, чья печать - истина, а прилепляющийся к Нему удостаивается постичь глубину Его Торы.
דֶּרֶךְ אֱמוּנָה בָחָרְתִּי מִשְׁפָּטֶיךָ שִׁוִּיתִי׃ - Путь веры избрал я, законы Твои поставил пред собою.
Из этого стиха происходит название книги рава Хаима Каневского «Дерех эмуна» по порядку «Зраим» - законам заповедей, связанных с Землей Израиля. Мудрецы истолковали стих «И будет надежностью (эмунат) времен твоих»: «эмуна» - это порядок «Зраим», ведь сеющий верит в Того, Кто дает жизнь мирам, и сеет. Отсюда и уважительное именование автора - «Бааль Дерех эмуна», подобно тому как человека называют по имени его книги: «Бааль Йебиа омер», «Бааль Йехаве даат» или «Бааль Хафец хаим». И, кстати, автора книги «Хайей адам» однажды спросили, почему он выбрал именно такое название, и он ответил: люди любят сокращения - был «Шульхан арух», составили «Кицур Шульхан арух» (краткий свод законов); я же назвал свой труд «Хайей адам» («Жизнь человека»), и никто не станет писать «Кицур хайей адам» («Сокращение человеческой жизни») - ведь кто захочет сокращения жизни? Так я гарантировал, что мою книгу не станут сокращать.
Раши объясняет: я посвятил себя Твоим законам и прилепился к Твоим свидетельствам, чтобы избрать путь веры. И в этом причина того, почему в предыдущем стихе я просил: «Путь лжи удали от меня», - поскольку я стремлюсь к вере, а вера (эмуна) - это истина (эмет), ведь эти понятия неразрывны, поэтому я прошу уберечь меня от ошибки. «Законы Твои поставил пред собою» - я подчиняю себя судам Господа, ибо я жажду истины.
Радак объясняет, что слово «избрал я» - это также часть молитвы: устрой предо мной путь веры. Я желаю его, поэтому пошли мне путь, на котором я буду держаться истины - подобно тому, как прежде Давид молил: «Путь лжи удали от меня». И так же «законы Твои поставил пред собою»: я всегда держал их перед глазами, а потому устрой так, чтобы я не ошибся в них, но исполнял Твои суды путем правды и справедливости.
Мальбим говорит, что ключевое понятие здесь - это «мишпатим» (суды и законы правосудия Всевышнего), и этот стих соотносится со словами: «Истомлена душа моя тоской по судам Твоим». Говорит царь Давид: действительно так, но прийти к этому я могу лишь в том случае, если вера будет прочно укоренена в моем сердце. Ведь без веры у человека возникает множество вопросов к происходящему в мире: праведник страдает, а злодей благоденствует. Если у человека нет веры в то, что все делаемое Всевышним - к лучшему, и что все исходит от Него и все во благо, то, изучая пути Его правосудия, он постоянно будет сталкиваться с недоумением: этот был праведником - посмотри, что с ним случилось, а этот был злодеем - посмотри, сколько благ он получил. Об этом и говорит Давид: я избрал путь веры - верить, что все Его пути праведны, Он «Б-г верный, и нет неправды». А если ты спросишь: но ведь на деле праведник страдает? Я верю, что есть также Грядущий мир, и в конечном счете Всевышний воздаст ему совершенной наградой; и я верю, что злодея, наслаждающегося здесь, ждет суд и расплата там, в мире истины.
А о словах «мишпатеха шивити» Мальбим добавляет (и так он объясняет в нескольких местах), что слово «шивви» означает не только установление («представляю [шивити] Господа пред собою всегда»), но и сопоставление, сравнение - взвешивание одного против другого. Когда я сопоставляю страдания со спокойствием и сравниваю суды Всевышнего, я понимаю: тот, кто сейчас кажется мне страдающим, имеет сохраненную награду Наверху; а тот, кому хорошо здесь, придет Наверх ни с чем, ибо всю свою награду он уже получил в этом мире. В этом смысл слов «мишпатеха шивити»: я провожу это взвешивание и сравнение и прихожу к выводу, что тому, кому сейчас тяжело, это дано ради его блага в будущем, а тому, кому сейчас хорошо, - наоборот. И благодаря этому я укрепляюсь в вере - «путь веры избрал я», - и у меня больше нет мучительных вопросов к судам Всевышнего.
דָּבַקְתִּי בְעֵדְוֺתֶיךָ יְהֹוָה אַל תְּבִישֵׁנִי׃ - Я прилепился к свидетельствам Твоим, Господи, не посрами меня!
Радак объясняет: поскольку я всегда держался за них и постоянно изучал Твои заповеди, то «не посрами меня» - не доведи меня до стыда из-за того, что я пойму их неправильно. Я прилепился к Твоим свидетельствам, и вдруг я буду учить что-то и не пойму, и испытаю от этого стыд. Поэтому, Владыка мира, дай мне правильное понимание, чтобы мне не стыдиться своего непонимания при изучении Твоих свидетельств - а свидетельства и есть Тора.
Мальбим поясняет, что ключевое понятие здесь - свидетельство («эдут»). В свидетельствах Всевышний как бы свидетельствует Сам, и речь идет о явном, наглядном свидетельстве, таком как книга Берешит. Там перед нами свидетельство того, что поступающему праведно Святой, благословен Он, дает награду: десять поколений от Ноаха до Авраама, которые Всевышний истребил, и напротив них - наш праотец Авраам, шедший путями Творца, которому Всевышний дал обещания и от которого произвел народ Израиля. Вся книга Берешит служит свидетельством награды и наказания. Давид говорит: Владыка мира, в этом свидетельстве Ты засвидетельствовал, как Ты караешь злодеев и губишь их даже в этом мире. И он уже сказал ранее: «Сними с меня поношение и презрение, ибо свидетельства Твои я хранил» - чтобы меня не поносили со словами: вот Давид праведник, Давид благочестивый, посмотрите, сколько он страдает и преследуем, и это доказательство того, что нет суда, нет справедливости и Святой, благословен Он, не вершит правосудия. И потому он просит: из Твоих свидетельств я учу, что есть награда праведникам и наказание злодеям, что в конечном итоге праведнику хорошо, а злодею плохо. Лишь тот, кто смотрит на сиюминутное, думает, будто один страдает, а другой наслаждается; но тот, кто смотрит в перспективе, видит, что в конце концов праведнику будет благо, а злодею - худо.
Рассказывают об одном человеке, который приехал в Соединенные Штаты собирать средства для колеля и ешивы, которые он содержал. Он пришел к одному богачу и стал рассказывать ему о ешиве, об учениках и о положении дел, а тот в течение пятнадцати минут устроил ему настоящую головомойку: дармоеды, не работаете, такие вы и сякие. Гость стоит, слушает, ничего не отвечает и не возражает. Спустя пятнадцать минут, излив всю свою горечь, богач достал чековую книжку, выписал чек на две тысячи долларов и отдал ему. Богач удивился: «Погоди, я кричал на тебя пятнадцать минут - почему ты не убежал?» Тот ответил: «Я хожу со списками, а не стучусь в двери наугад. В списке написано, кто сколько дает и к кому стоит обращаться, и напротив твоего имени значится: кричит и ругается пятнадцать минут, а потом дает две тысячи долларов. Вот я и решил переждать эти пятнадцать минут».
Учителя мусара говорят: представьте себе, что у нас был бы такой листок на все страдания в мире, и там было бы записано: человек переносит такие-то страдания, после этого очищаются такие-то его грехи, а затем он удостаивается Будущего мира. Мы же видим только сами страдания, а то, что следует дальше, не видим. И что тогда происходит? Человек через десять минут говорит: все, у меня нет сил, мне это вообще не нужно. Подожди еще пять минут, у тебя впереди две тысячи долларов - куда ты бежишь? Это уже на подходе. Но у человека, у которого есть этот список, который знает, как все устроено, не возникает никаких вопросов.
Именно это и говорит здесь царь Давид: Владыка мира, сделай так, чтобы меня не поносили и не говорили: вот Давид, праведный и благочестивый, и посмотрите, сколько он страдает. Не смотрите близоруко, а поймите, что Святой, благословен Он, в конечном итоге дает добрую награду праведникам и наказание злодеям. «Не посрами меня» - пусть мне не будет плохо в этом мире, чтобы отсюда не родился позор и чтобы не сказали: где же суд и где справедливость, ведь Тора говорит, что Господь хранит праведников от зла! Даже если сам по себе я готов принять страдания - не посрами меня, чтобы не произошло осквернения Имени Творца (хилуль Ашем).
דֶּרֶךְ מִצְוֺתֶיךָ אָרוּץ כִּי תַרְחִיב לִבִּי׃ - Путем заповедей Твоих побегу, когда расширишь сердце мое.
Радак объясняет: Ты настолько расширил мое сердце, что я бегу по пути заповедей. Слово «бег» всегда указывает на движение без задержек; когда у человека на пути препятствия, ему трудно бежать. Давид говорит: заповеди для меня настолько гладки, я настолько гармонично слит с ними, что буквально бегу по ним. Есть люди, у которых исполнение всякой заповеди вызывает желание отложить ее, а когда они все-таки ее выполняют, то ищут, как бы сократить и сделать по минимуму. Давид же говорит: у меня все идет гладко, я радуюсь заповедям Господа, и это расширяет мое сердце, так что я бегу по их пути без задержек.
«Мецудат Давид» объясняет: я с расторопностью исполняю заповеди Господа, а что значит «когда расширишь сердце мое»? Потому что я знаю: за это Ты расширишь мое сердце наслаждениями Будущего мира. На первый взгляд, здесь возникает трудность, ведь человек не должен служить ради получения награды - «не будьте как рабы, служащие господину ради получения награды». Однако суть в том, что нам все же открыли награду, и для чего? Чтобы человек исполнял заповеди с радостью. Мое искреннее намерение - исполнить заповедь потому, что так повелел Господь, но когда я знаю, что есть и награда, я совершаю это еще и с радостью.
И можно предложить объяснение в свете того, что приводит рав Хида от имени книги «Зера берах»: хотя «в этом мире нет награды за заповедь», тем не менее написано: «И будет, если послушаетесь... и сохранит тебе Господь благословение» - то есть прямо говорится о награде в этом мире! И он разрешает это противоречие так: в этом мире не получают награду за само исполнение заповедей, но в этом мире получают награду за радость от исполнения заповеди. Это замечательная мысль: за само тело заповеди награды здесь нет, а за радость - есть.
В соответствии с этим можно сказать: «Путем заповедей Твоих побегу» - бег выражает радость, ведь тот, кто делает что-то неохотно, постоянно сталкивается с помехами и препятствиями и ищет, как бы от этого отделаться; у меня же это происходит от всей души, с радостью. И потому «ибо Ты расширишь сердце мое» - в том числе и здесь, в этом мире: благодаря тому, что я исполняю заповеди с радостью, Ты расширишь мое сердце и даруешь мне изобилие и награду уже в этом мире. И тем самым этот стих связывается с предыдущим: там, согласно объяснению Мальбима, Давид просил: «Прильнул я к свидетельствам Твоим, Господи, не посрами меня» - чтобы не говорили: «Вот Давид, благочестивый человек, а видит одни лишь страдания». Говорит Давид: ведь я бегу по пути Твоих заповедей с радостью, и я достоин того, чтобы Ты расширил мое сердце уже здесь, в этом мире. И это не пойдет в ущерб будущему миру, поскольку награда здесь дается лишь за радость, а награда за само исполнение заповеди сохраняется для будущего мира. Таким образом, находится еще одна причина, почему Всевышний может не посрамлять меня страданиями, но оказать мне благо уже здесь, чтобы не возникало вопросов у маловеров: «Вот царь Давид - праведник, так почему же он страдает?»
Мальбим поясняет, что главное понятие здесь - это заповеди, и он уже упоминал, что существует различие между понятиями «путь» (дерех) и «стезя» (натив): путь - это широкая общая дорога, а стезя предназначена для немногих, для отдельных людей. Подобно тому, как есть автострада, и от нее отходят ответвления к поселкам и частным домам. Сначала он просит, чтобы Всевышний наставил его на путь Своих заповедей - главную, широкую дорогу, а затем попросит наставить его на стезю заповедей. В чем же разница? Говоря об общем пути заповеди, Давид произносит: «Путем заповедей Твоих побегу» - это общая дорога, без погружения в мельчайшие частности и без знания всех деталей заповедей: даже если детали мне пока не известны, по этому пути я уже бегу. Общий путь, ведущий к заповедям - проливать свет на веру, на добрые качества характера, на обязанности человека по отношению к ближнему - этот путь мне ясен, и по нему я бегу с быстротой.
А что означает «ибо Ты расширишь сердце мое»? Мальбим постоянно подчеркивает, что сердце - это властвующая сила в человеке, выражение управляющего начала. Иногда у человека возникает тяжесть, боль, которая давит на сердце. Из-за чего? Из-за «врагов души, осаждающих его». А кто эти враги души? Дурные качества и побуждения: гнев, вожделение, зависть, мстительность - вот что терзает сердце человека. Как метко сказано: человека убивает не то, что он ест, а то, что гложет его изнутри. И это действительно разрушает сердце; сегодня и в медицине известно, что человек, находящийся в постоянном стрессе и напряжении, буквально уничтожает себя этим. И точно так же вспышки гнева губят человека, ведь дурные страсти и есть враги души.
Давид говорит: этот путь расширяет мое сердце, укрепляет властвующую силу во мне, и с его помощью я побеждаю врагов души - преодолеваю гнев, вожделение, зависть и жажду почестей. Благодаря заповедям сердце берет бразды правления в свои руки. Слова «расширишь сердце мое» означают, что этот путь дает сердцу силу властвовать над страстями и дурными наклонностями, и благодаря этому я могу противостоять всем испытаниям и всем душевным врагам, которые теснят душу.
Эти четыре стиха выстраивают единую последовательность: «Путь лжи удали от меня» - чтобы я постигал путь истины только из Торы, а не из нечистых источников, и удостоился прийти к подлинной сути Торы в силу прилепления к Тому, Чья печать - истина. «Путь веры я избрал» - непоколебимая вера в сердце является ключом к пониманию судов Всевышнего без мучительных вопросов о праведнике, которому плохо, и злодее, которому хорошо, благодаря осознанию соразмерности награды и наказания в будущем мире. «Прильнул я к свидетельствам Твоим, Господи, не посрами меня» - чтобы не было осквернения Имени Всевышнего из-за страданий праведника, ведь вся книга Берешит свидетельствует о награде и воздаянии, и лишь тот, кто видит продолжение, лишен подобных вопросов. И наконец, «Путем заповедей Твоих побегу» - бег в порыве радости, за которую удостаиваются награды уже в этом мире и благодаря которой сердце становится истинным правителем над дурными наклонностями и страстями.