Сто тринадцатый псалом открывает собой блок псалмов «Алеля». Радак поясняет, что Давид собирается здесь говорить об Исходе из Египта, и потому начинает с описания могущества Творца и чудес, совершенных Им в сотворенном мире: когда Всевышний желает, Он возвышает униженных - народ Израиля, находившийся в рабстве в Египте, - и повергает надменных - египтян. И об этом сказано: «Аллилуйя» («Восхвалите Б-га»).
הַלְלוּ־יָהּ הַלְלוּ עַבְדֵי יְהֹוָה הַלְלוּ אֶת־שֵׁם יְהֹוָה׃ - Славьте Г-спода! Славьте, рабы Г-спода, славьте имя Г-спода!
Трижды упоминается здесь призыв к восхвалению: «Аллилуйя» («Славьте Б-га»), «Славьте, рабы Г-спода», «Славьте имя Г-спода». Это троекратное повторение призвано показать безграничность хвалы - сколь многократно и неустанно мы обязаны славить и благодарить Всевышнего за наше спасение.
«Славьте, рабы Г-спода»: Радак объясняет, что слова «рабы Г-спода» представляют собой прямое обращение. Подобное толкование Радак приводит во многих местах Писания, как, например, в стихе «Община, один закон для вас», где слово «община» является воззванием, будто бы сказано: «О община! Один закон для вас». Так и здесь: как будто звучит зов: «Рабы Г-спода! Славьте Г-спода!» Он обращается к ним и повелевает им славить Его, благословен Он.
И кто же они, «рабы Г-спода»? Это мудрецы, это богобоязненные люди, которым и подобает хвала. Именно они достойны благодарить Всевышнего, ведь они постигают и славят Его в меру своей мудрости и познания Его путей. Человек, который вовсе не знает царя, не ведает о его величии и мудрости и вдруг начинает его превозносить, может по незнанию сказать то, что лишь умалит его достоинство. Подобно тому, как кто-то назовет мультимиллиардера «миллионером»: в твоих глазах, в твоих масштабах быть миллионером - это уже нечто огромное, но ведь его состояние исчисляется сотнями миллиардов, о каких суммах ты вообще говоришь?! Так и здесь: кто достоин славить? Рабы Г-спода, обладающие хотя бы началом постижения величия Творца, способные вознести Ему должную и подобающую хвалу.
Комментарий «Мецудат Давид» добавляет еще одну причину акцента на словах «рабы Г-спода»: ведь сказано нечестивцу от имени Б-га: «Что тебе возвещать уставы Мои и носить завет Мой на устах твоих?» Нечестивцу Всевышний говорит: ты творишь грехи - сначала исправь свои пути! Поэтому Писание подчеркивает, кто именно призван возносить хвалу: рабы Г-спода.
Мальбим приводит мнение Ибн Эзры, основанное на Талмуде (трактат Песахим), согласно которому эти псалмы были установлены царем Хизкиягу и его сподвижниками. То есть этот псалом происходит не от Давида, а от Хизкиягу и его окружения, и его содержание замечательно соответствует событиям тех дней: здесь есть молитва об исцелении больного - а Хизкиягу был тяжело болен, и ему было сказано: «Сделай завещание дому твоему, ибо ты умрешь и не будешь жить» (за то, что он не брал жену); здесь звучит благодарность за выздоровление; и здесь же выражена хвала за падение врагов, когда Санхерив осадил Иерусалим и в итоге потерпел сокрушительное поражение.
С другой стороны, есть мнение, что псалом был составлен значительно раньше, еще во времена Давида и Шломо. В сущности, здесь нет непреодолимого противоречия, ведь события, происходившие с потомками, повторяли то, что происходило с предками: то, с чем столкнулся Хизкиягу, имело место и у праотцев, и в дни Давида и Шломо. Получается, что псалом допускает толкование как применительно к Давиду и Шломо, так и в связи с событиями эпохи Хизкиягу. Мальбим склоняется к объяснению текста в свете истории Хизкиягу, поскольку стихи удивительно точно передают именно те обстоятельства.
Мальбим разделяет содержание этой темы на пять частей. Первая часть простирается до слов «При исходе Израиля из Египта», и в ней говорится о том, что Всевышний осуществляет Свое провидение (ашгаха) здесь, в низшем материальном мире. Это противоречит представлению идолопоклонников, утверждавших, будто Святой, благословен Он, передал управление миром созвездиям: система небесных светил правит и направляет все происходящее в мире, а Всевышний, так сказать, слишком возвышен и не вмешивается. Согласно их взглядам, чтобы добиться желаемого, нужно служить звездам - отсюда и возникло поклонение звездам и созвездиям (авода зара): служи звездам, и они ниспошлют тебе свое изобилие (шефа).
Мы тоже верим, что изобилие (шефа) нисходит через систему созвездий, однако наша вера состоит в том, что Всевышний - это Первоисточник всего влияния, а система светил служит лишь проводником, каналом (цинор), посредством которого Он изливает Свое благо. Все исходит от Него, благословен Он, и еврей не обращается ни к какой силе, ни к ангелу, ни к проводнику, но просит обо всем напрямую у Творца. Система созвездий подобна передаточному механизму и не обладает никакой собственной силой; есть Тот, Кто «выше высокого», от Кого нисходит все благословение, спускаясь по ступеням мироздания прямо сюда.
Об этом мы и говорим в молитве: Он расставляет звезды по стражам их на небосводе по Своей воле. Любой начинающий астролог скажет, что нужно составить натальную карту - какая планета находится на горизонте относительно другой, и от этого зависят те или иные влияния. Но кто устроил так, чтобы эта звезда оказалась именно в этом положении? Всевышний располагает звезды на небосводе по Своей воле, а значит, все берет начало от Первопричины. «И польются воды из ведер его» - все, что спускается сюда и влияет на нас, подобно струящемуся потоку, и в этом суть понятия «мазаль» (от корня «нозель» - струящийся): изобилие, стекающее свыше от Него, благословен Он, через созвездия к нам вниз.
יְהִי שֵׁם יְהֹוָה מְבֹרָךְ מֵעַתָּה וְעַד־עוֹלָם׃ - Да будет имя Господа благословенно отныне и вовеки.
Мальбим обращает внимание на точную формулировку: недостаточно лишь восхваления (hалель), сказано: «Да будет имя Господа благословенно (меворах)». В чем разница между восхвалением (теhила) и благословением (бераха)? Восхваление относится к величию и возвышенности Всевышнего, и это признают даже другие народы - у них нет возражений против прославления Творца, ведь Он возвышен, Он «Бог богов» (Элаh ди-элаhая, как назвал Его Невухаднецар), превознесенный над всяким благословением и хвалой. Эта возвышенность действительно требует восхваления, но не благословения.
Суть же благословения (бераха) - это излияние изобилия, от слова «бреха» (водоем, резервуар), как говорят каббалисты и святой Зоhар: «из высшего водоема» - существует как бы высший источник, изливающий и спускающий благословение сюда, в нижний мир. Благословение - это приумножение и распространение благодати. Ведь первое умножение в единицах, десятках и сотнях - это именно удвоение: буква «алеф» - это один, а «бет» - уже два; «йод» - это один десяток, а «хаф» - уже двадцать; «куф» - одна сотня, а «реш» - уже двести. Получается, что умножение образуют буквы бет, хаф, реш - составляющие корень слова «барах» (ברך - благословлять). При этом «алеф» - первенец, а первенец получает двойную долю, что и есть удвоение и наибольшее увеличение. Ведь каждое последующее прибавление относительно меньше: «гимель» добавляет к «бет» лишь треть, «далет» к «гимель» - лишь четверть, и так далее. Лишь первое прибавление удваивает величину.
Таким образом, благословение указывает на непрестанное влияние, исходящее от Творца в силу Его индивидуального провидения (ашгаха пратит). Язычники же отрицают индивидуальное провидение: по их мнению, всем заправляют созвездия - воскури им благовония, поклоняйся им, и они одарят тебя. Поэтому они говорят: Всевышнему подобает хвала, но не благословение, ведь изобилие, по их мысли, исходит не от Него, а от звезд. Поэтому псалом повелевает рабам Господа провозглашать: отныне и вовеки да будет имя Господа благословенно - свидетельствуйте о личном провидении, а не только возносите Ему хвалу; и тогда имя Его будет благословенно в смысле излияния изобилия, источник которого только в Нем, а не просто возвеличено хвалой.
Радак объясняет: да будет Он благословен в устах творений, ибо всякий разумный человек обязан благословлять Его. «Отныне» - указывает на настоящее время, «и вовеки» - на будущее.
מִמִּזְרַח־שֶׁמֶשׁ עַד־מְבוֹאוֹ מְהֻלָּל שֵׁם יְהֹוָה׃ - От восхода солнца до заката его прославляемо имя Господа.
Радак поясняет: все люди от востока и до запада будут восхвалять Господа. И хотя среди них есть сейчас служители звезд и созвездий, тем не менее все признают, что Всевышний - это Первопричина, Высшая причина, Бог богов, как сказано: «Ибо от востока солнца и до запада его велико имя Мое среди народов». Слово «мевоо» (заход) означает место заката солнца, подобно выражению «И зайдет солнце, и очистится» - то есть от востока до самого запада.
И почему упомянуты именно восток и запад, а не север и юг? Потому что бóльшая часть населенного мира находится в центре, а не по краям. Так приводит и Махарша в трактате Брахот: мы находим там выражение «цари востока и запада», а не «цари юга и севера», поскольку с востока на запад мир заселен, тогда как крайний север и крайний юг не заселены - Северный и Южный полюса непригодны для жизни. (И уже шутили по этому поводу: один угрожает ракетами, долетающими до самого севера, другой - ракетами до крайнего юга; стоило бы каждому из них постараться еще немного.)
Мальбим объясняет, что прославление уже распространилось и среди народов мира: как сказано, они тоже восхваляют Всевышнего, но не благословляют Его. Почему же?
רָם עַל־כׇּל־גּוֹיִם יְהֹוָה עַל הַשָּׁמַיִם כְּבוֹדוֹ׃ - Высок над всеми народами Господь, над небесами слава Его.
В этом и кроется ответ: по их понятиям и представлениям, Всевышний вознесен над этим низменным миром - «над небесами слава Его». Он там, наверху, бесконечно высоко, и не следит за тем, что происходит здесь, внизу. Поэтому, на их взгляд, Творец достоин восхваления, но не благословения, ведь слово «благословенный» означает присматривающий за миром и ниспосылающий поток благословения, а они полагают, что изобилие исходит от небесного порядка сил природы, а не от Него напрямую.
Мы уже не раз объясняли, и так говорит Ребе из Кобрина: «Высок над всеми народами Господь» - даже праведники народов мира верят, что Всевышний высок (рам), однако, по их мнению, лишь «над небесами слава Его». В чем же разница между словами «высок» (рам) и «велик» (гадоль)? То, что велико, простирается снизу доверху, тогда как высокое находится только наверху. Воздушный шар - высок, самолет - высок, облака - высоки, но огромное здание - велико, оно идет от самого низа и до вершины. Мы говорим, что Всевышний велик: от самого низменного до самого возвышенного Он надо всем осуществляет Свой надзор. Они же утверждают: Господь высок.
Что они сделали? Образно говоря, «забросили» Творца наверх, превознесли и прославили Его - и все лишь для того, чтобы творить все, что заблагорассудится. Раз Он настолько вознесен, значит, есть завеса, облака скрывают земное, и Он не знает в точности, что происходит здесь. Это как если бы сказали: разве премьер-министр знает, вывезли ли у тебя сегодня утром мусор? Он такими мелочами не занимается. Так и народы мира объявили Всевышнего «высоким», чтобы облегчить себе жизнь: слава Его на небесах, и пусть Он не вмешивается в наши дела здесь, внизу. В противоположность им мы произносим в следующем стихе: «Кто подобен Господу, Богу нашему, Который высоко восседает, склоняется, чтобы видеть происходящее на небе и на земле» - Всевышний велик, и Он видит и небо, и землю.
Радак истолковывает этот стих иначе: «Высок над всеми народами Господь» - все народы превозносят Его, и тем не менее дивная слава Его пребывает на небесах. То есть, как бы мы ни славили и ни возвеличивали Его, что мы в действительности постигаем в Нем? У нас нет о Нем никакого истинного постижения. Кто же хоть немного постигает Его? Воинство небесное, ангелы - они способны возносить Его подобающим образом. Есть ангелы, которые воспевают песнь и сгорают, исчезая, и есть огненная река Нехар ди-Нур, текущая от пота святых ангельских существ (хаёт а-кодеш), когда они поют хвалу перед Благословенным Творцом, - трепет неописуемый! А здесь человек ходит по земле, даже не чувствуя, что у мира есть Создатель, и уж тем более ничего не постигая в Нем. Поэтому «над небесами слава Его» - именно там осознают Его истинную славу.
Еще одно толкование приводит Радак: Всевышний вознесен превыше всех славословий, которыми превозносят Его народы, и вознесен даже над той славой, что воздают Ему на небесах. Иными словами, народы славят, но не постигают - а Всевышний бесконечно выше этого; и даже ангелы, чье постижение несравнимо глубже человеческого, все же не могут постичь Его по-настоящему. Выходит, что Всевышний возвышеннее как славы от народов мира, так и славы от ангелов небесных.
מִי כַּיהֹוָה אֱלֹהֵינוּ הַמַּגְבִּיהִי לָשָׁבֶת׃ הַמַּשְׁפִּילִי לִרְאוֹת בַּשָּׁמַיִם וּבָאָרֶץ׃ - Кто подобен Господу, Богу нашему, Который высоко восседает, склоняется, чтобы видеть происходящее на небе и на земле?
Радак объясняет: поскольку здесь упомянуты небеса, а среди народов были такие, кто поклонялся небесным телам, Писание провозглашает: «Кто подобен Господу, Богу нашему?» - какая сила способна сравниться с Ним? Ты утверждаешь, будто твой бог на небесах, но Святой Творец «высоко восседает» - бесконечно выше всех тех сил, которым ты служишь. Что бы ни казалось возвышенным - небесные воинства, идолы солнца, солнцепоклонники - Всевышний выше солнца, выше звезд. Выходит, что Всевышний превыше всех вознесенных, выше всех высших сил, и именно Он изливает на них Свое влияние. И Он же «склоняется, чтобы видеть» как на небе, так и на земле, ведь и небо, и земля ничтожно малы перед Ним, и Он видит их всех и все их деяния.
Еще одно объяснение приводит Радак: слова «המגביהי לשבת» («высоко восседающий») относятся к небесам, а «המשפילי לראות» («склоняющийся, чтобы видеть») - к земле. То есть Всевышний возносится, чтобы восседать на небесах, но при всем том склоняет Свой взор до самой земли - в отличие от представлений других народов, будто Творец слишком возвышен и далек, чтобы замечать происходящее внизу. Писание говорит нам: хотя Он пребывает высоко на небесах, Он склоняет Свой взор вплоть до земли.
Мальбим объясняет этот стих иначе: слова «בשמים ובארץ» («на небесах и на земле») в конце стиха относятся к обоим выражениям: «Возносящийся, чтобы восседать на небесах и на земле, склоняющийся, чтобы видеть на небесах и на земле». Подобный оборот речи мы встречаем, например, в молитве «Алейну»: «ше-ло сам хелкейнy ка-hем ве-горалейну ке-холь hамонам» («Не сделал наш удел таким, как их, и судьбу нашу - как судьбу всего их сборища»), где отрицание «ше-ло сам» («не сделал») относится сразу к обеим частям фразы.
И смысл здесь таков: величие Всевышнего настолько непостижимо и безгранично, что для Него нет никакой разницы между небом и землей. Подобно тому как Он бесконечно возвышен над землей, точно так же Он бесконечно возвышен и над небесами. И не думай, будто по отношению к небесам Он близок, - нет, как Он бесконечно выше земли, так Он бесконечно выше и небес. И подобно тому как ради наблюдения за землей Он словно бы «склоняет» Свой взор, так и для того, чтобы видеть происходящее на небесах, Ему необходимо «склониться», ведь Он неизмеримо выше и небес тоже. Получается, что для Него нет различия между небом и землей, и не следует полагать, будто к небесам Он ближе, чем к земле. Народы мира говорят: «над небесами слава Его», но знай: чтобы взглянуть на небеса, Всевышнему тоже приходится как бы «склоняться», точно так же, как и ради земли.
Мы уже объясняли, и об этом же говорится в «Кузари» и в других источниках, всю несостоятельность такого подхода. Те, кто утверждает, будто Всевышний слишком велик и возвышен, чтобы вникать в происходящее здесь, воображают, будто тем самым возвеличивают Его: неужели Творцу есть дело до того, что у тебя болит мизинец? Но истина противоположна: это мы возвеличиваем Всевышнего, а они - принижают Его.
Приведем такой пример: если спросить, каково расстояние отсюда до бесконечности, ответом будет - бесконечность. А если пройти вперед тысячу километров, станет ли оно «бесконечностью минус тысяча километров»? Это нелепо, такого не бывает: бесконечность всегда остается бесконечностью. Так и здесь: утверждая, будто Всевышний занимается глобальными космическими процессами, но не твоим мизинцем, человек делает Его ограниченным, ведь только у ограниченного существа есть разница между большим и малым. Для Бесконечного же весь космос и твой мизинец абсолютно равны, ибо по отношению к бесконечности любая конечная и ограниченная вещь одинаково мала. А раз так, в чем разница между «малым» в масштабах всей вселенной и «малым» в виде мизинца? Перед бесконечным Всевышним все одинаково ничто. И поскольку ясно, что Творец осуществляет Свое провидение (ведь Он создал мир не для того, чтобы оставить его без присмотра), то Он следит и за самыми мельчайшими деталями. Вся концепция о том, будто Всевышний занимается великим, но пренебрегает малым, лишь умаляет Его величие.
Во всех этих стихах присутствует добавочная буква «юд»: «המגביהי» (hа-магбиhи), «המשפילי» (hа-машпили), «מקימי» (мекими), «להושיבי» (ле-hошиви), «מושיבי» (мошиви). Мальбим поясняет, что эта дополнительная «юд» указывает на постоянство действия, подобно выражениям «שוכני סנה» (шохни снэ - «Обитающий в терновнике») или «חוצבי מרום קברו» (хоцви маром кивро - «высекающий на высоте гробницу свою»), подчеркивающим постоянное качество. Так и здесь: «המגביהי» означает пребывающий в высоте постоянно, а «המשפילי» - склоняющийся постоянно.
А Маhариль Дискин объясняет слова «המגביהי לשבת המשפילי לראות» в свете изречения Гиллеля: «Мое унижение - это мое возвышение». Эти слова можно толковать от начала к концу и от конца к началу. От начала к концу: «המגביהי לשבת» - благодаря чему ты удостоился возвыситься? «המשפילי לראות» - благодаря тому, что ты принижал себя, ведь того, кто смиряет себя, Всевышний возносит. И от конца к началу: «המשפילי לראות» - почему я оказался униженным и опозоренным? Из-за «המגביהי לשבת» - потому что ты превозносил и восхвалял себя, а того, кто возносит себя, Творец принижает. И в этом наставление человеку: будь смиренным, и Всевышний возвысит тебя; а если станешь превозноситься, то наоборот, будешь унижен.