В этой части 102-го псалма мы подходим к его завершению. До сих пор псалмопевец описывал глубину беды и изгнания, свои дни, угасающие подобно уклоняющейся тени, и опасение, что он не удостоится увидеть спасение. Отсюда и далее он обращается к утешению: к молитвам, хранимым в сокровищнице Всевышнего, к тому, как Всевышний взирает на землю, к собранию народов для служения Господу, и наконец - к великому контрасту между бренным, изменчивым миром и вечным Творцом, Который не подвержен изменениям, а между ними - к вечному существованию сыновей Его рабов.
תִּכָּתֶב זֹאת לְדוֹר אַחֲרוֹן וְעַם נִבְרָא יְהַלֶּל־יָהּ׃ - Запишется это для грядущего поколения, и вновь сотворенный народ восхвалит Господа.
Раши объясняет, что люди, которые удостоятся увидеть спасение, скажут: пусть это спасение будет записано для последнего поколения, чтобы рассказать им о том избавлении, которого мы удостоились. «И сотворенный народ» - народ, который во время спасения словно будет сотворен заново, выйдя из рабства на свободу и из тьмы к великому свету, будет восхвалять Всевышнего.
Радак объясняет, что тогда скажут: пусть будет записано спасение ради грядущего поколения. То есть человек здесь словно оплакивает себя, ведь его дни проходят как тень, и он опасается, что не доживет до спасения, но говорит, что избавление будет записано для поколения, которое придет после поколения самого избавления. Те, кто не увидит избавление своими глазами, по крайней мере прочтут о нем в записанном виде и узнают, сколь великие чудеса произошли, и тогда восхвалят Господа за чудеса, совершенные для их отцов, - «и сотворенный народ восхвалит Господа». И об этом сказали наши мудрецы: «Как в дни исхода твоего из земли Египетской явлю ему чудеса» - в будущем избавлении явятся чудеса, подобные дням исхода из Египта. Это избавление будет настолько исключительным, что для грядущего поколения будет записано, сколь оно было чудесно, в точности так же, как избавление при исходе из Египта было записано в Торе.
Мальбим объясняет иначе: «Да запишется это для грядущего поколения» - Святой, благословен Он, повелевает ангелам, чтобы молитва, которой мы молимся во времена разрушения, была записана пред Ним для последнего поколения. «И сотворенный народ» - тогда будет сотворен народ, который восхвалит Господа. В этом и заключается суть: молитвы сохраняются в сокровищнице Всевышнего, они действуют и приносят пользу, даже если сейчас мы не видим их плодов. Они записываются и сберегаются для последнего поколения, для того народа, который будет достоин избавления. И этот народ будет сотворен и удостоится избавления силой молитв всех поколений, и за это он вознесет хвалу и благодарение Господу, избавившему нас из рук врага.
כִּי־הִשְׁקִיף מִמְּרוֹם קׇדְשׁוֹ יְהֹוָה מִשָּׁמַיִם אֶל־אֶרֶץ הִבִּיט׃ - Ибо воззрел Он с высоты святости Своей, Господь с небес посмотрел на землю.
Радак поясняет: Господь воззрел с высоты и посмотрел с небес на землю, чтобы увидеть беды и страдания Своего народа, подобно сказанному: «Ибо высок Господь, а смиренного видит» - именно потому, что Господь возвышен, Он вглядывается и видит то, что происходит здесь, у униженных.
Мальбим объясняет, что это воззрение необходимо для того, чтобы услышать молитвы, возносимые к Нему во время изгнания, и фразы в стихах параллельны друг другу: «Ибо воззрел Он с высоты святости Своей» соответствует словам «чтобы услышать стон узника» - узник в изгнании стонет от боли, и Господь взирает с высоты Своей святости, чтобы услышать его крик. А слова «с небес посмотрел на землю» соответствуют выражению «освободить обреченных на смерть» - этим взглядом Он выводит смертных и освобождает их из темницы и бедствий, в которых они находятся.
И в этом заложена глубокая мысль: обитель славы Всевышнего находится выше мироустройства - системы небесных сфер и созвездий, через которые изобилие нисходит ступень за ступенью свыше. Изобилие исходит от Него Самого, с «высоты святости Своей», оттуда спускается к созвездиям, к природной системе, а оттуда - на землю. Молитву Господь слышит с высоты Своей святости, с уровня выше природного порядка, однако само действие требуется здесь, в материальном мире. Поэтому слова «освободить обреченных на смерть» отнесены к выражению «с небес» - ведь небеса, созвездия и облака являются частью материальной системы. Святой, благословен Он, воззрел с высоты, чтобы услышать молитву, а затем через небеса - систему созвездий, более близкую к земному миру, - Он действует здесь, на земле: освобождает и выводит тех, кто пребывает в положении узников, и устраивает их спасение естественными путями. Поэтому сказано «с небес», а не «с высоты святости Своей»: высота Его святости предназначена для слушания молитвы, действие же в мире обычно совершается естественным путем, если только Всевышний не творит сверхъестественных чудес. Здесь же речь идет о спасении естественным путем, через небеса, которые еще связаны с природой.
Мальбим разъясняет различие между понятиями «hишкиф» (взглянул сверху) и «hибит» (призрел, пристально посмотрел): глагол «hишкиф» описывает того, кто смотрит через окно или сквозь решетку, и чаще всего это взгляд, направленный сверху вниз. Мудрецы отметили, что всякое употребление слова «ашкафа» в Писании предвещает строгость суда и бедствие, за исключением одного стиха: «Взгляни из святого обиталища Твоего, с небес...» - сказанного о человеке, честно отделяющем десятины, ибо на него смотрят с небес, чтобы одарить добром. Однако здесь, подчеркивает Мальбим, обратите внимание: вслед за «ашкафа» следует «абата» - Всевышний начинает смотреть со святых высот Своих и уже оттуда направляет пристальный взор. И правило таково: если за словом «ашкафа» следует глагол прямого видения и созерцания («абата»), это обращается к добру; если же после него глагола видения нет, такой взгляд несет наказание.
В книге «Йосеф теhилот» это объясняется на основе сказанного мудрецами о том, почему на молитву рабби Акивы пришел ответ свыше, а на молитву рабби Элиэзера - нет. Талмуд говорит: не потому, что один был более велик, чем другой, а потому, что рабби Акива прощал обиды и уступал («маавир аль мидотав»), а рабби Элиэзер не уступал. И мы уже учили, что это вовсе не упрек рабби Элиэзеру, ведь он принадлежал к школе Шамая («шамути hу») - его путем было служение по всей строгости закона, без компромиссов и послаблений: «пусть закон пронзит гору».
А Раши поясняет слова «а земля пребывает вовек»: земля символизирует смиренных, скромных людей, принижающих себя до самой земли. Именно кроткие и смиренные духом пребывают вечно. В этом и заключается сокровенный смысл стиха: «Ибо взглянул (hишкиф) Он с высоты святилища Своего» - казалось бы, всякий такой взгляд предвещает строгость суда, и над миром уже нависает грозный приговор; однако продолжение гласит: «Господь с небес на землю призрел (hибит)». Всевышний обращает Свой благосклонный взор к этой «земле», к смиренным людям, уподобившим себя земному праху, и ради них являет милосердие ко всем нам. К тому, кто смирен, обращены слова: «Чтобы услышать стон узника», - именно на молитву кроткого отвечает Господь.
В книге «Ор заруа ле-цадик» задается вопрос: если «hишкиф» всегда указывает на строгость суда, а «hибит» - на благоволение, почему здесь употреблен двойной оборот: «взглянул с высоты святилища Своего» (суд) и тут же «с небес на землю призрел» (милость)? В свете объяснения «Йосеф теhилот» это становится кристально ясным: изначально взгляд с высоты нес в себе суровый суд, но, увидев кротких и смиренных, Всевышний смягчился, и потому Его взор обратился во благо.
И далее автор дает еще одно глубокое толкование: если Всевышний станет судить наши поступки относительно Своей святости и величия - горе нам! Если нас будут взвешивать на весах соответствия беспредельному величию Творца - ведь мы всего лишь создания из праха, ежесекундно зависящие от Него и непрестанно принимающие Его блага, и при всем том осмеливающиеся нарушать Его волю, - у нас нет шанса устоять. Об этом мы и говорим в псалме: «Поставил Ты беззакония наши пред Собою, тайны наши - пред светом лица Твоего». Горе нам, если Ты положишь грехи наши прямо пред Собою, то есть станешь судить нас в сравнении с Собою: грехи, которыми я нарушаю веление Царя великого, возвышенного и превознесенного, - как я вообще посмел? А «тайны наши» - это скрытые прегрешения, и если даже они предстанут пред светом Твоего лица, нам нет спасения.
Но по милости Своей Всевышний помнит, что мы - прах, как сказано: «Ибо знает Он состав наш, помнит, что мы - прах», «ибо повержена в прах душа наша». Если Господь смотрит с высоты Своего святилища, меряя нас Своим абсолютным величием, - это грозит гибелью, такой взгляд обращен к суду. Однако по великому милосердию Своему Он «с небес на землю призрел»: Он смотрит и видит, что мы сделаны из земного праха, мы грубы и материальны. Он не судит нас так, как грех видится в высшей духовной реальности, где всякое непослушание есть бунт против Царя, но оценивает наши поступки исходя из нашей человеческой природы, состояния нашего поколения и общей духовной слабости. Он судит нас не по меркам небес, перед которыми никто не устоит, а с учетом земной реальности и испытаний, окружающих нас здесь, на земле.
Мы видели это на примере ангелов Узы и Азаэля: исходя из небесных критериев, они возмущались: «Владыка мира, почему Ты терпишь людей и не истребишь их, ведь они творят такие тяжкие грехи!» Что сделал Всевышний? Он низвел их на землю, в материальный мир, и они тут же не устояли и «стали брать себе жен, каких выбирали». Одно дело судить оттуда, с высоты небес, и совсем другое - видеть природу испытаний отсюда, с земли. Поэтому в стихе упоминается четырехбуквенное Имя Творца, олицетворяющее милосердие: «Господь с небес на землю призрел» - Он видит, что мы лишь прах, порождение земли, материальные создания, и благодаря этому судит нас мерой милосердия.
В этих словах заключено великое утешение и ободрение для нашего поколения. Еще во времена святого Аризаля рабби Хаим Виталь спросил своего учителя: как можем мы исправить то, чего не сумели исправить даже великие танаи и пророки? И Аризаль дал ему поразительный ответ: знай, что малым благочестивым поступком в этом последнем поколении можно исправить то, на что в эпоху пророков требовались долгие годы тяжелейших духовных трудов. Ведь мир погрузился в глубокую нечистоту, разрушение стало огромным, и потому даже самое малое усилие сегодня перевешивает величайшие подвиги древности. И если святой Ари говорил это о времени, когда люди на улицах вели себя скромно и были благопристойно одеты, то что говорить о нашей эпохе? Сегодня каждым усилием отвести взгляд от запретного человек способен совершить исправление, ради которого в прежние времена требовались долгие годы суровых постов и самоотречения.
И именно об этом говорит Писание: "Да будет записано это для последнего поколения, и народ сотворенный восхвалит Г-спода. Ибо воззрел Он с высоты святости Своей, Г-сподь с небес на землю посмотрел". Что поддержит нас в последнем поколении, поколении столь низком, когда мы сокрушаемся: что же мы делаем по сравнению с прежними поколениями, чего стоят наши исправления, каковы наши постижения, сколько Торы мы учим? Об этом сказано: "Да будет записано для последнего поколения" - именно это поколение нуждается в укреплении, и тогда "народ сотворенный восхвалит Г-спода". Ведь если взглянуть с высоты святости Его на наше поколение - увы нам; но "с небес на землю посмотрел" - Он смотрит на нашу приземленную реальность и судит нас по ней, не по небесным меркам, которые неизменны вовек, а по тому, что вообще возможно сделать в таком поколении.
И об этом сказано, что Всевышний показал Адаму каждое поколение и его мудрецов, каждое поколение и его судей, каждое поколение и его пророков. Рассказывают о раби Нафтали из Ропшица, который спрашивал: зачем нужно показывать каждое поколение вместе с его мудрецами и судьями? И отвечал: если бы Адаму показали Нафтали отдельно, он удивился бы: неужели и Нафтали среди мудрецов, неужели и Нафтали среди праведников? Но когда ему показывают и само поколение, он говорит: ну, для этого поколения и Нафтали считается праведником. Выходит, что Всевышний оценивает все относительно поколения, и потому сказано: "с небес на землю посмотрел" - и этот взгляд уже обращен во благо, а не во зло.
לִשְׁמֹעַ אֶנְקַת אָסִיר לְפַתֵּחַ בְּנֵי תְמוּתָה׃ - Чтобы услышать стон узника, освободить обреченных на смерть.
Радак объясняет: услышать народ Израиля, который в изгнании подобен узникам, и они - "сыны смерти" (обреченные на гибель). И смысл здесь не в привычном значении - смертный человек, над которым властвует смерть, но те, кто уже подошел к порогу гибели, словно приговоренные к казни, близкие к смерти от бесчисленных бед и скорбей. И тогда Г-сподь слышит их стон, развязывает их путы и выводит из темницы - это и есть "освободить обреченных на смерть", ведь с узников снимали и развязывали оковы.
לְסַפֵּר בְּצִיּוֹן שֵׁם יְהֹוָה וּתְהִלָּתוֹ בִּירוּשָׁלָ͏ִם׃ בְּהִקָּבֵץ עַמִּים יַחְדָּו וּמַמְלָכוֹת לַעֲבֹד אֶת־יְהֹוָה׃ - Чтобы возвещали на Сионе имя Г-спода и хвалу Ему в Иерусалиме, когда соберутся народы вместе и царства, чтобы служить Г-споду.
Мальбим разъясняет: слова "освободить обреченных на смерть" означают, что Всевышний освобождает узника из заключения, выводит нас из изгнания, и все это ради того, чтобы затем возвещали имя Г-спода на Сионе и хвалу Ему в Иерусалиме. И произойдет это в грядущие времена, когда соберутся народы и царства, чтобы служить Г-споду.
И что означает "имя Г-спода"? Мальбим обычно объясняет, что имя Всевышнего указывает на прославление Его имени во всем мире: чтобы имя Его стало ведомо, и те, кто не знал имени Г-спода, познали его. Об этом будут возвещать на Сионе. "Сион" - как известно, Мальбим проводит различие между Сионом и Иерусалимом: Сион - это более возвышенное место, Храмовая гора и сам Храм, место пребывания мудрецов и коэнов, где постигают сущность Всевышнего. "И хвалу Ему" - речь идет о путях управления, которыми Г-сподь ведет Свой мир и Своих детей, проявляя милосердие и сострадание; это будут знать и в Иерусалиме, среди простого народа. Более же глубокое постижение доступно мудрецам, и о нем возвещают на Сионе - там, где заседает Сангедрин и служат коэны, духовная вершина народа.
"Когда соберутся народы вместе" - как приводит Радак из пророчества Зхарьи: "И примкнут многие народы к Г-споду", и из Цфанья: "Чтобы все призывали имя Г-спода и служили Ему единодушно". И еще у Зхарьи: "И придут многие народы и сильные племена искать Г-спода Воинств в Иерусалиме и умолять Г-спода" - народы придут в Иерусалим искать Б-жественного. И так же: "Так сказал Г-сподь Воинств: в те дни схватятся десять человек из всех разноязычных народов, схватятся за полу одежды иудея, говоря: пойдем с вами, ибо мы слышали, что с вами Б-г". Им станет ясно, что все эти вымыслы - христианство, ислам - сущая пустота, и они придут, чтобы прилепиться к нам. Но для этого нужен край одежды: "и схватятся за край одежды (кнаф)" - у того, кто носит цицит, есть за что ухватиться; а если еврей ходит без цицит, придет нееврей и увидит, что схватиться не за что, нет опоры.
עִנָּה בַדֶּרֶךְ כֹּחִי קִצַּר יָמָי׃ - Истощил Он в пути силу мою, сократил дни мои.
Радак говорит, что псалмопевец вновь обращается к теме сынов изгнания. Подобно тому как ранее он сказал: "Дни мои - как наклонившаяся тень", здесь он описывает, насколько тяжела наша участь и как много страданий в галуте. Каждый из находящихся в изгнании надеется увидеть избавление и страшится умереть преждевременно, так и не удостоившись его застать. Об этом он и говорит: враг истощил мои силы в пути - человека изгоняют с места на место, он думает, что на новом месте ему будет легче, скитается по дорогам, а дорожные тяготы сокращают жизнь. Тот, кто постоянно в пути и в трудах, сокращает свои дни; тогда как тот, кто сидит на своем месте, живет спокойнее, безмятежнее и дольше. Поэтому он говорит: я боюсь умереть безвременно из-за дорожных мук.
אֹמַר אֵלִי אַל־תַּעֲלֵנִי בַּחֲצִי יָמָי בְּדוֹר דּוֹרִים שְׁנוֹתֶיךָ׃ - Скажу я: Б-же мой, не забирай меня на половине дней моих; Твои годы - во всех поколениях!
Мальбим объясняет, что псалмопевец имеет в виду следующее: хотя я уже отчаялся дожить до того часа, когда увижу избавление, ведь "истощил Он в пути силу мою" и бесконечные скитания сокращают мою жизнь, тем не менее я прошу: "не забирай меня на половине дней моих". Раши поясняет: не сживай нас со света, истребляя с лица земли в дни наших врагов на половине наших дней. А что это за наши дни? "Во всех поколениях годы Твои" - Ты ведь обещал хранить нас пред Тобою во всех поколениях, во веки веков, как сказано: "И годы Твои не кончатся" и "Потомство их пред Тобою утвердится". А раз у нас есть обещание, что мы пребудем вечно, то не забирай меня из этого мира на половине дней моих. Радак объясняет слово "аль таалени" ("не уноси меня") как "не истребляй меня", находя связь с выражениями "как убирается (каалот) сноп в пору свою" и "поднялся (ватааль) слой росы". А Ибн Эзра относит слово "таалени" к душе, которая восходит, отделяясь от тела: пусть моя душа не покинет тело на половине моих дней, но удостоимся мы жизни на долгие поколения.
Мальбим углубляется в смысл стиха: "Не забирай меня на половине дней моих - во всех поколениях годы Твои". Всевышний выше времени, и невозможно сказать, что у Него есть годы или дни. Мы уже объясняли, что Он назван "Ветхим днями" (Атик Йомин), потому что Он отделен (неэтак) от рамок времени, и само понятие дней к Нему совершенно неприменимо. И все же, поскольку Всевышний управляет поколениями, а поколения сменяются в ритме сотворенного Им времени - как сказано: "И память о Тебе - из рода в род", - поколения соотносятся со Всевышним подобно годам.
И сравнение здесь таково: человеческие годы исчисляются по солнечным циклам - солнечный цикл составляет 365 дней (а лунный - 354 дня), и этот повторяющийся счет называется "шана" (год), от корня со значением повторения (шинун). Точно так же и поколения подобны годам человека. Когда хотят сказать, что человеку тридцать лет, говорят: он прожил тридцать весен, тридцать зим. Так же и у Всевышнего годы исчисляются, образно говоря, числом поколений: каждое поколение подобно году, и в каждом поколении начинается новый цикл, новый год, новое управление миром (ханхага). Поэтому молящийся и просит: не забирай меня на половине дней моих - пусть этот высший год, то есть поколение, не оборвется быстро, но дай мне полные дни, чтобы я удостоился прожить срок целого поколения. А слова "аль таалени" в простом смысле означают восхождение души на небеса: "и возвратится дух к Б-гу, Который дал его".
לְפָנִים הָאָרֶץ יָסַדְתָּ וּמַעֲשֵׂה יָדֶיךָ שָׁמָיִם׃ - Издревле Ты землю основал, и небеса - деяние рук Твоих.
Сказав: "Во всех поколениях годы Твои", он продолжает: подобно тому как Ты существуешь вечно, так и небо и землю сотворил именно Ты. Радак отмечает: это не соответствует мнению древних мыслителей, утверждавших предвечность материи - будто мир существовал всегда, а Всевышний лишь действует внутри него. Мы же верим и знаем, что Всевышний создал Свой мир из ничего в определенный момент времени. И мы уже упоминали, что к этой мысли в итоге пришла и современная наука: прежде считали, что Вселенная предвечна и существовала всегда - триллион лет назад, сколько угодно, - сегодня же ни один ученый не станет утверждать, что мир вечен; все согласны с тем, что в определенный момент времени мир получил начало.
Отсюда следует, что нас не должны смущать преходящие гипотезы ученых, ведь их выводы строятся на исследованиях, а результаты исследований могут быть ошибочными: если неверна исходная предпосылка, ошибочными окажутся и все выводы. Мы же знаем историю не из догадок, а из истинной Торы, переданной нам из поколения в поколение от первого человека, сотворенного Всевышним. Сегодня нет никаких научных доказательств того, что миру больше примерно пяти тысяч семисот лет; сколько бы ни считали годичные кольца деревьев и какие бы анализы ни проводили, доказательств нет, есть лишь теории. Радиоуглеродный метод датирования ненадежен: кто доказал, что скорость распада в прошлом была точно такой же, как сегодня? И кто доказал, что уровень радиации тогда был неизменным? А если учесть, что произошел Всемирный потоп, который коренным образом перевернул весь порядок природы, то любые выводы применимы лишь к послепотопной эпохе - но кто может знать, какими были физические законы до него?
Мальбим уже замечал по поводу костей, древность которых определяют по их внешнему виду: возьми кость, вари ее неделю в кипятке и отдай исследователю - он скажет, что это невероятно древняя кость, потому что она покажется истлевшей. А Потоп был именно термическим процессом, ведь написано, что из недр били кипящие, раскаленные воды, и все творение подверглось буквальной варке. Кроме того, колоссально изменился уровень радиации, и, без сомнения, регулярная смена времен года - лета и зимы, осени и весны - установилась лишь после Потопа. Мудрецы говорят - и с этим сегодня соглашаются ученые, - что до Потопа земная ось не имела наклона, а времена года возникли именно из-за наклона оси в результате падения метеоритов; мудрецы образно описывают это так, что Всевышний "взял две звезды из созвездия Хима (Плеяды)". Выходит, что все природные системы кардинально изменились. И утверждать сегодня, будто в прошлом все процессы шли с той же скоростью, что и сейчас, - все равно что измерить, насколько человек вырос от рождения до двадцати лет, и умножить этот темп роста на каждые последующие двадцать лет; так мы в итоге вырастим исполина Ога. Очевидно, что подобная предпосылка в корне ложна.
הֵמָּה יֹאבֵדוּ וְאַתָּה תַעֲמֹד וְכֻלָּם כַּבֶּגֶד יִבְלוּ כַּלְּבוּשׁ תַּחֲלִיפֵם וְיַחֲלֹפוּ׃ - Они погибнут, а Ты устоишь, и все они обветшают, словно одежда; как одеяние, Ты сменишь их, и они сменятся.
Так же как Ты обновил мир, сотворив его в определенный момент времени, так же Ты можешь и уничтожить его, если пожелаешь, - все в Твоих руках. Радак говорит: среди ученых исследователей есть те, кто утверждает, что у мира есть предел и срок существования и он вернется в состояние первозданного хаоса (тоху ва-воху) и небытия, как было прежде, и между ними возник спор о том, каков срок пребывания мира; а некоторые из них говорят, что у мира нет конца и уничтожения, хотя у него и было начало. И согласно первому толкованию: «Они погибнут, а Ты устоишь» - Ты существуешь вечно, «и все они обветшают, словно одежда», подобно одеянию, которое человек снимает, а другой надевает, так и Ты сменяешь и обновляешь все по Своему желанию, и даже сменяешь жителей мира другими людьми, и никто не ослушается Тебя. А некоторые говорят, что слова «они погибнут» относятся к частностям, но мироздание в целом пребывает вечно - подобно обществу, в котором одни умирают, а другие рождаются, эти уходят, а те приходят на смену, и мир в целом продолжает существовать.
И у наших мудрецов (Хазаль) мы находим понятие «хад харув» (одно разрушено): шесть тысяч лет существует мир, а в седьмом тысячелетии наступает состояние разрушения - то есть разрушится материальная реальность и наступит реальность более духовная. И во всех этих вещах нам остается опираться лишь на слова Рамбама, который писал, что мы не знаем, как и что именно произойдет, пока это не случится, и углубление в эти вопросы не прибавляет мудрости - ведь какая в том практическая разница; когда это произойдет, тогда мы и узнаем, как и в каком виде.
Мальбим объясняет: мы видим, что вся реальность подчинена времени, и ни одно мгновение не похоже на другое - нет ни одной секунды, тождественной предыдущей. И в этом смысл слов «земля, которую Ты основал прежде» и небеса, что «дело Твоих рук»: земля служит фундаментом здания, а небеса - его кровлей; и в это включен весь мир, подчиненный ходу времени, не обладающий абсолютным бытием.
Во-первых: «Они погибнут, а Ты устоишь» - все, у чего есть начало, имеет и предел, ведь «у всякого предела я видел конец». И здесь уместно заметить: когда мы говорим «Эйн Соф (Бесконечный), благословен Он», казалось бы, следовало сказать «Безначальный, благословен Он», ведь то, у чего нет конца, не имеет и начала. Однако «Эйн Соф» - это определение не Самой Его Сущности, благословен Он, а определение меры нашего постижения: у нас есть начало постижения Его, благословен Он, из того, что Он открыл нам от Своей Б-жественности, но у нас нет предела в постижении Его - «Постигнешь ли тайну Б-га? Дойдешь ли до совершенства Всемогущего?». Поэтому Его называют «Эйн Соф, благословен Он», ибо мы не способны достичь конца постижения Его, хотя у нашего постижения и есть начало. И как бы то ни было, любая вещь, имеющая начало, имеет и конец, тогда как Святой Творец, благословен Он, пребывает неизменным.
Во-вторых, говорит Мальбим: даже в то время, когда они существуют, их бытие не абсолютно - «словно одежда, обветшают». Первоматерия (хиюли) непрестанно сбрасывает одну форму и принимает другую. «Хиюли» - это термин, которым древние называли исходный материал мира; сегодня мы назвали бы это атомами, ведь все в природе состоит из атомов. И как пишет Рамбан, в первый день сотворил Святой Творец, благословен Он, первоматерию, и уже из нее образовал затем все, что создал за шесть дней Творения; и в зависимости от соединения атомов и их изменений меняется и овеществленный предмет.
И в стихе приведены два сравнения: «Словно одежда, обветшают» - оставь вещь нетронутой, и она истлеет сама по себе. Оставь одежду спрятанной в шкафу на двадцать лет, и когда достанешь ее, увидишь, что тление коснулось ее само по себе, хотя ты ее и не носил, ибо всякое составное целое неизбежно распадается на части. И далее: «Как одеяние, сменишь Ты их, и они сменятся» - первоматерия теряет форму и обретает новую; ведь сожги ткань, и она станет пеплом, и так далее. Ведь существует закон сохранения материи и закон сохранения энергии: невозможно взять нечто из этого мира и превратить в полное ничто; если сжечь предмет - была материя, образовались газы, остался пепел. Невозможно бесследно уничтожить что-либо из творения: оно сохраняется, лишь сбрасывая одну форму и принимая другую. А Ты, Владыка мира, существуешь вечно и без всяких изменений.
И Мальбим тонко подмечает разницу между словами «бегед» (одежда) и «левуш» (одеяние): «бегед» означает обычную, стандартную одежду, в которой человек ходит постоянно; тогда как «левуш» - это облачение особое, парадное, вроде свадебного наряда или царского одеяния, которое принято менять, ведь в праздничных одеждах не ходят постоянно. Поэтому сказано: «Как одеяние, сменишь Ты их, и они сменятся». Так было и у рава Овадьи Йосефа с его парадной мантией: в обычное время он носил фрак и шляпу гомбург, а когда отправлялся на особые события - совершить обряд хупы для жениха и невесты, на собрание или на урок - надевал мантию. И рассказывали, что когда ему подавали мантию, он говорил: «Нужно надеть рабочую одежду». То есть: я хочу сидеть и учиться, но сейчас необходимо отвлечься, нужно идти по общественным делам - это рабочая одежда. Так или иначе, особое облачение предназначено для смены: его надевают на время и затем снимают.
וְאַתָּה־הוּא וּשְׁנוֹתֶיךָ לֹא יִתָּמּוּ׃ - А Ты - Тот же, и годам Твоим нет конца.
Раши поясняет: Ты - Тот, Кто пребывает и существует неизменно. А Радак добавляет: погибнут ли Твои творения или нет, Ты остаешься единственным, и нет владыки, кроме Тебя. «И годам Твоим нет конца» - а ведь мы уже объясняли, что «Его годы» - это сменяющие друг друга поколения; и они не иссякнут, но будут продолжаться всегда. Материя же ветшает сама по себе, словно одежда, а также постоянно меняет свой облик, подобно облачению, которое надевают и снимают.
בְּנֵי־עֲבָדֶיךָ יִשְׁכּוֹנוּ וְזַרְעָם לְפָנֶיךָ יִכּוֹן׃ - Сыны рабов Твоих пребудут, и потомство их пред Тобою утвердится.
«Сыны рабов Твоих пребудут» - как сказано: «Милость же Господа от века и до века к боящимся Его, и правда Его - на сынах сынов»; сохранится не только поколение служителей, но и их дети. Радак объясняет: они будут вечно обитать на Святой Земле после того, как вернутся в нее во времена Геулы, и больше уже никогда не уйдут в изгнание. В чем же причина? «И потомство их пред Тобою утвердится» - они достигнут постоянного состояния близости, пребывания «пред Тобою». До сих пор они уклонялись с путей Всевышнего, и потому наступили изгнание и отдаление; но в эпоху Избавления все станут служить Ему единодушно, плечом к плечу, и тогда они действительно будут «пред Тобою». Подобно тому, как сказано: «О, если бы Ишмаэль жил пред Тобою!», и Раши комментирует: «в трепете пред Тобой» - то есть подобно слуге, неизменно предстающему пред лицом Владыки. Так и во времена Геулы они будут пред Тобою, преданно служа Тебе во все дни.
Мальбим разъясняет: «сыны рабов Твоих» - это дети праведников, и они пребудут. Даже если исчезнет всё материальное мироздание, род праведников, несущих в себе частицу Всевышнего свыше, - ведь они соотносятся с Самим Творцом подобно «годам Его», и ради них Он производит все перемены в мире, - пребудет вовек, без уничтожения и тления. И даже когда физический мир перестанет существовать, «потомство их пред Тобою утвердится»: слово «йикон» (утвердится) относится к миру душ. Мальбим показывает, что всякое составное творение, имеющее начало, неизбежно имеет и конец; но даже когда земной мир упразднится и наступит состояние «одно тысячелетие разрушен» («хад харув»), когда плотная материя уступит место реальности духовной, это совершенно не затронет сынов рабов Твоих, праведников: они предстанут пред Тобою в мире душ, озаряясь светом лика Царя жизни.
Заключительная часть псалма - это песнь утешения. Молитвы, которые мы возносим в изгнании, записываются и сохраняются для последнего поколения, и их силой будет сотворен достойный Избавления народ, прославляющий Всевышнего. Творец взирает с высоты святости Своей, чтобы услышать стон узника, и смотрит с небес на землю - не по строгим меркам небес, перед которыми никто бы не устоял, а снисходя к нашему положению и к немощи нашего поколения. И это служит великим ободрением для нас: простым искренним действием сегодня можно исправить то, что прежде требовало колоссальных усилий. При Избавлении возвестится имя Господа в Сионе и слава Его в Иерусалиме, народы и царства соберутся для служения Ему и ухватятся за полу одежды иудея. Наконец, Писание подчеркивает контраст: небеса и земля сотворены заново, они подчинены законам времени, ветшают сами по себе и меняют форму: «Они погибнут, а Ты пребудешь». Всевышний же неизменен, годам Его нет конца, и вместе с Ним сыны рабов Его и потомство их пребудут пред Ним вовеки.
На этом мы завершаем 102-ю главу книги Теилим.