Введение
Мы продолжаем разбирать 72-ю главу, представляющую собой молитву Давида о его сыне Шломо, а по мнению многих комментаторов - и пророчество о царе Машиахе. В этой главе описывается царь, утверждающий свое правление на правосудии и справедливости, благодаря чему он удостаивается трех вещей: обширной власти, великого богатства и великой славы. Посмотрим, как объясняют эти стихи Раши, Радак, Ибн Эзра и Мальбим.
«Да расцветет во дни его праведник» - расцвет во времена Шломо
יִפְרַח בְּיָמָיו צַדִּיק וְרֹב שָׁלוֹם עַד בְּלִי יָרֵחַ׃ - Да расцветет во дни его праведник, и умножится мир, доколе не перестанет быть луна.
«Да расцветет во дни его праведник» - в его дни будет процветать народ Израиля; «и умножится мир» - этот мир будет долгим, всеобъемлющим. Раши отмечает, что эта молитва исполнилась, за исключением вот этого момента: поскольку Шломо согрешил, непрерывность его царствования прервалась, как сказано: «И воздвиг Господь противника Шломо» - Бен-Адада и других. Царство было обещано Давиду с условием: «Если сохранят сыновья твои пути Мои», и тогда Святой, благословен Он, обещал, что их династия пребудет вовек; когда же они уклонились от пути, царство раскололось. Таким образом, часть стиха «изобилие мира, доколе не исчезнет луна» не исполнилась в полной мере. Однако слова «да расцветет во дни его праведник» несомненно сбылись: эпоха Шломо была лучшим периодом в истории народа Израиля - «Иегуда и Израиль многочисленны, как песок у моря», «И жили Иегуда и Израиль в безопасности, каждый под виноградником своим», и так продолжалось все дни жизни Шломо.
Радак объясняет, что слова «да расцветет во дни его праведник» относятся не ко всему народу Израиля в целом, а именно к праведникам и благочестивым людям, которые будут процветать в его дни. Были поколения, когда праведники подвергались гонениям, а во времена Шломо именно праведники возвысятся и удостоятся великого блага. Что же означает «доколе не исчезнет луна»? До того времени, когда не станет луны, но такого времени не настанет, ведь Святой, благословен Он, говорит: «Если отменятся эти законы...» и «Если солнце и луна перестанут служить передо Мной, то и потомство Израиля перестанет быть народом предо Мной во все дни». Всевышний обещает, что этот мир будет существовать всегда, а если когда-то и исчезнет луна, то лишь тогда, образно говоря, прекратится мир. Выходит, что «великий мир, доколе не исчезнет луна» означает «навечно». Первое объяснение относит это к Шломо, а второе, по словам Радака, относится к царю Машиаху, во дни которого вечный мир воцарится навсегда.
Мальбим же объясняет, что этот стих продолжает сказанное ранее: «Сойдет, как дождь на скошенный луг, как капли, орошающие землю», - именно из этого скошенного луга расцветет праведник. «Стриженый луг» символизирует благо, изливаемое царем, а народ уподоблен скошенной траве, готовой принять наставление, мудрость мусара и путь богобоязненности. И благодаря этому дождю и каплям - силе царских увещеваний - расцветет праведник: люди станут поступать праведно под воздействием наставлений, сошедших на них, как животворный дождь.
«И будет он властвовать от моря до моря» - владычество от края до края земли
וְיֵרְדְּ מִיָּם עַד יָם וּמִנָּהָר עַד אַפְסֵי אָרֶץ׃ - И будет он властвовать от моря до моря и от реки до концов земли.
«От моря до моря»: Раши объясняет, что здесь имеется в виду вся Земля Израиля - от Красного моря до моря Плиштим (Средиземного моря), то есть от моря в районе Эйлата. Радак же по своему обыкновению поясняет, что эти слова можно отнести как к Шломо, так и к царю Машиаху. Если говорить о Шломо, то мы действительно находим в Писании: «Ибо он властвовал во всем заречье, от Типсаха до Газы». Слово «вейерд» происходит от корня властвовать, повелевать, то есть обозначает царскую власть. А о границах Земли Израиля сказано: «И положу предел твой от моря Чермного до моря Плиштим и от пустыни до реки» - это и есть границы «от моря до моря». А сверх Земли Израиля добавляется власть от реки и дальше, что выражено словами «до концов земли», ведь о Шломо написано, что он властвовал над всеми соседними царствами.
О выражении «от Типсаха до Газы» в словах наших мудрецов (Хазаль) приводятся два мнения. Одно мнение гласит, что Типсах и Газа находились на противоположных концах обитаемого мира, и потому «от Типсаха до Газы» означает «от края до края». Другое мнение утверждает, что они располагались рядом друг с другом, и смысл в том, что точно так же, как он легко правил в Типсахе и Газе, он властвовал надо всем миром. По сути, даже если говорить о двух соседних городах, это все равно указывает на правление надо всем миром: ведь отмерить расстояние «от Типсаха до Газы» можно не по кратчайшему пути, а обогнув весь земной шар - через Австралию, по всей окружности. Получается, что даже если они близки, выражение «от Типсаха до Газы» вполне применимо к тому, кто властвует над всей планетой.
Однако сказанное о его владычестве не следует понимать как прямое административное управление. Подобно тому как сегодня говорят о монархе, что он «правит в Австралии»: имеется в виду не прямое повседневное управление, а то, что страна признает его верховную власть, платит дань и почитает его сувереном, хотя в делах самоуправления сохраняет автономию. А если относить эти слова к царю Машиаху, то все становится еще понятнее, ведь его правление действительно будет абсолютным над всем миром. Ибн Эзра же истолковывает слова «от моря до моря» как протяженность от южного моря, называемого Красным морем, до северного моря, то есть великого океана; а «от реки» - от реки, выходящей из Эдена на крайнем востоке, «до концов земли» - до самого дальнего запада.
Мальбим объясняет, что благодаря тому, что царь вершит правосудие, как мы видели в предыдущих стихах, он утверждает свое царство, и тогда удостаивается великой власти, подчиняя народы под свою руку. «Вейерд» (и будет владычествовать) - от корня со значением господства, правления силой; «от моря до моря» - от Красного моря (Ям Суф) до моря Филистимского.
«Перед ним склонятся обитатели пустынь»
לְפָנָיו יִכְרְעוּ צִיִּים וְאֹיְבָיו עָפָר יְלַחֵכוּ׃ - Перед ним склонятся обитатели пустынь, и враги его будут лизать прах.
Мальбим объясняет, что «циим» - это жители пустыни. Раши же толкует это слово как «сонмы демонов», и это удивительно: какое отношение здесь имеют демоны? Более того, Раши приводит Таргум: «ве-сиан йиштахаран ми-Ромаи», а «сиан» означает «группы, свиты» - как же это вяжется с демонами? И действительно, рав Мазуз в своем комментарии «Эмет канэ» вносит исправление: в тексте должно быть не «шедим» (демоны), а «сарим» (вельможи, сановники) - графическая ошибка переписчиков между похожими буквами далет и реш. И согласно этому все прекрасно сходится: «перед ним склонятся циим» - вельможи и знатные люди склонятся перед ним; и это смысл слов «придут свиты знатных людей из Рима», чтобы служить царю и поклоняться ему.
Радак объясняет подобно Мальбиму: «циим» - это обитатели безводной пустыни («ция»), подобные племенам Кидара и им подобным кочевникам. И хотя они далеки от цивилизованных поселений, они склонятся перед ним; и тем более те, кто живет среди людей и признает его царскую власть. А «враги его будут лизать прах» - те, кто захочет враждовать с ним, не смогут противостоять ему, и у них не останется иного выбора, кроме как от страха лизать прах у его ног. Ибн Эзра же объясняет, что «циим» - это мореплаватели, владельцы кораблей, и потому далее сказано: «цари Таршиша и островов» - морских островов, до которых добираются флотом («ци»).
«Цари Таршиша» - дар и дань
מַלְכֵי תַרְשִׁישׁ וְאִיִּים מִנְחָה יָשִׁיבוּ מַלְכֵי שְׁבָא וּסְבָא אֶשְׁכָּר יַקְרִיבוּ׃ - Цари Таршиша и островов поднесут дань, цари Шевы и Севы принесут дары.
«Цари Таршиша и островов поднесут дань» - как сказано в Книге Царей: «Ибо корабли Таршиша были у царя на море с кораблями Хирама; раз в три года приходили корабли Таршиша». Он посылал корабли, чтобы привозить кораллы, серебро, золото и драгоценные камни со всего мира в Землю Израиля. «Корабли Таршиша» - корабли, направлявшиеся в Таршиш, известное место, именуемое в древних книгах Тарсис. «Цари Шевы» - Раши поясняет, что имеется в виду царица Шевы (Савская); а Сева - это название царства. Слово «эшкар» Раши переводит как дар («дорон»), а Радак пишет, что этому слову нет аналогов во всем Писании, но по контексту его значение - разновидность приношения.
Как уже объяснялось ранее, метод установления значения слова у всех древних комментаторов строился на сравнении. Конкорданс хранился у них не в книге, а в памяти. Сталкиваясь с тем или иным редким словом, они мысленно проверяли, где еще оно встречается в Танахе, и по контексту другого места понимали его смысл здесь. Например, если неизвестно значение слова «раш» (бедняк), мы находим в другом стихе: «Бедного, нищего и убогого («раш») спаси», и понимаем, что «раш» - это разновидность бедности; само Писание раскрывает значение слова. Трудность начинается там, где у слова нет параллелей в Писании, и об этом ришоним говорили: «нет ему подобного во всем Писании» или «не нашел я ему пары». И вот перед нами пример: слово «эшкар» не встречается больше нигде, и нет похожих слов ни во множественном числе, ни в иных формах. В таких случаях не остается иного выбора, кроме как понимать значение из общего контекста: «Цари Таршиша и островов поднесут дань («минха»), цари Шевы и Севы принесут дары («эшкар»)» - отсюда следует, что это разновидность приношения, ведь сказано «принесут» («якриву»), то есть дар, который преподнесут ему. Возможно, можно было бы связать «эшкар» с опьяняющим напитком («машке мешакер»), но в этом нет необходимости, здесь имеется в виду именно преподносимый дар. И об этом сказал Радак: нет ему подобного в Писании, но смысл понятен из его контекста.
А что означает слово «яшиву» (буквально: «возвратят»)? Это трудное для понимания выражение, ведь корень слова означает возвращение взятого - о каком же возвращении идет речь? Радак объясняет, что в данном случае это означает регулярность: раз за разом. «Эйшив» - это не обязательно вернуть то, что взял, а отдавать не единоразово, а повторять снова и снова, от корня со значением повторения («шув»). Так же объясняет и Мальбим: большая часть богатства будет поступать от царей Таршиша и островов, которые будут подносить ему дань из раза в раз, подобно тому как «цари Шевы и Севы принесут дары» - непрестанно, из года в год. И он приводит стих: «и доставлял (ве-хешив) царю Израиля сто тысяч ягнят», то есть каждый год отдавал ему эту подать. Таким образом, «ве-хешив» означает постоянную дань, приносимую регулярно.
Возвращение даров и почета - слова «Сфат Эмет»
И вместе с тем автор «Сфат Эмет» приводит мидраш Ялкут: почему сказано «возвратят» («яшиву»)? Потому что они возвратят все те дары, которые праотец Яаков в свое время отдал Эсаву. Здесь речь идет об эпохе Машиаха, когда будут возвращены все подарки, преподнесенные Яаковом Эсаву. И это буквальное исполнение заповеди: «и вернет похищенное, что отнял». Но речь идет не только о материальных дарах, а также и о почете, оказанном Яаковом Эсаву, ведь он поклонился ему; и поскольку здесь сказано «возвратят» - именно этот почет они и вернут. Возникает вопрос: если во времена Машиаха раскроется столь великое изобилие, зачем нам дары, которые они принесут? Разве царь Шломо нуждался в том, что везли иноземные цари? Если богатство было сказочным, еврейский народ точно не нуждался в чужих дарах. Но «Сфат Эмет» отвечает: глубокий смысл заключается в том, что народам предстоит вернуть то величие и достоинство, которые они тогда отняли, - за то, что Яаков склонился перед Эсавом и назвал его «господин мой» (за что к Яакову была строгая претензия Свыше), народы в будущем вернут этот долг чести и сами придут поклониться народу Израиля.
«וְיִשְׁתַּחֲווּ לוֹ כָל מְלָכִים» - великая честь
וְיִשְׁתַּחֲווּ לוֹ כָל מְלָכִים כָּל גּוֹיִם יַעַבְדוּהוּ׃ - И поклонятся ему все цари, все народы будут служить ему.
Радак говорит, что этот стих можно отнести как к царю Шломо, так и к царю Машиаху. Раши поясняет слова «все народы будут служить ему»: со всей земли приносили дары Шломо, «и приносили они каждый свой дар». Мальбим отмечает, что здесь названо третье благо: великая честь и слава. Цари поклонятся ему, потому что признают его мудрость и его совершенства, и это побудит народы служить ему добровольно. Ведь перед низким правителем люди служат лишь по принуждению, но когда правитель обладает истинным величием, служение ему воспринимается как честь, и люди служат ему с радостью, ощущая, что перед ними возвышенная личность, к которой хочется быть причастным. В этом и заключается смысл слов «все народы будут служить ему» - с искренним желанием.
«כִּי יַצִּיל אֶבְיוֹן מְשַׁוֵּעַ» - царь спасает лично
כִּי יַצִּיל אֶבְיוֹן מְשַׁוֵּעַ וְעָנִי וְאֵין עֹזֵר לוֹ׃ - Ибо он спасет взывающего бедняка и нищего, у которого нет помощника.
Почему же все народы полюбят его и станут служить ему? Потому что увидят, что это праведный царь, спасающий бедных и обездоленных, у которых нет заступника, и сам приходящий им на помощь. Мальбим поясняет, что все три названных достоинства - власть, богатство и почет - царь обретает благодаря тому, о чем говорилось выше: благодаря правдивому суду. Об этом и было сказано: «Да судит он бедных народа», - а каким образом? «Спасет взывающего бедняка».
Казалось бы, возникает вопрос: неужели он спасает только того, кто громко взывает о помощи? Ведь в этом словно бы умаление похвалы: бедняка следует спасать, даже если он молчит; неужели лишь тогда, когда тот закричит и царь услышит его мольбу, он вступится за него - в чем же тогда величие? Мальбим объясняет значение слов «и нет ему помощника»: если обездоленный взывает к правосудию против своих притеснителей, царь спасет его сам - не перепоручая дело местным судьям, а лично защищая взывающего бедняка. И слово «нищий» («ани») соединено со словом «взывающий»: взывающего бедняка и взывающего нищего, у которого нет защитника, царь спасет лично. Это верно как в отношении Шломо, так и в отношении царя Машиаха. Именно поэтому он удостоится властвовать от моря до моря, чтобы заботиться обо всех своих подданных, и благодаря этому удостоится вести за собой великие народы.
«יָחֹס עַל דַּל וְאֶבְיוֹן» - спасение тела и спасение души
יָחֹס עַל דַּל וְאֶבְיוֹן וְנַפְשׁוֹת אֶבְיוֹנִים יוֹשִׁיעַ׃ - Пощадит он бедного и нищего, и души нищих спасет.
В соответствие сказанному ранее «и спасет сынов бедняка», здесь говорится, что царь пощадит бедного и нищего, дав им пропитание и средства к жизни. Но это не просто спасение тела, сказано также: «и души нищих спасет» - это спасение души, наставление на путь праведности и морали тех, чья душа пребывает в ущербе. Ведь бывает так, что в деньгах человек не испытывает нужды, но душа его нищенствует.
Рассказывают об одном хасидском ребе, у которого богачи оставались на аудиенции подолгу, а бедняки заходили лишь на пару минут и сразу выходили. Бедняки обиделись и спросили: «Почему Ребе принимает богачей так долго, а бедняков отпускает сразу?» Ребе ответил им: «Все очень просто. Когда приходит бедняк, и мне, и ему сразу ясна его беда: я даю ему благословение и стараюсь привлечь для него свыше достаток, чтобы Всевышний избавил его от нищеты. Но когда приходит богач, мне приходится сидеть с ним целый час лишь ради того, чтобы он вообще понял, что у него есть проблема! И только после этого можно думать, как ее исправить. Богач уверен, что у него все великолепно. У бедняка корень проблемы сразу виден, а у богача нужно долго вскрывать этот нарыв, чтобы показать ему, в каком душевном бедствии он находится и как сильно нуждается в спасении от Творца». В этом и состоит смысл слов «и души нищих спасет»: есть люди, у которых есть деньги, но они нищи разумом, их душа находится в крайней нужде, и их нужно учить мудрости и праведному поведению. И души таких людей царь тоже спасет.
К слову, оттенки значений слов «эвьон» (неимущий), «даль» (скудный), «ани» (бедный), «раш» (нищий) и других понятий бедности Мальбим подробно разбирает в других местах. Отметим лишь, что слово «эвьон» происходит от корня со значением страстного желания: это еще более глубокая ступень нужды, чем «ани». У «ани» просто ничего нет, а «эвьон» жаждет буквально всего, лишенный самого необходимого. Это слово родственно корню «ава» (желать), как в выражении «не пожелал мой деверь» («ло ава йевми»); отсюда же происходит и слово «эвьона», означающее страстное влечение.
«От коварства и насилия избавит душу их» - явный грабеж и скрытый обман
מִתּוֹךְ וּמֵחָמָס יִגְאַל נַפְשָׁם וְיֵיקַר דָּמָם בְּעֵינָיו׃ - От коварства и насилия избавит их души, и драгоценна будет кровь их в его глазах.
Мальбим объясняет: в соответствие со сказанным выше «и сокрушит притеснителя», то есть царь сокрушит тех, кто притесняет бедных, здесь говорится: «От коварства и насилия избавит их душу» - то есть не позволит отнять их имущество и владения. Почему же сказано двояко: «от коварства (тох) и от насилия (хамас)»? Мальбим поясняет, что существует два вида грабежа: явный и скрытый. Когда человек приходит и открыто грабит или притесняет - это явное насилие. Но когда кто-то приходит и говорит: «Послушай, здесь есть невероятно выгодное вложение, нельзя терять ни минуты, редчайшая возможность!», ты отдаешь свои лучшие сбережения, а он изо дня в день кормит тебя байками, пока ты не потеряешь все деньги до копейки - это называется «тох», скрытый грабеж, от корня, означающего плетение интриг и коварство. Он не вырвал деньги из твоих рук силой, чтобы тут же скрыться (что было бы явным насилием), а провернул все путем махинаций и хитрости, будто бы привлекая тебя к инвестициям, пока не лишил всего имущества. Почему это названо «тох»? Потому что такой грабеж спрятан внутри (бе-тох) чего-то иного, он неочевиден. Так же объясняет и Радак: «тох» - это неосознанный обман, когда тебя обманывают так, что ты даже не догадываешься о подвохе; а осознанный обман и явный грабеж называются «хамас». Таким образом, толкование Мальбима опирается на слова Радака.
И об этом сказано: «избавит душу их». Избавление (геула), отмечает Мальбим, всегда проистекает из чувства близости: везде, где говорится об избавителе (гоэль) - «если нет у человека избавителя», «он - наш избавитель» - речь идет о родственнике, близком человеке. Царь избавит их, потому что ощутит бедняков близкими себе: бедняк для него словно родной брат. «И драгоценна будет кровь их в его глазах» - для притеснителя жизнь бедняка ничего не стоит, но в глазах царя, как и в глазах Всевышнего, она драгоценна. Тому, кто осмелится погубить бедняка, не помогут никакие деньги; «драгоценна будет кровь их в его глазах», и царь совершит над преступником решительный суд - по словам Мальбима, взыщет кровь с того, кто ее пролил. Кровь бедного дорога царю, и потому он потребует жизнь убийцы бедняка, не довольствуясь мягким наказанием, как поступил бы тот, для кого кровь бедняка ничего не стоит. И за это царь удостоится великого почета, о котором говорилось выше: цари падут ниц перед ним.
«И будет жить, и даст ему из золота Шевы»
וִיחִי וְיִתֶּן לוֹ מִזְּהַב שְׁבָא וְיִתְפַּלֵּל בַּעֲדוֹ תָמִיד כָּל הַיּוֹם יְבָרְכֶנְהוּ׃ - И будет жить, и даст ему из золота Шевы, и будет молиться за него постоянно, весь день будет благословлять его.
Раши объясняет: «И будет жить» - да живет царь Шломо; «и даст ему из золота Шевы» - Всевышний дарует ему из золота Шевы. И так действительно произошло у Шломо: он обрел и богатство, и славу, равных которым не было ни у кого ни до него, ни после. Слова же «и будет молиться за него постоянно» вызывают естественный вопрос: неужели Всевышний будет молиться за него, и кому же Он станет молиться? Раши объясняет, что молитва здесь означает благословение, то есть Всевышний будет непрестанно благословлять его. Когда Всевышний говорит человеку «будь благословен», это обращение по своей форме близко к молитве и означает пожелание блага.
Радак предлагает иное толкование: «И будет жить» - будет жить рядом с ним, в значении стиха «и будет жить брат твой с тобою». Ведь контекст этих стихов посвящен бедняку: «сжалится над нищим и бедняком», «души бедняков спасет», «от коварства и насилия избавит душу их», «и драгоценна будет кровь их в его глазах». Поэтому «и будет жить» означает, что бедняк сможет выжить и обрести достойную жизнь при царе. В этом и заключается смысл слов «и даст ему из золота Шевы»: царь наделит бедняка от того богатства, которым одарил его Господь, из того золота, которое привезут из Шевы (как сказано в стихе «цари Шевы и Севы принесут дары»). Золото, доставленное из Шевы, царь раздаст нищим и нуждающимся. А фраза «и будет молиться за него постоянно» относится к царю, а не ко Всевышнему, как полагал Раши: спасенный бедняк будет непрестанно молиться за царя и благословлять его во все дни со словами: «Ты единственный царь, который встал мне на выручку и защитил от гонителей и врагов».
Определенную трудность в понимании стиха по Радаку создает то, что грамматически местоимения третьего лица обычно относятся к одному и тому же действующему лицу, тогда как здесь они распределяются между двумя сторонами: «и даст ему» - это царь, а «и будет молиться за него» - это уже бедняк. Казалось бы, если «и даст ему из золота Шевы» говорит о царе, то и субъектом действия «и будет молиться за него» тоже должен быть царь. Однако это можно разрешить тем, что бедняк уже был введен в текст местоимением: ведь сказано «и даст ему» - кому именно? Бедняку. Царь даст бедняку из золота Шевы, а бедняк будет постоянно молиться за царя. При таком прочтении все становится ясным: упомянутый местоимением бедняк молится за царя и благословляет его во все дни.
Слово «йеварахе́нhу» (будет благословлять его) Радак комментирует так: буква «нун» здесь добавочная, как в слове «йидрахе́нhу» и в ряде других мест Писания, где вместо «йеварахе́hу» стоит форма с добавочной «нун». Мальбим же объясняет: «И будет жить» - бедняк, избавленный царем от притеснителей, обретет подлинную жизнь. В соответствии со словами «и драгоценна будет кровь их в его глазах», теперь говорится: бедняк останется жив, ведь его жизнь бесконечно дорога Шломо, и он сделает все, чтобы ее сохранить. И в соответствие со сказанным об избавлении их души от коварства и насилия, стих подчеркивает: царь не просто спасет бедняка от обмана и грабежа, но еще и одарит его золотом Шевы, принесенным царю в качестве дани. И в ответ на это - здесь Мальбим следует мысли Радака - бедняк будет непрестанно молиться за царя и благословлять его на протяжении всего дня.
Подведем итог:
В этих стихах показан расцвет праведников в эпоху царя (Шломо или царя Машиаха) и нескончаемый мир. Силой суда и праведности царь удостаивается трех величий: безраздельной власти от моря до моря и от реки до краев земли; колоссального богатства - даров царей Таршиша, Шевы и Севы, прибывающих вновь и вновь; и всеобщего признания - того, что все цари склонятся перед ним и все народы будут служить ему по доброй воле, признавая его достоинства. В корне же всего этого лежит отношение царя к самым слабым: он лично встает на спасение взывающего о помощи бедняка, у которого нет заступника, проявляет милосердие, обеспечивая его пропитанием, спасает души обездоленных мудрым наставлением, избавляет от коварства и насилия - как от скрытых махинаций, так и от явного грабежа, - и кровь бедняков бесконечно дорога в его глазах. За это царь щедро одаривает бедняка золотом Шевы, а бедняк непрестанно молится за царя и благословляет его весь день; а в грядущие времена народы мира вернут народу Израиля не только материальные дары, но и все отнятое у него величие.