После того как псалом описал восстание царей земли против Всевышнего и против Его помазанника, а также ответ Святого, благословен Он, царь Давид обращается к этим царям со словами упрека и доброго совета. Раши обращает внимание на фундаментальную мысль: «Итак, цари, образумьтесь» - посмотрите, насколько пророки Израиля исполнены милосердия: они увещевают народы мира, чтобы те отступили от зла. На это уже обращалось внимание ранее при разборе пророчеств «Пророчество об Эдоме», «Пророчество об Аравии» и других, обращенных к народам: вся их цель - предостеречь народы от бедствий, чтобы те не постигли их, и пророк произносит это из чувства милосердия. Так же обстоит дело и здесь.
וְעַתָּה מְלָכִים הַשְׂכִּילוּ הִוָּסְרוּ שֹׁפְטֵי אָרֶץ׃ - Итак, цари, образумьтесь; вразумитесь, судьи земли.
Что же надлежит уразуметь? Мальбим поясняет: раз вы видите, что Святой, благословен Он, наделил меня властью и дал мне на это право, закрепив за мной неизменным законом власть над народами - причем власть не просто по праву наследия, но и как абсолютное владение - и стоит мне лишь попросить Всевышнего, как Он сокрушит и истребит их, то зачем же вы бунтуете? Зачем дожидаетесь момента, когда в конце концов погибнете? Лучше образумьтесь уже сейчас.
Здесь использованы два выражения: «образумьтесь» (аскилу) - через свет разума, чтобы само рассуждение привело вас к выводу о бесполезности бунта против Давида, и тогда вы примете это с готовностью и миром. «Вразумитесь» (ивасру) - через наставление и страх наказания. Есть те, кто не готов воспринимать доводы разума, и тогда приходится «объяснять» им иначе.
Пример тому - известная история о рабочем: прораб попросил рабочего поднять строительные блоки на третий этаж. Сказал раз, два, три - но ничего не сдвинулось с места. Пришел подрядчик и спросил, почему блоки еще внизу. Прораб ответил: я говорил рабочему, но тот не послушал. Подрядчик подошел к рабочему, отвесил ему пару пощечин и сказал: «Ахмад, живо поднимай блоки». Через пять минут все было наверху. Прораб спросил: «Я же просил тебя спокойно, почему ты не сделал?» Тот ответил: «Ты мне просто говорил». Прораб действительно лишь говорил, а подрядчик - «объяснил». Есть те, кому требуется именно такое «объяснение». И в этом смысл стиха: разве не лучше образумиться с самого начала? Зачем доводить дело до наказания? Если не поймете разумом сами, понадобятся страдания.
עִבְדוּ אֶת יְהֹוָה בְּיִרְאָה וְגִילוּ בִּרְעָדָה׃ - Служите Господу со страхом и ликуйте в трепете.
Если будете служить Всевышнему в страхе, вы удостоитесь того, что в итоге исполнится «и ликуйте в трепете»: в самом том трепете, в котором вы трепетали перед наказанием, для вас откроется радость, ибо вы увидите, что беда вас миновала.
נַשְּׁקוּ בַר פֶּן יֶאֱנַף וְתֹאבְדוּ דֶרֶךְ כִּי יִבְעַר כִּמְעַט אַפּוֹ אַשְׁרֵי כָּל חוֹסֵי בוֹ׃ - Вооружитесь чистотой, дабы не прогневался Он и вы не погибли в пути, ибо вскоре возгорится гнев Его. Счастливы все уповающие на Него!
Раши объясняет слова «нашку вар» - вооружитесь чистотой сердца, то есть ясностью и чистотой помыслов. И приводит еще одно объяснение от имени Менахема: слово «нашку» родственно влечению и страсти, подобно сказанному: «и к мужу твоему влечение твое».
Мальбим разъясняет: «нашку вар» - прилепитесь к тому, кто избран и очищен Всевышним. Это слово происходит от понятия «соприкосновение» (ашака), подобно тому как крылья керувим «соприкасаются одно с другим», ведь корень этот всегда означает соединение одной вещи с другой. То есть: соединитесь с Давидом, царем-машиахом, который чист и избран Всевышним, и тем самым вы словно соединитесь с Самим Святым, благословен Он. Будьте подобны мякине, окружающей зерно. Ведь никчемная мякина - это та, которая отделилась от зерна и злаков, и о ней сказано: «как мякина, которую развевает ветер». Но даже если ты всего лишь мякина, в твоих силах оставаться мякиной, прильнувшей к зерну, и тогда тебя по крайней мере не развеет ветер - ты будешь связан со святостью и со слугами Всевышнего.
И добавляет Мальбим, что слово «бар» выбрано здесь не случайно, ибо имеет двойное значение: с одной стороны - чистый, избранный, а с другой - зерно, хлеб, как сказано: «и копили зерно (бар) под рукой фараона», «продадим зерно», «и наполнятся гумна зерном», «долины покроются хлебом». Таким образом, «бар» - это одновременно и зерно, и нечто чистое и отборное.
В соответствие словам «служите Господу в трепете» Писание поясняет, чего именно следует опасаться: «чтобы Он не разгневался» - чтобы Всевышний не разгневался на вас, и вы «не сбились с пути». «Потеря пути» - это всегда образ народа, потерпевшего крушение и оказавшегося в глубоком кризисе, как в выражениях «тогда собьются с пути», «пропал совет у сынов», «ибо народ они, потерявший рассудок». Почему же? «Ибо возгорится вскоре гнев Его» - если Всевышний воспламенит хотя бы малую долю Своего гнева, вы уже собьетесь с пути, и уже «путь нечестивых погибнет». Тем более вам следует бояться «как бы Он не разгневался», ведь этот глагол означает великий, всесокрушающий гнев, ярость полного уничтожения. Таков порядок: сначала «возгорится едва заметный гнев», затем полнота гнева, переходящая в истребляющую ярость. Поэтому надлежит вам трепетать пред Всевышним.
А в соответствие сказанному «и ликуйте в трепете» стих говорит: «счастливы все, уповающие на Него». Радуйтесь тому, что нашли убежище во Всевышнем. Перед нами понятный принцип воздаяния: если вы прилепитесь к Господу, вам будет благо и вы будете ликовать; если же нет - возгорится гнев Господень, падут на вас строгость и ярость суда, и этого вам следует страшиться.
אֲסַפְּרָה אֶל חֹק יְהֹוָה אָמַר אֵלַי בְּנִי אַתָּה אֲנִי הַיּוֹם יְלִדְתִּיךָ׃ - Возвещу закон: Господь сказал мне: «Сын Мой ты, Я ныне родил тебя».
Радак указывает, что христиане ухватились за этот стих и истолковали его применительно к тому человеку (намек на «да сотрется имя его и память о нем»), сделав стих опорой своему заблуждению, обратившимся для них камнем преткновения. Ведь они утверждают, будто тот человек - сын Всевышнего, а здесь сказано: «Господь сказал мне: Сын Мой ты».
Первый ответ: в Божестве в принципе невозможны понятия отца и сына, поскольку Всевышний абсолютно един, как подробно разъясняет автор книги «Ховот а-Левавот» во «Вратах единства». То, что абсолютно едино, не умножается, не уменьшается и не делится на части. Речь идет не о единице как о числе, которое можно разделить на две половины или на бесконечное число дробей, но об абсолютном, неделимом единстве. А Тому, Кто есть абсолютное единство, совершенно не присущи ни множественность, ни умаление, ни деление, и от Него не может отделиться нечто иное - некий сын или подобное тому.
И еще говорит Радак: отец по времени предшествует сыну, и сын появляется благодаря отцу. И хотя сами эти наименования взаимосвязаны - отец не зовется отцом, пока у него нет сына, а сын не зовется сыном, пока нет отца, - тем не менее тот, кого называют отцом, существовал во времени раньше появления сына. Таким образом, согласно вашему утверждению об отце, сыне и святом духе, та часть, которую вы называете «отцом», предшествует той, которую вы называете «сыном». Ведь если бы они существовали одновременно от начала, их следовало бы назвать не отцом и сыном, а близнецами! Но раз вы называете одного отцом, а другого сыном, значит, один был прежде, а второй возник позже. Получается, что тот, о ком вы говорите как о божественной силе, оказывается силой вторичной, появившейся лишь впоследствии. Что же это за божество? Когда говорят о Божестве, имеют в виду Того, Кто был, есть и будет вечно, а не нечто, возникшее позже.
И если спросят: если так, по-вашему, что же значат написанные здесь слова «Сын Мой ты»? Ответ таков: когда мы говорим о Божественном, мы говорим лишь иносказаниями, ведь у нас нет постижения Его Сущности. «Никакая мысль не может объять Его вовсе» (лейт махшава тфиса бей клаль). И когда говорят о Божественном, наши определения - это прежде всего то, чем Он не является: не тело, нет у Него подобия тела, и не постигают Его постигающие тело. Мы говорим о Нем отрицательными понятиями, поскольку не в силах говорить утвердительно и сказать, каков Он есть. Но даже когда мы говорим в утвердительной форме, это лишь метафора: когда говорят «милосердный и милостивый», «рука Господа», «очи Господа» - всем нам ясно, что это иносказания, ведь у Святого, благословен Он, нет руки и нет глаз. А когда хотят сказать, что Святой, благословен Он, проявил могущество, говорят: «Господь - муж брани», и вновь это лишь метафора, и нельзя представлять Святого, благословен Он, в доспехах и с мечом в руке.
И мы уже говорили о том, что все наши описания Божественного относятся лишь к Святому, благословен Он, после сфирот, то есть после тайны цимцума (сокращения), когда Всевышний сократил Свой свет и провел тонкий луч света (кав), как подробно объясняется в книге «Эц Хаим», и как мы учили по «Нефеш а-Хаим» и в других местах. В этот тонкий луч света облеклись все сфирот, и именно о них мы говорим: о милосердии, о хеседе, о нисходящем изобилии (шефа). Четырехбуквенное Имя - это их внутренняя суть, свет, сияющий в них. Но Сам Всевышний в Своей Сущности (Ацмут) пребывает вне цимцума, и для Него у нас нет ни свойства, ни имени, и мы не называем Его никаким именем, ибо любое имя ограничивает: давая имя, ты заключаешь в определенные рамки.
И даже «Эйн Соф» (Бесконечный) - это не определение Его Сущности, благословен Он. Ведь само понятие бесконечности удивительно: все, у чего нет начала, не имеет и конца, так почему же ты перескакиваешь к концу? Назови Его «безначальным»! Мы подробно разбирали это по книге «Кузари», но вкратце скажу так: когда мы говорим «Эйн Соф», мы говорим не о Нем, а о нас самих - о бесконечности в нашем постижении Его, о том, что мы не можем дойти до конца в постижении Творца. Но начало у нас есть, ведь Святой, благословен Он, дал нам базовое постижение, чтобы мы хоть немного понимали Божественное и знали, Кому служить. Понимать, что есть Б-г, что Он един, что Он сотворил мир, что у Него есть пути управления и сфирот, что Он ревнитель и мститель, и Он же - Б-г милосердный и милостивый: во всем этом у нас есть отправная точка, начало постижения. Но «постигнешь ли тайну Б-жию, дойдешь ли до совершенства Всемогущего?» - этого нам не дано. А когда говорят о Святом, благословен Он, вне цимцума, каббалисты говорят, что у нас нет даже начала, и потому там неприменимо называть Его даже «Эйн Соф», ведь там нет у нас постижения вовсе, и об этом не говорят вообще. Все наши речи касаются лишь того, что Святой, благословен Он, низвел в сфирот и явил нам Свой свет - хесед, изливающий милость, гвура, изливающая суд, и тому подобное; через это у нас есть возможность познания Божественного, но думать, будто это и есть Б-г в Его Сущности, безусловно, неверно.
И точно так же, когда сказано: «Воздайте силу Б-гу» - речь идет не о Всевышнем в Его Сущности, ведь Он не нуждается в силе: «Если ты согрешил, что причинишь Ему?.. Если ты праведен, что дашь Ему, или что Он возьмет из руки твоей?». Но когда человек поступает вопреки воле Всевышнего, он помрачает свет сфирот и высшее изобилие, и происходит это лишь в сфирот, которые суть свет, исходящий от Него, благословен Он, но не в Его Сущности. В Его Сущности невозможно ни помрачить, ни сотворить благо: если ты совершил добро - ничего Ему не прибавил, а если согрешил - ничем Ему не навредил. На что же ты повлиял? Ты повлиял на сфирот, чей свет потускнел, и в проигрыше остался ты сам. А когда свет сфирот помрачается, изобилие уже не сходит должным образом: «рабыня наследует госпоже своей», нечистые силы питаются этим, а нам достаются лишь крохи.
И в соответствии с этим, когда сказано: «Сын Мой ты, Я ныне родил тебя» - понимай это в качестве метафоры. Подобно тому, как о звездах сказано: «и ликовали все сыны Б-жьи», и смысл вовсе не в том, что они дети Святого, благословен Он, а в том, что, будучи порождением Его влияния, они именуются «сыном». Так же и «сын Мой, первенец Мой - Исраэль», «сыновья вы Господу, Б-гу вашему», «не Он ли отец твой, создавший тебя», «Я буду ему отцом, а он будет Мне сыном» - все эти выражения означают сыновство в метафорическом, духовном смысле, а не в грубо-материальном представлении, будто оплодотворили некую женщину и родился сын. И точно так же, как мы говорим, что обучающий сына своего ближнего Торе как будто родил его и тот считается его сыном, - речь идет об иносказании и метафоре, а не о биологическом отцовстве.
שְׁאַל מִמֶּנִּי וְאֶתְּנָה גוֹיִם נַחֲלָתֶךָ וַאֲחֻזָּתְךָ אַפְסֵי אָרֶץ׃ - Проси у Меня, и Я отдам народы в удел твой, и во владение твое - края земли.
И еще говорит Радак: скажи им, по вашим словам, Отец говорит Сыну: «Проси у Меня, и Я отдам народы в удел твой». Но как сын может просить у Отца, если вы утверждаете, что он такой же бог, как и Тот, и обладает такой же силой? Зачем ему просить у Отца? И кроме того, до того как он попросил, народы ведь не были его уделом, сказано же: «Проси у Меня, и Я отдам» - так если он бог, почему народы не были его уделом изначально? Неужели он был богом с ограниченной силой, а затем стал могущественным? В Божестве нет недостатка, а по вашей теории этому «богу» требовалось обращаться с просьбами и лишь затем получать власть и могущество - как такое возможно?
А если скажут, что писание говорит о том периоде, когда он был во плоти, в материальном теле, и после того как божество приняло плоть, оно сказало этой плоти просить у Него, чтобы дать ей народы в удел, - Радак отвечает, что и это невозможно. Ведь ничего из этого у него не было: не достались ему народы ни в удел, ни во владение, напротив, он был гоним и казнен. Что это за бог, который не способен защитить самого себя, которого схватили, повесили и распяли? Если Всевышний сказал ему: «Проси у Меня, и Я отдам народы в удел твой», почему же он не попросил и почему ему это не было дано? Все было с точностью до наоборот, поэтому относить этот стих ко времени его пребывания в теле совершенно безосновательно.
А если ты скажешь, что стих говорит не о материальном завоевании, а о вере - о том, что народы примут его веру себе в удел, - Радак отвечает, что и это не выдерживает критики. Посмотри: большинство народов, как евреи, так и мусульмане, не приняли его веру. К тому же при его жизни вообще никто не принял его веру; те же, кто принял ее главным образом после его смерти, сделали это силой меча - крестовые походы, в которых убивали всякого, кто не желал принять эту «религию любви», и так насаждали ее. Подобно этому действовал и Мухаммед: «вера Мухаммеда мечом», когда устраивали истребительные походы и убивали всех, кто не соглашался принять мусульманство, в связи с чем Рамбам в свое время и написал «Йеменское послание» и другие труды. Здесь не было людей, познавших абсолютную истину и последовавших за ней, действовала исключительно сила меча, да и то не при его жизни. Выходит, никак нельзя сказать, будто Всевышний обещал ему, что его вера станет уделом всех народов: при жизни ему этого вовсе не было дано, а после его смерти есть мусульмане и есть евреи, и народы вовсе не стали его уделом.
И завершает Радак: если же спросят тебя о толковании этого псалма, выбери одно из двух направлений - либо применительно к Давиду, либо к царю Машиаху, как объяснил Раши, и этому же толкованию следует сам Радак.
Финал псалма - это милосердный призыв к царям земли: образумьтесь сами, по доброй воле, чтобы вам не потребовались удары и страдания; служите Всевышнему в трепете, и сам этот трепет обратится для вас в ликование; и прилепитесь к избранному Всевышним («бар») - станьте подобны мякине, прильнувшей к чистому зерну, которую не развевает ветер. И напротив этого звучит предостережение: если вспыхнет хотя бы малая часть Его гнева, вы уже собьетесь с пути, и тем более - при излиянии ярости; а в противоположность гибели - «Счастливы все уповающие на Него». А стихи «Сын Мой ты» и «Проси у Меня», на которых христиане построили свое заблуждение, объясняются применительно к Давиду или к царю Машиаху. Ведь в абсолютном единстве Б-жества не может быть понятий «отца» и «сына», и все выражения вроде «сын» или «рождение» в Писании - лишь притча и метафора, поскольку саму Сущность Всевышнего, благословен Он, никакая мысль не способна постичь вовсе («лит махшава тфиса бей клаль»), а все наши описания относятся исключительно к Его свету, раскрывающемуся в сфирот.