Введение: земная власть как притча о Царстве Небесном
Стихи, стоящие перед нами, на первый взгляд говорят об обычаях земных царей из плоти и крови: что им отвратительно, какова их воля, что происходит, когда они гневаются, и что - когда их лицо светится благоволением. Однако, как видно из слов Ришоним и комментаторов, все это - лишь притча. Царь в этих стихах - это также и Царь царей, Всевышний, а отношения между народом и правителем служат притчей об отношениях между нами и Творцом мира. Пойдем же по порядку стихов и посмотрим, как каждый из них открывает нам новые грани в служении Всевышнему.
Стих 12: Царство, в котором нет злодейства
תּוֹעֲבַת יְהֹוָה... תּוֹעֲבַת מְלָכִים עֲשׂוֹת רֶשַׁע כִּי בִצְדָקָה יִכּוֹן כִּסֵּא׃ - "Мерзость для царей - вершить злодеяние, ибо праведностью утверждается престол".
Раши объясняет: "Мерзость для царей - вершить злодеяние" - отвратительно для судей и недостойно их творить беззаконие. И в словах Раши мы видим, что под "царями" здесь понимаются не монархи в буквальном смысле, а именно судьи.
Рабейну Йона поясняет, что Пресвятой, благословен Он, утверждает престол правителей по мере тех добрых дел, которые они совершают. И "арабская весна" тому подтверждение: когда правители порочны и коррумпированы, их трон начинает шататься, пока они не падут. И здесь кроется еще один урок: если даже земным царям отвратительно злодеяние, то тем более Царю царей ненавистно любое беззаконие.
Виленский Гаон разъясняет: когда власть считается возвышенной, уважаемой, справедливой и достойной? Когда в ней царят справедливость и законный суд. Тогда царство возвышается, и все прославляют и восхваляют его. И напротив, власть, построенная на обмане, лжи, махинациях, взятках и кривосудии, - это "банановая республика": кто даст побольше денег, тому правитель из-под полы передает все, что требуется; он единолично распоряжается богатствами страны, переводит миллионы на банковские счета, и все вокруг - сплошной обман и ложь. Такое царство считается низким и презренным. Поэтому, когда подданные царя ведут себя честно и справедливо, говорят: это достойное правление; если же в государстве царит беззаконие, это омерзительно для царя, ведь он понимает, что это разрушает доброе имя его власти в мире, и потому он заботится о том, чтобы в его государстве не было беззакония.
И еще поясняет Виленский Гаон: "Мерзость для царей - вершить злодеяние" - им отвратительно самим совершать зло. Когда царь проявляет милость и справедливость ко всем, подданные служат ему с радостью, и он любим своим народом. Напротив, коррумпированного тирана не переносят и ненавидят, против него всегда зреют бунты, и люди ищут способ свергнуть его. Поэтому царю отвратительно творить несправедливость и зло, дабы не стать ненавистным в глазах своего народа.
Мальбим объясняет: способ основать царство - это справедливый суд в отношениях между людьми, благодаря чему власть утверждается на честности и правосудии. Однако для того, чтобы укрепить царство на долгие годы, одного этого недостаточно: необходимы также милосердие (цедака) и добрые дела, которые обеспечат государству долговечность. В этом и заключается смысл: утвердить его судом - суд между людьми должным образом ставит царство на ноги; и подкрепить его милосердием - чтобы оно держалось и опиралось на него долгие годы. Отсюда и "мерзость для царей - вершить злодеяние": злодейство, являясь противоположностью праведности и милосердия, отвратительно царям, ведь оно разрушает власть. Зло не только не позволит сохранить царство на долгие годы, но и на короткий срок не даст ему устоять - "ибо праведностью утверждается престол", лишь благодаря милосердию и правде его трон устоит навеки.
Стих 13: Уста правды и говорящий прямо
רְצוֹן מְלָכִים שִׂפְתֵי־צֶדֶק וְדֹבֵר יְשָׁרִים יֶאֱהָב׃ - "Благоволение царей - праведные уста, и говорящего правду он любит".
Когда люди оправдывают друг друга, судят окружающих в лучшую сторону и говорят слова правды и честности, царь любит их, ведь правитель не желает слышать дурное о своем государстве. И, как мы уже говорили, это притча о Пресвятом, благословен Он. Возможно, самый наглядный пример нам знаком из домашней жизни: что больше всего огорчает родителей? Слышать: "Папа, он мне сделал то-то", "Мама, он у меня отобрал", "Он меня ударил". А что для них отраднее всего? Видеть любовь и братство, мир и согласие между детьми: когда ребенок увидел, что брату чего-то не хватает, пошел и поделился своим, когда дети помогают, поддерживают друг друга и делятся между собой. Эта притча наглядно показывает нам, насколько важно для Всевышнего, чтобы мы помогали, поддерживали и одаривали друг друга, и насколько ненавистны и отвратительны Ему раскол, ссоры и злоязычие (лашон а-ра).
Поэтому величайший грех в Торе - это лашон а-ра (злоязычие), который приравнивается к идолопоклонству, разврату и кровопролитию, ведь он порождает раскол. Поколение Ахава выходило на войну и побеждало. Почему? «Привязался к идолам Эфраим - оставь его!»: среди них не было доносчиков. А поколение Шауля выходило на войну и терпело поражение. Почему? Потому что среди них были доносчики: «Когда пришли зифеи к Шаулю... разве Давид не укрывается у нас?», холм Хахила, жители Кеилы и тому подобное; среди них были доносчики, люди злоязычные.
Насколько же велико «благоволение царей», как велика благосклонность Владыки всех владык, когда звучат «уста праведности», когда человек говорит справедливо и выступает в роли защитника Его сыновей, находя добро в народе Израиля! Однако не следует понимать это превратно: поиск хорошего в народе Израиля вовсе не означает, что там, где требуется упрек, нужно гладить по головке и говорить: «Вы праведники, вы честнейшие люди» - напротив, это злодейство и лесть, и поступать так запрещено. Взгляните на пророка Йешаягу, какие суровые слова он произнес в своем пророчестве: «Князья твои - мятежники и сообщники воров, каждый любит взятки и гонится за мздой» - словно написано в наши дни! Когда нужно было укорять, он говорил жесткие слова.
А вот к Элиягу была предъявлена претензия. Почему? Потому что он предстал перед Святым, благословен Он, и сказал: «Владыка мира, они оставили завет Твой». Сказал ему Всевышний: «Если бы ты пошел к народу и сказал им: "Вы оставили завет Господа", - напротив, ты был бы дорог Мне за то, что пошел и укорил Мой народ; но прийти и говорить Мне, что Мои дети недостойны, - это донос на Моих детей». И потому он был наказан тем, что должен присутствовать на каждом обрезании (брит-мила), дабы воочию видеть, что завет Всевышнего действительно соблюдают. Выходит, что «благоволение царей - уста праведности»: чтобы люди говорили доброе друг о друге и искали оправдания; а те, кто всегда говорит честно и как подобает, не просто вызывают благоволение, но любимы Владыкой мира.
Мальбим объясняет: слово «цедек» (праведность, справедливость), как уже пояснялось, относится к суду - чтобы суд был справедливым, прямым, а не искаженным, как сказано: «И будет судить по справедливости бедных». В этом и состоит благоволение царей, ведь Всевышний воцарил царя именно ради справедливости; для того его и возвели на трон, чтобы он вершил справедливый и праведный суд. Но есть ступень еще выше - это «йошер» (прямота, искренность): «и говорящего прямо Он возлюбит». «Йошер» выше формальной справедливости («цедек»), подобно принципу «дабы ты шел путем добрых», то есть превыше строгой буквы закона, лифним ми-шурат а-дин (великодушие сверх требований закона). Здесь уже сказано «возлюбит»: желание царя - чтобы суд был справедливым, но тот, кто поступает даже выше буквы закона, поистине любим Всевышним. А слово «йешарим» означает слова прямоты и честности, по той же грамматической модели, что «бкарим» (утра) от «бокер» (утро).
פסוק י"ד: חמת מלך ואיש חכם המכפר
חֲמַת־מֶלֶךְ מַלְאֲכֵי־מָוֶת וְאִישׁ חָכָם יְכַפְּרֶנָּה׃ - Ярость царя - вестники смерти, но мудрый человек искупит (утишит) ее.
Раши поясняет: когда царь гневается, его ярость подобна посланникам смерти. То есть готовься: у этого будут последствия, здесь готовы лететь головы. Но «мудрый человек искупит ее»: мудрый человек знает, как умилостивить царя и успокоить его гнев.
Рабейну Йона объясняет, что этот стих призван научить нас относительно Царя мира. Остерегайся: если ты пробудишь гнев Владыки мира, ты навлечешь, не дай Бог, ангелов смерти и приведешь к тому, что Святой, благословен Он, нашлет, упаси Всевышний, Самаэля сводить счеты. Ведь когда пылает гнев, у него есть последствия, когда есть ярость, она дает о себе знать. И это должно научить нас страху перед Всевышним: если уж когда гневается царь из плоти и крови, человек сразу понимает, что нужно держаться на расстоянии и близко к нему не подходить, ведь неизвестно, чем все закончится, - то тем более ярость Владыки мира, несущая ангелов смерти; как же тебе не трепетать перед Ним и перед Его гневом?
И пример этому мы находим в истории с Ахашверошем. После того как он проснулся поутру и вспомнил о Вашти и о том, что она сделала, кто посоветовал ему набрать молодых красивых девиц? «Отроки царя, прислуживавшие ему» - те самые слуги, что подносят ему чашку кофе и обувают его. Разве это советники? У каждого царя есть назначенный советник, а здесь ему советуют юноши-слуги. Да и совет их - ребяческий, как объясняет там Мальбим: брось знатность, брось голубую кровь, главное, чтобы была красавицей. Кто так рассуждает? Незрелый юноша, невежда. А знатный человек и царь понимает, что она должна соответствовать его статусу, быть той, с кем не стыдно показаться на людях. И почему царь вообще остался лишь со своими слугами, где же его советники? Мальбим объясняет: увидев, что это человек переменчивый, в один миг казнивший собственную жену, да еще и изменивший законы Персии, постановив, что отныне царь может казнить сам, без согласия министров и без утверждения решений на общем совете, являясь единоличным судьей, - они поняли, что это смертельно опасно, и стали держаться подальше: «Сегодня я болен, не приду». Поди знай: заденешь его не так - и он велит тебя казнить. Так царь остался лишь со своими юношами-слугами, и именно они стали давать ему советы. Это наглядный пример слов Рабейну Йоны: если при гневе царя из плоти и крови люди приходят в боевую готовность, трепещут и держатся на расстоянии, то тем более перед гневом Владыки мира.
«Но мудрый человек искупит ее»: в иносказательном смысле речь идет о величии мудрости, то есть Торы. Посредством Торы и исполнения заповедей человек искупает гнев. В буквальной притче: когда приходит мудрый человек и находит благоволение в глазах царя, ему удается утишить царскую ярость. Так же и в иносказании: Господь дает мудрость, из уст Его - знание и разум, а мудрость - это занятие Торой и исполнение заповедей; мудрый человек, изучающий Тору, праведный и богобоязненный, искупит этот гнев. Подобно Моше-рабейну, который не раз вставал в проломе, и подобно другим великим мудрецам Израиля, которые своими оправдательными речами спасали еврейский народ.
Что такое «капара» (искупление): очищение
Следует знать, что значение корня «капер» (искупать) - это очищать. Йом-Кипур - это день генеральной уборки, хотя некоторые думают, что это Песах. «И искупит (ве-хипер) за себя и за дом свой» - очистит от грехов себя и свой дом. Так же и в языке наших мудрецов, благословенной памяти: «Святой, благословен Он, пожелал разрушить Свой Храм и захотел отереть (лехапорей) руки Свои о того человека» - образно говоря, после разрушения Храма Его руки испачкались, и Он вытирает, отирает руки о того человека, который навлек разрушение Храма; «лехапорей ядей» означает вытереть. Так же и относительно кропильниц: коэн «отирал руку» (мехапер яго) о край чаши, в которую принимали кровь, - то есть вытирал руку от крови. Стало быть, «мудрый человек искупит ее» означает: он очистит грехи Израиля своей защитой, изучением Торы и заслугой заповедей, которыми обладает.
Виленский Гаон объясняет: когда царь гневается, его ярость - это ангелы смерти, ведь он посылает вестников казнить, а мудрец своей мудростью искупит ее и умилостивит его. Так же и Наверху: когда возгорается ярость и гнев Святого, благословен Он, это не нечто отдельное от смерти - Его яростный гнев и есть сама смерть. Но когда есть мудрец, благодаря тому что Всевышний любит мудреца и праведника, помогает ему и поддерживает его, тот искупит ее. И говорит Виленский Гаон, что даже сам вид мудреца помогает: «не пробудит всей ярости Своей». И именно об этом сказано во время мора: «И пришел Аарон, и искупил грех народа» - самим приходом Аарона, тем, что Всевышний увидел его, утих Его гнев.
И Мидраш приводит к этому притчу о царе: когда он гневался, к нему заводили его маленького сына. Царь стоит в ярости, и вдруг заносят милого малыша - и тотчас: «милый мой, сладкий, солнышко мое!», берет его, обнимает, целует и забывает всю свою ярость и гнев. Так же, говорит Мидраш, и со Святым, благословен Он: когда Он гневается и перед Ним предстает мудрец, Всевышний видит мудреца, праведника, обладателя множества заповедей, особых заслуг и самоотверженности в служении Творцу - и этим как бы успокаивается и забывает Свой гнев и Свою ярость.
Разница между яростью (хема) и гневом (аф)
Мальбим объясняет, что ярость (хема) скрыта в сердце, а когда она вырывается наружу, это гнев (аф). Мы уже не раз объясняли: «аф» - внешнее проявление, а «хема» - внутреннее. Ярость накаляется внутри, бурлит и зреет, а затем, когда все вырывается наружу, оно исходит из ноздрей: «Ибо огонь возгорелся в ноздрях Моих (бе-апи)». Видно, как нос краснеет и из него начинает валить пар, словно из огнемета. Это уже внешнее следствие внутреннего кипения.
Как помнят слушатели, так же объяснялся и стих из Мегилат Эстер: «И разгневался царь сильно, и ярость его разгорелась в нем»: там Мальбим тоже объясняет, что внешняя вспышка гнева - словно пена на поверхности воды, а ярость - внутри. Казалось бы, порядок должен быть обратным: ведь сначала человек закипает внутри, а затем взрывается, как вулкан, где копится магма и идут подземные толчки, пока все не извергнется наружу; следовало бы сказать: «и ярость его разгорелась в нем, и разгневался царь сильно». Но Мальбим объясняет (и об этом подробно говорилось на уроках по Мегилат Эстер), что у Ахашвероша был четкий план, как получить неограниченную власть над Персией и Мидией, чтобы не зависеть ни от сановников, ни от кого-либо еще. И когда этот план сорвался, он не мог позволить себе слишком бурно гневаться открыто, ведь тогда поняли бы, что здесь был тайный замысел; поэтому главный его гнев остался внутри - «и ярость его разгорелась в нем». Он изъедал себя изнутри за то, что был в шаге от успеха, а Вашти смешала ему все карты, окружающие же не знали, насколько он пылает изнутри.
И в отношении нашего стиха: «ярость царя» - это то, что скрыто в сердце, а «вестники смерти» - ее проявление, когда он начинает мстить. Ярость простого человека, говорит Мальбим, не столь опасна: что он может сделать? Раздражится, рассердится, обругает; над ним все еще тяготеет страх перед властью, он боится полиции и тому подобного. Но если гневается царь - дело плохо. Кто над ним? Кто посмеет спросить его: «Что ты делаешь?». Поэтому «ярость царя - вестники смерти»: берегись, это смертельно опасно, это грозная беда. И добавляет Мальбим: ибо в ярости своей он погубит многих - в одно мгновение он может решить стереть с лица земли целое селение. Мы видели это во время «Черного сентября», видели и Асада-отца, против которого вспыхнул бунт в городе Хама, и там он излил на них всю свою ярость и применил оружие. И сын пошел по стопам отца - перенял его повадки и научился уничтожать еще беспощаднее. Когда царь гневается - горе и беда: разрушения огромны, погибших не счесть. И тогда нужен мудрый человек, который сумеет своей мудростью спасти жителей, искупить вину и отвратить ярость.
Стих 15: «В свете лица царя - жизнь»
בְּאוֹר־פְּנֵי־מֶלֶךְ חַיִּים וּרְצוֹנוֹ כְּעָב מַלְקוֹשׁ׃ - В свете лица царя - жизнь, и благоволение его - как облако с весенним дождем.
«Ав» - это туча, несущая «малькош» (поздний, весенний дождь), то есть благословение и изобилие пребывают на таком человеке. Рабейну Йона объясняет, что «свет лица царя» означает, что Всевышний обращает к нему Свой благосклонный лик. А «благоволение его (рецоно)»: когда Всевышний благоволит к одному из Своих рабов, благо, которое проистекает для этого раба от благоволения, неотделимо от самой этой благосклонности и не подлежит никакому сомнению. Поэтому стих говорит не о том, что оно придет в будущем, а о том, что оно уже здесь. «И благоволение его - как облако с весенним дождем»: подобно тому как в дождевой туче дождь уже заключен внутри, и мне не нужно молиться о том, чтобы в ней появился дождь (разве что помолиться, чтобы он пролился здесь, а не над Иорданией), ведь он уже в ней есть. Так и когда благоволение Святого, благословен Он, обращено к человеку: больше ничего и не нужно, там уже спасение, там уже благословение, там уже изобилие.
Следовательно, в благоволении Всевышнего ко мне уже заложено все то изобилие, которое мне суждено получить. И это главное, к чему человек должен стремиться: «И Ты по великому милосердию Своему возжелай нас и соблаговоли к нам» - чтобы обрести благоволение Всевышнего, чтобы Он не сказал мне: «Ты Мне отвратителен». И как выражается Рамбам о согрешившем, совершившем тшуву: вчера он был ненавистен, омерзителен, отдален и презренен пред Всевышним, а сегодня любим, приятен и близок; вчера он молился, и молитву его бросали ему в лицо, а сегодня он молится, и молитва его принимается. Если есть благоволение - в нем заключено все, подобно туче, внутри которой уже есть дождь.
На самом деле Рабейну Йона не вдается в подробности, почему здесь назван именно «малькош»; из его слов следует, что «малькош» здесь - общее обозначение дождя, и он не касается вопроса о том, когда выпадает малькош и чем он отличается от йоре (раннего дождя). Смысл его слов: как туча, приносящая дождь. Подобно тому как если у тебя есть связь с царем и он благоволит к тебе - у тебя есть все, ты обеспечен; так же, как в облаке уже готов дождь, когда Всевышний благоволит к тебе, у тебя есть все. Однако другие комментаторы, как мы вскоре увидим, подробно объясняют, почему в стихе сказано именно «малькош», а не «дождевое облако» или «облако раннего дождя».
Объяснение Виленского Гаона: Тора и молитва
Виленский Гаон объясняет, что «в свете лица царя» означает время, когда царь радуется. Когда царь радуется - есть жизнь, есть изобилие, есть благословение, он одаривает и щедро изливает добро. И напротив, когда царь гневается, горе его народу; посмотри, что произошло с сирийским народом (хотя и когда правитель был доволен, им жилось нелегко, но все же куда лучше, чем во время его ярости). А когда царь являет благоволение, он для своего народа - как облако с поздним дождем. Что же такое поздний дождь («малкош»)? Это дождь, выпадающий в месяце нисан, самый поздний из дождей, и есть в нем особое достоинство: он орошает уже созревшее зерно, и в этих последних дождях заключена огромная польза для окончательного дозревания урожая. Так и благоволение, с которым царь относится к своему народу, драгоценно, подобно этому дождю в конце зимы, выпадающему на созревающие колосья, чтобы ускорить и завершить созревание.
О чем же здесь говорится на самом деле? Ведь Писание приведено не для того, чтобы описать твои отношения с земной властью, но, как объяснил Рабейну Йона, чтобы раскрыть нашу связь с Создателем мира. Виленский Гаон говорит: есть Тора, и есть молитва. Тора - это сокровенный внутренний свет Царя, ведь Святой, благословен Он, Тора и Израиль едины, и как мы говорим в молитве: «Ибо в свете лица Твоего дал Ты нам...» - что же дал нам во свете Своего лица? Тору. Выходит, что «свет лица Царя» - это Тора, сокровенная сущность Царя. А «Его благоволение» - это молитва, ведь как снискать благоволение Царя? Только обращаясь к Нему с молитвой.
Тот, кто удостоился «света лица Царя», то есть удостоился погружения в Тору, обретает «жизнь», ведь она - древо жизни для придерживающихся ее. А тот, кто исполнил волю Царя посредством молитвы, а также исполнением заповедей, что тоже именуется творением воли Царя, подобен «облаку с поздним дождем». В чем же различие между ними? О молитве сказано, что она относится к жизни преходящей («хайей шаа»), а о Торе - что она жизнь вечная («хайей олам»). Как мы находим в Талмуде: мудрец увидел, как ученики прерывают учебу и встают на молитву, и сказал им: оставляют жизнь вечную и занимаются жизнью преходящей. В простом смысле: в молитве человек просит о потребностях земной жизни - о заработке, здоровье и тому подобном, тогда как Тора готовит человека к жизни в Грядущем мире, ею он возводит свои небесные чертоги.
Но Виленский Гаон объясняет иначе: выражение «молитва - жизнь преходящая» означает, что благой час в награду за молитву наступает лишь в самом конце, тогда как награда за Тору - это жизнь вечная. Награды за заповедь в этом мире нет, но Тора относится к тем вещам, плоды которых человек вкушает уже в этом мире, в то время как основной фонд сохраняется для мира Грядущего. Тора вечна, и в отношении нее нельзя сказать «получишь в конце», ведь вечность означает «всегда», а стало быть - и сейчас. Поэтому от нее есть плоды и в земном мире: у того, кто учит Тору, ищут мудрого совета и разумения («у меня совет и мудрость, у меня сила»), сколь многое дается благодаря изучению Торы уже здесь!
Молитва же, напротив, связана с часом награды, и этот час наступает в самом конце. Когда же получают эту награду? «Как облако» - какой именно дождь дает это облако? Поздний дождь («малкош»), который выпадает последним, в самом конце. Поэтому обрати внимание: «В свете лица Царя - жизнь» - даже сейчас, ведь свет лица Царя - это Тора, и она дает жизнь уже в этом мире. Но «благоволение Его», когда ты исполняешь Его волю молитвой и заповедями, требует ожидания: награды за заповеди в этом мире нет, и когда же ты ее получишь? Подобно облаку, несущему поздний дождь, - в самом конце, когда придешь в вечную жизнь Грядущего мира.
Три этапа: ярость, искупление, свет лица
Виленский Гаон также объясняет, что наш стих является прямым продолжением предыдущего. «Ярость царя - вестники смерти, но мудрый человек искупит ее»: когда мудрый человек загладил вину и искупил ярость, то есть устранил гнев царя, зная, как к нему подступиться и какими доводами убедить, тем самым отступили и вестники смерти. А вслед за их удалением что происходит? Воссияет свет лица царя. Ярость ушла, и тогда раскрывается жизнь, противоположная смерти.
Получается, что здесь есть три этапа: вначале ярость царя, несущая гибель, когда разгневанный правитель способен в один миг уничтожить человека. Затем «мудрый человек искупит ее» - тот, кому удается сбить пламя и развеять царский гнев. И затем, как результат этого, «в свете лица царя - жизнь»: если в царской ярости таилась смерть, то в свете его лица раскрывается жизнь. А если человек не ограничится этим, но удостоится также снискать благоволение Царя и исполнить Его волю, то это будет «как облако с поздним дождем».
Подведем итог:
Четыре изученных нами стиха рисуют целостный образ земной власти, за которым проступает образ Царства Небесного. «Мерзость для царей - вершить нечестие»: правосудие утверждает царство, а праведность хранит его на долгие дни, тогда как злодейство разрушает власть до самого основания. «Благоволение царей - уста праведные»: царь благоволит тому, кто говорит правду и оправдывает невиновного, и особенно любит тех, кто идет прямым путем и поступает сверх строгой буквы закона; рознь же и клевета отвратительны ему. «Ярость царя - вестники смерти»: скрытый внутренний гнев, вспышка которого смертельно опасна, и лишь мудрый человек, несущий Тору и заповеди, способен очистить, искупить и отвести эту ярость. А когда ярость отступает - «в свете лица царя - жизнь»: Тора дарует жизнь уже сейчас, ибо она вечна, а награда за молитву и заповеди подобна облаку с поздним дождем, приходящему в конце и завершающему созревание жатвы. И превыше всего: «И Ты по великому милосердию Своему возжелай нас и яви нам Свое благоволение», ведь в благоволении Всевышнего к человеку изначально заключено всякое благословение и всякое изобилие.