Шестая глава книги Михи - это глава тяжбы и упрека: Святой, благословен Он, словно призывает горы и холмы стать свидетелями и начинает со слов: «Народ Мой! Что Я сделал тебе и чем отяготил тебя?». В этой части урока мы обратимся к воспоминанию о Балаке и Биламе, к пути «от Шитим до Гильгаля», к главному вопросу согрешившего человека: «Чем я искуплю свою вину?» - и к великому ответу, который дает пророк в известном стихе: «Сказано тебе, человек, что добро». Мы пойдем по порядку стихов, опираясь главным образом на Мальбима, а также на комментарии Раши, Радака и мидраши.
עַמִּי זְכׇר נָא מַה יָּעַץ בָּלָק מֶלֶךְ מוֹאָב וּמֶה עָנָה אֹתוֹ בִּלְעָם בֶּן בְּעוֹר מִן הַשִּׁטִּים עַד הַגִּלְגָּל לְמַעַן דַּעַת צִדְקוֹת יְהֹוָה׃ - «Народ Мой, вспомни же, что замышлял Балак, царь Моава, и что отвечал ему Билам, сын Беора, от Шитим до Гильгаля, дабы познать праведные деяния Господа».
В чем заключался замысел Балака? Уничтожить народ Израиля. А что ответил ему Билам? «Как прокляну я того, кого не проклял Б-г, и как разгневаюсь, если Господь не гневается?» - в те дни Всевышний не изливал Своего гнева. До сих пор все понятно. Трудность возникает далее: «от Шитим до Гильгаля» - какая связь между Шитим и Гильгалем? Шитим еще относится к событиям с Балаком, но Гильгаль находится уже в Земле Израиля.
Раши объясняет: от Шитим, где вы согрешили передо Мной, - именно оттуда вы можете познать Мою милость и верность. Ведь несмотря на ваш грех, Я не отнял Своей помощи и вел вас вплоть до Гильгаля, то есть до самого входа в Землю. По вашим грехам следовало бы истребить вас, но вместо этого Я продолжал давать вам ман, колодец и облака славы, питал, обеспечивал и оберегал вас на всем пути.
Радак добавляет, что упоминание Гильгаля призвано напомнить о чуде. Иными словами: в Шитим вы согрешили и заслужили проклятие, но Я даровал вам искупление тем, что часть согрешивших погибла от мора; а в Гильгале Я совершил для вас чудо при входе в Землю, когда расступился Иордан. «Дабы познать праведные деяния Господа» - из всего этого вы должны извлечь урок и осознать, сколько милостей совершил для нас Святой, благословен Он. Отсюда следует вывод: если пойдешь прямым путем, те же благодеяния будут сопровождать тебя и сейчас; если же нет - понесешь соответствующее наказание.
בַּמָּה אֲקַדֵּם יְהֹוָה אִכַּף לֵאלֹהֵי מָרוֹם הַאֲקַדְּמֶנּוּ בְעוֹלוֹת בַּעֲגָלִים בְּנֵי שָׁנָה׃ - «С чем предстану пред Господом, склонюсь пред Б-гом вышним? Предстану ли пред Ним со всесожжениями, с тельцами-годовиками?».
Радак поясняет: если кто-то из вас спросит, с каким приношением мне предстать пред Господом? Как мне смирить себя перед Ним? «Предстану ли пред Ним со всесожжениями, с тельцами-годовиками?» - принести ли Ему годовалых тельцов, которые считаются самыми отборными?
Мальбим объясняет, что эти стихи служат своего рода прямой речью самого народа Израиля: оступившись в Шитим и в грехе Бааль-Пеора, они раскаиваются и вопрошают: чем же мне предстать пред Господом, перед Которым я только что согрешил? Слово «икаф» означает склоняться: как мне склониться перед Тем, Кто есть Б-г вышний? Имя «Элоким» указывает на меру строгого суда, и тот, кто согрешил перед Владыкой всего мироздания, заслуживает сурового наказания. Это вовсе не то же самое, что рассердить отца, учителя или земного царя; здесь совершенно иной уровень ответственности и несоизмеримо более строгое наказание.
הֲיִרְצֶה יְהֹוָה בְּאַלְפֵי אֵילִים בְּרִבְבוֹת נַחֲלֵי שָׁמֶן הַאֶתֵּן בְּכוֹרִי פִּשְׁעִי פְּרִי בִטְנִי חַטַּאת נַפְשִׁי׃ - «Будет ли благоволить Господь к тысячам овнов, к десяткам тысяч потоков елея? Отдам ли первенца моего за преступление мое, плод чрева моего - за грех души моей?».
В ответ на слова «С чем предстать мне пред Господом?» он говорит: может быть, даже тысячи баранов, которые крупнее и лучше годовалых тельцов, и десятки тысяч потоков елея для возлияния на жертвы всесожжения - но и всего этого недостаточно. А в ответ на «Склониться ли пред Б-гом вышним?» он спрашивает: «Отдам ли первенца моего за преступление мое?» - за преступление (пеша), то есть за преднамеренный грех и бунт, мне следовало бы отдать своего первенца, самое дорогое, что у меня есть. А за грех души моей (хатат), совершенный по ошибке и менее тяжкий, довольно «плода чрева моего», то есть остальных детей, не первенца. Но неужели этим я искуплю свою вину?
הִגִּיד לְךָ אָדָם מַה טּוֹב וּמָה יְהֹוָה דּוֹרֵשׁ מִמְּךָ כִּי אִם עֲשׂוֹת מִשְׁפָּט וְאַהֲבַת חֶסֶד וְהַצְנֵעַ לֶכֶת עִם אֱלֹהֶיךָ׃ - Сказано тебе, человек, что добро и чего требует от тебя Господь: только действовать справедливо, любить милосердие и смиренно ходить пред Б-гом твоим.
На первый взгляд возникает трудность: неужели нужно слышать от человека, что есть добро? Раши дает замечательное объяснение, основанное на разделительном знаке кантиллены на слове «леха» («тебе»): «Сказано тебе» - кто сказал? Всевышний. «Человек, что добро» - Святой, благословен Он, говорит: тебе, человек, Я возвещаю, что для тебя благо делать. И что же для тебя благо? «И смиренно ходить пред Б-гом твоим», и как переводит Таргум Йонатан: «Будь скромен в хождении в трепете пред Б-гом твоим».
И еще одно толкование слов «смиренно ходить»: свойства Всевышнего не подобны свойствам человека из плоти и крови. Человек, которого оскорбили, когда обидчик приходит мириться, говорит ему: я не прощу тебя, пока не придут те самые люди, при которых ты меня унизил. Ты опозорил меня на глазах у всех? Подожди, пока они соберутся, и тогда проси прощения при них. Но Всевышний желает лишь одного - «смиренно ходить»: раскайся наедине с Ним, и этого достаточно. Он не требует, чтобы ты совершал исправление публично так же, как совершил проступок; ты шепотом исповедуешься и просишь прощения втайне - и Святой, благословен Он, говорит: этого довольно.
Радак объясняет, что этот стих служит ответом на вопрос человека: «Отдам ли первенца моего за преступление мое?». Владыка мира, чем мне очиститься от своих грехов? Святой, благословен Он, говорит: Мне не нужны всесожжения. «И чего требует от тебя Господь: только действовать справедливо и любить милосердие», как сказал Шмуэль Шаулю: «Вот, послушание лучше жертвы, и повиновение - тука овнов». «Действовать справедливо» (асот мишпат), поясняет Радак, включает в себя все заповеди между человеком и его ближним, такие как имущественный ущерб и тому подобное - «И вот законы (мишпатим), которые ты предложишь им», касающиеся имущественного права; а также законы о запретных связях - «Мои законы (мишпатай) исполняйте», и сразу вслед за этим: «Наготы отца твоего и наготы матери твоей не открывай». Получается, что «действовать справедливо» означает осторожность в денежных вопросах и в вопросах святости. «Любить милосердие» (ве-аhават хесед) - это ступень еще более высокая: закон (мишпат) - это то, что я обязан: обязан заплатить - заплачу; хесед же - это отдавать даже тогда, когда не обязан, делать больше положенного.
«И смиренно ходить пред Господом, Б-гом твоим» - это значит любить Всевышнего всем сердцем твоим и всей душой твоей. Почему же сказано «смиренно»? Потому что это сокровенные вещи, то, что вверено сердцу. Никто не знает, насколько ближний прилеплен к Творцу.
Рассказывают о раве Штейнмане, которого замечали в самых разных ситуациях, во время медицинских проверок и в больницах, перебирающим пальцы, раскрывающим и сжимающим ладонь. Близкие спросили его, что он делает, и он ответил: когда я касаюсь большим пальцем мизинца - мизинец самый маленький палец, ему соответствует самая маленькая буква, «юд»; затем я раскрываю ладонь - пять пальцев, буква «hей»; затем вытягиваю длинный палец, напоминающий букву «вав»; и снова раскрываю ладонь - буква «hей». Когда он не мог учиться или сосредоточиться на чем-то другом, он исполнял принцип: «Всегда представляю Господа пред собою».
А в случае с автором «Бейт Йосеф» открылось еще больше. Рассказывают, что однажды ночью ему не явился ангел-магид. На следующий день рав спросил его, что случилось, и магид ответил: вчера ты шел по рынку и поднял ногу, чтобы сделать шаг, и в то самое мгновение не помыслил о единстве Всевышнего - поэтому в тот день ты оказался недостоин явления магида. Из этой истории видно, насколько он был прилеплен к Владыке мира: он не поднимал руки или ноги без мысли о Святом, благословен Он. Отсюда понятно, что не просто так удостаиваются столь великого уровня - стать учителем всего Израиля и законодателем, по чьим решениям судят все; в его поколении были и другие великие мудрецы, но Всевышний избрал именно его - ведь речь идет о высочайших духовных ступенях, и все они пребывали в сокрытии, так что во всей полноте постичь их со стороны было невозможно.
Однажды гаона рава Шломо Залмана Ойербаха спросили: когда-то были скрытые праведники - например, Хайкель-извозчик, у которого потом нашли мешки, полные каббалистических рукописей о возвышенных тайнах; или плотник, или водонос, который, как выяснялось, в совершенстве знал весь Талмуд, а когда кто-то входил, захлопывал книгу, чтобы никто не подумал, будто он учится, создавая себе видимость простолюдина. Где же сегодня такие праведники? Он ответил: таких нет. Его спросили: но ведь в каждом поколении есть тридцать шесть скрытых праведников! Он сказал: знай, что в нашем поколении явные праведники - они же и скрытые. Спросили: как же так? Ведь они явные! Он ответил: ты никогда не знаешь, насколько человек на самом деле праведен. Когда это открывается? После его кончины, когда начинают рассказывать истории и открываются вещи, о которых никто и не догадывался, что они достигали такого уровня, - и тогда выясняется, что он открыл ладонь, а скрыл тысячи локтей. Оказывается, явный праведник и есть скрытый. И в этом смысл слов «смиренно ходить пред Б-гом твоим»: насколько человек действительно «с Б-гом твоим» - это вещь сокровенная, вверенная сердцу, и она не бросается в глаза внешне.
Мудрецы толкуют: «поступать справедливо» - это правосудие (законы судопроизводства); «любить милосердие» - это дела благотворительности (гмилут хасадим); «и скромно ходить пред Б-гом твоим» - это проводы умершего и введение невесты под хупу. И, казалось бы, это удивительно: похороны - и скромно? Ведь расклеивают траурные объявления по всему городу! Свадьба? Рассылают приглашения, публикуют объявления в газетах для тех, кто не получил приглашения лично. Где же здесь скромность?
Если вспомнить похороны рава Штайнмана - там он действительно просил именно об этом: всего десять человек, без громкоговорителей и без огласки. Кстати, о громкоговорителях: один человек пришел узнать, сколько стоит объявить по городу о кончине родственника. Его спросили: «С "шоко" или без?». Тот удивился: «Какое еще "шоко", это что, детский лагерь?». Ему объяснили: если в объявлении звучит высокопарное «закатилось солнце в полдень (шакаhа hа-шемеш ба-цоhораим, созвучное со словом "шоко"), похороны праведного раввина» - это одна цена, а без этого - другая.
Но мидраш говорит: здесь действует вывод от простого к сложному (каль ва-хомер). Если даже о вещах, которые обычно не делаются скрытно, Тора сказала: «скромно ходи» - то дела, которым изначально подобает совершаться втайне, тем более требуют скромности! То есть даже в публичных делах скромность дорога Всевышнему, и уж тем более в том, что по самой своей природе совершается сокровенно.
И помощь в устройстве свадьбы - прекрасный тому пример. Нам хорошо знакома эта реальность: у кого-то женится сын или выходит замуж дочь, и он устраивает не просто свадьбу, а грандиозное шоу - нанимает продюсера, заказывает новейшую пиротехнику, лишь бы сделать «событие года». Рассказывали, как после бар-мицвы первенца человек выплачивал долги четыре года, и со следующими детьми вел себя уже гораздо осмотрительнее. На кого ты хочешь произвести впечатление? Кому пустить пыль в глаза? Сделай достойное, красивое и приятное торжество. Никто не говорит, что это запрещено; кто-то может одарить с поистине царской щедростью - ведь и Ривка получила богатые украшения от Элиэзера, и это было вполне уместно. И бывает, что статус гостей действительно требует солидного места. Но устраивать кричащую показуху - ради чего? Слова «и скромно ходить пред Б-гом твоим» относятся и к этому.
Мальбим разъясняет, что этот стих продолжает сказанное выше: «чем утомил Я тебя?» - разве обременил Я тебя заповедями? На это Писание говорит: вспомни, что замышлял Балак и что ответил ему Бильам. Бильам ответил, что в глазах Всевышнего желаннее благословить Израиль, ибо Божественный присмотр неотлучен от еврейского народа, и Святой, благословен Он, не оставляет их. И именно поэтому Бильам посоветовал ввести их в грех, зная, что их Б-г ненавидит распутство, и подтолкнул их ко блуду с дочерьми Моава, чтобы лишить их Божественного покрова. Ведь пока с ними Всевышний, одолеть их невозможно; но сказано: «чтобы Он не увидел у тебя чего-либо срамного и не отвратился от тебя», а если защита отойдет - над ними можно будет одержать верх. И говорит Всевышний: из этого самого ты видишь, что Я не утомил тебя, а напротив, пощадил и помиловал тебя даже тогда.
И здесь Мальбим приводит доказательство: «от Шитим до Гильгала». Казалось бы, Шитим и Гильгаль - это два совершенно разных места, и история с Балаком и Бильамом вовсе не тянулась от Шитим до Гильгала. Мальбим объясняет структуру текста следующим образом: слова «от Шитим до Гильгала...» напрямую связываются со стихом «Сказано тебе, человек, что добро», тогда как стихи «С чем предстать мне пред Господом?» и «Будет ли Господь благоволить к тысячам овнов?» представляют собой вставку, слова сомнения и мучительного поиска самого человека.
Смысл в следующем: после греха в Шитим сыны Израиля раскаялись и хотели узнать, чем искупить свою вину пред Всевышним, чем снискать прощение за преступление и грех. Они думали, что для умилостивления требуются колоссальные жертвоприношения и, возможно, даже крайняя жертва: «отдам ли первенца моего», «плод чрева моего» - принесу ли старшего сына в жертву ради искупления? И на это приходит ответ: «от Шитим до Гильгала... сказано тебе, человек, что добро». В тот самый период, от Шитим и до Гильгала, Моше-рабейну учил народ, чего именно требует от нас Всевышний: Святой, благословен Он, ждет вовсе не жертв ради искупления, а справедливого суда, любви к милосердию и скромного хождения пред Ним.
И кто же учил этому? Здесь Мальбим предлагает глубокое новшество: временем, когда Моше разъяснял Тору, был именно переход от Шитим к Гильгалю. Это дни, когда он преподал им книгу Дварим (Второзаконие, Мишне Тора), которую Моше произнес от себя - разумеется, по велению Всевышнего - и записал для них этот свод. Внимательный читатель увидит, как Моше-рабейну раскрывает перед нами, в чем подлинное добро. Рав Шах часто говорил, что лучшая книга по мусару для него - это сама книга Дварим. Это книга наставлений и увещеваний, где Моше показывает народу, что Всевышний не требует от них непосильных трудов, бесчисленных жертвоприношений и всесожжений - ведь в книге Дварим тема жертв почти не затрагивается, - но ждет правосудия и милосердия.
«До Гильгала» - вплоть до того момента, как они пришли в Гильгаль, где Моше расстался с ними, а Йеhошуа повел народ в Землю Израиля. Там, в Гильгале, для них совершились явные чудеса: воды Иордана расступились и вздымались до небес, сыны Израиля перешли реку посуху и увидели, что Всевышний вновь идет с ними; там Б-г обращается к Йеhошуа и повелевает хранить Тору и заповеди. Писание подчеркивает: «до Гильгала» - до самого Гильгала Я не обременял вас тяжелым служением. Но в Гильгале началось нелегкое дело: там им было велено совершить обрезание - «обрежь сынов Израиля вторично» на Гиват hа-Аралот (об этом можно подробнее услышать в уроках по книге Йеhошуа), и там им было велено совершить пасхальное жертвоприношение. Ведь все сорок лет в пустыне они не совершали Песах: для них не дул северный ветер, разгоняющий облака и исцеляющий после обрезания, поэтому многие оставались необрезанными, а сказано: «никакой необрезанный не должен есть его». Эти две заповеди - обрезание и Песах - потребовали немалого напряжения сил. Но на пути «от Шитим до Гильгала» Я не требовал от тебя ничего изнурительного, лишь «поступать справедливо и любить милосердие». «Дабы познать праведность Господа» - через это ты познаешь милость и справедливость Творца, Который не отягощает человека, не возлагает на него непосильного бремени и не утомляет его.
И добавляет Мальбим: обрати внимание на то, что возвещено тебе. Первое - «что добро»: то, что благо для тебя просто как для человека, то есть с точки зрения заповедей между человеком и ближним; то, что необходимо человеку для правильной и гармоничной жизни. И действительно, всякий наблюдательный человек видит: тот, чье поведение по отношению к людям безупречно, проживает добрую жизнь, а тот, кто относится к ближним дурно, отравляет собственную жизнь. Здесь нет никаких секретов: человек - существо общественное («политическое», на языке древних мыслителей), неразрывно связанное со своим окружением. Доброжелательный человек получает позитивный отклик от мира - от жены и детей в семье, на работе, от соседей и от каждого, с кем сталкивается; а озлобленный встречает лишь неприязнь и страдает от плодов собственных поступков. Всякий раз, причиняя ущерб, огорчая других или поступая бесчестно, в конечном счете страдает он сам. Второе же - «и чего Господь требует от тебя»: это заповеди между человеком и Творцом, исполнение воли Всевышнего.
В соответствии со словами «что добро» в отношениях между людьми сказано: «вершить правосудие». Закон и суд поддерживают нормальное течение общественной жизни, и поэтому даже потомки Ноаха обязаны учредить у себя суды - это одна из семи заповедей сыновей Ноаха, ведь иначе люди поглотили бы друг друга заживо. Когда есть судьи, перестает действовать закон силы, когда прав тот, кто сильнее. И даже в тех местах, где решения суда не вполне справедливы, это все равно лучше хаоса. Посмотрите, что происходило в Ираке до падения Саддама: конечно, хорошего там было мало, правитель был тираном, безумцем и мегаломаном. Но решили: «давайте разрушим все до основания» - и сегодня там стало в семь раз хуже. Прежде был хотя бы правитель, обуздывавший народ, был тот, кто поддерживал порядок и тишину, и жизнь могла продолжаться. А сегодня люди живут там в ежедневном страхе: какой рынок взлетит на воздух, какая машина взорвется возле мечети, сунниты воюют против шиитов, шииты против суннитов, террористы, и невозможно понять, кто против кого. Так что лучше уж правитель-мегаломан, лишь бы сохранялся порядок. Получается, что даже от нееврея требуется суд. Правосудие следит за тем, чтобы не было притеснения, грабежа и беззакония, и каждый человек знает: совершив преступление, он понесет наказание и ответит по закону. Поэтому последнее, что упраздняют в обществе, это суд, а самое первое, что необходимо для нормальной жизни, - это «вершить правосудие».
И следующее требование: «любить дела милосердия». Общество невозможно построить на одном лишь суде; здоровое общество - это общество, в котором есть милосердие (хесед), поступки сверх буквы закона, помощь и поддержка тем, у кого нет возможностей. Так мы видим на примере царя Давида, который вершил «правосудие и милость». В чем это проявлялось? К нему приходили судиться бедняк и богач. Бедняк вызывал жалость: «Мне положено, я несчастен, а с богача не убудет, если он достанет из кармана лишние двести шекелей». Но это было бы извращением суда, а Тора предостерегает: «Не лицеприятствуйте на суде». Давид судил строго по закону, и если бедняк оказывался должен, он был обязан заплатить. Но откуда ему взять деньги? Давид шел и давал ему собственные средства, чтобы тот мог расплатиться. В этом и заключается правосудие и милость: сначала правосудие - то, что ты беден, не дает права лишать имущества богача, а то, что у него много, не повод отнимать у него против закона; а затем уже милость и благотворительность. Однако Давид опасался, что здесь откроется лазейка для обмана: двое сговорятся, притворятся бедняком и богачом, придут на суд, Давид обяжет «бедняка» по закону и выдаст ему из своего кармана сумму для уплаты - и весь суд окажется ложью, устроенной лишь для того, чтобы выманить у него деньги. Поэтому он молился: «Не оставляй меня моим притеснителям» - Владыка мира, я люблю милость и правосудие, но спаси меня от махинаторов, которые попытаются воспользоваться моим милосердием и незаконно выманить деньги.
И мы учим отсюда: правосудия недостаточно, необходим хесед. И не просто хесед, а именно «любовь к милосердию». Ведь у того, кто совершает добро лишь от случая к случаю, быстро иссякают силы; но тот, в ком живет любовь к милосердию, делает добро снова и снова, и благодаря этому добро сохраняется и становится постоянным.
А в соответствии со словами «и чего требует Господь от тебя» сказано: «и скромно ходить пред Господом, Богом твоим». То, что ты должен ходить с твоим Богом, как сказано: «с Богом ходил Ноах», - именно этого требует от тебя Всевышний. Пребывай в постоянной близости со Святым Творцом, благословен Он, - это корень всех заповедей между человеком и Творцом: чтобы человек шел с Богом, следовал Его путями, и чтобы Всевышний сопровождал его на каждом шагу. Когда человек исполняет волю Творца, он пребывает с Господом, Богом своим: «И будьте святы, ибо свят Я». И это должно быть в скромности, ведь речь идет о сокровенных отношениях между тобой и твоим Создателем, а в них необходима скромность.
Почему же требуется именно скромность? Мальбим объясняет: чтобы человек не возгордился сердцем в философских исследованиях о Божественном и не стал умствовать над Его заповедями, но шел бы скромно со своим Богом. В прежние времена путь к познанию Всевышнего искали через рациональные исследования: предавались размышлениям, искали философские аргументы и доказательства бытия Бога. Но в этом таится огромная опасность: тот, кто начинает погружаться в философию, рискует прийти к ложным выводам. Рав Яаков Эмден (Яавец) писал, что во времена Инквизиции теми, кто в простоте отдавал жизнь ради освящения Имени Творца, были простые люди из народа; а изощренные мыслители и философы, те, кто якобы достиг глубокого понимания Божественного, именно они нередко становились марранами, упаси Господь. Тот, чья вера проста и цельна, не пускается в расчеты и не мудрствует лукаво, и это высочайшая ступень; а когда начинают выстраивать собственные умственные расчеты - неизвестно, где окажешься в итоге.
И более того: когда в человеке нет скромности, когда он ощущает себя «кем-то значительным», он начинает сам взвешивать, стоит ли исполнять ту или иную заповедь прямо сейчас, оценивает все на весах собственного разума и выносит решения, - и в нем нет самоумаления перед Творцом. Когда же у человека есть готовность склониться перед Святым Творцом, благословен Он, он удостаивается подлинной прилепленности к Нему; а когда этой готовности нет, человек доходит до всевозможных сомнений, вопросов и праздных рассуждений. Поэтому чего требует от тебя Господь? «И скромно ходить» - чтобы ты шел с Ним в цельности, простоте и скромности.
Однажды рабби Рафаэля из Бершади, глубокого старца, спросили: «Благодаря чему ты удостоился долголетия?» Он ответил: «Всю свою жизнь я не задавал вопросов и не выказывал никаких недоумений по поводу того, как Творец мира управляет этим миром. Что бы Всевышний ни делал, я всегда говорил: спасибо, Владыка мира, все, что делает Отец, - к лучшему». И добавил: «Я и вам советую не задавать вопросов и не спорить со Святым Творцом, благословен Он. Ведь того, кто задает слишком много вопросов, Всевышний призывает к Себе, чтобы дать ему ответы. Я вопросов не задавал - вот меня здесь и оставили».
И человеку необходимо помнить: «Будь непорочен пред Господом, Богом твоим». Ты чего-то не понимаешь? Если бы ты понимал абсолютно все, что делает Всевышний, ты сам был бы Владыкой мира. Сам факт нашего непонимания показывает, какая огромная дистанция все еще существует между нами и Святым Творцом, благословен Он. Как говорил рав Саадья Гаон, вершина знания - осознать, что мы не знаем: когда человек доходит до предела познания и думает, что теперь-то он все постиг, он вдруг начинает осознавать, как многого он не знает. Тот, кто уверен, будто все понимает, - на самом деле ничего не понимает. Взгляните на прохожего на улице, который скажет: «Я ведь учился, уважаемый рав!» - а сам едва помнит одну главу из Талмуда, на этом остановился, но абсолютно уверен, что стал знатоком. И напротив, спросите выдающегося мудреца Торы: «Много ли ты выучил?» Он ответит вам: «Что я выучил? Здесь целая библиотека книг, а что из этого знаю я?» Великий человек понимает, как многого он еще не знает.
Точно так же обстоит дело и в области сокровенных тайн: кто говорит - тот не знает, а кто знает - не говорит. Все те, кто публично рассуждает о тайнах каббалы, на самом деле ничего толком не знают, а те, кто действительно знает, - хранят молчание. Слышал ли кто-нибудь, чтобы рав Муцафи прилюдно говорил о тайнах каббалы? У него есть ешива, и внутри ешивы для узкого круга это возможно, но тот, кто по-настоящему знает, не станет говорить об этом на публику. Зато сегодня каждый берется вести уроки по каббале и тайным наукам, обучают даже женщин, собирают группы «девушек Зоhара» и тому подобное, упаси Господь. Тот, кто не знает, - много говорит; а тот, кто знает, - хранит молчание.
Автор книги «Мисгерет а-Шаар» предлагает следующее толкование: зачастую человек оказывается перед дилеммой и не знает, как лучше поступить, какое поведение будет правильным и каков верный путь. Порой такой выбор встает даже между двумя заповедями: какой заповеди отдать предпочтение сейчас, на какое событие пойти, в дом скорбящего или на свадебное торжество, закрыть ли сейчас Гемару и пойти помочь кому-то или продолжить учиться.
Рассказывают, что однажды у раввина Шломо Залмана Ойербаха спросили по поводу свадьбы родственников: сколько времени там оставаться, ведь это идет в ущерб третьему седеру и человек пропускает вечерний колель? Раввин ответил ему: в твоем возрасте я вообще не ходил на торжества, и именно поэтому сегодня, в моем возрасте, мне достаточно появиться на двадцать секунд - и я уже обрадовал их и могу идти домой. Таков был его совет: в молодые годы упорно учись, а когда повзрослеешь, сможешь зайти на полминуты и уйти. Ведь когда рав Ойербах приходил на свадьбу, танцевал с женихом, ему пели, и через полминуты он выходил - и этого было довольно. Никто не ждал от него, что он просидит два часа и съест четвертинку курицы.
В чем же трудность принятия решения? В том, что решать должен я сам, а я - лицо заинтересованное (ногеа ба-давар). Иногда мне хочется пойти на торжество, потому что это привлекательнее других дел, а иногда не хочется идти. Как-то один сосед достал конверт из почтового ящика и сказал: смотри, мне пришел штраф. Я глянул - а это приглашение на свадьбу. Для кого-то приглашение воспринимается как штраф в четыреста шекелей, каждому свое.
В чем же совет? «Сказано тебе, человек, что добро» - не решай сам, ведь ты пристрастен. И потому мудрецы сказали: «Найди себе наставника (асе леха рав)» - чтобы избавиться от сомнений. А если раввин не всегда доступен? Не ходить же с раввином повсюду весь день? Известна история о Брискер Раве (раве Ицхаке Зееве Соловейчике), который очень опасался выносить алахические решения (яре ораа) и по каждому вопросу посылал к рабби Зелигу, даяну Бриска. Однажды некто с иронией и некоторой дерзостью заметил ему: раввину, мол, нужен рабби Зелиг в кармане, чтобы отвечать на вопросы, намекая, будто рав сам недостаточно сведущ. Тогда раввин тут же начал детально разбирать перед ним всю сугию со всеми мнениями, пока не подвел его к окончательному алахическому выводу. Смысл был ясен: я опасаюсь брать на себя тяжесть решения и потому отсылаю тебя, но не думай, не дай Бог, что раввин несведущ в Торе.
Отсюда вывод: не всегда обязательно идти именно к великому раввину. Порой достаточно благоразумного человека, бен-Тора, который выслушает вопрос и подскажет решение, и в этом отношении он объективнее вас. И даже если вы скажете: «Но ведь я разбираюсь лучше него», - верно, ваших знаний у него, возможно, нет, но у него есть одно решающее преимущество: он не заинтересованная сторона. Когда вы стоите перед дилеммой, у вас есть личная заинтересованность в ту или иную сторону, а он беспристрастен. «Сказано тебе, человек (адам), что добро»: хочешь знать, что добро? Спроси человека со стороны.
А если рядом нет никого, кого можно было бы спросить? Об этом уже упоминалось при разборе Мегилат Рут на словах «И увидела она, что та упорствует идти». Виленский Гаон говорит: посмотри, к какой из двух сторон тебя влечет сильнее, и поступи наоборот! Почему? Потому что по своей природе человек тянется к дурному побуждению (йецер а-ра), а не к доброму (йецер а-тов). Доброе побуждение приходит лишь в тринадцать лет, тогда как дурное «встроено» в нас с самого выхода из материнского чрева - старый, давний знакомый. Сказано: «Помысел сердца человеческого дурен от юности его», и сказано: «Диким осленком рождается человек» - человек рождается подобно дикому осленку, и из этого он должен взрастить в себе человека. Поэтому, когда ты не знаешь, как поступить, твое естественное влечение, скорее всего, исходит от йецер а-ра - поступи же наперекор ему.
И как же проверяется человек? Аарона-коэна невозможно проверить «по его чаше» (по отношению к вину), ведь коэнам запрещено пить вино во время служения. Нельзя проверить его и «по его кошельку», так как у него нет собственного надела, а все имущество - от приношений народа. Остается проверить его «по его гневу»: роптали на него, сердили его - и посмотрите, он не гневается. В этом и раскрывается величие Аарона. Так же и в нашем случае: истинная проверка слов «и скромно ходить пред Б-гом твоим» происходит при проводах умершего и при введении невесты под хупу. Именно там видно, ведет ли себя человек скромно: не только на похоронах, но и на радостных торжествах - чтобы не устраивать празднества сверх своих возможностей, а делать все это со скромностью.
В качестве намека (ремез): в Гемаре сказано, что о всяком человеке, в ком есть высокомерие, говорит Святой, благословен Он: «Не можем Я и он жить в одном мире». Почему? Потому что гордец занимает слишком много места и тем самым «теснит стопы Шхины». Ведь «вся земля полна славы Его», а гордец своим эго заполняет все пространство. В этом и заключается смысл «и скромно ходить пред Б-гом твоим» (ве-ацнеа лехет им Элокеха): тот, кто ведет себя со смирением и скромностью, удостаивается быть вместе со Всевышним, ведь он оставляет место и для Него. А тот, кто ведет себя надменно, не пребывает «с твоим Б-гом», но отдаляется от Всевышнего.
И еще одно объяснение: «с Б-гом твоим» - имя Элоким указывает на меру суда (мидат а-дин). Тот, кто ведет себя скромно и смиренно, удостаивается того, что Всевышний пребывает с ним, даже когда восседает на престоле суда, и не оставляет его. Почему? Точно так же, как ты поступаешь милосердно и сверх требований закона (лифним ми-шурат а-дин), как объяснялось о «любви к добру», так и Святой, благословен Он, говорит: «И Я поступлю с тобой сверх буквы закона». «И скромно ходить» - ты ведешь себя скромно и смиренно, и тогда даже когда Я для тебя «Элоким» (строгий Судья), Я все равно с тобой.
Всевышний обращается с укором к Израилю: вспомните замысел Балака и ответ Билама, вспомните то, что Я сделал для вас от Шитим до Гильгаля, когда даже после ваших грехов Я не лишил вас Своей милости и поддерживал вас, пока не привел в Землю Израиля. Народ Израиля в раскаянии спрашивает, чем загладить вину: всесожжениями? тысячами овнов? первенцем и плодом чрева? На это пророк отвечает: «Сказано тебе, человек, что добро» - Святой, благословен Он, уже возвестил тебе, а Моше-рабейну обучил тебя в книге Дварим на пути от Шитим до Гильгаля, что Г-сподь не требует от тебя непосильных трудов и бесконечных жертв, но лишь три вещи: вершить правосудие - основу здорового общества; любить благодеяние - постоянство в творении добра сверх буквы закона; и скромно ходить пред Б-гом твоим - внутреннюю и скромную привязанность ко Всевышнему, в простоте, без гордыни и без лукавства. И тот, кто идет этим путем, удостаивается того, что Всевышний пребывает с ним даже в час строгого суда.