Третья глава Второй книги Царей открывает период правления Йеорама, сына Ахава. Ахав погиб на войне, и псы лизали его кровь, по слову Элиягу, в наказание за то, что он отнял виноградник Навота из Изреэля, а вместо него воцарился его сын Йеорам. Однако возникает вопрос: почему Писание здесь начинает подробно описывать обстоятельства царствования Йеорама? Ответ кроется в просьбе Элиши к своему учителю: «Пусть будет дух твой на мне вдвойне», то есть чтобы он удостоился совершить вдвое больше чудес, чем его учитель. Раши приводит мидраш из «Тридцати двух правил толкования рабби Элиэзера, сына рабби Йоси Галилейского»: мы находим в Писании восемь чудес Элиягу и шестнадцать чудес Элиши, и тем самым исполняется «дух твой на мне вдвойне». Начиная с этого момента Писание переходит к последовательному перечислению этих чудес.
וִיהוֹרָם בֶּן־אַחְאָב מָלַךְ עַל־יִשְׂרָאֵל בְּשֹׁמְרוֹן בִּשְׁנַת שְׁמֹנֶה עֶשְׂרֵה לִיהוֹשָׁפָט מֶלֶךְ יְהוּדָה וַיִּמְלֹךְ שְׁתֵּים־עֶשְׂרֵה שָׁנָה׃ - И Йеорам, сын Ахава, воцарился над Израилем в Шомроне в восемнадцатый год Йеошафата, царя Иудеи, и царствовал двенадцать лет.
וַיַּעֲשֶׂה הָרַע בְּעֵינֵי יְהֹוָה רַק לֹא כְאָבִיו וּכְאִמּוֹ וַיָּסַר אֶת־מַצְּבַת הַבַּעַל אֲשֶׁר עָשָׂה אָבִיו׃ רַק בְּחַטֹּאות יָרָבְעָם בֶּן־נְבָט אֲשֶׁר־הֶחֱטִיא אֶת־יִשְׂרָאֵל דָּבֵק לֹא־סָר מִמֶּנָּה׃ - И делал он зло в очах Господа, только не так, как отец его и мать его: он убрал истукан Ваала, который сделал его отец. Только к грехам Яровама, сына Невата, который ввел Израиль в грех, прилепился он и не отступал от них.
Йеорам творил неугодное в очах Господа, однако Писание подчеркивает, что он не уподобился своему отцу и своей матери. Здесь проходит граница между двумя типами царей: были те, кто держался греха Яровама из соображений политической выгоды, и те, кто грешил назло Всевышнему. В чем же заключалась эта выгода? Если бы царь Израиля соблюдал заповеди, ему пришлось бы вести народ в Иерусалим для принесения жертв в три праздника паломничества, а там, в храмовом дворе (Азаре), он не имел права сидеть, поскольку только царям из дома Давида разрешено сидеть в Азаре. Ему неизбежно пришлось бы стоять, и народ стал бы говорить: царь Иудеи сидит, а царь Израиля стоит - значит, он не настоящий царь, и сердца людей обратились бы к царю Иудеи. С этого все и началось, в этом состоял грех Яровама. Ахав и Изевель воздвигли жертвенник Ваала и Ашеру из дерзкого бунта против Творца, тогда как Йеорам убрал истукан Ваала и держался лишь греха Яровама - исключительно из опасения, как бы царство не перешло к царям Иудеи, а вовсе не из намерения демонстративно гневить Небеса, как поступали его отец и мать.
וּמֵישַׁע מֶלֶךְ־מוֹאָב הָיָה נֹקֵד וְהֵשִׁיב לְמֶלֶךְ־יִשְׂרָאֵל מֵאָה־אֶלֶף כָּרִים וּמֵאָה אֶלֶף אֵילִים צָמֶר׃ וַיְהִי כְּמוֹת אַחְאָב וַיִּפְשַׁע מֶלֶךְ־מוֹאָב בְּמֶלֶךְ יִשְׂרָאֵל׃ - И Мейша, царь Моава, был овцеводом и доставлял царю Израиля сто тысяч ягнят и сто тысяч баранов с шерстью. Но после смерти Ахава восстал царь Моава против царя Израиля.
Слово «нокед» означает скотовода, разводящего овец. Почему же Мейша стал овцеводом? Потому что он находился под властью царя Израиля и был обязан ежегодно выплачивать ему огромную дань: сто тысяч ягнят и шерсть ста тысяч баранов, то есть животных прямо с их руном, а не остриженных. Когда на правителя наложена столь тяжелая подать, у него нет иного выхода, кроме как разводить овец в огромных масштабах. А со смертью Ахава Мейша увидел благоприятный момент сбросить это непосильное бремя, и потому сказано «ваифша» - он восстал и сбросил с себя ярмо царя Израиля.
וַיֵּצֵא הַמֶּלֶךְ יְהוֹרָם בַּיּוֹם הַהוּא מִשֹּׁמְרוֹן וַיִּפְקֹד אֶת־כָּל־יִשְׂרָאֵל׃ - И вышел царь Йеорам в тот день из Шомрона, и произвел пересчет всего Израиля.
Йеораму подобный шаг пришелся совсем не по душе: как это царь Моава смеет пренебрегать своими обязательствами? Ведь благосостояние царства во многом опиралось на эту дань. Поэтому он выходит из Шомрона и производит пересчет всего Израиля, а перепись населения всегда проводилась ради сбора войска на войну.
וַיֵּלֶךְ וַיִּשְׁלַח אֶל־יְהוֹשָׁפָט מֶלֶךְ־יְהוּדָה לֵאמֹר מֶלֶךְ מוֹאָב פָּשַׁע בִּי הֲתֵלֵךְ אִתִּי אֶל־מוֹאָב לַמִּלְחָמָה וַיֹּאמֶר אֶעֱלֶה כָּמוֹנִי כָמוֹךָ כְּעַמִּי כְעַמֶּךָ כְּסוּסַי כְּסוּסֶיךָ׃ - И пошел он, и послал к Йеhошафату, царю Йеhуды, сказать: «Царь Моава восстал против меня; пойдешь ли со мной на Моав войной?» И сказал тот: «Пойду; как я, так и ты, как мой народ, так и твой народ, как мои кони, так и твои кони».
Йеhорам просит Йеhошафата присоединиться к нему, и у него есть основания на это рассчитывать: как мы помним, Йеhошафат и Ахав были родственниками через брак детей. В особенности, как добавляет Мальбим, когда моавитяне восстали против царя Израиля, они объединились также с аммонитянами и с частью жителей Сеира и пришли воевать против Йеhошафата, но потерпели сокрушительное поражение. Об этом рассказывается не здесь, а во второй книге Диврей hа-Ямим, в 20-й главе. Соответственно, когда Йеhошафату представилась возможность расквитаться с ними, он ее не упускает и говорит: «Как я, так и ты, как мой народ, так и твой народ, как мои кони, так и твои кони» - будем сражаться плечом к плечу, и я готов выставить все те же силы, что выставишь ты.
וַיֹּאמֶר אֵי־זֶה הַדֶּרֶךְ נַעֲלֶה וַיֹּאמֶר דֶּרֶךְ מִדְבַּר אֱדוֹם׃ - И сказал: «Какой дорогой пойдем?» И тот ответил: «Дорогой пустыни Эдома».
Царь Израиля спрашивает царя Йеhуды, какой дорогой идти, и тот отвечает: через пустыню Эдома. Почему? Потому что Эдом в те дни подчинялся Йеhуде, и, как помнится, «наместник был царем в Эдоме». Желание Йеhошафата состояло в том, чтобы к ним присоединился и правитель Эдома: трем царям вместе воевать будет куда легче.
וַיֵּלֶךְ מֶלֶךְ יִשְׂרָאֵל וּמֶלֶךְ־יְהוּדָה וּמֶלֶךְ אֱדוֹם וַיָּסֹבּוּ דֶּרֶךְ שִׁבְעַת יָמִים וְלֹא־הָיָה מַיִם לַמַּחֲנֶה וְלַבְּהֵמָה אֲשֶׁר בְּרַגְלֵיהֶם׃ - И пошел царь Израиля, и царь Йеhуды, и царь Эдома, и шли они обходным путем семь дней, и не было воды для стана и для скота, шедшего с ними.
Царь Эдома не был полноправным монархом, а лишь наместником, и к нему действительно присоединяются царь Израиля и царь Йеhуды. Но обратите внимание: у них был прямой, близкий путь в Моав, ведь Моав граничит с землей Израиля в Заиорданье, там, где сегодня расположена Иордания. Переходишь Иордан и ты на месте. Зачем же идти в пустыню? Дело в том, что они обогнули гору Сеир, чтобы забрать с собой правителя Эдома, и потому были вынуждены сделать огромный крюк через пустыню. И именно это привело к беде.
וַיֹּאמֶר מֶלֶךְ יִשְׂרָאֵל אֲהָהּ כִּי־קָרָא יְהֹוָה לִשְׁלֹשֶׁת הַמְּלָכִים הָאֵלֶּה לָתֵת אוֹתָם בְּיַד־מוֹאָב׃ - И сказал царь Израиля: «Увы! Призвал Господь трех этих царей, чтобы предать их в руки Моава!»
Внезапно им открывается, что решение взять с собой правителя Эдома обернулось против них: теперь они посреди пустыни, нет воды ни для войска, ни для скота, и царь Моава сможет без труда их разгромить. Царь Израиля говорит: теперь мне ясно, что наше отклонение от прямого пути вопреки здравому смыслу - вместо того чтобы перейти Иордан и сразу ударить по Моаву, мы потащили за собой Эдом, - все это было замыслом от Вс-вышнего, чтобы расстроить наши планы и погубить нас руками царя Моава. Ведь простая логика вообще не велела так поступать: если есть короткая дорога, зачем идти в обход? Отсюда я понимаю слова «призвал Господь»: Вс-вышний так подстроил и помрачил наш разум, чтобы мы совершили нелепый поступок и оказались отданы во власть царя Моава.
וַיֹּאמֶר יְהוֹשָׁפָט הַאֵין פֹּה נָבִיא לַיהֹוָה וְנִדְרְשָׁה אֶת־יְהֹוָה מֵאוֹתוֹ וַיַּעַן אֶחָד מֵעַבְדֵי מֶלֶךְ־יִשְׂרָאֵל וַיֹּאמֶר פֹּה אֱלִישָׁע בֶּן־שָׁפָט אֲשֶׁר־יָצַק מַיִם עַל־יְדֵי אֵלִיָּהוּ׃ - И сказал Йеhошафат: «Нет ли здесь пророка Господня, чтобы нам вопросить Господа через него?» И ответил один из слуг царя Израиля, сказав: «Здесь Элиша, сын Шафата, который лил воду на руки Элияhу».
Йеhошафат был праведным царем, и он понимает, что происходящее - не случайность, а знак от Вс-вышнего. Поэтому он просит найти пророка, чтобы спросить: верен ли этот путь, идти ли дальше и чего Вс-вышний от них ждет. Слуга царя Израиля отвечает, что здесь находится Элиша, сын Шафата, «который лил воду на руки Элияhу». Простой смысл стиха: это его ученик, а ученик назван «лившим воду на руки своего учителя», поскольку ученику подобает служить своему раву даже в самых простых бытовых вещах, например поливать ему воду на руки, что подобно службе слуги. И напротив: чем больше ученик служит своему раву, тем большее самоумаление (битлут) он проявляет и тем большую способность обретает впитать Тору своего учителя.
Но есть и другое объяснение того, почему сказано именно «ливший воду». Мудрецы говорят, что когда Элиягу был на горе Кармель, он попросил Элишу взять воду и полить жертву, чтобы ни у кого не возникло сомнений, не подложено ли туда горючее вещество. И произошло чудо: десять его пальцев стали подобны источникам воды, так что весь ров наполнился водой. И об этом сказано «ливший воду» - не просто «служил» и не просто «учился», но сами его руки источали воду перед ним. И почему Писание упоминает эту подробность именно здесь? Мальбим объясняет: потому что это как раз то, что им сейчас необходимо - вода. И кто же самый подходящий человек? Тот, «который лил воду на руки Элиягу». Тот, через кого уже совершилось чудо с водой, достоин того, чтобы и сейчас через него произошло чудо с водой. Поэтому и сказали: нет никого более подходящего, чем Элиша.
וַיֹּאמֶר יְהוֹשָׁפָט יֵשׁ אוֹתוֹ דְּבַר־יְהֹוָה וַיֵּרְדוּ אֵלָיו מֶלֶךְ יִשְׂרָאֵל וִיהוֹשָׁפָט וּמֶלֶךְ אֱדוֹם׃ - И сказал Йеhошафат: «Есть у него слово Г-сподне». И сошли к нему царь Израиля, Йеhошафат и царь Эдома.
Казалось бы, более привычным оборотом было бы «есть с ним слово Г-сподне» (йеш ито). Почему же сказано «есть он» (йеш ото)? Мальбим объясняет это замечательным образом: ведь у Элиши наверняка было освобождение от воинской службы или, по крайней мере, отсрочка - зачем ему идти с войском, тем более что в то время он, по-видимому, был уже не молод? И кроме того: с кем Йеhошафат выходит на войну? С нечестивым Йеhорамом! Зачем же пророку Г-спода присоединяться к такому походу? Отсюда Йеhошафат делает вывод: «есть он» - само присутствие пророка здесь свидетельствует о том, что с ним слово Г-сподне. Ученик Элиягу не пошел бы в военный стан напрасно, без особого веления; раз он здесь, значит, у него есть миссия.
И далее в стихе: «И сошли к нему царь Израиля, Йеhошафат и царь Эдома». Обратите внимание на различие: о царях Израиля и Эдома сказано «царь», а о Йеhошафате - нет. Мудрецы объясняют: Йеhошафат надел простые одежды, чтобы не возноситься перед пророком. Это время беды, и не подобает являться к пророку в царском величии. Поэтому он упоминается здесь не в царском достоинстве, а как простой человек.
וַיֹּאמֶר אֱלִישָׁע אֶל־מֶלֶךְ יִשְׂרָאֵל מַה־לִּי וָלָךְ לֵךְ אֶל־נְבִיאֵי אָבִיךָ וְאֶל־נְבִיאֵי אִמֶּךָ וַיֹּאמֶר לוֹ מֶלֶךְ יִשְׂרָאֵל אַל כִּי־קָרָא יְהֹוָה לִשְׁלֹשֶׁת הַמְּלָכִים הָאֵלֶּה לָתֵת אוֹתָם בְּיַד־מוֹאָב׃ - И сказал Элиша царю Израиля: «Что мне до тебя? Пойди к пророкам отца твоего и к пророкам матери твоей». И сказал ему царь Израиля: «Нет, ибо Г-сподь призвал этих трех царей, чтобы отдать их в руку Моава».
Элиша говорит царю Израиля: что ты ищешь у меня? С каких пор я стал для тебя авторитетом? У тебя есть пророки - пророки твоего отца и твоей матери, - ступай к ним. Мальбим поясняет: молитва пророка помогает лишь тому, кто верит во Всевышнего и в Его пророков. Человек должен душой связать себя с пророком, и только тогда от молитвы будет польза; но тому, кто не верит в Божественное Провидение, сколько за него ни молись, это не поможет. Поэтому он говорит ему: ты веришь в пророков Бааля, к ним ты привязан - иди к ним, может быть, они помогут тебе. Но я - чем я могу помочь тебе, если ты не связываешь себя со мной и не веришь ни в меня, ни во Всевышнего?
Здесь уместно вспомнить, что точно так же происходит, когда люди идут просить благословения у праведника. Рассказывают о Баба Сали, к которому пришли две женщины, много лет не имевшие детей. Он сказал им принять на себя соблюдение чистоты семейной жизни (таhарат hа-мишпаха). Они так и поступили и начали ходить в микву. Вскоре одна из них забеременела, а вторая продолжала ждать. Спустя несколько месяцев они вернулись к праведнику: одна с радостной вестью, что, слава Б-гу, ждет ребенка, а вторая спросила: «Почему моя подруга удостоилась, а я нет?» Рав ответил ей через своего служку, так как сам не разговаривал с женщинами: «Скажи правду, ведь когда я благословлял тебя, ты не верила?» И она призналась, что действительно не верила: ведь она обошла стольких врачей, специалистов и профессоров, - неужели какой-то старец из Нетивота даст благословение, и всё решится? Он передал ей: «Твоя подруга поверила, а ты нет. Если укрепишь веру во Всевышнего и поверишь в благословение - оно подействует и на тебя». Вот и Элиша говорит: «Как я могу молиться за тебя, если ты не веришь?»
И царь Израиля отвечает: «Нет» - не отвергай меня, ведь этот приговор пал не на меня одного, а на трех царей, среди которых Йеhошафат и царь Эдома. И здесь чувствуется признание Высшего Провидения: «Ибо Г-сподь призвал этих трех царей». Иными словами: здесь не просто личные счеты со мной, здесь есть и другие - сделай ради них, если не ради меня. Даже если я недостоин, здесь есть те, кто достоин; я вижу, что во всем этом есть Божественное Провидение, и потому от тебя требуется вмешаться.
וַיֹּאמֶר אֱלִישָׁע חַי־יְהֹוָה צְבָאוֹת אֲשֶׁר עָמַדְתִּי לְפָנָיו כִּי לוּלֵי פְּנֵי יְהוֹשָׁפָט מֶלֶךְ־יְהוּדָה אֲנִי נֹשֵׂא אִם־אַבִּיט אֵלֶיךָ וְאִם־אֶרְאֶךָּ׃ - И сказал Элиша: «Жив Г-сподь Воинств, пред Которым я стою! Если бы не уважение к Йеhошафату, царю Иудеи, я бы и не взглянул на тебя и не посмотрел бы в твою сторону».
«Пред Которым я стою» - перед Которым я привык постоянно стоять в молитве. И говорит Элиша: если бы не присутствие здесь Йеhошафата, царя Иудеи, я бы даже не взглянул на тебя и вовсе тебя не заметил. В чем же глубокий смысл этих слов? Мальбим объясняет: одно из условий ниспослания пророческого изобилия на пророка - это нахождение среди людей богобоязненных, цельных и праведных, ведь окружение и место также определяют возможность обретения пророчества. Так мы находим в случае с Шаулем, который пришел к сонму пророчествующих пророков, и было сказано ему: «и ты будешь пророчествовать с ними», и все изумлялись: «Неужели и Шауль среди пророков?». Когда человек находится в месте, куда Всевышний изливает Свое благословение, он удостаивается его, даже если сам не находится на высшей ступени. Напротив, когда пророк находится среди злодеев, руах hа-кодеш (святой дух) отступает от него. И где мы это видели? У Эстер: когда она вошла в палату идолов, она воскликнула: «Б-же мой, Б-же мой, почему Ты оставил меня?». И наши мудрецы говорят, что когда она вошла в капище идолов, Шхина отдалилась от нее, поскольку это было место идолопоклонства.
Поэтому Элиша говорит ему: само твое присутствие здесь препятствует пророческому потоку и приводит к тому, что я не могу пророчествовать. Но здесь есть и другая сторона: «я почитаю Йеhошафата, царя Иудеи» - Йеhошафат праведен, и само его присутствие здесь способствует принятию пророчества. Получается, что ситуация находится в равновесии: с одной стороны - препятствие для обретения пророчества, а с другой - поддержка.
וְעַתָּה קְחוּ־לִי מְנַגֵּן וְהָיָה כְּנַגֵּן הַמְנַגֵּן וַתְּהִי עָלָיו יַד־יְהֹוָה׃ - «А теперь приведите мне музыканта». И вот, когда заиграл музыкант, почила на нем рука Господня.
Поскольку силы были равны - с одной стороны препятствие, а с другой поддержка, - Элиша нуждался во внешнем действии, которое помогло бы пробудить принятие пророческого потока. Поэтому он просит музыканта, благодаря которому он придет к тому подъему и духовному возвышению, через которые сможет принять это изобилие. Мальбим говорит: в обычных условиях Элиша вовсе не нуждался в музыканте, но поскольку здесь действовали две противоположные силы, потребовался музыкант, чтобы с его помощью принять дух Всевышнего.
Наши мудрецы приводят еще одну причину: дух пророчества не снизошел на Элишу тотчас из-за того, что он разгневался на царя Израиля. А всякий, кто гневается, если он пророк - пророчество оставляет его. Откуда мы это учим? Из случая с Элишей, которому пришлось развеять свой гнев с помощью музыканта. Согласно объяснению мудрецов, приглашение музыканта предназначалось для того, чтобы успокоить гнев, с которым он обратился к царю Израиля, и тем самым вновь стать способным принять дух Всевышнего.
וַיֹּאמֶר כֹּה אָמַר יְהֹוָה עָשֹׂה הַנַּחַל הַזֶּה גֵּבִים גֵּבִים׃ כִּי־כֹה אָמַר יְהֹוָה לֹא־תִרְאוּ רוּחַ וְלֹא־תִרְאוּ גֶשֶׁם וְהַנַּחַל הַהוּא יִמָּלֵא מָיִם וּשְׁתִיתֶם אַתֶּם וּמִקְנֵיכֶם וּבְהֶמְתְּכֶם׃ - И сказал он: так говорит Господь: сделайте в этом русле множество рвов. Ибо так говорит Господь: не увидите вы ни ветра, не увидите дождя, а это русло наполнится водою, и будете пить вы, и стада ваши, и скот ваш.
Слово «гевим» означает углубления, вырытые ямы, рвы, и вода наполнит эти рвы. Всевышний обещает, что не будет ни ветра, ни дождя, и при всем этом русло наполнится водой, и станут пить они сами, их стада и их вьючный скот.
וְנָקַל זֹאת בְּעֵינֵי יְהֹוָה וְנָתַן אֶת־מוֹאָב בְּיֶדְכֶם׃ - И это мало в очах Господа, и Он отдаст Моава в руки ваши.
Простой смысл стиха таков: это маловажное дело в глазах Всевышнего, и вдобавок Он отдаст Моава в ваши руки, что и является великим событием. Однако Мальбим, по своему обыкновению, раскрывает здесь глубокий пласт. Казалось бы, если бы нас спросили, какое чудо больше - чтобы русло наполнилось без дождя и без ветра или чтобы оно наполнилось с дождем и ветром, - мы бы ответили, что большее чудо состоит в том, чтобы русло наполнилось без всякого дождя. Однако следует понимать: это место было безводной, иссушенной пустыней, где дожди не идут вовсе. Следовательно, если бы там пошел дождь, это было бы чем-то совершенно выходящим за рамки законов природы, и если бы Всевышний послал туда дождь и наполнил русло, это было бы куда большим чудом.
И вот что произошло на самом деле: дождь выпал не в пустыне, а в земле Эдома, где дожди являются обычным и постоянным явлением. Дождь пролился там, и вода притекла сюда, тогда как они сами не видели ни ветра, ни облаков. Оказывается, это было сравнительно небольшое чудо, близкое к законам природы. Почему же Всевышний предпочел совершить меньшее чудо, когда мог совершить великое? Мальбим приводит две причины. Первая проста: они не заслуживали двух явных чудес, ведь с ними был Йеhорам, нечестивый царь, а им еще требовалось чудо спасения от Моава; поэтому Всевышний ограничил масштаб этого чуда, чтобы явить чудо спасения. Вторая же причина глубже: когда чудо необходимо не само по себе, а служит лишь средством и инструментом, нет смысла делать его грандиозным. А что здесь требовалось на самом деле? Ведь не вода была целью их похода, а победа над Моавом. И раз вода служила лишь средством для достижения главной цели, Всевышний не стал совершать сверхъестественное чудо с ниспосланием дождя в пустыне.
И в этом смысл слов: «И это легко в глазах Господа». Но что значит «трудно» или «легко» для Всевышнего? Для Него нет понятий «трудно» и «легко». Когда говорят, что Ему «трудно» изменить законы природы, имеется в виду, что это противоречит установленному Им порядку мироздания. Заведенный порядок таков: мир постоянно функционирует по законам природы. И когда требуется изменить это, Ему как бы «тяжело» - не в смысле непосильной трудности, а в смысле нежелательности. Подобно тому, как человек говорит: «Мне трудно дать ему это», имея в виду не физическую тяжесть, а отсутствие желания. Поэтому пророк и говорит: чудо с водой, совершенное для вас, - это легкое чудо, близкое к естественному порядку, ибо «Он и Моава предаст в руки ваши»: великое чудо останется ради самой цели, ради разгрома Моава.
וְהִכִּיתֶם כָּל־עִיר מִבְצָר וְכָל־עִיר מִבְחוֹר וְכָל־עֵץ טוֹב תַּפִּילוּ וְכָל־מַעְיְנֵי־מַיִם תִּסְתֹּמוּ וְכֹל הַחֶלְקָה הַטּוֹבָה תַּכְאִבוּ בָּאֲבָנִים׃ - И поразите всякий укрепленный город и всякий отборный город, и всякое плодовое дерево срубите, и все источники водные завалите, и всякий хороший участок земли испортите камнями.
«Всякий укрепленный город» - крепости; «и всякий отборный город» - самые лучшие, главные города; «и всякий хороший участок земли испортите камнями» - плодородную землю, пригодную для посева, забросать камнями, чтобы сделать ее бесплодной. На первый взгляд возникает вопрос: разве это разрешено по Галахе? Ведь сказано: «Если осаждать будешь город много дней... не губи деревьев его, поднимая на них топор, ибо человек ли дерево полевое, чтобы уйти от тебя в крепость?» (Дварим 20:19). К слову, это один из стихов, подлинный простой смысл (пшат) которого мало кому известен: он произносится как риторический вопрос: разве полевое дерево - это человек, чтобы осаждать его и воевать против него? Воюй с людьми, а не с деревьями.
Некоторые комментаторы предлагают сказать, что запрет вырубать деревья относится лишь к осаде, а здесь осады города не было, и потому запрета нет. Другие проводят различие между плодовыми и бесплодными деревьями, однако к нашему случаю это не подходит, ведь «всякое доброе дерево» означает именно плодовые деревья. Но мидраш объясняет иначе: когда пророк сказал им: «и всякое плодовое дерево срубите», они спросили его: «Ведь сказано в Торе: „не губи деревьев его“, как же ты говоришь так?» Он ответил им: «Это сказано обо всех других народах, но этот народ презренен и ничтожен в глазах Всевышнего, как сказано: „И это легко (ве-накаль) в глазах Господа“ - созвучно слову „презренен“ (никале). И о них же сказано: „Не ищи им мира и блага во все дни твои вовеки“, а что такое их „благо“? Это их прекрасные плодовые деревья». Выходит, здесь имело место временное повеление (ораат шаа) - подобно тому, как у пророка Элияу на горе Кармель было временное повеление принести жертву вне Храма.
וַיְהִי בַבֹּקֶר כַּעֲלוֹת הַמִּנְחָה וְהִנֵּה־מַיִם בָּאִים מִדֶּרְךְ אֱדוֹם וַתִּמָּלֵא הָאָרֶץ אֶת־הַמָּיִם׃ - И было утром, во время возношения хлебного дара, и вот вода идет со стороны Эдома, и наполнилась земля водою.
Выражение «И было утром, во время возношения минхи» на первый взгляд содержит противоречие: либо это было утром, либо во время минхи (послеполуденной службы). На этот счет есть несколько объяснений. Одни говорят: «утром» - то есть ближе к концу утра, когда утро склонялось к полудню, ко времени минхи. Второе объяснение приводит мидраш рабби Танхумы: проливной дождь пошел в Эдоме утром, а потоки воды дошли до них к моменту возношения минхи. И третье объяснение: «И было утром» - пророчество Элиши прозвучало утром, а во время возношения минхи со стороны Эдома хлынули воды.
וְכָל־מוֹאָב שָׁמְעוּ כִּי־עָלוּ הַמְּלָכִים לְהִלָּחֶם בָּם וַיִּצָּעֲקוּ מִכֹּל חֹגֵר חֲגֹרָה וָמַעְלָה וַיַּעַמְדוּ עַל־הַגְּבוּל׃ - И все моавитяне услышали, что пришли цари воевать с ними, и созваны были все, кто способен опоясаться поясом и старше, и встали на границе.
Моавитяне услышали, что цари выступили против них войной, и объявили всеобщую мобилизацию: каждый, кто мог носить оружие и воинский пояс, был призван в войско. «И встали на границе» - уже в полной боевой готовности к сражению.
וַיַּשְׁכִּימוּ בַבֹּקֶר וְהַשֶּׁמֶשׁ זָרְחָה עַל־הַמָּיִם וַיִּרְאוּ מוֹאָב מִנֶּגֶד אֶת־הַמַּיִם אֲדֻמִּים כַּדָּם׃ וַיֹּאמְרוּ דָּם זֶה הָחֳרֵב נֶחֶרְבוּ הַמְּלָכִים וַיַּכּוּ אִישׁ אֶת־רֵעֵהוּ וְעַתָּה לַשָּׁלָל מוֹאָב׃ - И встали они рано утром, и солнце сияло над водою, и увидели моавитяне издали воду, красную как кровь. И сказали: «Это кровь! Истребили друг друга цари, и перебил один другого! А теперь - на добычу, Моав!»
Моавитяне издали смотрят на станы Эдома, Израиля и Иудеи и видят там воду, хотя знают, что это безводная пустыня. И когда лучи восходящего солнца озарили воду, она показалась им красной как кровь, подобно миражу. Они рассудили: должно быть, цари перебили друг друга мечом, между ними вспыхнула междоусобица, и все, что мы видим перед собой, - это пролитая кровь. Одним словом, наша работа сделана чужими руками: Эдом, Израиль и Иудея поссорились между собой, а Всевышний на нашей стороне! Следовательно, осталось лишь броситься к убитым и захватить добычу.
וַיָּבֹאוּ אֶל־מַחֲנֵה יִשְׂרָאֵל וַיָּקֻמוּ יִשְׂרָאֵל וַיַּכּוּ אֶת־מוֹאָב וַיָּנֻסוּ מִפְּנֵיהֶם וַיַּכּוּ־בָהּ וְהַכּוֹת אֶת־מוֹאָב׃ - И пришли они к стану Израиля; и поднялся Израиль, и стали бить Моава, и побежали те от них; и вторглись [в землю их], продолжая разить Моава.
Они шли совершенно уверенные в себе, не готовые к битве, а словно на сбор добычи, и Израиль поднялся и застал их врасплох. Но почему сказано дважды: «и стали бить Моава», а затем «и вторглись... поражая Моава»? Мальбим объясняет: сначала разбили тех моавитян, которые пришли к ним, а затем «вторглись в нее» - продолжили преследовать их, пока не дошли до земли Моава, и тогда «поражая Моава» - стали громить их в самой их земле.
וְהֶעָרִים יַהֲרֹסוּ וְכָל־חֶלְקָה טוֹבָה יַשְׁלִיכוּ אִישׁ־אַבְנוֹ וּמִלְאוּהָ וְכָל־מַעְיַן־מַיִם יִסְתֹּמוּ וְכָל־עֵץ־טוֹב יַפִּילוּ עַד־הִשְׁאִיר אֲבָנֶיהָ בַּקִּיר חֲרָשֶׂת וַיָּסֹבּוּ הַקַּלָּעִים וַיַּכּוּהָ׃ - И города разрушали, и на каждый хороший участок поля бросали каждый по камню своему и завалили его, и всякий источник водный засыпали, и всякое дерево хорошее срубали, пока не уцелели лишь камни Кир-Харесета; и окружили его пращники, и обстреливали его.
Все их действия в точности соответствовали предсказанию пророка: они разрушали города, засыпали камнями плодородные поля, перекрывали водные источники и срубали все хорошие деревья. «Пока не уцелели лишь камни Кир-Харесета» - осталась только стена города Кир-Харесет, мощная крепость со стенами из огромных камней, которую из-за ее неприступности и прочности кладки разрушить не смогли. И потому «окружили его пращники, и обстреливали его» - не мечами, а метали в нее огромные камни из пращей, пока не опустошили все города, кроме этой крепости, с которой не могли совладать.
וַיַּרְא מֶלֶךְ מוֹאָב כִּי־חָזַק מִמֶּנּוּ הַמִּלְחָמָה וַיִּקַּח אוֹתוֹ שְׁבַע־מֵאוֹת אִישׁ שֹׁלֵף חֶרֶב לְהַבְקִיעַ אֶל־מֶלֶךְ אֱדוֹם וְלֹא יָכֹלוּ׃ - И увидел царь Моава, что битва слишком тяжела для него, и взял с собой семьсот человек, обнажающих меч, чтобы пробиться к царю Эдома, но они не смогли.
Царь Моава видит, что ход битвы складывается не в его пользу, и берет с собой семьсот отборных мечников - некое элитное подразделение, чтобы пробиться к царю Эдома, но они не смогли. Согласно объяснению Мальбима, он рассчитывал на тактический прорыв: если ему удастся прорваться на позиции царя Эдома, который, по-видимому, был слабейшим звеном в союзном стане, и захватить в плен его сына, то получив заложника, он переломит исход войны. Для этой задачи требовался лишь небольшой отряд. Главной целью было сразить царя Эдома, однако они не смогли этого сделать и в итоге захватили в плен его сына.
וַיִּקַּח אֶת־בְּנוֹ הַבְּכוֹר אֲשֶׁר־יִמְלֹךְ תַּחְתָּיו וַיַּעֲלֵהוּ עֹלָה עַל־הַחֹמָה וַיְהִי קֶצֶף־גָּדוֹל עַל־יִשְׂרָאֵל וַיִּסְעוּ מֵעָלָיו וַיָּשֻׁבוּ לָאָרֶץ׃ - И взял он сына своего, первенца, который должен был царствовать вместо него, и принес его во всесожжение на стене; и был великий гнев на Израиль, и отступили они от него и вернулись в свою землю.
По простому смыслу (пшату), был захвачен и вознесен на стене сын царя Эдома, и это вызвало сильный гнев против Израиля, поскольку эдомский царь в ярости упрекал их: почему вы не помогли мне спасти моего сына из рук царя Моава?
Однако наши мудрецы (Хазаль) толкуют этот стих иначе, и это толкование широко известно. Царь Моава спросил: «Почему этот народ всегда побеждает?» Ему ответили: «Потому что был у них праведный праотец по имени Авраам, который был готов связать своего сына и принести его в жертву, и потому Вс-вышний творит для них чудеса». Он сказал: «Если так, то и я сделаю то же самое». Сначала он попытался пробиться к царю Эдома, но не смог, и тогда решил: сделаю то, что побудит Б-га помочь мне. Он взял собственного сына, своего первенца, который должен был царствовать вместо него, и зарезал его на стене, принеся жертву как бы Вс-вышнему. На этот счет есть два мнения: одни говорят, что он принес его идолам (авода зара), а другие - что самому Вс-вышнему. Никто не повелевал ему этого, но он рассудил: «Если Авраам так поступил, то и я сделаю». И об этом сказано: «Чего Я не повелевал, и не говорил, и что на сердце Мне не приходило». Мудрецы говорят, что одно из этих упоминаний относится к царю Моава: «не приходило Мне на сердце» - Я не говорил ему ничего подобного. То же самое в случае с Ифтахом и с Авраамом: обо всех них мудрецы замечают, что Б-г «не повелевал и не говорил» совершать заклание.
И согласно этому объяснению, гнев, обрушившийся на Израиль, исходил от Самого Вс-вышнего. На Небесах сказали: посмотрите, язычник готов пойти, зарезать и принести в жертву собственного сына, а вы не готовы посвятить себя служению Б-гу? И в этом смысл слов «и был великий гнев на Израиль». «И отступили они от него и вернулись в свою землю» - на этом битва и вся война подошли к концу.
В нашей главе открывается череда чудес Элиши, в которых исполняется его просьба: «вдвойне из духа твоего на мне». Йеорам, который хотя и творил зло, но не уподобился своему отцу и матери, выходит на войну против Мейши, царя Моава, сбросившего с себя бремя тяжелой дани, и привлекает к походу праведного Йеошафата и царя Эдома. Обходной путь ради присоединения Эдома заводит их в безводную пустыню, и царь Израиля понимает, что провидение Всевышнего расстроило их замыслы. Йеошафат ищет пророка, а Элиша - «поливавший воду на руки Элиягу», которому подобает чудо с водой, - укоряет царя Израиля в том, что молитва пророка не поможет тому, кто не верит. Лишь ради присутствия Йеошафата он дает ответ, прибегнув к помощи музыканта, необходимого для преодоления душевного волнения и гнева. Чудо с водой свершается простым, близким к естественному путем, поскольку оно было не самоцелью, а лишь средством для главного чуда: предания Моава в их руки. Так и произошло: моавитяне обманулись видом воды, красной как кровь, беспечно ринулись вперед и потерпели поражение, а сыны Израиля разорили их землю по особому временному предписанию (ораат шаа). Это продолжалось до тех пор, пока царь Моава не принес своего сына во всесожжение на стене - страшное деяние, которого не повелевал Господь и о котором не помышлял, что навлекло великий гнев на Израиль.