Сорок вторая глава - последняя в книге Иова. Это глава, которая завершает весь спор, глава, в которой все проясняется, и глава, в которой Иов получает обратно все, что имел, и еще вдвое больше. Здесь книга Иова завершается. После окончания этой главы мы сможем разобрать также тему гилгулей (реинкарнаций) Иова - увидеть согласно учению Святого Аризаля и Каббале, кем был Иов, каковы были его прежние воплощения, что он пришел исправить и почему так страдал.
וַיַּעַן אִיּוֹב אֶת־יְהֹוָה וַיֹּאמַר׃ יָדַעְתִּי כִּי־כֹל תּוּכָל וְלֹא־יִבָּצֵר מִמְּךָ מְזִמָּה׃ - И отвечал Иов Господу, и сказал: Знаю, что Ты можешь все, и никакой замысел не недостижим для Тебя.
После того как спор завершился, Иов раскрывает карты. Он открывает все то, что было у него на сердце все это время: Владыка мира, я знал, что Ты можешь все. В глубине души мое сердце было искренне предано Всевышнему, на самом деле я выстоял в испытании и верил во все основы веры. Да, я задавал вопросы, граничащие с ересью, но они не исходили из того, что я действительно так считал и верил в это; внутри себя я хранил совершенную веру во Всевышнего. И тогда возникает вопрос: зачем же задавать еретические вопросы, если ты уже знаешь ответы?
Дело в том, что есть два уровня обладания ответами. Первый: я всем сердцем, на все сто процентов верю во Всевышнего, благословен Он. Есть ли у меня доказательство? Нет. Но я верю в Него без малейшей тени сомнения. У такого человека есть ответы, но нет конкретных объяснений на каждый частный вопрос. Что же у него есть? Я твердо верю, что у мира есть Творец, есть Тот, Кто управляет всем Своим провидением, есть Тот, Кто дает награду, и что душа бессмертна - полная, непоколебимая вера. Такой была вера наших дедушек и бабушек, людей с простой и чистой верой.
Но существует и другое: есть также уровень знания. Знание означает не просто то, что я верю в силу полученной традиции, но то, что я способен доказать это путем исследования, логического анализа и философии. Так что даже человеку, который скажет мне: "Ты веришь - на здоровье, а я нет", я смогу ответить: я обращу тебя к вере, потому что докажу тебе реальность Творца, докажу Его провидение, докажу Его существование, докажу тебе, что мир не оставлен на произвол стихий и законов природы, и докажу, что существует Будущий мир.
И поэтому Иов говорит: что касается веры, у меня была совершенная вера, и не подозревайте меня в том, что я действительно придерживался тех утверждений, о которых спрашивал. Для меня все было ясно, ответы были очевидны вне всяких сомнений. В чем же дело? Весь мой спор велся в русле аналитического исследования. Я хотел, чтобы вещи прояснились через доказательства. А когда идут таким путем, обязательно должен быть тот, кто задает трудные вопросы, и тот, кто отвечает. Так, к примеру, построена книга "Кузари". Можно излагать учение и напрямую, но с точки зрения дидактики один из лучших методов обучения и воспитания - путь вопросов и ответов.
Поэтому, чтобы вопрос прозвучал во всей своей остроте, кто-то должен был выступить от лица сомневающегося и неверующего. Тогда вопрос звучит в полную силу, бросая вызов оппоненту, чтобы тот дал ответы, подкрепленные четкими доказательствами и доводами. Иов говорит: я словно бы представлял сторону скептика. А почему я хотел так поступить? Потому что я стремился к тому, чтобы все знали: ясные ответы существуют. Я хотел, чтобы истина была доказана путем разума, исследования и глубокого размышления, а не оставалась лишь чувством веры в сердце. А как еще вытянуть из тебя доказательства? Сказать: "Кто это сказал? С какой стати, кто сказал, что это так?" Я провоцировал тебя, чтобы ты пошел, исследовал, доказал мне и привел свидетельства - чтобы вера не оставалась просто верой, а превратилась в абсолютное знание.
По этой же причине он взывал ко Всевышнему, призывая Его к спору. Он хотел, чтобы Святой, благословен Он, перевел эти истины из категории того, что воспринимается сердцем (ведь место веры - в сердце, а не в рассудке), в то, что постигается и принимается разумом. Разница между сердцем и разумом такова: то, что в сердце, есть у меня, но другой может сказать: "А у меня этого нет, я ничего такого не чувствую". Разум же можно передать дальше. Когда я понимаю что-то разумом, я могу объяснить это другому. Это доказательство, которое уже является знанием. И потому Иов взывал: "Прошу, Всевышний, вступи со мной в спор!" Не для того, чтобы Ты научил меня тому, чего я не знаю, - знанием сердца я и так все твердо знаю, - но для того, чтобы это стало знанием рассудка, истиной, логически доказуемой.
И вот что он говорит: "Знаю". Даже в самом начале спора я знал, что "Ты можешь все", - мне было ведомо, что Твое могущество безгранично. "И никакой замысел не недостижим для Тебя" - я знал, что вся мудрость и вся сокровенная мысль принадлежат Тебе. И я верил, что Ты, Владыка мира, в Своей мудрости управляешь всем происходящим на земле, и что в конечном счете у человека есть свобода выбора, и в конечном счете Ты вознаграждаешь за каждое доброе дело, совершенное человеком. Почему же тогда я выступал как тот, кто отрицает свободу выбора или отрицает знание Всевышнего обо всем? Чтобы постичь эти вещи и разумом тоже, чтобы не просто верить, но обладать о них ясным знанием.
И какая же ступень выше - знание или вера? "И познаешь сегодня, и примешь сердцем своим" - высшая ступень есть именно знание. Я знаю, что вы сейчас находитесь здесь; но я не знаю, дома ли сейчас мой сын, хотя и верю, что в такой час он уже должен быть там - это вера. Знание же означает ясную осведомленность: я знаю, потому что вижу, для меня это очевидно и осязаемо. Поэтому Иов и просил: Владыка мира, переведи для меня веру на уровень знания! А от какого корня происходит слово "викуах" (спор)? От слова "охаха" (доказательство). Тот, кто спорит, по сути доказывает. Владыка мира, я желаю доказательств, чтобы это запечатлелось также в разуме, а не оставалось лишь в сердце.
Наши мудрецы говорят: «Иов пожелал перевернуть чашу вверх дном». Будто бы Иов хотел опрокинуть миску со всей едой, которая в ней была. На первый взгляд из этого следует, что Иов захотел отвергнуть веру. Но в чем смысл этой притчи и почему мудрецы использовали именно такое выражение?
Виленский Гаон объясняет это на основе притчи, которая была широко известна в те времена. У одного царя был верный слуга, которого государь любил всей душой, буквально как самого себя, постоянно проводил с ним время и беседовал. Однажды этот слуга подавал царю тарелку супа, и случайно одна капля брызнула на новое царское одеяние. Увидев это, царь пришел в неописуемую ярость и тотчас приказал стоящим перед ним слугам: «Схватите его и казните за этот поступок!» Поняв, к чему все идет, слуга взял всю тарелку с супом и вылил ее целиком на царские новые одежды, а последние капли стряхнул царю прямо на голову - и тут его схватили и поволокли. Увидев это, царь разгневался еще сильнее и повелел: «Предайте его мучительной смерти!»
Однако царь никак не мог успокоиться из-за неслыханной дерзости слуги. Как он мог осмелиться на такое? Царь не находил объяснения: «Ведь я знаю этого человека, он вовсе не глупец и не безумец, как же он мог так поступить?» Прежде чем приговор привели в исполнение, царь сказал: «Я хочу поговорить с ним, приведите его ко мне». И спросил его: «Скажи мне, как ты посмел сделать подобное?» Слуга пал на колени перед царем и ответил: «Господин мой царь, я люблю тебя всей душой. И ты приговорил меня к смерти из-за единственной капли супа, упавшей на твою одежду. Увидев это, я ужасно испугался - и не за себя, ибо кто я по сравнению с величием и честью моего господина царя! Я испугался того, как этот поступок будет воспринят народом. Скажут: царь - жестокий тиран, из-за капли супа он казнил любимого слугу, хотя всем было известно, как они близки! Что станут говорить о тебе? Какой это позор! Я не мог с этим смириться. И тогда я решил: вылью всю тарелку на царя! Тогда люди скажут: царь казнил своего любимца, но за что? Тот взял тарелку супа и умышленно вылил на него! Что тут скажешь? За такое его мало казнить! И тогда народ поймет и оправдает моего господина царя». Услышав это, царь полюбил слугу еще сильнее, поняв, что даже в свой самый страшный час тому было важно лишь одно - чтобы не пострадала честь царя.
Говорит Виленский Гаон: точно так же и здесь. Иов пожелал перевернуть чашу вверх дном. Иов сказал: «Владыка мира, всякий, кто видит мои мучения, спросит себя: неужели это тот самый Иов? Праведник, богобоязненный, удаляющийся от зла, о котором сказано больше, чем об Аврааме! Как же Всевышний мог сотворить такое со Своим любимцем?» И потому Иов решил: если так, то лучше я внешне проявлю бунт и неверие. Разве он действительно отрекся от Всевышнего? Упаси Б-г! Разве он узнал сегодня нечто такое, чего не знал вчера? Если вчера у него была абсолютная вера во Всевышнего, что изменилось сегодня? Но он рассудил: лучше я внешне притворюсь безбожником. И что тогда скажут люди? «А, Иов! Вы слышали, какие кощунственные вещи он говорит? Неудивительно, что Всевышний так поступил с ним! Всевышний праведен, Он знает, как поступать с теми, кто ведет себя подобным образом». И благодаря этому люди оправдают Святого, благословен Он, и не возникнет претензий к Нему, благословенному. В этом и заключается смысл выражения «пожелал перевернуть чашу вверх дном»: не отвернуться от веры по-настоящему, а выказать неверие внешне, чтобы тем самым оправдать суд Всевышнего.
Кто еще хотел поступить подобным образом? Царь Давид. О нем сказано: «И дошел Давид до вершины (до главы)», и наши мудрецы поясняют: что значит «до главы»? Давид хотел поклониться идолам, но Хушай Архитянин остановил его. Когда это было? Во время бегства и гонений. И это поразительно: царь Давид, четвертая опора Небесной Колесницы, неужели у него могла даже возникнуть мысль служить идолам? Ведь за идолопоклонство человек наказывается даже за саму мысль, словно совершил это на деле! Как вообще можно такое понять?
Однако царь Давид рассуждал так: «Владыка мира! Все увидят праведного Давида, богобоязненного Давида, сказавшего о себе: “Храни душу мою, ибо я благочестив”, Давида, святая святых, - и спросят: как Всевышний мог навести на него такую беду? Воздвиг зло из его собственного дома, собственный сын восстал против него и жаждет его убить, царь бежит от сына, словно куропатка по горам, а сын бесчестит его наложниц! Как Всевышний мог поступить так с таким праведником?» Но если люди скажут: «Ты разве не слышал? Говорят, Давид служил идолам!» - тогда все скажут: «Всевышний праведен, Давид получил по заслугам, и никаких вопросов нет». И этим Давид хотел оправдать суд Святого, благословен Он.
Почему же он не сделал этого? Хушай Архитянин сказал ему: если люди скажут, что Давид служил идолам, есть опасность, что кто-то станет подражать тебе. Человек подумает: «Давид служил идолам? Значит, в этом нет ничего дурного, видимо, он нашел в этом некую истину!» И пойдет вслед за тобой служить идолам. Чего же ты этим добьешься? Ты хочешь оправдать Всевышнего и показать, будто Он наказал тебя за твое злодейство, но люди, не дай Б-г, начнут подражать этому мнимому греху, и получится, что ты ввел других людей в грех.
מִי זֶה מַעְלִים עֵצָה בְּלִי־דָעַת לָכֵן הִגַּדְתִּי וְלֹא אָבִין נִפְלָאוֹת מִמֶּנִּי וְלֹא אֵדָע׃ שְׁמַע־נָא וְאָנֹכִי אֲדַבֵּר אֶשְׁאָלְךָ וְהוֹדִיעֵנִי׃ - «Кто этот, скрывающий совет без знания? Поэтому я говорил, не понимая, о том, что сокрыто от меня и чего я не знал. Выслушай же, и я буду говорить; я спрошу Тебя, а Ты поведай мне».
Иов говорит: я спрашивал себя, разве возможно скрывать совет - то есть все управление Всевышнего, устроенное с величайшей мудростью, - без знания? Неужели нам суждено оставаться в неведении и полагаться исключительно на веру? Возможно ли, чтобы подобные вещи были скрыты от нас, и у нас не было о них ясного знания, а лишь вера в сердце? Напротив, куда лучше, если бы мы постигли эти тайны, поняли глубинную суть, узнали пути Б-жественного управления - и все это через ясное познание, а не только через веру.
«Потому я говорил и не понимал»: поскольку я не постигал замысла, не понимал путей управления Всевышнего, а лишь верил - разумом же постичь еще не мог, это было «выше моего понимания, и я не ведал», - потому я лишь высказывал это вовне. «Выслушай же, и я буду говорить; я спрошу Тебя, а Ты поведай мне»: я просил, Владыка мира, чтобы Ты заговорил со мной и открыл мне это, дабы у меня появилось ясное знание. Мальбим объясняет: философы и человеческое исследование задают множество вопросов о предвидении Всевышнего и свободе выбора, о праведнике, которому плохо, и о злодее, которому хорошо. Все вопросы, которые задавал Иов, - это известные и знаменитые в философии вопросы, и он не знал, что на них ответить. И потому он говорит: не подобает помрачать замысел без знания и полагаться только на веру, я хочу обрести в этом ясное знание.
לְשֵׁמַע־אֹזֶן שְׁמַעְתִּיךָ וְעַתָּה עֵינִי רָאָתְךָ׃ עַל־כֵּן אֶמְאַס וְנִחַמְתִּי עַל־עָפָר וָאֵפֶר׃ - «Лишь понаслышке слышал я о Тебе, а ныне око мое видит Тебя. Посему я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле».
Все это было до сих пор, говорит Иов, когда я только «понаслышке слышал о Тебе». Я не видел Тебя в пророчестве, а лишь принимал то, что получил по традиции - из поколения в поколение, от отцов к сыновьям. А когда человек принимает вещи по традиции, у него есть вера, но нет ясного знания: «мой отец не станет обманывать меня, поэтому я верю, что сказанное им верно; и его отец тоже не обманывал его, и он верил в то, что ему передали». Это вера. И до сих пор все так и было - лишь то, что сын слышал из уст отца, но подлинного знания у меня еще не было. Оставалось место для сомнений во всех этих вопросах: о праведнике, которому плохо, о злодее, которому хорошо, о знании и свободе выбора.
Но теперь «око мое видит Тебя». Когда человек видит нечто воочию, видение дает ясное знание. Теперь мне все понятно без всяких сомнений. Из того, что Ты открылся мне в пророческом видении, я понял несколько вещей. Во-первых, я увидел, что Ты, Всевышний, присматриваешь за всеми деяниями людей: вот, Ты видел мой спор с друзьями и вмешался в него. Значит, Всевышний не оставил эту землю; Всевышний осуществляет Свой надзор, пребывает здесь и дарует людям пророчество.
Во-вторых, мне открылось, что существует душа, отдельная от тела, и что эта душа существует вечно и в конечном итоге прилепится ко Всевышнему. Ведь если не так, как человек может удостоиться пророчества? Постижение пророчества - это отрешение души от тела. Если бы не было бессмертной души, как было бы возможно пророчество? Связь Святого, благословен Он, с человеком происходит не через тело: тело материально, тело уподоблено животному. Святой, благословен Он, соединяется с человеком через вечную душу. И отсюда я также вывожу бессмертие души: если душа способна прилепиться к Б-гу, то когда тело умирает, смерть настигает лишь тело, а душа вечна - она возвращается и прилепляется к своему Создателю.
И еще одна вещь прояснилась для меня с полной очевидностью: душе уготовано духовное воздаяние, она получит награду за все свои поступки. А в чем заключается эта награда? Как говорит Рамхаль в книге «Дерех Ашем», высочайшая награда - это слияние с Ним, благословен Он. И когда человек удостаивается этого? После отделения души от тела. И чем больше человек устранял преграды между собой и Всевышним, тем большего слияния со Всевышним он удостоится после смерти. И это счастье, выше которого нет, и утонченное блаженство, возвышеннее которого не существует, и самое прекрасное, чего только может желать человек. И теперь я воочию убедился в этом, ведь я удостоился слияния с Ним, благословен Он, еще при жизни - через получение пророчества.
И тем самым «посему я отрекаюсь и утешаюсь о прахе и пепле»: вследствие этого я презираю телесную жизнь и утешаюсь о теле, которое есть прах и пепел. Относительно всех разрушений и страданий, постигших мое тело, я обрел утешение. Это всего лишь тело, оно ничего не значит, ведь в конце концов тело - прах и пепел. Что оно по сравнению с истинным вечным блаженством души после ухода человека из этого мира? И тем самым у меня больше нет вопроса о праведнике, которому плохо: ему плохо здесь, в этом мире, - но что такое этот мир? Я им пренебрегаю. О том, что прах и пепел терпят ущерб, я уже утешился, это ничто. Одно мгновение высшей, возвышенной духовной услады стоит всех удовольствий и наслаждений этого мира. Благодаря этому, говорит Иов, рассеялись все те тучи, что застилали мое разумное понимание, и мне открылся свет познания, позволивший постичь все с ясной мыслью и разумением.
וַיְהִי אַחַר דִּבֶּר יְהֹוָה אֶת־הַדְּבָרִים הָאֵלֶּה אֶל־אִיּוֹב וַיֹּאמֶר יְהֹוָה אֶל־אֱלִיפַז הַתֵּימָנִי חָרָה אַפִּי בְךָ וּבִשְׁנֵי רֵעֶיךָ כִּי לֹא דִבַּרְתֶּם אֵלַי נְכוֹנָה כְּעַבְדִּי אִיּוֹב׃ - «И было после того, как Господь сказал эти слова Иову, сказал Господь Элифазу Тейманянину: разгорелся гнев Мой на тебя и на двух твоих друзей, ибо вы не говорили обо Мне так верно, как раб Мой Иов».
После завершения спора с Иовом Всевышний обращается к Элифазу Тейманянину: возгорелся гнев Мой на тебя и на двух твоих друзей, ибо вы говорили обо Мне не так верно. То есть, когда вы спорили с Иовом, вы говорили неподобающие вещи. Иов хотя и согрешил устами, но в сердце говорил искренне и верно, ведь, как он сам засвидетельствовал, в его сердце ни на мгновение не закрадывалось неверие - напротив, он веровал полной верой, а устами лишь представлял доводы еретиков, чтобы услышать разумный ответ.
А вот у друзей, говорит Мальбим, все обстояло с точностью до наоборот. Они спорили, защищая Всевышнего, то есть на словах были со Святым, благословен Он, но их сердце не соглашалось с их устами. И так сказал им Иов: «Как насмехаются над человеком, так ли насмехаетесь над Ним? Разве величие Его не устрашит вас?» - как вам не стыдно говорить то, во что вы сами не верите? Иов утверждал им: все ваши слова - лишь внешние фразы, призванные заставить меня замолчать, но сами вы искренне в них не верите.
Получается, что то, что сделали вы, хуже того, что сделал Иов, - говорит Всевышний. Иов внешне говорил неподобающе, но в мыслях своих думал верно; вы же внешне говорили правильно, но в мыслях своих - неверно. А что для Всевышнего главное в речи? Речь сердца, а не внешние слова уст. Что проверяет Господь в человеке? Сердце и помыслы. Говорит Господь: Меня не интересует то, что снаружи, Меня интересует то, что внутри. И кто же здесь хуже? Друзья. Ведь Иов пусть и высказывался внешне нехорошо, но речь его сердца была искренней и истинной, и он верил в Господа; у вас же внешние слова были в порядке, но внутренняя речь, которая и есть главное, была неверна.
וְעַתָּה קְחוּ־לָכֶם שִׁבְעָה־פָרִים וְשִׁבְעָה אֵילִים וּלְכוּ אֶל־עַבְדִּי אִיּוֹב וְהַעֲלִיתֶם עוֹלָה בַּעַדְכֶם וְאִיּוֹב עַבְדִּי יִתְפַּלֵּל עֲלֵיכֶם כִּי אִם־פָּנָיו אֶשָּׂא לְבִלְתִּי עֲשׂוֹת עִמָּכֶם נְבָלָה כִּי לֹא דִבַּרְתֶּם אֵלַי נְכוֹנָה כְּעַבְדִּי אִיּוֹב׃ - «А теперь возьмите себе семь тельцов и семь овнов, и пойдите к рабу Моему Иову, и принесите жертву всесожжения за себя, и Иов, раб Мой, помолится за вас, ибо лишь его лицо Я приму, дабы не поступить с вами по безрассудству вашему, ибо вы не говорили обо Мне так верно, как раб Мой Иов».
Он велит им принести жертвы всесожжения (ола), поскольку жертва всесожжения искупает греховные помыслы сердца, - а как мы объяснили, именно в этом и заключался их грех, в помыслах сердца. И также за то, что они напрасно оскорбляли Иова: ведь они говорили ему, что он грешник, что он заслужил все то, что Всевышний делает с ним, что он, по-видимому, не служил Господу внутренним служением и не достиг истинных духовных ступеней, которых должен был достичь. Они находили в нем множество вин и возводили на него напраслину. Поэтому им необходимо просить прощения и у Иова, и чтобы Иов помолился за них, - и тогда Всевышний окажет благоволение праведному Иову и не станет наказывать их.
И почему дважды повторяется: «ибо вы не говорили обо Мне так верно, как раб Мой Иов»? Мальбим объясняет: в первый раз имелось в виду, что в помыслах сердца вы не были искренни пред Господом; а теперь Он добавляет, что и во внешней речи вы говорили неверно, ведь внешними речами вы предъявляли Иову тягчайшие обвинения, в которых он неповинен. И поэтому Мне нужно, чтобы Иов простил вас и помолился за вас.
Ялкут Шимони приводит: «Сказал Рава: отсюда следует, что человека не судят за слова, сказанные в страдании». То есть у Ялкут Шимони возникает вопрос: неужели Иов говорил настолько правильно? Ведь он произносил очень тяжелые речи! Согласно Мальбиму мы разрешили эту трудность, но по пониманию Ялкут Шимони Иов тоже говорил неверно, однако у Иова есть оправдание: Иов страдал, а человека не судят за слова, вырвавшиеся от нестерпимой боли. Вы же - от чего страдали вы? Что стряслось с вами, из-за чего вы говорили неверно?
וַיֵּלְכוּ אֱלִיפַז הַתֵּימָנִי וּבִלְדַּד הַשּׁוּחִי צֹפַר הַנַּעֲמָתִי וַיַּעֲשׂוּ כַּאֲשֶׁר דִּבֶּר אֲלֵיהֶם יְהֹוָה וַיִּשָּׂא יְהֹוָה אֶת־פְּנֵי אִיּוֹב׃ - «И пошли Элифаз Тейманянин, и Билдад Шухянин, и Цофар Нааматянин, и сделали так, как сказал им Господь, и принял Господь лицо Иова».
Они исполняют все, что повелевает Всевышний, Иов горячо молится за них, и Господь принимает его молитву.
וַיהֹוָה שָׁב אֶת־שְׁבוּת אִיּוֹב בְּהִתְפַּלְלוֹ בְּעַד רֵעֵהוּ וַיֹּסֶף יְהֹוָה אֶת־כׇּל־אֲשֶׁר לְאִיּוֹב לְמִשְׁנֶה׃ - «И возвратил Господь Иова из плена страданий его, когда он помолился за ближнего своего, и умножил Господь все, что было у Иова, вдвое».
Отсюда Ялкут Шимони приводит: «Сказал ему Рава бар Мари: откуда известно то, о чем говорили мудрецы: всякий, кто молит о милосердии за своего ближнего, сам нуждаясь в том же, получает ответ первым? Ибо сказано: "И возвратил Господь Иова из плена страданий его, когда он помолился за ближнего своего"». Когда Всевышний вернул ему все? Когда он просил за них. Ты попросил, чтобы у них все было хорошо, - и Святой, благословен Он, делает добро и тебе. И мы видим то же самое в недельной главе Ваера: Авраам-авину помолился за Авимелеха, царя Герара, и вследствие этого «и родили они» - до тех пор женщины не могли рожать, а теперь родили, и тотчас вслед за этим Сара рожает. Отсюда мы учим, что молящийся за ближнего получает ответ первым. И посмотрите там у святого Ор а-Хаима, который подробно разбирает этот вопрос - произошло ли это именно вследствие того или между событиями нет прямой причинной связи, и приводит по этому поводу два объяснения.
וַיָּבֹאוּ אֵלָיו כׇּל־אֶחָיו וְכׇל־אַחְיֹתָיו וְכׇל־יֹדְעָיו לְפָנִים וַיֹּאכְלוּ עִמּוֹ לֶחֶם בְּבֵיתוֹ וַיָּנֻדוּ לוֹ וַיְנַחֲמוּ אֹתוֹ עַל כׇּל־הָרָעָה אֲשֶׁר־הֵבִיא יְהֹוָה עָלָיו וַיִּתְּנוּ־לוֹ אִישׁ קְשִׂיטָה אֶחָת וְאִישׁ נֶזֶם זָהָב אֶחָד׃ - «И пришли к нему все братья его, и все сестры его, и все прежние знакомые его, и ели с ним хлеб в доме его, и сочувствовали ему, и утешали его во всем бедствии, какое навел на него Господь; и дали ему каждый по одной кесите и каждый по золотому кольцу».
«Прежние знакомые его» («йодав лефаним») - те, кто знал его раньше, еще до того, как на него обрушились страдания. Ведь когда пришли бедствия, «покинули его друг и ближний», и как сам Ийов прямо говорит: «и знавшие меня отдалились от меня» - знакомые рассеялись и оставили его. А теперь, когда все вернулось на круги своя, они приходят есть и радоваться вместе с ним: «и ели с ним хлеб в доме его», а хлеб означает праздничную трапезу. «И сочувствовали ему» («вайянуду ло») - покачивали головой, как принято выражать сочувствие человеку, когда он уже спасся от этой беды. «И утешали его» - говорили ему слова утешения: мол, все, что ты перенес, было лишь к добру, и тому подобное. И каждый преподнес ему подарок: одну кеситу (меру серебра) и одно золотое кольцо, выказывая этим особое расположение к нему.
К этому стоит добавить: написано: «В этот юбилейный год возвратитесь каждый к своему владению и каждый к своей семье». Комментаторы спрашивают: «каждый к своему владению» понятно - человек лишился надела из-за бедности, наступил юбилейный год (йовель), и земля возвращается к нему. Но что означает «и каждый к своей семье возвратитесь»? Разве он покидал свою семью? Дело в том, что когда человек разоряется, его вдруг перестают узнавать. Былые друзья проходят мимо на улице и даже не здороваются. Пока ты был кем-то, все вокруг лебезили: «Привет, как поживаешь, что скажешь?» Смеялись, даже когда человек и не думал шутить, из чистой лести - ведь «у богатого друзей много». Но стоит материальному положению пошатнуться, как тебя словно и не знали вовсе. Вот об этом и сказано: ты продал поле, лишился удела, денег нет, и даже собственная родня отвернулась; но в юбилейный год, когда человек возвращается к своему владению, тут же сбывается и «каждый к своей семье возвратитесь» - вдруг вся родня, от которой годами не было звонка, начинает звонить: «Здравствуй, как дела, как здоровье?» Человек вернул свой статус, и любящих друзей снова прибавилось.
Так и здесь: «и все прежние знакомые его». Когда дела шли плохо: «Ты знаешь Ийова? Нет, мы не общаемся. Родственник? Ну, какой-то дальний». А когда все восстановилось и пошло на лад: «Ийов? Конечно, мой троюродный брат, о чем речь!» Вдруг вся родня без исключения снова записалась к нему в друзья.
וַיהֹוָה בֵּרַךְ אֶת־אַחֲרִית אִיּוֹב מֵרֵאשִׁתוֹ וַיְהִי־לוֹ אַרְבָּעָה עָשָׂר אֶלֶף צֹאן וְשֵׁשֶׁת אֲלָפִים גְּמַלִּים וְאֶלֶף־צֶמֶד בָּקָר וְאֶלֶף אֲתוֹנוֹת׃ - «И Господь благословил конец Ийова больше начала его, и было у него четырнадцать тысяч мелкого скота, шесть тысяч верблюдов, тысяча упряжек волов и тысяча ослиц».
В награду за то, что Ийов простил обиду и помолился за друзей, Всевышний возвратил его к прежнему величию и дал ему вдвое против того, что он имел раньше. Мальбим пишет: судя по тому, что следует из слов наших мудрецов, все прежнее имущество Ийова, а также его якобы погибшие дети на самом деле не погибли. Сатан лишь скрыл их от его глаз и подослал вестников принести все эти дурные вести. Где же они находились все это время? Во власти Сатана. Что с ними происходило? Мы их об этом не спрашивали; но во всяком случае, они не умерли, утверждает Мальбим. Именно поэтому сказано: «И умножил Господь все, что было у Ийова, вдвое»: сначала «все, что было у Ийова» - то есть вернулось прежнее, и вдобавок «вдвое» - чтобы стало ровно в два раза больше, чем прежде: четырнадцать тысяч овец и так далее.
וַיְהִי־לוֹ שִׁבְעָנָה בָנִים וְשָׁלוֹשׁ בָּנוֹת׃ - «И было у него семь сыновей и три дочери».
«И было у него» - это те самые прежние дети, только дочери стали еще прекраснее, и из-за прибавившейся красоты он дал им новые имена, которые, как мы увидим в следующем стихе, говорят об их необычайной красоте. А слово «шив'ана» (שבענה), как объясняет Раши, указывает на удвоение (дважды по семь) - у него было семь сыновей, и прибавилось еще семь сыновей.
Возникает вопрос: почему же Святой, благословен Он, не забрал у Ийова и жену? В шутку на это отвечают: если бы Он забрал жену, Ему пришлось бы потом дать взамен двух жен, а Всевышний не хотел причинять ему страданий. Но если говорить по истине, жена была частью самого испытания: ведь нужно было, чтобы жена сказала ему: «Благослови (похули) Б-га и умри». А раз она являлась частью испытания, ей необходимо было оставаться рядом с ним, поскольку это входило в то, через что ему предстояло пройти.
וַיִּקְרָא שֵׁם־הָאַחַת יְמִימָה וְשֵׁם הַשֵּׁנִית קְצִיעָה וְשֵׁם הַשְּׁלִישִׁית קֶרֶן הַפּוּךְ׃ - «И нарек он имя первой Емима, имя второй - Кеция, а имя третьей - Керен-hапух».
Из-за их необычайной, умножившейся красоты он дал им эти имена - в честь их красоты, как пишет Раши. Емима - чистая и светлая, как день, прекрасная, как день. Когда хотят сказать о ком-то, что она некрасива, говорят: «красива, как ночь», а когда хотят сказать, что хороша собой: «прекрасна, как день». Кеция - один из видов благовоний, чей аромат разносится далеко вокруг, подобно пряности кеция. Керен-Гапух - рог, наподобие бычьего рога, куда клали сурьму, мыло и различные женские притирания и косметику. Не как в наши дни, когда у каждой косметической компании есть свои коробочки; когда-то коробочкой служил рог. И потому её назвали Керен-Гапух, от выражения «подводила сурьмою (пух) глаза свои» - «пух» это сурьма, её хранили в роге и подводили ею глаза.
וְלֹא נִמְצָא נָשִׁים יָפוֹת כִּבְנוֹת אִיּוֹב בְּכׇל־הָאָרֶץ וַיִּתֵּן לָהֶם אֲבִיהֶם נַחֲלָה בְּתוֹךְ אֲחֵיהֶם׃ - И не нашлось женщин столь прекрасных, как дочери Ийова, по всей земле; и дал им отец их удел среди братьев их.
Дочери Ийова были настолько совершенны - и красотой, и счастьем, - что он наделил их наследным уделом среди их братьев. Смысл этого в том, что по закону дочери не получают наследства при наличии сыновей, но так как они были не просто дочерьми, а совершенно исключительными, из-за их высокого достоинства Ийов выделил им удел, словно они были сыновьями.
Гемара рассказывает: когда раби Меир завершал книгу Ийова, он говорил: «Конец человека - умереть. Счастлив тот, кто вырос в Торе, чей труд - в Торе, и кто доставляет отраду своему Создателю». Завершая изучение книги Ийова, раби Меир произносил эти слова. В чем их смысл? Ведь что открылось нам в финале книги Ийова? Что подлинная цель земной жизни раскрывается со смертью. Так сказал Ийов в конце своих речей: «Потому я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле» - я презираю телесное, прах и пепел - ничто. А главное - это вечное блаженство души, когда она прилепляется к своему Создателю.
И если так, то пока человек жив и приближается к этой цели, он готовит себе припасы на назначенный день, собирает полные чемоданы - счастлив он! Об этом и говорит раби Меир: «Счастлив тот, кто вырос в Торе и чей труд - в Торе», ведь именно так человек достигает цели. А в чем цель? В том, что конец человека - смерть, переход к вечному блаженству. А как удостоиться вечного блаженства? Трудом здесь, в этом мире. Счастлив тот, чей труд - в Торе, ведь благодаря этому он каждый день трудится ради этой цели; ведь с каждым днем он все ближе к ней, и каждый прошедший день - это еще один день, ушедший из жизни. Человек, трудящийся в Торе, готовит себе припасы в дорогу к тому времени, которое и есть главное - к вечной обители. В этом и смысл слов: «Доброе имя лучше доброго елея»: доброе имя лучше для человека, чем елей, ведь именно оно остается с ним в конце концов - его доброе имя.
וַיְחִי אִיּוֹב אַחֲרֵי־זֹאת מֵאָה וְאַרְבָּעִים שָׁנָה וַיִּרְאֶה אֶת־בָּנָיו וְאֶת־בְּנֵי בָנָיו אַרְבָּעָה דֹּרוֹת׃ - И жил Ийов после этого сто сорок лет, и увидел сыновей своих и сыновей сыновей своих, четыре поколения.
Говорит Ялкут Шимони: изначально отпущенные годы жизни Ийова составляли лишь сто десять лет, и ему было добавлено еще сто сорок лет. Выходит, что в итоге Ийов прожил двести пятьдесят лет. И что значит «после этого»? После того, как отступили от него страдания. И еще: он своими глазами увидел четыре поколения потомков, и никто из них не умер при его жизни.
וַיָּמׇת אִיּוֹב זָקֵן וּשְׂבַע יָמִים׃ - И умер Ийов старым и пресыщенным днями.
Умер, будучи «пресыщен днями»: он прожил долгие, многочисленные дни в великом благе, пока вполне не насытился ими. Человек по природе своей жаждет жизни: если спросить его, хочет ли он уйти из этого мира, он ответит: «Нет, я жажду жить». Но когда человек прожил уже двести пятьдесят лет, он говорит: «Я насытился, я пресыщен днями». Это образное выражение, говорящее о том, кто сполна насытился этой земной жизнью.
Глава 42 завершает книгу Ийова ответом самого Ийова: весь его спор проистекал не из скрытого неверия, а из стремления превратить веру в ясное знание. И как объяснил Виленский Гаон в притче о рабе и царе - даже то, что казалось «переворачиванием чаши вверх дном», имело целью показать Всевышнего праведным в глазах творений, подобно тому, как стремился поступить царь Давид. Когда же Всевышний открылся ему в пророчестве, Ийов перешел от состояния «я слышал о Тебе лишь слухом уха» к «а ныне глаза мои видят Тебя» - пришел к ясному пониманию Божественного провидения, бессмертия души и духовного воздаяния, и оттого «я отрекаюсь и раскаиваюсь в прахе и пепле». Друзьям же, которые говорили в защиту Бога устами, но не сердцем, было велено принести жертвы всесожжения и просить Ийова о молитве; и благодаря тому, что он молился за своих ближних, Всевышний ответил ему первому, возвратил былое величие и удвоил все его достояние. И прожил Ийов еще сто сорок лет, и увидел четыре поколения потомков, и умер старым и пресыщенным днями. И, как приводит слова рабби Меира Талмуд в связи с окончанием книги: конец человека - смерть, но счастлив тот, кто возрос в Торе, чей труд - в Торе, и кто доставляет отраду Создателю. Да удостоит нас Всевышний учить и обучать, хранить, исполнять и осуществлять, начинать другие книги Писания и завершать их; и да отстранит Всевышний в заслугу изучения книги Ийова от всех нас всякую скорбь, всякую хворь, всякий ущерб и всякую болезнь, амен ве-амен.