Вторая глава книги Хаггая открывается новым пророчеством, произнесенным двадцать первого числа седьмого месяца. Пророк отправлен с особым поручением к руководителям вернувшихся из изгнания и ко всему народу, чтобы укрепить их руки в строительстве Храма. Строители видели перед собой скромное и невзрачное строение по сравнению с Первым Храмом, и пали духом; и пришло пророчество возвестить, что именно в этом Храме заложен потенциал полного избавления - при условии, что народ выполнит свою задачу.
בַּשְּׁבִיעִי בְּעֶשְׂרִים וְאֶחָד לַחֹדֶשׁ הָיָה דְּבַר־יְהֹוָה בְּיַד־חַגַּי הַנָּבִיא לֵאמֹר׃ - В седьмой [месяц], в двадцать первый [день] месяца, было слово Господа через пророка Хаггая, гласящее:
Радак обращает внимание на то, что во всех здешних пророчествах Писание снова и снова упоминает: "пророк Хаггай". Первое объяснение: это пророчество представляет собой особое послание к народу, призывающее на деле исполнить то, что им повелевается сейчас, и поэтому подчеркивается, что он - пророк, возвещающий им, "гласящее". Второе объяснение: как мы видели выше, пророчество уже прекратилось и здесь возобновилось, поэтому было необходимо повторять снова и снова, что это слово Всевышнего, и что Хаггай - пророк, принимающий свое пророчество от Него, благословен Он. По этой причине данное определение повторяется неоднократно.
אֱמׇר־נָא אֶל־זְרֻבָּבֶל בֶּן־שַׁלְתִּיאֵל פַּחַת יְהוּדָה וְאֶל־יְהוֹשֻׁעַ בֶּן־יְהוֹצָדָק הַכֹּהֵן הַגָּדוֹל וְאֶל־שְׁאֵרִית הָעָם לֵאמֹר׃ - Скажи же Зерубавелю, сыну Шеалтиэля, правителю Иудеи, и Йеошуа, сыну Йеоцадака, первосвященнику, и остатку народа, говоря:
Весть обращена к троим: к Зерубавелю, сыну Шеалтиэля, который был "правителем Иудеи" (паха, то есть наместник), к Йеошуа, сыну Йеоцадака, первосвященнику, и к самому народу. На первый взгляд возникает вопрос: почему Зерубавель упомянут раньше первосвященника Йеошуа, чей духовный уровень, казалось бы, выше? Ибн Эзра объясняет: не удивляйся этому, ибо всегда царской власти оказывают больше почета, чем священству и пророчеству. Так мы находим, что Йеошуа упоминается раньше Калева, а также: "вслед за Шаулем и вслед за Шмуэлем" - Шауль был царем, а Шмуэль пророком, и тем не менее царь упомянут первым, поскольку царской власти отдают предпочтение. Подобным же образом сказано: "их установили Давид и Шмуэль" - сначала назван Давид, будучи царем, а затем Шмуэль. Так и здесь: Зерубавель упомянут первым, потому что происходил из потомков Йегояхина, из царского рода.
И добавляет Ибн Эзра, что есть одно исключение: в словах Всевышнего во время истории с разведчиками Калев упоминается раньше Йеошуа, хотя Йеошуа был старше Калева по возрасту. Причина в том, что в Калеве проявилось особое достоинство - "И успокаивал Калев народ" - и поэтому Всевышний поставил его первым. Но помимо этого случая, во всех остальных местах следуют за иерархией почета, и честь царской власти имеет первенство.
מִי בָכֶם הַנִּשְׁאָר אֲשֶׁר רָאָה אֶת־הַבַּיִת הַזֶּה בִּכְבוֹדוֹ הָרִאשׁוֹן וּמָה אַתֶּם רֹאִים אֹתוֹ עַתָּה הֲלוֹא כָמֹהוּ כְּאַיִן בְּעֵינֵיכֶם׃ - Кто остался среди вас, кто видел этот Дом в его прежней славе, и каким вы видите его теперь? Разве он не кажется вам ничем?
"Кто остался среди вас" - кто еще остался из вас со времен изгнания и разрушения Первого Храма. Речь идет о старцах старше восьмидесяти лет, ведь прошло около семидесяти лет после разрушения и вавилонского пленения, да и после возвращения Храм начали строить не сразу. Говорит им пророк: тот, кто видел Храм в его прежней славе, глядя на стоящий перед ним Второй Храм, думает: "Разве он не кажется вам ничем?". Вы не считаете его за что-либо значимое, ведь он выглядит невзрачно как внешне, так и по своей святости, ведь пяти вещей недоставало во Втором Храме.
И об этом сказано в Писании и в Гемаре, что во время строительства Храма одни плакали, а другие радовались. Почему? Те, кто помнил Первый Храм, плакали, видя это строение; а те, кто не застал Первый Храм - молодое поколение, - радовались тому, что строится Дом.
וְעַתָּה חֲזַק זְרֻבָּבֶל נְאֻם־יְהֹוָה וַחֲזַק יְהוֹשֻׁעַ בֶּן־יְהוֹצָדָק הַכֹּהֵן הַגָּדוֹל וַחֲזַק כׇּל־עַם הָאָרֶץ נְאֻם־יְהֹוָה וַעֲשׂוּ כִּי־אֲנִי אִתְּכֶם נְאֻם יְהֹוָה צְבָאוֹת׃ אֶת־הַדָּבָר אֲשֶׁר־כָּרַתִּי אִתְּכֶם בְּצֵאתְכֶם מִמִּצְרַיִם וְרוּחִי עֹמֶדֶת בְּתוֹכְכֶם אַל־תִּירָאוּ׃ - «А теперь крепись, Зерубавель, - слово Господа, - и крепись, Йеошуа, сын Йеоцадака, первосвященник, и крепись, весь народ страны, - слово Господа, - и делайте, ибо Я с вами, - слово Господа Воинств. [Храните] то слово, о котором заключил Я союз с вами при исходе вашем из Египта, и дух Мой пребывает среди вас, не бойтесь!»
Пророк говорит им: чего вам бояться? Опасаться нечего, если только у вас нет слабости в служении Всевышнему; но если вы укрепляетесь в служении Всевышнему, вам не нужно страшиться абсолютно ничего. «И делайте... то слово, о котором заключил Я союз с вами при исходе вашем из Египта» - слова «ибо Я с вами» представляют собой вводную мысль, а общий смысл таков: исполняйте слова Торы и заповедей, о которых был заключен союз между Мной и вами во время исхода из Египта, как сказано там: «И взял книгу завета, и прочитал вслух народу». И если вы поступите так, то слава этого Дома превзойдет славу Первого Храма.
Почему же? «Ибо Я с вами», «и дух Мой пребывает среди вас». Всевышний говорит им: Я с вами сейчас точно так же, как был с вами при исходе из Египта. Однако все это при условии, что вы будете такими, как тогда: станете исполнять заповеди и хранить завет, как прежде, и тогда Мой дух действительно пребудет среди вас, как в те времена, так и ныне. И хотя этот дух не пробуждается сейчас для явных чудес и знамений, знайте, что он внутри вас, - и в этом особое ударение на слове «внутри вас». Здесь не будет рассечения моря, ведь Всевышний больше не совершает таких явных чудес, но вы непременно увидите и ощутите присутствие Всевышнего внутри себя, пребывающее, действующее и несущее благословение.
כִּי כֹה אָמַר יְהֹוָה צְבָאוֹת עוֹד אַחַת מְעַט הִיא וַאֲנִי מַרְעִישׁ אֶת־הַשָּׁמַיִם וְאֶת־הָאָרֶץ וְאֶת־הַיָּם וְאֶת־הֶחָרָבָה׃ - «Ибо так сказал Господь Воинств: еще однажды, и мало [времени пройдет], и Я сотрясу небеса и землю, море и сушу».
Раши объясняет: когда падет Персидское царство, под властью которого вы сейчас находитесь, поднимется еще одно царство, чтобы править вами и притеснять вас, но владычество его будет кратким, - и в этом смысл слов «мало его», то есть срок его правления будет коротким. «И Я сотрясу небеса и землю» - благодаря чудесам, которые будут явлены для Хасмонеев. Тогда народы мира поймут, что Моя Шхина пребывает в этом Доме, и принесут дары из серебра и золота, как повествуется в книге «Йосифон» о событиях, последовавших за чудесами и победой Хасмонеев над греками.
Мальбим толкует этот стих иначе, как если бы порядок слов был обратным: «Мало его, еще одно». То есть дух, пребывающий среди вас ныне, невелик, он не совершает великих чудес и знамений и не производит великого потрясения. Поэтому необходимо «еще одно» - дополнительное пробуждение духа. А откуда придет это прибавление? От самого народа: когда они проникнутся духом мудрости и разумения, духом ведения и богобоязненности. И благодаря тому, что этот дух соединится с прежним духом, возникнет дух великого сотрясения, посредством которого Всевышний сотрясет небеса и землю.
В чем же заключается этот урок? Мальбим говорит, что иносказание здесь указывает на дух пророчества, вернувшийся в то время: ведь по возвращении на Святую землю у них появились пророки, последние пророки, вещающие от имени Всевышнего. Однако Всевышний предупреждает: это лишь малая мера. Не думайте, будто возвращение Моего духа продлится само по себе: то поколение еще не удостоилось постоянного пророчества и непрерывного пребывания Руах а-Кодеш. Требуется действие с вашей стороны, требуется дух от вас самих. Этот начальный дух был дарован Свыше, но вы должны принести собственный духовный порыв: именно ваши добрые дела приведут к тому, что Всевышний сотрясет небеса, то есть изменит весь естественный порядок вещей и явит знамения и чудеса на небесах, в море и на суше, а это будет означать наступление времени Избавления.
И в этом заложен важнейший принцип, к которому мы еще вернемся далее в этой главе: возможность полного Избавления находилась в их собственных руках. Если бы они исправили свои пути, они достигли бы окончательного Избавления уже при строительстве Второго Храма. Поэтому пророк и говорит: требуется еще одно усилие, нужно еще немного, и тогда Я окончательно водворю Мой дух среди вас, и вы увидите знамения и чудеса на небесах, на земле, в море и на суше - все то, на что мы надеемся и чего ожидаем при наступлении полного Избавления.
וְהִרְעַשְׁתִּי אֶת־כׇּל־הַגּוֹיִם וּבָאוּ חֶמְדַּת כׇּל־הַגּוֹיִם וּמִלֵּאתִי אֶת־הַבַּיִת הַזֶּה כָּבוֹד אָמַר יְהֹוָה צְבָאוֹת׃ - «И сотрясу Я все народы, и придут желанные сокровища всех народов, и наполню Я этот Дом славой, - сказал Господь Воинств».
Радак поясняет: «И сотрясу Я все народы» - Я вложу в их сердца такой трепет, что каждый содрогнется и поднимется со своего места, чтобы прийти и увидеть величие этого Дома, и принесет с собой серебро и золото во славу Храма. А выражение «и придут желанные сокровища всех народов» означает, что они придут с тем драгоценным, что составляет их главное вожделение: они принесут с собой золотую и серебряную утварь, драгоценные ткани и камни - все самое ценное и желанное для народов мира они доставят в дар Храму.
И пусть вас не удивляет, что написано «хемдат» («вожделенное»), а не «бе-хемдат» («с вожделенным»), ведь Писание нередко опускает служебную букву «бет» (предлог «в/с»). (Поясним: служебная «бет» - это предлог, а не буква корня. В слове «байт», дом, буква «бет» корневая, но когда говорят «бе-вайт» - первая «бет» служебная, а вторая корневая.) Так же мы находим: «у-мар'э ве-ло ве-хидот» («и явно, а не загадками»), где смысл таков, будто написано «у-ве-мар'э»; и точно так же: «коль а-кесеф а-нимца бейт Ашем» («все серебро, найденное [в] Доме Г-спода»), где подразумевается «бе-вейт Ашем». Так и здесь: «у-вау хемдат коль а-гоим» означает «и придут с вожделенным всех народов».
И Мальбим продолжает развивать свою мысль: перед ними стоит возможность прийти к окончательному Избавлению. Когда настанет то время, когда «сотрясу Я небеса и землю, море и сушу», то есть в грядущем Избавлении - говорит им Вс-вышний, что сейчас в их руках сделать так, чтобы исполнились все предзнаменования, предшествующие будущему Избавлению: чтобы содрогнулись народы и собрались здесь для войны Гога и Магога, пока в конце концов не принесут сюда драгоценности всех народов в дар Г-споду. И тогда: «и наполню этот Дом славой» - последний Дом, которого мы так ждем, будет почитаемым, великим, вознесенным и превознесенным, как сказано: «И будет в последние дни: гора Дома Г-сподня будет поставлена во главе гор... и потекут к ней все народы». Все придут узреть славу этого Дома и принести в нем жертвы - не ради американского посольства они придут, а ради Дома Г-спода, который будет стоять в Иерусалиме.
לִי הַכֶּסֶף וְלִי הַזָּהָב נְאֻם יְהֹוָה צְבָאוֹת׃ - «Мне принадлежит серебро, и Мне золото, - слово Г-спода Воинств».
Радак объясняет: в чьих бы руках ни находилось серебро - оно Мое. Не думай, что если оно у тебя, то оно принадлежит тебе; Святой, благословен Он, говорит: в Моей власти забрать его у одного и отдать другому, и потому Я вложу в сердца народов желание выделить свои средства и отдать их на Храм.
גָּדוֹל יִהְיֶה כְּבוֹד הַבַּיִת הַזֶּה הָאַחֲרוֹן מִן־הָרִאשׁוֹן אָמַר יְהֹוָה צְבָאוֹת וּבַמָּקוֹם הַזֶּה אֶתֵּן שָׁלוֹם נְאֻם יְהֹוָה צְבָאוֹת׃ - «Велика будет слава этого последнего Дома, больше, чем первого, - сказал Г-сподь Воинств, - и на этом месте дам Я мир, - слово Г-спода Воинств».
Мальбим связывает этот стих с предыдущим: все признают, что серебро и золото - все принадлежит Мне, а раз так, принесут его в Иерусалим истинному Владельцу, Святому, благословен Он. А когда всем станет ясно, что все принадлежит Всевышнему, человеку будет нетрудно отдавать на Дом Г-спода. Ведь почему сегодня человеку тяжело достать деньги из кармана? Потому что он чувствует, будто отдает синагоге свое собственное, отдает на цдаку свое. Но в тот миг, когда он осознает истину «Мне принадлежит серебро, и Мне золото», он поймет, что отдает Ему из Его же достояния: «из Твоего дают Тебе». В будущем народы поймут и познают, что «Мне принадлежит серебро, и Мне золото, - слово Г-спода», и им станет легко прийти и отдать все Владыке всего сущего, Владыке серебра и золота.
И благодаря этому «велика будет слава этого последнего Дома, больше, чем первого» - этот Дом станет последним Домом. Иными словами, в этом пророчестве Г-сподь ожидает от них таких действий, чтобы Второй Храм стал уже вечным Храмом, который больше никогда не будет разрушен. И «на этом месте дам Я мир» - не будет между вами беспричинной ненависти, ведь причиной разрушения Второго Храма послужила именно она; вместо беспричинной ненависти говорит Святой, благословен Он: на этом месте дам Я мир, воцарится мир между вами.
Согласно этому, говорит Мальбим, выходит, что все виденное нами до сих пор было лишь условием: если с вашей стороны появится еще один духовный порыв, и если вы будете хранить и исполнять заповеди Союза, заключенного Мною с вами при исходе из Египта, - тогда этот Дом станет последним Домом, после которого уже не будет другого, и он превзойдет Первый Храм, и сбудутся все пророчества: Гог и Магог, полное Избавление, и все завершится здесь.
Однако условие выполнено не было. Они не сохранили завет Г-спода, и вместо «и на этом месте дам Я мир» - напротив, принесли на это место войну, между ними возникли жестокие раздоры, умножились отступники и секты. Всякий, кто читает о той эпохе, находит ессеев, саддукеев, бейтосеев и фарисеев (прушим) - фарисеи - это мы, соблюдающие заповеди, но те, кто восставал и спорил с ними, раскололись на множество сект; об этом свидетельствуют и свитки, найденные в пещерах Кумрана: народ разделился на множество течений. Это привело к беспричинной ненависти и отчуждению друг от друга, и не осталось иного выбора, кроме как отложить исполнение всех этих пророчеств до наступления Конца дней. Тогда у них был шанс, что это станет окончанием истории, но поскольку они не подготовили свой дух, то привели к тому, что срок отодвинулся еще на две тысячи лет - и мы уповаем, что он наступит вскоре, в наши дни.
Мальбим также объясняет, что определение «последний» относится к славе, а не к самому Храму. То есть: великой будет последняя слава этого дома, превосходящей первую славу. И почему допустимо так сказать? Потому что Мальбим поясняет: имя «Храм» («дом») сохраняется за этим местом даже тогда, когда он разрушен, и Писание описывает его так, будто он стоит. И причина в том, что Второй Храм был началом для возведения Третьего Храма, он должен был стать преддверием к Третьему Храму; к тому же святость никогда не прекращалась, и Шхина не отходила от этого места. Получается, что слава, которая будет у этого дома в конце, когда будет построен Третий Храм, превзойдет ту славу, которая была у него прежде, во времена Второго Храма. И если так, то это пророчество на будущее, на конец дней.
Подобное приводит и Ибн Эзра от имени рабби Моше: этот пророк пророчествовал о Третьем Храме, и все это пророчество говорит именно о нем. Его доказательство: ведь во времена Второго Храма мы не видели, чтобы пришли все народы и принесли свои сокровища, и потому неизбежно приходится признать, что пророчество обращено к Третьему Храму. Однако Ибн Эзра отвергает это и говорит, что это неверно: пророчество было сказано о Втором Храме, а слова «и придут с вожделенными дарами всех народов» были сказаны с условием - если бы они были абсолютными праведниками, как сказал Зхарья: «И это сбудется, если вы будете искренне слушаться».
В Гемаре возник спор между Равом и Шмуэлем, и Раши приводит его: один говорит - в строении, то есть величие Храма при его отстройке превзойдет Первый Храм; а другой говорит - в годах. И действительно, Первый Храм простоял четыреста десять лет, а Второй Храм - четыреста двадцать. Намек на это содержится в словах: «Огонь прольется (титэх) на землю» - буквы тав-йуд (410), тав-хаф (420). Некоторые находили намек в словах «чистый оливковый елей, битый (катис) для освещения», однако со словом «катис» неясно, что было первым, а что вторым, тогда как при слове «титэх» сразу видно: тав-йуд (410), затем тав-хаф (420). Таким образом, на деле Второй Храм действительно простоял больше лет, чем Первый Храм.
А согласно мнению, что речь идет о самом строении, - какое здание было более великолепным: Шломо или Второго Храма? Здесь намеренно не ставится вопрос о здании, возведенном Эзрой и Нехемией, которое, несомненно, уступало первому, как явно следует из стихов; речь идет о здании, построенном Иродом. О нем в словах мудрецов сказано, что это было исключительное строение: «Тот, кто не видел здания Ирода, никогда в жизни не видел великолепного строения». И откуда известно, что это великолепие превосходило великолепие Храма Шломо? Дело в том, что Раши поясняет вопрос Гемары «о чем именно речь?»: о каком из зданий - Шломо, или Нехемии, сына Хахальи, или Ирода, который разрушил прежнее здание и отстроил его заново? И на это ответил Абайе: речь идет о здании Ирода. Получается, что самым великолепным строением, когда-либо виденным миром, было здание Ирода - даже более великолепным, чем Храм Шломо.
Так писал и Сфорно в недельной главе Пкудей: богатство здания Ирода превосходило богатство Первого Храма. Так же писал у нас и Радак, приводя из книги «Йосиппон» (Иосифа бен Гуриона), что при взгляде на здание, построенное Иродом, становилось ясно: никогда еще не видели строения столь совершенного и прекрасного. В этом и заключается простой смысл стиха: «Великой будет слава этого последнего дома больше, чем первого» - слава его будет больше тем, что он будет отстроен пышнее и великолепнее Первого Храма. В отличие от них, Абарбанель возражает и считает, что здание Ирода не было красивее здания Шломо; то же самое следует из слов Маhарша, полагающего, что Храм Шломо был более величественным. Согласно их подходу, слава, о которой идет речь здесь, заключается вовсе не во внешней красоте, поскольку по внешней красоте Храм Шломо был величественнее.
Здесь было бы место еретикам прийти и заявить претензию, и к этому вопросу обращался уже Рашба, а также авторы более поздних эпох: как вы можете утверждать, что будет построен Третий Храм, если пророк прямо пишет «этот последний дом»? И какой Храм он называет последним - Второй! А значит, раз он разрушен, никакого Храма больше не будет.
Отвечает Рашба в респонсах (симан 187), что тот, кто задает такой вопрос, просто не знает святого языка. Ведь на святом языке слово «последний» (ахарон) может относиться к тому, за чем следует еще одно «последнее». И это не просто речевой оборот вроде «самый последний - самый любимый», но прямой текст Писания: «И поставил служанок и их детей впереди, а Лею и ее детей следом (букв. последними), а Рахель и Йосефа последними» - вот, названы «последними», а за ними идут еще одни «последние». И еще одно доказательство: «И будет: если они не поверят тебе и не послушают голоса первого знамения, то поверят голосу последнего знамения», а затем сказано: «Если же не поверят и этим двум знамениям и не послушают голоса твоего, то возьми воды из Нила и вылей на сушу... и станет она кровью на суше». Вот, второе знамение названо «последним знамением», а за ним следует третье знамение. Отсюда мы учим, что слово «последний» вовсе не обязательно означает окончательный конец: может быть «последний», за которым следует еще один «последний».
И очень любопытно то, что сказал Хатам Софер в детстве, когда ему было девять лет: на это толкование есть намек в стихе. Ведь третьим знамением была кровь - взять воду и вылить на сушу, и она станет кровью. Об этом и сказано: «И будет эта кровь для вас знаком на домах»: кровь, которая стала третьим знамением после того, как второе знамение было названо «последним», послужит вам знаком и намеком относительно домов, то есть Храмов, - что бывает «последний дом», за которым следует еще один «последний», и это Третий Храм.
И действительно, следует знать, что здание Ирода было в высшей степени великолепным. Гемара рассказывает, что в нем были камни лазурного цвета, напоминающие море, и что на определенном этапе Ирод хотел покрыть Храм золотом, но мудрецы сказали ему: оставь его так, ведь именно в этом его красота. Выходит, здание обладало столь исключительным великолепием, что позолота была бы для него своего рода ухудшением.
К слову, сам Ирод (Гордус), по свидетельству историков, был безумцем - и не просто безумцем, а буквально помешанным на строительстве. Он оставил здесь грандиозные архитектурные монументы и делал все с абсолютной одержимостью. Для него не составляло труда тратить баснословные состояния и безжалостно сгонять людей на каторжный труд, ведь он отличался крайней жестокостью. И Храм он перестроил по своим масштабам, без сомнения создав великолепнейшее здание, так что многие полагают, будто оно превосходило по роскоши даже Храм, воздвигнутый Шломо.
В этом пророчестве Хагай приходит укрепить Зерубавеля, первосвященника Йеошуу и весь народ, чтобы они не падали духом при виде скромности этого Дома по сравнению с Первым Храмом. Всевышний обещает: «Ибо Я с вами» и «Дух Мой пребывает среди вас», но все зависит от условия: верности союзу, заключенному при исходе из Египта. Тот дух, который Всевышний даровал со Своей стороны, невелик, и требуется «еще один» - пробуждение и подъем со стороны самого народа, дух мудрости и разума, ведения и трепета пред Всевышним. Поступи они так, Второй Храм стал бы истинно Последним Домом, за которым уже не последовало бы разрушения; все народы принесли бы к нему свои сокровища, осознав, что «Мне принадлежит серебро и Мне золото», и вместо беспричинной ненависти воцарился бы мир. Однако условие не было выполнено: умножились секты и расколы, возобладала беспричинная ненависть - и исполнение этих пророчеств отодвинулось до времен Конца дней. А тем, кто пытается доказать по слову «последний», будто Третьего Храма не будет, ответили Рашба и Хатам Софер: бывает «последний», за которым следует еще один «последний». И да будет воля Всевышнего, чтобы мы удостоились его вскоре, в наши дни!