На этом уроке мы рассмотрим Мегилат Эстер под особым углом: сквозь призму учения о гильгуле (круговороте душ). Поняв, кто чьим воплощением являлся и какие исторические счеты сводились в этих событиях, мы сможем глубже осознать многие сюжетные повороты свитка. Эти идеи подробно освещаются в труде «Мишнат а-гильгулим», находящемся сейчас на стадии подготовки к печати, и с помощью Небес книга выйдет в свет, чтобы с ней можно было ознакомиться письменно. Заметим сразу: здесь будут приведены далеко не все подробности, поскольку деталей слишком много, и наше внимание будет сосредоточено на самом главном.
Кто кем был
Святой Аризаль писал в книге «Шаар а-гильгулим» (глава 35), и то же самое приводил Рамаз (каббалист рабейну Моше Закуто) в «Эркей а-кинуим», что Мордехай-иудей был гильгулем Яакова-авину, а злодей Аман - гильгулем Эсава. Ученики Аризаля добавляли, что Эстер была воплощением Хавы, а Аман - змея. Начнем с первой части: Мордехай как гильгуль Яакова и Аман как гильгуль Эсава. Прежде всего обратим внимание на параллели между Мордехаем и Яаковом, а также между Аманом и Эсавом.
Изъян в поклоне и его исправление
Мы находим, что у Яакова был определенный недостаток, точнее сказать, духовный изъян (пгам): он поклонился Эсаву. Как сказано: «А сам он прошел пред ними и поклонился до земли семь раз, пока не подошел к брату своему». Яаков-авину должен был исправить этот изъян, и потому его душа перевоплощается в Мордехая, который на этот раз отказывается кланяться Аману, являющемуся, по сути, Эсавом:
וְכָל עַבְדֵי הַמֶּלֶךְ אֲשֶׁר בְּשַׁעַר הַמֶּלֶךְ כֹּרְעִים וּמִשְׁתַּחֲוִים לְהָמָן כִּי כֵן צִוָּה לוֹ הַמֶּלֶךְ וּמָרְדֳּכַי לֹא יִכְרַע וְלֹא יִשְׁתַּחֲוֶה - «И все царские слуги, которые у царских ворот, преклоняли колени и падали ниц перед Аманом, ибо так повелел о нем царь; а Мордехай не опускался на колени и не кланялся».
Там сказано: «и поклонился до земли», а здесь: «и не кланялся». По этой же причине Мордехай назван «иш Йемини», то есть происходил из колена Биньямина: теперь Мордехай может исправить этот изъян, ведь он ведет свой род от единственного колена, не кланявшегося Эсаву, поскольку Биньямин еще не родился, когда его отец Яаков и братья падали ниц перед Эсавом. От него, от Биньямина, в ком не было этого изъяна, происходит Мордехай - воплощение Яакова, и теперь он исправляет то, в чем согрешил Яаков. Кстати, намек на это: слова «Не будет у тебя иных богов» (לא יהיה לך אלהים אחרים) имеют ту же гематрию, что и «Мордехай Яаков» (מרדכי יעקב), указывая на то, что в этом поклоне крылось опасение поклонения тому, кто уподобил себя идолу.
Двадцать два поклона
Сколько раз поклонился Яаков Эсаву? Двадцать два раза. Давайте посчитаем: семь раз поклонился он сам, четыре раза - четыре его жены, и одиннадцать раз - одиннадцать его сыновей, в общей сложности 22 поклона. И это зашифровано в Мегиле. О том, как Мордехай отказывается кланяться, сказано: «И когда они говорили ему день за днем, а он не слушал их...» - Мордехай наотрез отказывался даже слышать о поклоне. А как мы читаем? «Вайеhи ке-омрам» (ויהי כאמרם): буквы «каф» и «бет» (כ-ב) образуют число 22, намекая на те самые 22 поклона, которые Мордехай пришел теперь исправить. И еще: Мордехай не преклоняет колен и не падает ниц перед Аманом а-Агаги, а слово «а-Агаги» (האגגי) также по гематрии равно 22. Снова то же число 22: перед ним он не готов склониться.
Почему Аман ненавидит Мордехая
Исходя из этого становится понятно, почему Аман так люто ненавидел Мордехая. Ведь Мордехай - это гильгуль Яакова, а Яаков отобрал у него благословения, отобрал первородство, забрал у него все. В прошлом воплощении Эсав хотел убить Яакова, но не успел довести дело до конца. Тогда он мог сделать это с легкостью, ведь перед ним стояли только Яаков и одиннадцать его детей. Теперь же Аман рассуждает: я не довершил начатое тогда, но завершу сейчас - «истребить, убить и погубить всех иудеев».
Об этом прямо говорится в Таргуме к Мегилат Эстер. На стих «ибо поведали ему о народе Мордехая» Таргум поясняет: «Ибо рассказали ему, что Мордехай происходит от Яакова, который забрал у Эсава, деда отца Амана, первородство и благословения, а иудеи - это народ Мордехая». Таргум говорит открытым текстом: что такого сказали Аману, что привело его в ярость? Что Мордехай происходит от Яакова. В простом смысле «происходит от Яакова» означает, что он его потомок, но в свете нашего объяснения все встает на свои места: происходит от Яакова - это сам Яаков, его воплощение. А кто такой «дед отца Амана»? Ведь Амалек произошел от Элифаза, а Элифаз был сыном Эсава. Ему сказали: Яаков забрал у твоего предка - то есть у тебя самого, ведь ты, Аман, и есть Эсав - и отнял благословения. И это разожгло в нем еще более яростную ненависть.
Крик против вопля
Дополнительные намеки на это содержатся в Ялкут Шимони к свитку Эстер и в других мидрашах. Сказал раби Ханина: один крик исторг Яаков у Эсава - то есть заставил его закричать, как сказано: "И вскричал криком великим и горьким безмерно, и сказал отцу своему: благослови меня, тоже меня, отец мой!". Эсав испускает страшный крик, потому что в том, как поступил Яаков, забрав благословения, была некая тень обмана. Где же с него взыскалось за это? Говорит мидраш: в Шушан а-Бире, "и возопил воплем великим и горьким". Обратите внимание: Яаков расплачивается за тот крик, который заставил издать Эсава: вернешься в гилгуле (перевоплощении) и сам закричишь великим и горьким воплем в ответ на тот крик.
И на это тоже есть намек: гематрия слов "вайизъак зъака" (и возопил воплем) с колелем равна "Эсав", ведь этот вопль - воздаяние за крик Эсава. Однако нужно понять, почему Писание изменило выражение: у Эсава сказано "вайицъак цъака" (через букву цади), а у Мордехая - "зъака" (через заин). Объясняет раби Шимшон из Острополя: гематрия слова "зъака" равна имени "Яаков", чтобы показать тебе, кто стал причиной этого крика. Мордехай, сейчас ты испускаешь вопль ("зъака"), численно равный имени "Яаков", потому что причиной тому был Яаков, а ты - гилгуль Яакова.
Претензия Мордехая к своему отцу Ицхаку
Есть даже мидраш, говорящий, что Мордехай обращается с упреком к своему отцу Ицхаку. Спрашивает мидраш: неужели Мордехай был неразумным человеком, раз так кричал? Зачем ему выходить и вопить на улицах? И мы уже объяснили это по Мальбиму. Разве Святой, благословен Он, внемлет только крикам, а не шепоту? Но Мордехай кричал и говорил: отец мой Ицхак, что ты сделал ему? Тот вопль, который исторг Эсав перед тобой: ты услышал его голос и благословил его! И чем же ты благословил его? "Мечом твоим будешь жить". И вот теперь мы отданы на погибель от меча! Поэтому сказано: "и возопил".
Таков был его вопль: отец Ицхак, что ты сделал нам? Ты благословил его жить мечом, и теперь он хочет нас уничтожить! И вновь мы видим, как мудрецы намекают на это: ведь Мордехай называет Ицхака "мой отец", потому что Мордехай - это Яаков, а его отец - Ицхак. И об этом молилась Эстер, произнося: "hацила ми-херев нафши" ("спаси от меча душу мою"), первые буквы этих слов образуют имя Аман, ведь это Эсав, которого отец благословил: "мечом твоим будешь жить".
Вретище
Еще сказано в мидраше, сказал раби Айву: за то, что праотец наш Яаков облачился во вретище, как сказано: "И разорвал Яаков одежды свои, и возложил вретище на чресла свои", оно не отходит ни от него, ни от сыновей его, ни от потомков его до конца всех поколений, как сказано: "И разорвал Мордехай одежды свои, и облачился во вретище и пепел". Яаков надевает вретище, и Яаков приходит в гилгуле и снова надевает вретище.
Продажа за хлеб: купчая о рабстве
Эсав продал свой статус, свое первородство Яакову за еду: хлеб и чечевичную похлебку. За хлеб он уступил свое положение и достоинство. И теперь, в гилгуле, они повторяют это снова: Аман продает себя Мордехаю в рабы за хлеб.
Так приводит мидраш наряду с Ялкут Шимони и Оцар а-мидрашим, и Раши в трактате Мегила (лист 15б) также цитирует этот мидраш. Однажды царь дал деньги Мордехаю и Аману и отправил их во главе войск завоевать страну под названием Хиндика, и они осаждали ее три года. Аман взял свои деньги, выданное ему довольствие, и растратил все за один год. Денег у него не осталось, войско голодало, и когда нужно было потратить на воинов, в его руках не было ничего. Мордехай же, который также был царским военачальником, сохранил половину средств. У Амана устраивали пиры, а у Мордехая довольствовались малым.
Пришел Аман к Мордехаю и сказал ему: одолжи мне эти деньги, которые у тебя есть, чтобы мы могли выжить; горе мне, если царь услышит, что мы потратили деньги, а осаду так и не сняли и города не взяли! Сказал ему Мордехай: я одолжу тебе только в том случае, если ты продашь себя мне в рабы. Не было у Амана выбора: либо продать себя в рабство, либо царь отрубит ему голову. Согласился он на это, и Мордехай одолжил ему денег. И Мордехай вытатуировал об этом запись на бедре Амана, а также написал купчую и положил ее себе на бедро. И что он написал? "Вот, Аман - раб Мордехая, и продал себя Мордехаю за каравай хлеба". Тот, кто интересуется полным текстом этой купчей, может увидеть его в книге "Манот а-Леви", где он приведен целиком. Вот вы и видите, как история повторяется: Эсав продал за каравай хлеба и похлебку из чечевицы весь свой статус и первородство, и снова продает себя в рабство, ведь Аман продает себя Мордехаю, который и есть Яаков.
Оба пали из-за еды
Добавим к этому: падение Эсава произошло из-за трапезы, которую устроил ему Яаков, и Аман тоже терпит крах на пиру, на трапезе, приготовленной для него Эстер. Оба они пали из-за дел, связанных с едой. На это намекает рассказ о трапезе Эсава: «Дай же мне отведать этого красного, красного», ведь первые буквы слов «на мин а-адом» (נא מן האדום) складываются в имя Аман. Смысл в том, что как Эсав оступился на красном кушанье и пал на трапезе, так же пал и Аман на пиру. И возникает еще одна мысль: ведь Эстер пригласила Амана на пир винопития, а что пьют на пиру? Вино, о котором сказано: «Не смотри на вино, как оно краснеет». Получается, что «красным» для Амана было вино, точно так же, как там было красное чечевичное блюдо.
От «господина моего» к «рабу моему»
Мы видели, что у Яакова был изъян: он поклонился Эсаву и снова и снова называл его «господин мой»: «Зачем мне находить милость в глазах господина моего», «господин мой», «раб твой». Теперь Мордехай исправляет это: тогда я все время повторял «раб твой», «раб твой», «найду милость», «раб твой посылает господину моему». Теперь ты, Аман, будешь рабом, а я, Яаков-Мордехай, буду господином. Мордехай покупает Амана себе в рабы и тем самым исправляет давнее повреждение.
Тайна бедра
В приведенном нами мидраше мы видели, что Мордехай вытатуировал на бедре Амана запись о том, что Аман - его раб, а также сохранил у себя еще один документ для подтверждения и опоры. Святой Зоар говорит, и так же приводится в Таргум Шени на книгу Эстер, что всякий раз, когда Аман проходил мимо, Мордехай указывал на бедро и показывал ему: посмотри, что здесь написано, ты - раб! Где это видано, чтобы господин кланялся своему рабу? И нужно понять, почему именно на бедре? Почему Мордехай не положил купчую в нагрудный карман, или в головной убор, или в боковой карман? В чем суть именно бедра?
Мы находим тему бедра и в другом месте. Яаков поклонился Эсаву и тем самым нанес ущерб своему бедру, и потому Самаэль смог одолеть его и поразил Яакова в бедро. Почему именно в бедро? Из-за того самого изъяна, которому суждено было возникнуть в бедре: Яаков опускается на колени и кланяется Эсаву, фактически преклоняя бедро. И потому сказано: «И увидел, что не одолевает его, и коснулся сустава бедра его, и вывихнулся сустав бедра Яакова в схватке с ним» - мера за меру, как пишет святой Шла.
Особое достоинство Яакова связано с бедром, ведь бедро намекает на святость. Яаков берет клятву с Йосефа и говорит ему: «Положи же руку твою под бедро мое», и наши мудрецы объясняют, что под «бедром» Яакова подразумевается брит-мила, знак завета обрезания, о котором Писание говорит иносказательно, на чистом языке. Бедро Яакова пребывало в абсолютной святости, и потому сказано: «И было всех душ, вышедших из чресл (буквально: бедра) Яакова, семьдесят душ» - все они были святы. Яаков не осквернил своего бедра, у Яакова не было случайного семяизвержения до самой женитьбы, весь он был исполнен святости. Особая мера Яакова - это святость. Первое благословение молитвы Амида, «Маген Авраам» (Щит Авраама), соответствует Аврааму-авину. Второе благословение, «Ата гибор» (Ты всесилен), «Воскрешающий мертвых», соответствует Ицхаку, удостоившемуся воскресения из мертвых, это мера гвуры (могущества). А третье благословение, «Ата кадош» (Ты свят), соответствует Яакову, чья мера - святость. И потому сказано о Реувене: «Начало силы моей».
«Одно против другого»: напротив Яакова стоит Эсав, и сила Эсава тоже коренится в бедре, но это бедро нечистоты. У каббалистов написано, что у Эсава на бедре было высечено изображение змея, татуировка змея. На это намекает и Таргум Онкелос: слова «человек, сведущий в ловле, человек поля» он переводит как «нахширхан». По простому смыслу это означает бродягу, праздно шатающегося по полям. Но в свете нашего объяснения каббалисты открывают поразительную вещь: «нахширхан» - это соединение двух слов, «нахаш» и «ярхан» (змей и бедро), то есть знак нечистоты змея был запечатлен у него на бедре. Более того, имя «Эсав» по гематрии равно выражению «ве-у нахаш» («и он змей»). И об этом молился царь Давид, говоря: «Удали от меня язву Твою» («асер ме-алай нигъаха»): первые буквы этих слов образуют имя Аман, а последние буквы складываются в слово «йерех» (бедро). То есть: удали от меня Амана, чье бедро осквернено, ибо такова природа змея. На это есть намеки и в буквенных кодах текста, но мы не будем сейчас вдаваться в это.
Исходя из этого мы поймем, почему Мордехай решил запечатлеть покупку Амана именно на бедре. Сначала он вытатуировал это на бедре Амана, чтобы подчинить ситру ахра (сторону нечистоты) Эсава и Амана, чья сила заключена в нечистом бедре. И поэтому же Мордехай хранит документ на собственном бедре, и каждый раз, когда Аман проходил мимо, показывал ему на бедро, словно говоря: я не осквернил своего бедра, в отличие от моего праотца Яакова, чье бедро хоть и пребывало в святости, но претерпело ущерб, когда он опустился на него и поклонился тебе. Я больше не оскверняю свое бедро, не падаю ниц и не кланяюсь, как делал в прошлом воплощении, и на этот раз змей не сможет поразить меня в бедро, как поразил Яакова, хромавшего на свое бедро. Напротив, ситра ахра, Аман, подчинена мне, ведь он мой раб. И этим знаком Мордехай дает понять, что и его собственное бедро сохранено в совершенной святости: Мордехай не повредил своего бедра и был наделен тем же достоинством, что и Яаков, - достоинством святости.
«И старший будет служить младшему»
Круговорот душ Мордехая и Амана намечен и в стихе, сказанном Ривке во время беременности, когда Яаков и Эсав бились в ее утробе: «Два народа в чреве твоем, и два племени из утробы твоей разойдутся, и племя племя превозможет, и старший будет служить младшему» («ве-рав яавод цаир»). Кто такой «ве-рав»? Это Аман. Сколько детей было у Амана? Двести восемь, по числовому значению слова «ве-рав». Откуда мы это знаем? Сказано: «И рассказывал им Аман о великом богатстве своем и о множестве сыновей своих» («ве-ров банав», где слово пишется теми же буквами), а числовое значение слова «ве-рав» равно 208. В этом смысл пророчества «и старший («ве-рав») будет служить младшему»: кому он будет служить? Младшему, Мордехаю, став для него рабом. Более того, слова «яавод цаир» («будет служить младшему») по гематрии точно равны именам Мордехай-Яаков. Кто же будет служить? «Ве-рав» - тот самый, кто хвалился множеством сыновей своих, Аман, чьих сыновей было 208, - он и будет служить Яакову.
Почему Мордехай провоцировал Амана
Исходя из этого, разрешается вопрос, который удивляет многих и который разбирает уже Гемара: почему Мордехай провоцирует Амана? Ведь сказано даже о Яакове, когда рядом проходил Эсав: «Хватает пса за уши тот, кто, проходя мимо, вмешивается в чужую ссору». Пробегает собака - зачем тебе дергать ее за хвост или за уши? Так и здесь: Мордехай, держись от Амана подальше, зачем злить его? Более того, он показывает ему купчую, словно тот еще недостаточно разозлился, и напоминает ему, что он его раб. Ты же видишь, что он достиг величия и судьба ему благоволит, зачем раздражать его? И более того: когда Мордехай садился на коня и не мог взобраться, потому что конь был высоким, Аман опустился на колени, Мордехай наступил ему на спину и при этом еще отвесил ему изрядный пинок. И здесь нужно понять: зачем намеренно искать повода унизить его?
Дело в том, что Яаков в прошлом оказал почет Эсаву, назвал его «господином моим» и сказал ему «раб твой», и, как мы объясняли, в этом был изъян со стороны Яакова. И не только это: Всевышний словно посетовал на Яакова и сказал ему: назвав Эсава «раб твой Яаков» и сказав «и послал известить господина моего» (кстати, «господину моему» [לאדוני] в гематрии равно «Аман» [המן]), ты превратил святое в будничное. Ты свят, и ты идешь и называешь своим господином этого мерзкого грешника, Эсава? Ты принизил святость перед нечистотой. Поэтому теперь Яаков, перевоплотившись в Мордехая, стремится исправить это и, напротив, принизить нечистоту перед святостью. Одно соответствует другому: изъян заключался в унижении святости перед нечистотой и пресмыкательстве перед ней, а теперь происходит обратное - святость попирает нечистоту. Поэтому при любой возможности, когда Мордехай может растоптать Эсава, то есть Амана, он делает это, ведь это исправление того, что он тогда принизил себя перед ним.
Презренный сын презренного
Мы видим и другие параллели. О стихе «Но показалось презренным в его глазах поднять руку на одного лишь Мордехая» мидраш говорит: презренный сын презренного. Об Эсаве написано: «И пренебрег Эсав первородством» (ва-йивез Эсав), а об Амане написано: «Но показалось презренным в его глазах поднять руку на одного лишь Мордехая» (ва-йивез бе-эйнав). И кстати, это единственные два выражения во всем Танахе; слово «ва-йивез» не встречается больше нигде в Танахе, кроме этих двух мест - у отца и у него же в его перевоплощении: сначала у Эсава, а затем у Амана. И на это намекает пророк Малахи: «презирающие Имя Мое» («бозей шми»), числовое значение которых в гематрии равно «Аман Эсав».
«У меня много» против «У меня есть все»
Эсав и Яаков встречаются, и Яаков подносит Эсаву дар, чтобы успокоить его. Сначала Эсав отказывается, не всерьез, а из вежливости, и говорит ему: «У меня много, брат мой, пусть останется у тебя то, что твое». Яаков уговаривает его: «Прими же благословение мое, которое принесено тебе, ибо одарил меня Б-г и есть у меня все». И наши мудрецы уже обращали внимание на это: Эсав выражается «у меня много» - много, но все же не все, и есть еще множество стремлений двигаться дальше, ведь «не умирает человек, достигнув и половины желаемого». Но Яаков довольствуется тем, что у него есть, и говорит: «у меня есть все», мне ничего не недостает, у меня есть абсолютно все.
И точно такие же речевые обороты мы находим у Амана и у Мордехая. Об Амане написано: «И рассказывал им Аман о богатстве своем и множестве сыновей своих» («ве-ров банав»): «ров» (много) означает, что у меня много, но все-таки не все. А напротив него Мордехай - «говорил мирно со всем потомством своим» («ле-холь заро»): у Мордехая присутствует аспект «коль» (все).
Такова же и натура Эсава. Как Яаков успокоил Эсава? Разделил дар на части, чтобы он казался огромным, «стадо за стадом отдельно», и когда Эсав окинул это взглядом, он увидел колоссальное количество, и Яакову удалось повлиять на него психологически. Почему? Потому что Эсав - из тех, у кого много, но сколько бы ты ни добавил, ему все мало, для него чем больше, тем лучше. Таким же был и Аман: при всем, что у него было, он сказал: «И все это ничего не стоит для меня все то время, пока я вижу Мордехая-иудея, сидящего у царских ворот». Почему ничего не стоит? Потому что у него действительно много, но этого недостаточно, он хочет все. Ведь все падают ниц перед ним, весь мир целиком, кроме одного-единственного еврея, и все же: «мне этого мало; если у меня нет покорности этого еврея, все это ничего не стоит для меня».
И кстати, в этом кроется дополнительная глубина, связанная с тем, о чем мы говорили ранее. Ведь Мордехай купил Амана в рабы, а если Аман продан Мордехаю в рабство, то действует правило: все, что приобрел раб, приобрел его господин. Получается, что с каждым новым имуществом, которое приобретает Аман, богатеет именно Мордехай. Поэтому Аман справедливо говорит: «И все это ничего не стоит для меня» - у меня поистине ничего нет, это не стоит ровным счетом ничего, пока я вижу Мордехая, ведь Мордехай-иудей постоянно напоминает мне, что я его раб, и если я продолжу приобретать богатства, я лишь делаю богаче его самого.
Почему было недостаточно расправиться с одним лишь Мордехаем
Исходя из этого мы также объяснили, почему Аман хочет уничтожить всех евреев. У тебя конфликт с Мордехаем - так расправься с одним Мордехаем! Но сказано: «ибо рассказали ему о народе Мордехая». Ему сказали: ты не понимаешь, все евреи - родственники друг другу. Ведь Гемара говорит: у кого вообще не бывает наследников, так что о нем сказано «нет у него близкого родственника»? Мудрецы отвечают: это гер (прозелит), таково наследство гера. Но не бывает такого, чтобы еврей умер и у него не осталось наследников, такой ситуации просто не существует. Почему? Потому что даже если у него нет ни братьев, ни двоюродных братьев, никого - все мы связаны через праотца Яакова, и каждый из нас - твой родственник. Все евреи связаны между собой, а быть родственником означает также наследовать тебе. Получается: если я убью Мордехая, я автоматически перейду в рабство к его наследникам. Убью его родственников - у него найдутся другие родственники, и так без конца. Словом, пока на свете остается хоть один еврей, я не освобожусь от этого рабства, а чтобы избавиться от него, нужно уничтожить абсолютно всех евреев на земле. И потому «показалось презренным в его глазах поднять руку на одного лишь Мордехая, ибо рассказали ему о народе Мордехая» - о таком народе, где все приходятся друг другу родней; а если все родственники, нет иного выхода, кроме как уничтожить всех.
Противодействие Храму
Эсав, как известно, противился служению в Храме. Когда он продал Яакову первородство, сказано: «И пренебрег Эсав первородством». Почему? Он спросил его, в чем суть этого первородства, и Яаков ответил: в храмовом служении. Сказал ему Эсав: «Вот я иду на смерть, так зачем же мне первородство?» - ведь храмовое служение сопряжено со смертельной опасностью. О тех, кто нес Ковчег, написано, что Ковчег поражал их при малейшей ошибке. Тот, кто входит в Храм хмельным, подлежит смерти, равно как и тот, у кого непокрыта голова или отпущены волосы, а Эсаву ведь трудно не быть косматым, он весь волосат. Сказал он: я не собираюсь умирать из-за служения, не хочу я этого храмового служения, забери это первородство и дай мне чечевичную похлебку.
К слову, душа Эсава перевоплотилась также в Тита: Эсав презирал храмовое служение, а в следующем гилгуле, в образе Тита, он идет еще дальше и разрушает Храм. И Аман продолжает тот же путь, который проложил Эсав. Написано, что Аман и его сын Шимшай (и об этом прямо говорится в Писании) отправляли письма, чтобы остановить строительство Храма. Одной из причин, почему он хотел уничтожить евреев, было стремление не допустить восстановления Храма, ведь если будет построен Храм и воздвигнут Бейт а-Бхира (Избранный Дом), тогда вступит в силу заповедь стереть память об Амалеке: появится царь и сотрет память об Амалеке. Поэтому Аман пытался задержать строительство Храма, подобно тому как в прежнем гилгуле, в облике Эсава, он презирал его.
Но обратите внимание: «Много замыслов в сердце человека, но состоится лишь совет Всевышнего». Мало того что ему не удалось воспрепятствовать строительству Храма, Высшее Провидение устроило так, что богатство самого Амана пошло на строительство Храма! В Мидраше сказано: учил мудрец, имущество Амана было разделено на три части: треть - Мордехаю и Эстер, треть - тем, кто трудится над изучением Торы (посмотрите, какая у него заслуга!), и треть - на строительство Храма. «Нечестивый заготовит, а праведник наденет».
В заслугу молитвы Яакова
Эсав сказал в сердце своем: «Приблизятся дни траура по отцу моему», но заметьте: это осталось лишь в его сердце. В своем перевоплощении в облике Амана он делает следующий шаг и приводит замысел в действие через указ об истреблении всех евреев. И благодаря чему мы спаслись? В заслугу молитвы Яакова, который молился: «Спаси же меня от руки брата моего, от руки Эсава, ибо я боюсь его, как бы он не пришел и не поразил меня, мать с детьми». Начальные буквы слов «הצילני נא מיד» («Спаси же меня от руки») образуют имя המן (Аман)! Кроме того, слово «מיד» («от руки») численно равно 54 (נ"ד). Спросите любого ребенка, запасающего пистоны к чтению Мегилы, сколько раз там упоминается Аман, и он ответит вам: 54 раза. И в именах десяти сыновей Амана, вы наверняка не считали, но посчитайте и увидите, что там ровно 54 буквы! И в этом намек слова «מיד», гематрия которого 54: спаси меня от чьей руки? От руки Амана. Кроме того, буквы слова «מיד» образуют «מדי» (Мадай, Мидия), где он и был поставлен правителем. А слова «как бы он не пришел и не поразил меня, мать с детьми», как они сформулированы в указе Амана? «Истребить, убить и погубить всех иудеев, от отрока до старца, детей и женщин в один день» - это же буквально «мать с детьми»! И мы удостоились спасения: «И время беды это для Яакова, но из нее он будет спасен» (וממנה יושע), а слово «וממנה» («из нее») состоит из тех же букв, что «מהמן» («от Амана»): настало время беды для Яакова, коим является Мордехай - воплощение Яакова, но от нее, от самого Амана, придет избавление.
Подведем итог: вся Мегила читается совершенно иначе, когда понимаешь, кто стоит за действующими лицами. Мордехай - это перевоплощение Яакова, а Аман - перевоплощение Эсава. Отсюда и пылающая ненависть Амана, и непоколебимость Мордехая, который не преклоняет колен и не падает ниц: это исправление за двадцать два поклона и за обращение «господин мой» к Эсаву, в которых святость принизила себя перед нечистотой. Мы увидели вопль в ответ на вопль; вретище, которое надел Яаков и надел Мордехай; продажу за буханку хлеба, возвращающуюся в виде записи о рабстве, высеченной на бедре; тайну бедра в святости против нечистого бедра змея; падение на пиру в обоих воплощениях; и самодовольное «у меня много» Эсава и Амана против благодарного «у меня есть все» Яакова и Мордехая. И наперекор Эсаву и Аману, презиравшим Храм и пытавшимся помешать его возведению, Провидение устроило так, что именно имущество Амана помогло его строительству. Наше же спасение пришло в заслугу молитвы Яакова: «Спаси же меня от руки брата моего», ибо хоть и настало время беды для Яакова, но от нее - от самого Амана - придет избавление.