Введение
Во второй главе свитка Эйха скорбящий переходит от описания всеобщего разрушения к своей личной скорби. Описав разрушение Храма, траур старцев и дев, он обращается к тому, что это горе сотворило с его собственным телом. В отрывке перед нами (стихи 11 - 12) мы узнаем о силе траура, о силе слезы и об исторических корнях постигших нас суровых приговоров.
«Истомлены слезами глаза мои» - перечисление телесных повреждений
כָּלוּ בַדְּמָעוֹת עֵינַי, חֳמַרְמְרוּ מֵעַי, נִשְׁפַּךְ לָאָרֶץ כְּבֵדִי, עַל שֶׁבֶר בַּת עַמִּי, בֵּעָטֵף עוֹלֵל וְיוֹנֵק בִּרְחֹבוֹת קִרְיָה. - Истомлены слезами глаза мои, кипят внутренности мои, изливается на землю печень моя от сокрушения дочери народа моего, когда угасает младенец и грудной ребенок на улицах города.
Автор комментария «Лехем димъа» говорит: здесь скорбящий начинает перечислять все тяжелые повреждения, возникшие у него вследствие горя и плача. И обратим внимание на удивительную вещь: все эти поражения органов соответствуют признакам некошерности, трефы. То есть посмотри, насколько тяжелы нанесенные ему увечья.
Самое тяжелое поражение - это слепота: «истомлены слезами глаза мои», а незрячий приравнивается к мертвому. Именно это произошло и с Иовом: «и помутился от гнева глаз мой» - от великого гнева и скорби о происшедшем со мной померк мой взор, от обилия слез и горя я уже ничего не вижу. Но у Иова речь шла об одном глазе, в единственном числе («глаз мой»), тогда как здесь - «истомлены слезами глаза мои», оба глаза полностью угасли.
«Кипят внутренности мои» («хомармеру меай») - внутренности побагровели от беспрестанного плача и горя. Слово «хомармеру» указывает на красноту, подобно арамейскому «хамра» (вино), имеющему красный цвет, а когда внутренности воспаляются и багровеют, это признак трефы. «Изливается на землю печень моя» - если печень уничтожена и от нее не осталось даже с маслину (кезаит), это также признак трефы; от великой скорби излилась на землю печень моя.
«Когда угасает младенец и грудной ребенок» - значение слова «этифа»
Рид объясняет: корень «атаф» связан с понятием укутывания и сворачивания («этифа»). Когда человек находится в беде и голоде, он сжимается, съеживается, словно заворачивается в самого себя. В отличие от сытого и радостного человека: посмотрите на того, кто только что поел и чувствует себя удобно - он садится, развалившись во все стороны. Когда человеку хорошо, он раскрывается, а когда плохо - съеживается и сжимается. Так же и здесь: «когда угасает младенец и грудной ребенок» - от страшного голода они съеживались, замыкались в себе, закрывая тело своим же телом, подобно выражению «долины покроются (йаатфу) хлебом».
Три слезы Навуходоносора
Автор «Лехем димъа» объясняет в качестве тонкого толкования (дерех цахут): известно, что в награду за три слезы, которые пролил Навуходоносор, Всевышний даровал ему власть над всем миром. И об этом говорит стих: «истомлены слезами глаза мои, кипят внутренности мои» - из-за тех самых слез кипят внутренности мои. «Истомлены слезами» - из-за чего истомлены? Из-за тех слез. Ведь как Навуходоносор пришел к царствованию? Благодаря трем слезам, которые он пролил. Об этих слезах мы плачем, и именно они привели к тому, что «кипят внутренности мои, изливается на землю печень моя от сокрушения дочери народа моего».
Когда нет сил плакать - скорбь сжигает изнутри
Книга «Лехем димъа» добавляет: известно, что когда человек проливает слезы и плачет, он выводит скорбь изнутри наружу, и тем самым его внутренние органы по крайней мере не страдают. И напротив, когда человек не может плакать - это хуже всего, ведь самое страшное, когда человек разъедает сам себя изнутри. Если человек еще способен выразить свои чувства вовне, в этом есть процесс очищения; когда человек плачет, он успокаивается. Но когда человек не может плакать, это пожирает его изнутри, и это намного хуже. И мы уже не раз повторяли слова знающих людей: тебя убьет не то, что ты ешь, а то, что ест тебя. Очень плохо, когда человек перемалывает все внутри себя и не способен выплеснуть это наружу.
Поэтому часто очень желательно пойти к кому-то - даже к постороннему человеку, даже заплатив, даже к психологу, - чтобы выговориться и поговорить с ним. Сам разговор приносит облегчение. «Тревога на сердце человека подавляет его (ясхена)» - и мудрецы толковали: «пусть перескажет ее (йесихена) другим». Сам тот факт, что человек проговаривает вещи, помогает ему освободиться. И большая часть работы психолога - это сама способность слушать: он направляет вопросами, но главное - есть тот, кто слушает, и человек выплескивает то, что лежало на сердце. И это не просто метафора, а буквальный смысл: вывел наружу - значит, действительно вывел. А когда вывел, душе намного легче исцелиться. Но у того, кто не может выпустить это наружу, оно сжигает нутро и разъедает его внутренности.
В этом, по сути, и заключается жалоба общины Израиля: «Истомлены слезами глаза мои» - у меня больше нет возможности вывести это наружу, иссяк источник слез, и я больше не могу плакать. И к чему же это приводит? К тому, что горечь и мука остаются внутри и пожирают меня изнутри: «всколыхнулись внутренности мои», «излилась на землю печень моя». Подобно тому как кровь сочится из печени от огня, так от огня скорби внутри меня излилась на землю печень моя.
Корни приговора: от Яакова и Эсава до поколения пустыни
В книге «Алон бахут» объясняется, что здесь намекается на наказание Израиля за то, как поступил Яаков с Эсавом. Борьба между Яаковом и Эсавом не окончена, это непрекращающаяся война вплоть до прихода Избавителя: «И взойдут спасители на гору Сион судить гору Эсава, и будет Господу царство». Имя Всевышнего не полно и трон Его не полон, пока не будет стерт Амалек, а Амалек - это внук Эсава. Противостояние Эсаву - это подлинная война, которая продлится до прихода Машиаха, и корни ее глубоки и уходят далеко в историю. И теперь мы увидим, как мы заплатили цену за ту схватку, начавшуюся между Яаковом и Эсавом еще в те далекие времена.
«Истомлены слезами глаза мои» - говорят мудрецы: в тот час, когда Яаков забрал благословения у Эсава, Эсав пролил три слезы. Почему же истощились наши глаза? Из-за слез - тех самых слез, которые Яаков заставил пролить Эсава. «Всколыхнулись внутренности мои» - в воздаяние за то, как Эсав сказал отцу: «Да встанет отец мой», а Ицхак ответил ему: «Кто же тот, кто наловил дичи и принес мне, и я ел от всего?» - то есть утроба уже вкусила от того, что принес Яаков; в ответ на это было определено: «всколыхнулись внутренности мои».
«Когда угасают (бе-атеф) младенец и грудной ребенок» - Яаков поклонился Эсаву, «пока не подошел к брату своему», и мы знаем, что к Яакову была претензия Свыше за то, что он склонился перед Эсавом. И в воздаяние за это было определено: «когда угасает младенец и грудной ребенок на улицах города», ведь, как мы уже объясняли, слово «бе-атеф» означает человека, сжимающегося, уходящего в себя, а это своего рода поклон и сгибание.
Еще одно объяснение: стих также соотносится с грехами поколения пустыни. В чем состоял их грех? В беспричинном плаче: «Вы плакали без причины - Я установлю вам плач на поколения». Соответственно тому плачу сказано: «Истомлены слезами глаза мои»: от чего я страдаю? От того самого плача, ведь именно он навлек на нас этот плач сейчас. В ответ на то, что они возгнушались маном и сказали об этом «негодном хлебе», будто он раздувается во внутренностях и начнет смердеть и гнить, мол, бывает ли человек, который ест и не испражняется, - в ответ на это сказано: «всколыхнулись внутренности мои», ведь их внутренности буквально горели огнем. А в ответ на то, что они сказали о входе в Землю: Ты отдаешь нас в руки народов могучих и сильных, исполинов, сыновей великанов, «и жены наши, и дети наши станут добычей», - в ответ на это было вынесено решение: «когда угасает младенец и грудной ребенок на улицах города», когда младенец и грудной ребенок воистину стали добычей врага.
Мера для слезы
Мудрецы говорят: глазу дана мера для пролития слез, и если он пролил сверх меры, то сразу же повреждается и теряет зрение. И об этом сказано: «И возвратятся тучи после дождя» - это о свете глаз человека, который угасает и меркнет из-за слез. Слишком много дождя вредит глазу, а что такое дождь? Это слезы. И об этом здесь говорится: «Истомлены слезами глаза мои» - от обилия слез истощились глаза мои, ибо зрение портится и тает от непрестанного плача.
Матерям своим скажут: «Где хлеб и вино?»
לְאִמֹּתָם יֹאמְרוּ אַיֵּה דָּגָן וָיָיִן, בְּהִתְעַטְּפָם כֶּחָלָל בִּרְחֹבוֹת עִיר, בְּהִשְׁתַּפֵּךְ נַפְשָׁם אֶל חֵיק אִמֹּתָם. - Матерям своим говорят они: «Где хлеб и вино?», когда угасают, словно раненые, на улицах города, когда изливается душа их на лоно матерей их.
Прекрасное объяснение приводится от имени Махаршама из Бережан, автора книги «Тхелет Мордехай» и деда рава Шалома Швадрона. Он толкует этот стих в русле друша, связывая слова: «Истомлены слезами глаза мои... когда чадо и грудной младенец изнемогают на улицах города» со следующим стихом: «Матерям своим говорят они: "Где хлеб и вино?"».
Мы знаем, что одна из тяжелейших причин, побуждающих людей оставлять бейт-мидраш, - это вопрос заработка: стремление преуспеть материально и встать на ноги. Ради этого люди уходят, причем даже в совсем юном возрасте. Какие у тебя сейчас материальные проблемы? Ты ведь еще не должен содержать жену и детей! Сиди и учись, ты находишься в святой ешиве - зачем искать глупости? Но человеку вбивают в голову, что ему непременно нужен заработок, что он должен изучать торговлю или другие профессии, чтобы в будущем было что есть и на что жить.
Об этом и говорит Писание: «Истомлены слезами глаза мои» - по этим юношам истомлены слезами мои глаза; «когда чадо и грудной младенец изнемогают на улицах города» - ты видишь, как они бродят по улицам города вместо того, чтобы находиться в бейт-мидраше. А если спросишь почему, ведь «матерям своим говорят они: "Где хлеб и вино?"» - тебе ответят, что причина именно в этом: ему нужен заработок, нужно найти источник пропитания. И потому они бродят по улицам города, ведь иначе откуда у нас возьмутся хлеб и вино? Но человек должен уметь полагаться на Всевышнего - верить, что Творец позаботится о нем и пошлет ему пропитание, ведь сказано: «И не видел я праведника покинутым».
Вера - во все, кроме этого
Рассказывают о раве Элияу Лопиане: однажды к нему пришел ученик ешивы и сказал, что хочет оставить ешиву, чтобы выучиться на софера СТАМ. Рав спросил его: «Почему ты думаешь уйти из ешивы?» Тот ответил: «С Б-жьей помощью, если на то будет воля Небес, я женюсь и...» Рав прервал его: «Подожди, женишься? А кто сказал, что ты женишься?» Ученик воскликнул: «Хас ве-шалом, что рав говорит? С Б-жьей помощью я женюсь, все женятся, и я женюсь! И с Б-жьей помощью у меня будут дети...» Рав снова спросил: «Подожди, а кто сказал, что у тебя будут дети?» Тот ответил: «Хас ве-шалом, как рав может такое говорить? С Б-жьей помощью у всех есть дети, и у меня будут дети. А потом мне нужно будет их кормить». Рав сказал ему: «Послушай, я просто поражаюсь тебе: ты человек великой веры! Ты веришь, что женишься, веришь, что у тебя родятся дети, веришь, что найдешь заработок в профессии, которой собираешься учиться. Во все это ты твердо веришь. И только поверить в то, что Святой, благословен Он, не оставит тебя и прокормит, если ты будешь углубляться в Его Тору, - в это ты не веришь. Во все остальное ты веришь, а в это нет!».
В этом и кроется смысл слов: «Матерям своим говорят они: "Где хлеб и вино?"». Верь во Всевышнего и уповай на Него, ведь для Святого, благословен Он, нет преграды спасти через многих или немногих.
Подведем итог: в этих стихах скорбящий перечисляет поразившие его смертоносные раны скорби - истомленные глаза, воспылавшие внутренности и излившуюся печень, являющиеся признаками некошерности (трефа), чтобы указать на всю глубину сокрушения. Мы учили, что слезы приносят облегчение, и страшнее всего, когда нет сил плакать и скорбь сжигает человека изнутри; поэтому человеку стоит делиться своей тревогой с другими. Мы также увидели, как эти стихи соотносятся со слезами Эсава и поклонами Яакова, а также с плачем поколения пустыни, их ропотом на ман и словами: «Жены наши и дети наши станут добычей». И наконец, в русле друша слова: «Когда чадо и грудной младенец изнемогают на улицах города... матерям своим говорят они: "Где хлеб и вино?"» - это предостережение не оставлять бейт-мидраш из-за заботы о заработке, а уповать на Всевышнего, для Которого нет преграды спасать.