Восьмой стих первой главы Эйха - один из самых глубоких и многозначных стихов во всем свитке. В нескольких кратких словах заключены грех, изгнание, позор в глазах народов и безысходный вздох. Разберем его не спеша: сначала раскроем простой смысл (пшат), а затем рассмотрим пути, которыми объясняли его мудрецы и комментаторы, пока не дойдем до скрытого в нем утешения.
חֵטְא חָטְאָה יְרוּשָׁלַ͏ִם עַל־כֵּן לְנִידָה הָיָתָה כׇּל־מְכַבְּדֶיהָ הִזִּילוּהָ כִּי־רָאוּ עֶרְוָתָהּ גַּם־הִיא נֶאֶנְחָה וַתָּשׇׁב אָחוֹר׃ - Тяжко согрешил Иерусалим, потому стал скитальцем; все, почитавшие его, презирают его, ибо увидели наготу его; и сам он вздыхает и отступает назад.
Тяжко согрешил Иерусалим, и поэтому «стал скитальцем» (ле-нида hайета) - от корня «нод», скитаться, в значении изгнания: они были изгнаны со своего места. «Все, почитавшие его, презирают его» - все народы, которые прежде уважали его, видя теперь его позор, относятся к нему с презрением. «И сам он вздыхает и отступает назад» - тяжело вздыхает и пятится назад в стыде.
Мудрецы спрашивают: что значит «все, почитавшие его, презирают его, ибо увидели наготу его»? Когда враги ворвались в Святая Святых, они вынесли оттуда крувим (херувимов) и выставили их напоказ. Они сказали: «Посмотрите, чем эти люди занимаются! Те самые, чье благословение - благословение, а проклятие - проклятие, чья молитва принимается, эти якобы святые люди - поглядите, что скрывалось у них в самых тайных покоях (бе-ватей гавай): образ двух младенцев, мужского и женского пола, соединенных в объятии». В глазах язычников это выглядело чем-то предосудительным: «Неужели плотская любовь между юношей и девушкой - это то, что находится у вас в самом святом месте? Вы, претендующие на святость, достойны этого?» Рассказывается, что враги вынесли крувим, обходили с ними Иерусалим и всячески унижали народ Израиля.
Следует также понимать, что означает слово «эрва» (нагота). На святом языке (лашон а-кодеш), как объясняет Рамбам, этот язык назван святым именно потому, что в нем нет прямых названий для интимных органов. Слово «эрва» - это не конкретное анатомическое существительное, а метафора, означающая нечто сокрытое, потаенное. Подобно выражению «высмотреть наготу земли» - то есть увидеть ее уязвимые, тайные места. Так и здесь: «увидели наготу его» - проникли в его сокровенные тайны: посмотрите, мол, что творится у них в тайниках.
Это вызывает огромное недоумение. Ведь известно правило: когда сыновья Израиля исполняют волю Всевышнего, лица крувим обращены друг к другу, а когда они не исполняют волю Всевышнего, их лица обращены к стенам Храма. Как же получилось, что язычники вошли и обнаружили крувим обращенными лицами друг к другу? Ведь сейчас еврейский народ нарушал волю Творца, Храм разрушается, чужаки глумятся в святилище - и именно в этот момент их лица обращены друг к другу? На этот вопрос дается несколько ответов.
Один из ответов: это произошло чудесным образом, чтобы язычники посмеялись над народом Израиля и унизили его. Всевышний совершил чудо во вред им, и это стало частью наказания.
Другое объяснение: перед тем как отправиться в путь, муж обязан проявить близость к жене. Здесь же, прежде чем Всевышний отправляет народ Израиля - общину Израиля (Кнесет Исраэль), уподобленную Его супруге, - в далекий путь изгнания, Он словно проявляет к ней эту близость: ободряет перед изгнанием, укрепляет, чтобы евреи нашли силы для служения Творцу и не думали, будто Он оставил их навсегда. Именно в этот миг крувим предстают соединенными в объятии, показывая: связь между нами и Всевышним не разорвана. Народы мира могли бы сказать: если муж прогнал жену, разве есть у него еще притязания к ней, разве требует он чего-то от нее? А значит, евреи больше не обязаны соблюдать заповеди. Но Всевышний дал знак: нет, вы по-прежнему дороги Мне.
И еще одно объяснение: можно было подумать, будто здесь проявился ужасный гнев Всевышнего по отношению к нам. Однако нужно знать, что все небесные кары направлены исключительно к добру, а вовсе не во зло, не дай Бог. И что же сделал Святой, благословен Он? Он показал народу Израиля: знайте, это вам во благо, Я поступаю так из любви к вам, ведь если бы Я не разрушил Храм, народ Израиля, упаси Бог, был бы истреблен. А как Всевышнему выразить, что разрушение проистекает из Его любви и желания спасти Израиль? Тем, что Он показал крувим (херувимов), обращенных лицами друг к другу, - и тем самым явил Свою любовь к нам.
Автор книги «Лехем дим'а» объясняет: «хет» (проступок) - это самое мягкое из трех обозначений греха; «авон» (умышленный грех) тяжелее, а «пеша» (бунт против Творца) - еще тяжелее. В чем же тогда смысл слов «Хет хат'а Йерушалаим» («Тяжко согрешил Иерусалим»)? В том, что в глазах народа Израиля, жителей Иерусалима, даже самые тяжкие грехи казались лишь невинным проступком - непреднамеренной оплошностью: «Ой, случайно оступился, с кем не бывает». Они жили с ощущением, что это всего лишь мелкий «хет», - и именно это отношение и было самым страшным грехом. «Вот, Я сужусь с тобою за то, что ты говоришь: "не грешил я"» - это можно прочесть так: Я сужу тебя за то, что ты говоришь: «я не бунтовал, я не грешил сознательно, это был лишь случайный проступок». «Это пустяк», как выражается современная молодежь: «ерунда, мелочь». А ведь о чем идет речь? Об идолопоклонстве, кровосмешении и кровопролитии - и все это воспринималось ими как нечто незначительное. Поэтому «стала она нидой (отверженной)» - Святой, благословен Он, скитает и рассеивает их в изгнании.
Ибн Эзра объясняет «стала нидой» в значении насмешки, как сказано: «Все видящие меня насмехаются надо мной, качают головой», «покачала вслед тебе головой» - презрительное покачивание головой в знак пренебрежения. То есть все качали головой: «Да кто такой этот народ Израиля?» - относились к ним с презрением, замечая лишь изъяны и падение. А почему? Потому что «тяжко согрешил Иерусалим» - все его тяжкие грехи казались ему лишь мелким проступком, незначительной оплошностью.
Противоположное толкование приводит автор книги «Хут шель хесед»: почему этот грех, даже если он был мал, посчитался столь великим? Потому что грех измеряется не самим масштабом поступка, а величием человека, совершившего его. Если великий человек совершает малейший проступок, ему это засчитывается как колоссальный грех. Посмотрите, за что призвали к ответу Моше-рабейну, - за провинность, истинную суть которой мы даже не в состоянии постичь. И в этом смысл слов «Хет хат'а Йерушалаим»: почему же грех так огромен? Потому что это Иерусалим! Иерусалим с его святостью и духовной высотой: даже если совершен лишь незначительный «хет», раз речь идет об Иерусалиме, это вменяется в тяжелейший грех.
Святой Альших объясняет: в эпоху Первого Храма грех Израиля заключался в идолопоклонстве, а дурное побуждение к идолопоклонству было тогда настолько чудовищным и непреодолимым, что совладать с ним было почти невозможно без титанических усилий. Поэтому их грех расценивался скорее как совершенный по ошибке (бе-шгега), а не злоумышленно, - подобно тому, как царь Менаше сказал в видении рав Аши: «Если бы ты жил в нашем поколении, ты бы подобрал полы одежды и побежал бы за идолом». Это было невероятно тяжелое испытание. Поэтому и сказано: «Хет хат'а Йерушалаим» (проступок по ошибке). «Потому стала она нидой»: сколько времени женщина нечиста в статусе ниды? Семь дней. Так и нечистота Израиля, и их наказание были временными: прошло семьдесят лет, и они вернулись из изгнания.
Но во времена Второго Храма, когда дурного побуждения к идолопоклонству уже не было, Израиль все равно согрешил. Поэтому стих продолжается: «все почитавшие ее презирают ее» - отнеслись к ней с пренебрежением. «Она же вздыхает и пятится назад» - вздыхает и говорит: когда же закончится это изгнание? Когда же наконец наступит избавление? Но мы видим, что тьме все еще нет конца. Ведь здесь грех был совершен уже не по оплошности и не под давлением непреодолимой страсти, а по собственному выбору, из-за беспричинной ненависти, - и мы видим, что это дурное начало все еще пляшет среди нас.
Дубненский магид поясняет это притчей: отец с сыном находились на приеме в доме знатного вельможи, где собралась вся городская знать. Сын дерзко и нагло повел себя по отношению к отцу; отец разгневался и при всех дал ему пощечину. Вельможа удивился и сказал отцу: «Я помню, как однажды гостил у тебя дома, и ты уже занес руку для пощечины сыну, но, увидев меня, остановился. А теперь ты ударил его при мне и при всех гостях безо всякого стеснения!» Отец ответил: «Между этими случаями есть огромная разница. Тогда сын проявил непочтение ко мне наедине, дома, и было бы недостойно позорить его перед посторонними. Но сейчас, раз уж он посмел дерзить мне на глазах у всех, прилюдно, то и наказание его должно быть прилюдным».
И в этом смысл слов: «חֵטְא חָטְאָה יְרוּשָׁלִַם עַל כֵּן לְנִידָה הָיָתָה» («Тяжко согрешил Иерусалим, поэтому стал отверженным»): поскольку Иерусалим грешил открыто и прилюдно, то и «стал отверженным» (לנידה) - на языке отдаления; Святой, благословен Он, прилюдно отдалил нас. И в этом была просьба царя Давида: «Многократно омой меня от греха моего и от проступка моего очисти меня» - не суди меня со всей строгостью и не взыскивай с меня публично, «ибо пред Тобой одним я согрешил» - Имя Твое, Владыка мира, не осквернилось моим грехом, лишь пред Тобой одним я согрешил. А значит, омой меня только между мной и Тобой, чтобы наказание мое не было заметно вовне.
Здешний мидраш поразителен, и мы попытаемся его понять. Говорит мидраш: согрешили вдвойне - «חטא חטאה» («грехом согрешил»), удвоенное выражение, ведь сказано не просто «חטאה ירושלים» («согрешил Иерусалим»), а «חטא חטאה». И были наказаны вдвойне, как сказано: «Ибо приняла она от руки Господа вдвойне за все грехи свои». И утешатся вдвойне, как сказано: «Утешайте, утешайте народ Мой, говорит Б-г ваш». Но что здесь требует объяснения: что значит «согрешили вдвойне»? Если считать количество грехов, то их вовсе не вдвое больше, а в тысячи раз больше! В чем же тогда смысл слова «вдвойне»?
В книге «Нефеш а-Хаим» мы учим, что согрешающий человек наносит ущерб на двух уровнях. Первый уровень: Святой, благословен Он, велел не делать - а ты сделал; или наоборот, в повелевающей заповеди велел делать - а ты не сделал. Всевышний повелел, а ты не исполнил Его повеление. Второй же уровень: когда Святой, благословен Он, впоследствии наводит на тебя страдания, тебе вменяется в вину еще один грех. Почему? Потому что когда Всевышний посылает страдания, ты страдаешь, а когда страдаешь ты - страдает и Всевышний. Ты вынудил Владыку мира покарать тебя, а что говорит Шхина, когда еврей страдает? «Тяжко голове Моей, тяжко руке Моей». Выходит, что каждый грех - двойной, и особенно здесь, когда Святой, благословен Он, нанес столь тяжелый удар, - сколько же горя переносит Шхина вслед за этим! В этом и состоит смысл слов «согрешили вдвойне», «חטא חטאה»: во-первых, ослушались повеления Всевышнего; во-вторых, вынудили Владыку мира наказывать вас, а это великая скорбь для Него, благословен Он. Поэтому они и пострадали вдвойне, и поэтому утешатся вдвойне: «Утешайте, утешайте народ Мой».
Народ Израиля согрешил беспричинной ненавистью (синат хинам). Есть несколько объяснений сути беспричинной ненависти, и мы не станем углубляться в это, но ясно одно: человек питает ненависть к ближнему без оправданной с точки зрения Галахи причины. А к чему ведет ненависть в сердце к ближнему? К тому, что и он станет ненавидеть тебя: «Как в воде лицо - к лицу, так сердце человека - к человеку». Если ты затаил ненависть к другому, в нем тоже начинает зарождаться чувство ненависти - он и сам не понимает почему, но так устроена природа вещей. Получается, что грех двоен: во-первых, ты возненавидел ближнего без причины; во-вторых, подтолкнул ближнего возненавидеть тебя.
Мы уже приводили от имени рава Асулина тонкое замечание по поводу истории о Камце и Бар-Камце. Когда хозяин дома пришел выгнать его, он сказал: «Ведь этот человек - мой враг» («поскольку этот человек враг тому человеку»), так с какой стати я оставлю его здесь? Казалось бы, почему он говорит: «Он мой враг»? Скажи прямо: «Ведь я его ненавижу!» Дело в том, что когда этот человек (Бар-Камца) услышал, что его пригласили на пир, ненависть в нем уже угасла: «Раз он позвал меня, значит, хочет помириться со мной, и потому я иду с добрым сердцем». А в тот момент, когда он пришел с таким настроем, это повлияло и на хозяина, так что и тот перестал питать к нему ненависть. Поэтому хозяин дома, ища повод выгнать его, не мог сказать: «Я его ненавижу» - он не мог засвидетельствовать о себе, что испытывает сейчас чувство ненависти, ведь оттого, что гость проникся к нему добром, его собственная ненависть отступила. Говорили не чувства, а рассудок: что было до сих пор? «Он ненавидит меня», а раз он меня ненавидит - что ему здесь делать? Отсюда мы видим этот принцип: «как в воде лицо к лицу, так сердце человека к человеку». И стало быть, как только ты начинаешь испытывать ненависть к ближнему, ты совершаешь двойной грех, ведь ты заставляешь и его возненавидеть тебя - и за это следует двойное наказание.
Можно также сказать: они согрешили на двух уровнях - в том, что между человеком и Всевышним (бейн адам ла-Маком), и в том, что между человеком и ближним (бейн адам ла-хаверо). Из-за чего был разрушен Первый Храм? Из-за идолопоклонства, разврата и кровопролития. Идолопоклонство - это между ними и Всевышним. Разврат - между ними и Всевышним. Кровопролитие - это также и между человеком и ближним. Поэтому «חטא חטאה» указывает на двоякость: как между человеком и Всевышним, так и между человеком и ближним.
טֻמְאָתָהּ בְּשׁוּלֶיהָ לֹא זָכְרָה אַחֲרִיתָהּ וַתֵּרֶד פְּלָאִים אֵין מְנַחֵם לָהּ רְאֵה יְהֹוָה אֶת־עׇנְיִי כִּי הִגְדִּיל אוֹיֵב׃ - Нечистота ее на подоле ее, не думала она о конце своем, и пала она поразительно, нет утешителя ей: «Узри, Господи, бедствие мое, ибо возвеличился враг!»
Враг возвеличивается из-за наших грехов. Когда народ Израиля противится воле Всевышнего, создается положение, при котором Святой, благословен Он, вынужден натравить на нас врагов: «Горе Ашуру, жезлу гнева Моего». А когда враг видит, что одолевает Израиль, к какому выводу он приходит? К тому, что Бог Израиля бессилен, и доказательство тому - ведь я смог одолеть их! Получается, что грех наш двоен: во-первых, ты разгневал Владыку мира; во-вторых, ты вынудил Его возвеличить врагов, чтобы те покарали тебя, и из-за этого они возомнили, будто сильнее Самого Творца, благословен Он. «Ибо возвеличился враг» - это отдельный грех, причиной которого ты стал, и это ужасный хилуль Ашем (осквернение Имени). В этом и смысл слов «согрешили вдвойне», «тяжко согрешил (букв. грехом грешил)»: во-первых, вы согрешили; во-вторых, привели к тому, что враг вознесся, - и потому наказаны вдвойне.
В святых книгах приводится, что всякий грех, совершаемый человеком, отнимает силу у святости и передает ее в руки ситра ахра (стороны нечистоты), и ситра ахра поднимает голову, чувствуя себя сильнее Самого Всевышнего. А кто стал причиной всего этого? Мы сами навлекли это совершенным грехом.
В книге «Ахават Цион» объясняется: как известно, любое место, где произошло бедствие, само подвергается проклятию. Как сказал царь Давид в плаче по Шаулю и Йонатану, погибшим на горах Гильбоа: «Горы Гильбоа, ни росы, ни дождя да не будет на вас», - то есть само место стало проклятым. Но на первый взгляд возникает вопрос: как подобное возможно в Иерусалиме, чтобы место, где произошло бедствие, оказалось, не дай Бог, проклятым? На это дается ответ: народ Израиля осквернил святость Иерусалима, как сказано: «Ибо коротко ложе, чтобы растянуться», - ведь внесли идола в Храм. «Ложе» - это Храм, место, о котором сказано: «И ложе наше зеленеет», обитель Шхины. И это ложе стало «коротким», потому что туда внесли еще и идолопоклонство, и для двоих места будто бы не стало. В этом смысл слов «тяжко согрешил Иерусалим, поэтому стал отверженным (нида)»: поскольку Иерусалим лишился своего величия и святости - а корень слова хет (грех) указывает на ущерб и нехватку, - не удивляйся, что он был проклят, ведь на место, утратившее святость, может пасть проклятие.
Однако в этом кроется и утешение: статус ниды - это не бесконечная нечистота. Женщина-нида окунается в микву и очищается от нечистоты. Поэтому, хотя Иерусалим и «стал нидой», а само место подверглось проклятию, знай: место освободится от своего проклятия. Подобно тому как очищается нида, так очистится Иерусалим и будет отстроен Храм.
Книга «Лехем димъа» объясняет конец стиха так: «Она вздыхает» - даже когда она делает тшуву и вздыхает о своих грехах, тут же «и обращается вспять», возвращаясь к прежнему. Грешники всю жизнь полны раскаяния: согрешит, пожалеет, исповедуется, сделает тшуву - и снова падает. Потому они всегда пребывают в скорби. С этим же связано и начало следующего стиха: «Нечистота ее на подоле ее» - хотя она и пришла окунуться, нечистота все еще цепляется за подол ее одежд. А как возможно очищение, пока нечистота все еще привязана к ней?
И еще поясняет «Лехем димъа»: «Она вздыхает и обращается вспять» - когда она хотела вздохнуть, то стыдилась вздыхать на глазах у врагов. Ведь когда ты вздыхаешь перед врагом, враг возносится и задирает нос: «Видели, как они плачут от того, что я с ними делаю?» Поэтому, желая вздохнуть, она «обращается вспять» - оглядывается назад: «Не видит ли меня кто-нибудь? Не смотрит ли на меня, пока я плачу и вздыхаю?» Подобно тому как сказали мудрецы о стихе «При реках Вавилона, там сидели мы и плакали, вспоминая Сион»: в других местах им не давали плакать, лишь там им дали немного передышки, и там они смогли выплакаться. Так и здесь: желая вздохнуть, она искала удобный момент, когда враг не видит, оглядывалась назад проверить, не смотрит ли он на нее, - и только тогда могла вздохнуть.
Один-единственный стих - «тяжко согрешил Иерусалим» - а в нем заключены и упрек, и утешение воедино. Наши мудрецы вывели из него и позор херувимов, выставленных на всеобщее обозрение, и сокрытую в этом тайну любви, которую Святой, благословен Он, пожелал явить нам именно в час расставания: связь не разорвана, а любые небесные кары направлены лишь ко благу. Комментаторы извлекли из удвоения «грехом грешил» (тяжко согрешил) указание на тяжесть легкомысленного отношения к заповедям и на строгость спроса с великих людей, различие между грехами Первого храма и беспричинной ненавистью эпохи Второго храма, а также правило о том, что за грех, совершенный открыто, наказывают открыто. Мидраш же учит: согрешили вдвойне, наказаны вдвойне и утешены будут вдвойне, ведь грех всегда двоен - сам по себе и по тем последствиям, которые он влечет: скорбь Шхины, ненависть в сердцах ближних и возвышение врага, возомнившего, будто он одолел Творца мира. Но посреди всего этого кроется утешение: «стал отверженным (нида)» - подобно тому как нида окунается и очищается, так и Иерусалиму суждено очиститься и быть отстроенным вскоре, в наши дни.
Но нам необходимо выполнить нашу часть: не довольствоваться вздохом, за которым следует отступление назад, и не оставлять нечистоту на подоле одежд, а совершить стойкую, непоколебимую тшуву, и прежде всего - искоренить беспричинную ненависть, которая все еще свирепствует среди нас.