Седьмая глава книги Коэлет содержит целый ряд практических советов о поведении человека в этом мире, а в конце царь Шломо обращается к самому себе и к границам своей мудрости. В этой части урока мы разбираем три стиха: великий совет не принимать близко к сердцу всё, что о тебе говорят, из которого вытекает важнейший принцип ведения дома и воспитания детей; а затем признание мудрейшего из людей: "Я сказал: 'стану мудрым', но она далека от меня".
גַּם לְכׇל־הַדְּבָרִים אֲשֶׁר יְדַבֵּרוּ אַל־תִּתֵּן לִבֶּךָ, אֲשֶׁר לֹא־תִשְׁמַע אֶת־עַבְדְּךָ מְקַלְלֶךָ׃ - Также и ко всем речам, которые говорят, не обращай сердца твоего, чтобы не услышать тебе раба твоего, проклинающего тебя.
כִּי גַּם־פְּעָמִים רַבּוֹת יָדַע לִבֶּךָ, אֲשֶׁר גַּם־אַתָּה קִלַּלְתָּ אֲחֵרִים׃ - Ибо много раз знало сердце твое, что и сам ты проклинал других.
Шломо говорит: ведь много раз твое сердце знало, что ты и сам проклинал других. Как поступал ты, так поступают и с тобой. Так почему же ты так придирчив к своему рабу, который проклял тебя? Ведь и ты сам не раз поступал точно так же.
Рашбам объясняет, что здесь содержится предостережение относительно всего, о чем рассказывают люди: о тебе говорили, о тебе судачили, доносят до тебя сплетни. Об этом Писание говорит: держись от этого подальше. И даже если тебе скажут, что твой раб проклинал тебя, что причиняет человеку большую боль, даже тогда сделай вид, будто ничего не слышал. И даже если ты знаешь, что это правда, не презирай из-за этого своего ближнего. Почему? Потому что прими к сердцу, что и ты сам много раз проклинал других, но ведь не возненавидел себя за свои поступки. Так почему же ты станешь презирать других за их дела?
В этом кроется прекрасный и глубокий совет: человек должен уметь не обращать внимания. Это замечательное правило, и если жить в согласии с ним, жизнь становится легкой и мирной. Это верно в отношениях между мужем и женой, родителями и детьми, человеком и его соседом, работником и начальником, наставником и его учениками. В Торе сказано: "и уклонишься от них", и мудрецы комментируют: "бывают случаи, когда ты должен уклониться". Мудрецы открывают здесь принцип: не во всякой ситуации действует заповедь возвращения утери, иногда следует пройти мимо. Этот принцип человеку стоит перенять для всей своей жизни.
Сколько раз человек мог бы предотвратить целые ссоры, если бы просто пропустил сказанное мимо ушей. Кто-то обронил неуместное слово, и речь идет не о систематической проблеме, повторяющейся изо дня в день, а о разовом случае. Если человек не обратит внимания, всё пройдет, рассеется само собой, будто ничего и не было. Но если он начнет раздувать ссору и поднимать шум, то зачастую лишь причинит себе еще больший вред. Предположим, тебе сказали обидное слово: ты устроил из этого скандал, и теперь все вокруг знают, что именно тебе сказали. Насколько лучше было промолчать: тогда никто бы не узнал, и всё забылось бы. Да и обидчик, увидев отсутствие реакции, понял бы, что продолжать бессмысленно. Но стоит начать кричать и ставить его в неловкое положение, как он закричит еще громче, повторит свои слова на весь свет и даже начнет объяснять, почему он так сказал. Что же ты от этого выиграл?
Точно так же обстоит дело и дома. Иногда жена что-то скажет или муж обронит резкость, и опять же, речь идет не о постоянной проблеме, а о случайной оговорке или неудачной фразе; то же случается и между ребенком и родителями. Нужно уметь не заметить. Далеко не всегда человеку нужно высказывать все, что у него на сердце, ведь порой именно этим развязываются настоящие войны и создается полный хаос, а как потом тушить этот пожар?
Особенно это касается детей. Зачастую родители знают, что происходит с их детьми, и отец хочет показать сыну свою всеосведомленность: "Ты думаешь, я не знаю, что ты курил? Думаешь, я не знаю, что ты натворил то-то и то-то?" К чему это приведет? Если до сих пор он еще стеснялся отца, то теперь стыдиться перестал, раз тот и так все знает. До этого он прятался и курил на улице, а теперь станет курить дома, ведь скрывать больше нечего. В следующий раз он еще и попросит денег на сигареты. Подумайте, к чему это привело! А если бы отец сделал вид, что не заметил? Он ведь и так все знает, но сын уже не в том возрасте, когда можно решать за него всё. Разве возможно ходить за ним неотступно изо дня в день, ежечасно устраивая слежку? Что это может дать?
Человек, действующий благоразумно, может спасти очень многое. Но когда человек действует на эмоциях, излишне вспыльчиво, под влиянием сиюминутного порыва и неуправляемого гнева, там и начинаются все беды. «Также ко всем словам, которые говорят, не прикладывай сердца твоего» - и здесь тоже порой нужно уметь промолчать, «ибо много раз знало сердце твое, что и ты проклинал других».
Отсюда важный жизненный урок. Часто родители изводят своих детей придирками по поводу соблюдения заповедей. Мы уже не раз говорили, что исполнение заповедей не достигается преследованием. Нельзя гнаться за ребенком, принуждая его к соблюдению; если будешь давить и преследовать его, увидишь, как быстро он сбежит. Исполнение заповедей должно приходить по принципу «устремимся познать Господа», «повлеки меня, за тобой побежим»: дай ему сладость, пообещай что-то хорошее, действуй через сближение и любовь, формируя у него положительное отношение к Торе и заповедям.
Но когда ты создаешь у него ощущение, что заповедь - это нечто гнетущее, тяжкое, то, к чему меня вечно принуждают и неволят, а если я не сделаю, то горе мне; и за этим постоянно следуют придирки, уколы и негативные замечания из-за того, что он не исполнил ту или иную заповедь: «да чего ты стоишь, да кто ты вообще такой» - такие люди очень быстро губят своих детей. Очень быстро они выталкивают их не просто из дома, но вообще из еврейства. Это не путь. Путем принуждения человек никогда не достигнет желанных результатов.
И кроме того, как мы уже говорили: когда ты делаешь вид, что не замечаешь, ребенок все еще чувствует, что сохраняет в твоих глазах положительный образ, и он еще будет стараться. Но когда ты показываешь ему, что уже все знаешь, и даешь понять, что все его поступки у тебя как на ладони, ты толкаешь его к еще большему падению.
И еще один момент, составляющий главный прямой смысл стиха: «ведь много раз знало сердце твое, что и ты проклинал других». Это одна из величайших бед: когда родители требуют от детей того, чему сами ни на йоту не соответствуют. И ребенок чувствует этот диссонанс, чувствует эту фальшь и отдаление. Быть может, у него не хватает дерзости сказать тебе это прямо, но в сердце своем он думает: папа, ты твердишь мне: «учись, учись», а я вижу, как ты только читаешь газету и занимаешься ерундой. Он не понимает, почему ты требуешь от него того, до чего сам совершенно не дорос.
Или ты говоришь ему: «Молись, почему ты не молишься, посмотри, как ты молишься, ты же играешь!» А он думает про себя: «А папа, что он делает всю молитву? Смотрит на меня, молюсь ли я. Вместо того чтобы молиться, он всю молитву следит за мной. У тебя же есть сидур, молись по нему!» У ребенка возникает противоречие. Или когда ребенок что-то сказал, и тут же: «Ой-ей-ей, какая ложь, как ты можешь врать!», и обрушиваются тонны нотаций о лжи. А ребенок думает: «Ты же вчера сам соврал при мне, вчера велел мне соврать соседу». Он не понимает этих двойных стандартов: как это «ты и сам проклинал других», а мне выговариваешь: «горе тебе, почему ты ругаешься?»
Отсюда важный вывод: воспитание начинается с требований к себе. Воспитание начинается с личного примера. Но когда ты сам поступаешь дурно, а затем требуешь от ребенка противоположного, для ребенка это непостижимо, непонятно и лишено всякой логики. Как говорил Стайплер: служение мудрецам важнее изучения у них («гадоль шимуша ми-лимуда»). Нравоучения, которые ты ему читал, называются «учением», а то, как ты сам себя вел, - это практический пример. Ребенок учился на твоем живом примере, видел, как ты ведешь себя на самом деле. Он будет делать то, что делаешь ты, а не то, что ты говоришь. Поэтому человеку нужно знать, насколько следует избегать поучений, которым он сам не следует: «ведь и ты проклинал других».
כׇּל־זֹה נִסִּיתִי בַחׇכְמָה, אָמַרְתִּי אֶחְכָּמָה וְהִיא רְחוֹקָה מִמֶּנִּי׃ - Все это испытал я мудростью; я сказал: «Обрету мудрость», но она далека от меня.
«Псикта Зутрата» толкует слова «все это испытал (нисити) я мудростью» от корня нес - знамя, как в выражении «подниму знамя Мое», подобно шесту со стягом: мудрость реяла над ним, как знамя. Как написано: «И дал Б-г мудрость Шломо», и ведь сказано: «Иегуда и Израиль многочисленны, как песок у моря», и о мудрости Шломо сказано: «как песок на берегу моря». «Все это я вознес» означает: я возвысился надо всеми. И подобно тому как песок служит оградой для моря, так и мудрость Шломо стала оградой для Израиля. «И превзошла мудрость Шломо мудрость всех сынов востока и всю мудрость Египта, и стал он мудрее всех людей» - он воздвиг ограду для народа Израиля, и поэтому в его эпоху народ достиг наивысшего духовного уровня, расцвета и совершенства; его мудрость оградила Израиль.
Раши объясняет: «испытал мудростью» - Торой. «Сказал: умудрюсь» означает познать мудрость, познать Тору, «но она далека от меня». А что именно далеко от меня? Об этом говорит уже следующий стих.
רָחוֹק מַה־שֶּׁהָיָה, וְעָמֹק עָמֹק מִי יִמְצָאֶנּוּ׃ - Далеко то, что было, и глубоко-глубоко - кто постигнет это?
Раши говорит: «Кто постигнет это?» - ведь мне не позволено размышлять об этом: что вверху и что внизу, что впереди и что позади. Всегда есть предел, некая черта в постижении Б-жественного, у которой человеку говорят остановиться, ибо она выше и за пределами наших возможностей познания. «То, что было» относится к сотворению мира. Об этом и сказали наши мудрецы: пусть не исследует человек, что впереди и что позади. Что происходило во время сотворения мира и до него - это исследование того, «что впереди»; а что будет после завершения мира, после того как «небеса развеются, как дым», в конце седьмого тысячелетия и тому подобное. Все подобные исследования бесконечно далеки: «глубоко-глубоко - кто постигнет это?». «Сказал: умудрюсь» - и увидел, что мудрость далека от меня, что в ней все еще есть тайны первоначала и конца, тайны Б-жественного постижения, которые бесконечно выше меня. Как сказано: «если бы я постиг Его, я был бы Им», и как говорили: «никакая мысль не способна объять Его вовсе». О постижении Б-жественного Шломо говорит: я увидел, что это бесконечно далеко от меня, и мне не доступен даже малейший край этого.
Гемара в трактате Йома приводит по поводу слов «сказал: умудрюсь», что царю Шломо был непонятен закон о красной корове: ведь кропящий пеплом и тот, на кого кропят, очищается, а тот, кто прикасается к нему, становится нечистым; и об этом он сказал: «Сказал: умудрюсь, но она далека от меня». Царь Шломо знал все темы Торы и постиг абсолютно всё, и только в отношении красной коровы сказал: «Умудрюсь» - а она далека от меня. Что же означает «но она далека от меня»? Объясняют, что Шломо полагал, будто постиг всю Тору целиком, и лишь красная корова все еще далека от него. Он решил: умудрюсь и в законе о красной корове! Но тут понял, что «она» - вся Тора целиком - далека от него. Ведь если я думал, будто всё понимаю, и осталась лишь одна вещь, а там я внезапно обнаруживаю, что бессилен понять, - это признак того, что я вообще ничего не понимаю. Признак того, что всё, что я считал понятым, оценивалось не теми мерками, с которыми следует подходить к постижению Торы; здесь есть уровень неизмеримо более высокий: «высокий над высоким». И, как известно, Тора этого мира - это совершенно иная грань по сравнению с Торой мира грядущего, где постижения иные, уровни иные, восприятие иное и вся реальность абсолютно другая. «Сказал: умудрюсь, но она далека от меня»: выяснилось, что вся Тора в целом далека от меня.
Книга «Имрей Шефер» объясняет, что слова «Все это испытал я мудростью» служат своего рода итогом всему сказанному до сих пор. Многое в этом мире, говорит Шломо, я познал из законов мироздания на собственном опыте, и потому сказал: «Умудрюсь» - благодаря этому я смогу разрешить все проблемы мира, разобраться со всеми трудностями и найти для всего путь и решение. Но я увидел, что она по-прежнему далека от меня: постичь и решить абсолютно все проблемы, понять все тайны - это пока вне моей досягаемости. Иными словами, даже мудрейший из людей признает, что его мудрость ограничена: сколь бы мудрым я ни стал, постичь устройство всего мира мне не дано.
В книге «Паним Яфот» приводится намек: слова «והיא רחוקה» («но она далека») по гематрии составляют 341, и такова же гематрия словосочетания «פרה אדומה» («пара адума», красная корова), ведь, как мы объяснили, Шломо стремился постичь смысл красной коровы. И там приводится, что Шломо хотел проникнуть в тайну красной коровы, но раздался голос с небес (бат коль) и сказал ему: «И написано прямо, слова истины». Какая здесь связь? Шломо хотел понять тайну коровы, ведь лишь один человек понял ее - Моше рабейну. А откуда известно, что тайна ее была открыта только Моше? Сказано: «וְלָקְחוּ לַטָּמֵא מֵעֲפַר שְׂרֵפַת הַחַטָּאת» («И пусть возьмут для нечистого от праха сожженной очистительной жертвы...»), первые буквы слов «לטמא מעפר שריפת החטאת» образуют слово «למשה» («Моше»). Шломо тоже захотел узнать эту тайну, ведь те же буквы слова «למשה» составляют и имя «שלמה» (Шломо), и подумал: стану мудрым и я. Но ему сказали: «И написано прямо, слова истины» - «Шломо» получается перестановкой букв, тогда как прямое прочтение дает именно «ל-מ-ש-ה»: «לטמא מעפר שריפת החטאת». Написано прямо и истинно, именно так и следует читать, а не переставлять буквы, чтобы вывести из них «Шломо». Не таков верный путь.
Рабейну Бахья предлагает здесь замечательное объяснение, связывая слова «сказал: умудрюсь, но она далека от меня» с красной коровой и с историей самого царя Шломо. «Сказал: умудрюсь» - Шломо хотел применить мудрость по принципу красной коровы. Что мы видим в законе о корове? Прикасающийся к ней становится нечистым, и тем не менее она очищает! Точно так же Шломо брался за вещи, соприкосновение с которыми оскверняет, рассчитывая, что в конечном счете они принесут очищение. Шломо пошел и взял в жены чужеземных женщин с целью извлечь и возвысить из них искры святости.
И как уже подробно говорилось при изучении Книги Царей, замысел Шломо заключался в том, чтобы взять в жены дочерей всех царей, вырастить царевичей в своем доме, а затем каждый из них вернулся бы в свою страну и стал там кем-то вроде маленького Кузари - царем, который приведет весь свой народ к тшуве, и так весь мир исправится под властью Всемогущего. Потрясающий замысел, который мог родиться лишь у мудрейшего из людей: взять тысячу жен и родить от них принцев, которые вернутся править своими народами. Почему же он потерпел неудачу? Из-за одной маленькой буквы. В Торе сказано: «Пусть не умножает себе жен», а Шломо сказал: с этим небольшим предостережением «пусть не умножает» я справлюсь, зато взамен исправится весь мир! Но мудрецы сказали: пусть исчезнет Шломо и тысяча подобных ему, но не сотрется ни одна буква из Торы.
Именно это здесь и произошло, говорит Рабейну Бахья. Шломо рассуждал так: корова сама по себе оскверняет, и тем не менее в ней заложена сила очищения; так и здесь - я беру жен, которых Тора запретила, действие оскверняющее, но в этом скрыта сила очищения подобно красной корове. Возможно, окажись мы на месте этих женщин, мы бы обиделись на сравнение с коровой, но так или иначе речь идет не о простой корове, а о красной, и сравнить нееврейку с красной коровой - это уже возвышение! И что же он увидел на деле? «Но она далека от меня», и его жены склонили его сердце. О корове сказано: «Вот устав Торы». А что такое «устав» (хука)? Не переноси этот принцип на другие случаи; это закон, данный исключительно для красной коровы. Не делай вывод, что это правило можно скопировать на иные сферы - брать чужеземных жен и полагать, что, подобно красной корове, это очистит нечистых. Нельзя учить отсюда, будто погружение в нечистоту способно породить святость; такого пути нет, это единственное в своем роде исключение, действующее только для красной коровы. Поэтому сказано: «она далека от меня» - я убедился, что это лишь отдалило меня от служения Всевышнему, а свои замыслы мне в конечном счете так и не удалось осуществить.
В свое время, когда только появились «святые каналы» - прежнее воплощение харедимного радио, пиратские станции, - рава Штейнмана спросили, разрешено ли это и правильно ли это. Он ответил: это как красная корова, оскверняет чистых и очищает нечистых. Для людей слабых в вере: если человек не будет слушать это, что он станет слушать? «Галей Цахаль», суету, глупости и ересь. Конечно же, лучше, чтобы он слушал слова Торы и слова укрепления. Но для людей, строго соблюдающих заповеди, вы тем самым принесли в дом радиоприемник, которого прежде не было, и вслед за этим человек может начать слушать и другое. К тому же в эти часы он мог бы учиться и пойти на урок, а вместо этого слушает немного слов укрепления по радио вместо полноценного урока; для него это фактор, который тянет вниз и вредит.
Да и в целом слушание радио - из тех вещей, которых лучше избегать. В это время можно послушать урок Торы, зачем слушать радио? Можно поставить диск и послушать систематический урок, включить «Коль а-Лашон», послушать «Даф Йоми» - материалов для изучения Торы более чем достаточно. Тем более что многое из звучащего там - пустые и суетные разговоры, ведь создателям эфира нужно заполнять программы, чтобы привлекать рекламодателей. Не говоря уже о том, что многие часы там отведены под сборы пожертвований, и вместо радио высокого уровня оно превращается в сплошной марафон сборов, но оставим это. Сама суть: если в это время человек может послушать урок Торы и слова укрепления, зачем вносить радио в дом? А если радио уже появилось дома, начинают переключать станции: то послушают одно, то другое, а теперь «только новости, это ведь очень важно», и в итоге доходят до всевозможных дурных вещей. Это подобно красной корове: очищает нечистых и оскверняет чистых; даже харедимного радио лучше избегать. Подобно тому, как сказано: «Ибо не оправдается пред Тобой никто из живущих» - оставь все это, сядь и учись, это намного лучше.
Книга «Имрей Шефер» объясняет слова «далеко то, что было» притчей. Человек видит необыкновенный механизм, совершающий удивительные действия и производящий великолепные изделия, и хочет понять его устройство и принцип работы. Речь идет о старинных механизмах, а не о сегодняшнем дне, когда все основано на микрочипах, печатных платах и электронике. Механизм прежних времен состоял из шестеренок, и чтобы точно узнать, как он работает и производит изделия, нужно присутствовать при том, как мастер, создавший его, разбирает его и собирает заново. Только тогда можно увидеть каждую деталь: что именно она делает, куда крепится и каково ее назначение.
И говорит «Имрей Шефер»: «Далеко то, что было». Когда мы хотим понять грандиозный механизм, созданный Творцом мира, сотворившим миры и небесные сферы - а древние представляли небесные тела закрепленными на вращающихся сферах, поскольку им казалось немыслимым, чтобы луна двигалась сама по себе просто так в небесном пространстве, и поэтому полагали, что у нее есть прозрачная сфера, которая вращается и приводит в движение другую сферу, - и вот Святой, благословен Он, создал около шести тысяч лет назад поразительный механизм с бесконечно сложными сферами. И человеку никогда не дано узнать устройство его действия, потому что от сотворения мира Святой, благословен Он, ни разу не разбирал этот механизм, даже ради смазки или починки. Этот механизм все так же вращается с тех пор, как Создатель сотворил Свой мир, «и не ослабли сферы в своем движении за эти долгие годы», и нам никогда не постичь, каким именно образом Всевышний создал Свой мир.
И автор добавляет: даже если это далеко, вполне возможно, что с помощью аналитического разума, сопоставления одного с другим и великой мудрости еще можно было бы попытаться понять, как все устроено. Поэтому Писание говорит, что это не просто далеко, но и «глубоко-глубоко, кто найдет это?»: тайна кроется в непостижимой глубине и сложности каждой детали. Это не просто колеса, которые кто-то соединил вместе, но в каждой вещи заложена колоссальная мудрость. И эти строки были написаны более ста лет назад, когда многое еще вовсе не было известно: ученые еще не знали строения атома, не знали ДНК и многого другого, открытого в более поздние эпохи. А когда начинают исследовать все это, видят, насколько оно «глубоко-глубоко, кто найдет это?»: даже если бы этот механизм разобрали перед тобой и собрали заново, глубина заключенной в нем мудрости, как говорит Шломо, недосягаема: «И она далека от меня».
Рассмотренные стихи учат нас двум великим основам. Первая относится к качествам характера: «Также ко всем словам, что говорят, не обращай сердца твоего» - умей пропускать мимо ушей, не раздувай слова, сказанные вскользь, и не презирай ближнего за то, в чем оступаешься сам, «ибо много раз знало сердце твое, что и ты проклинал других». Отсюда же вытекает и основа еврейского воспитания: не принуждением и не давлением, а любовью, и прежде всего - личным примером, ведь служение мудрецам и живая практика выше отвлеченной учебы. А вторая основа относится к скромности: мудрейший из людей, чья мудрость возвышалась, словно знамя, и служила оградой народу Израиля, признал: «Я сказал: обрету мудрость, но она далека от меня». Он попытался постичь тайну красной коровы, и ему открылось, что вся Тора далека от полного человеческого постижения; он попытался сделать вывод из закона о корове относительно путей исправления ритуальной нечистоты и убедился, что закон категории «хок» нельзя выводить по аналогии для других областей. И когда человек всматривается в грандиозный механизм мироздания, сотворенный Творцом, который никогда не разбирался и не собирался заново, он понимает: «Далеко то, что было, и глубоко-глубоко - кто найдет это?».