Эта глава Коэлет посвящена, среди прочего, ценности партнерства. Описав одинокого человека - «бывает одинокий, и нет другого, и сына или брата нет у него», - царь Шломо переходит к восхвалению преимущества двоих. Стих «Двоим лучше, чем одному» относится к тем стихам, которые мидраши толкуют во множестве аспектов, и, по нашему обыкновению, мы начнем с Таргума и двинемся дальше.
טוֹבִים הַשְּׁנַיִם מִן הָאֶחָד אֲשֶׁר יֵשׁ לָהֶם שָׂכָר טוֹב בַּעֲמָלָם׃ (ט) - Двоим лучше, чем одному, ибо есть им хорошая награда за их труд. (9)
Таргум говорит: лучше два праведника в поколении, чем один, и сопутствует им удача, и слова их бывают услышаны, и уготована им добрая награда в будущем мире за их труд, которым они трудились, неся бремя своего поколения. Два праведника, руководящие поколением, обладают несравнимо большей силой, чем один.
В другом мидраше эти слова относят к Моше и Аарону: «Двоим лучше» - это Моше и Аарон, «чем одному» - если бы каждый действовал сам по себе. Ведь когда Моше пришел благословить Израиль, Шхина не пребывала через него одного, то есть Моше сам по себе как бы не обладал достаточной силой. А когда они пришли вдвоем и благословили народ Израиля, Шхина тотчас воссияла через них, как сказано: «И вошли Моше и Аарон в Шатер Откровения, и вышли, и благословили народ», а затем: «и явилась слава Господня». Отсюда видно, что сила двух праведников вести свое поколение намного превосходит силу одного праведника.
«Псикта Зутрата» объясняет согласно простому смыслу: «Двоим лучше» - двоим, которые заняты торговлей, коммерцией, непременно сопутствует больший успех, чем каждому по отдельности. «Есть им хорошая награда за их труд» - в прямом смысле: они могут приумножить прибыль, когда трудятся вдвоем.
Раши объясняет, что это относится вообще ко всему: двоим лучше во всяком деле, чем одному. Исключение здесь лишь одно - верховное руководство. Худшие периоды в управлении государством наступали тогда, когда создавались коалиционные правительства, вводилась ротация или двое правили вместе, ведь два царя не могут пользоваться одним венцом, и это верный путь к раздорам и распрям. Но кроме верховной власти, где правление должно быть сосредоточено в одних руках, во всем остальном двоим лучше, чем одному. И потому говорит Раши: поэтому человеку следует приобрести себе товарища и жениться, и получат они больше пользы от своего труда, ведь многие дела делаются вдвоем, за которые один даже не возьмется в одиночку.
И здесь открывается удивительная вещь: сила двоих больше, чем просто сумма сил одного и еще одного. Если один человек может поднять сто килограммов, и второй сто килограммов, то вдвоем они способны поднять двести двадцать. В каждом человеке есть скрытый потенциал, который не раскрывается до тех пор, пока двое не берутся за одно дело сообща. «Двоим лучше, чем одному» - даже если взять силу одного и прибавить силу другого по отдельности, это не сравнится с силой совместного действия.
Мидраш приводит: лучше двоим заниматься Торой, чем одному учиться в одиночку. Почему? Далее стих объясняет: «Ибо если упадут, один поднимет своего товарища»: если один забыл алаху, товарищ напоминает ему. И, как правило, двое не ошибаются в одном и том же одновременно. Если мы учимся вдвоем, и я что-то не понял, скорее всего, вы поймете правильно; а если вы не поняли, скорее всего, я пойму правильно. Крайне редко ошибаются оба. Поэтому учиться вдвоем всегда плодотворнее, и когда один забывает закон или чего-то не понимает, товарищ поправляет его. Именно по этой причине в ешивах учатся в хаврутах.
Однажды провели эксперимент: взяли группу ребят, учившихся в ешиве, - причём не отличников и гениев, а тех, кто бросил учёбу, - и группу старшеклассников обычной школы, и провели для них тестирование. И оказалось, что учащиеся ешив показали лучшие результаты даже по темам, которых никогда не изучали: вопросы на логику, на эрудицию. Когда попытались это проанализировать, объяснили: в ешиве ученика учат работать с материалом, брать сугью и разбирать её на составляющие, вникать в прочитанное. В школе же ученик пассивен: он слушает, возможно, пытается усвоить услышанное, но не задействует активно ум и мышление и не разбирает суть вопроса самостоятельно. В ешиве же, напротив, его учат глубоко вникать и понимать самому, разбирать сугью собственными силами. А когда двое оттачивают мысль друг друга, учёба в хавруте доказывает свою особую пользу, приводя человека к верному и глубокому пониманию.
וְאִם יִתְקְפוֹ הָאֶחָד הַשְּׁנַיִם יַעַמְדוּ נֶגְדּוֹ וְהַחוּט הַמְשֻׁלָּשׁ לֹא בִמְהֵרָה יִנָּתֵק׃ (יב) - И если станет одолевать один, то двое устоят против него, и тройная нить не скоро порвется. (12)
«И тройная нить не скоро порвется», говорит Мидраш: это когда с ними их раввин. Если они чего-то не поняли, учитель укажет им на ошибку. Когда их трое - хаврута и раввин, - тройная нить не скоро порвется.
Слова «лучше двоим, чем одному» относятся и к коммерческим делам. Когда человек один и терпит крах, он в беде. Но когда их двое, они поддерживают друг друга: один достает немного денег здесь, другой привлекает инвестиции оттуда. Когда людей несколько, удержаться на ногах гораздо легче. Одиночка же упал, разорился - и некому ему помочь, нет другой силы, способной обеспечить приток средств. В одиночку вести дело намного сложнее, чем когда есть компания или партнёры по акциям. Что такое акции? Это сила многих людей, созидающая предприятие, сила общества, развивающая изобретения. Когда участников много, проще собрать средства, а если один терпит неудачу, остаются другие источники финансирования.
Сказал раби Йоханан: «Лучше двоим» - это муж и жена; «чем одному» - когда каждый сам по себе. А кто же третий в этой тройной нити? Святой, благословен Он, наделяющий их детьми. Когда тройная нить присутствует, здесь пребывает Имя Творца: не просто «огонь и огонь» (эш ве-эш), но буква «йуд» от слова «муж» (иш) и буква «хей» от слова «жена» (иша), и Святой, благословен Он, связывает всё воедино - и тогда эта связь не скоро порвется. Брак будет долговечным, и Святой, благословен Он, благословит их детьми.
И можно сказать ещё на уровне намёка: когда обычно не спешат с рождением детей? Когда ещё нет уверенности в союзе. У людей, далёких от Торы, не торопятся заводить детей: «Давай сначала посмотрим, как всё сложится», и лишь спустя время, убедившись, что союз как-то держится, начинают думать о семье. Но когда входят в брак изначально без всяких сомнений и проверок, а с искренним и полным намерением построить еврейский дом, то уже через год, с Божьей помощью, рождается ребёнок. Так и здесь: когда нить тройная, то есть Святой, благословен Он, присутствует в этом союзе, и этот брак заключён во имя Небес, чтобы построить дом, верный Всевышнему, - Он сразу благословляет их детьми.
И ещё сказал раби Йоханан: «Лучше двоим» - это Амрам и Йохевед; «ибо есть им добрая награда за труд их» - это Моше, о котором сказано, что он «хорош», как написано: «и увидела его, что он хорош». Они удостоились сына, озарившего весь мир. А раби Йегуда говорит: «Лучше двоим» - это Давид и Бат-Шева, а «тройная нить» - это пророк Натан. Ведь пророк Натан сказал Бат-Шеве: поди и поговори с Давидом, а я войду вслед за тобой и поддержу твои слова, чтобы сказать Давиду, что некто пытается захватить царство вопреки закону. И когда они пришли к Давиду, он согласился с ними и повелел: возьмите моего сына Шломо, посадите его на мула и помажьте Шломо на царство.
יֵשׁ אֶחָד וְאֵין שֵׁנִי גַּם בֵּן וָאָח אֵין לוֹ וְאֵין קֵץ לְכָל עֲמָלוֹ גַּם עֵינוֹ לֹא תִשְׂבַּע עֹשֶׁר וּלְמִי אֲנִי עָמֵל וּמְחַסֵּר אֶת נַפְשִׁי מִטּוֹבָה גַּם זֶה הֶבֶל וְעִנְיַן רָע הוּא׃ (ח) - Бывает одинокий, и нет у него другого, нет у него ни сына, ни брата, а трудам его нет конца, и глаз его не насытится богатством: «Для кого же я тружусь и лишаю душу свою блага?» И это тщета и дурное дело. (8)
Автор книги «Имрей Шефер» объясняет стих «Бывает одинокий, и нет у него другого», исходя из ранее сформулированного им правила: здесь речь идёт об эгоисте, который не желает строить дом, не хочет жениться и делить то, что имеет, с кем-то ещё - мол, «зачем мне это нужно и что мне это даст?». О тех людях, которые заранее решили оставаться одни. И Писание предостерегает: знай, за этим пагубным мнением многие готовы последовать, впав в заблуждение, и потому царю Шломо необходимо убеждать и разъяснять, насколько эта позиция несостоятельна и бессмысленна, будучи уделом людей неразумных.
Он говорит: посмотри же, насколько двое лучше одного в самых разных отношениях. Ты решил вести жизнь одиночки и не понимаешь преимущества жизни вдвоем. Прежде всего - «добрая награда им за труд их»: награда плодом чрева, детьми, которыми человек наслаждается больше, чем всеми удовольствиями мира. А какая же награда бездетному одиночке в пустыне?
Можно сказать, что это было верно лет сто назад, но беда нынешнего поколения в том, что те, кто заранее решил не создавать семью, отчасти поступают так потому, что вовсе не хотят детей. С их точки зрения, дети - это лишь обуза, тяжесть, одни расходы и требования, и они не воспринимают это как добрую награду за свой труд. Но когда человек понимает свою ошибку? Когда ему исполняется семьдесят лет. Когда он начинает стареть и внезапно оказывается один: рядом никого нет, семьи нет, в праздники он одинок, вокруг ни души. Жены ты не хотел, детей не хотел - ну вот, теперь ты один как былинка в поле. В молодости он хотел развлекаться, а дети мешают веселью, не дают делать все, что вздумается. Но когда он стареет, то начинает понимать, как этого не хватает. Посмотри на соседа: неделю назад свадьба сына, месяц назад брит внука от дочери, все время от одной радости к другой, дом полон ликования и веселья, а в праздники и в Шаббаты жизнь бьет ключом. А он хотел комфорта, хотел жизни в свое удовольствие - что ж, теперь пожинает плоды. Поэтому Шломо должен прийти и убедить такого человека, насколько он заблуждается, полагая, будто лучше оставаться одному и не впускать других людей в свою жизнь.
Очень красивое объяснение приводится в книге «Эрец хемда». «Эрец хемда» - это толкования Мальбима, но издатели собрали и включили туда также комментарии из других книг, выдержанных в том же ключе, и одна из них - «Хават Яир». Автор книги «Хават Яир» толкует наш стих, опираясь на слова мудрецов о фразе «сделаю ему подмогу против него» (эзер кенегдо): мудрецы спрашивают: так подмогу (эзер) или против него (кенегдо)? И отвечают: удостоился - она станет ему подмогой, не удостоился - будет против него.
Простое понимание таково: если человек удостоился, жена становится для него подмогой, а если нет - противостоит ему. Но ведь написано «эзер кенегдо» - то есть сама эта помощь оборачивается противостоянием! Если бы речь шла о двух взаимоисключающих возможностях, следовало бы сказать «подмогу или против него», но здесь сказано, что одно и то же одновременно и подмога, и «против него». И действительно, когда речь идет о жене, некоторые объясняют, что это противостояние само по себе и есть помощь: ведь часто, выступая против мужа, жена открывает ему глаза и упрекает его. «Почему ты сидишь сложа руки? Сейчас урок, иди учись!» - это против него, но это и есть подмога. Или когда она укоряет его в вещах, где он поступает неподобающе. Однако давайте послушаем, как это объясняет «Хават Яир».
Человек сотворен из четырех стихий: огонь, воздух, вода и земля. Среди них есть противоположные стихии: огонь противоположен стихии воды. И если посмотреть на их проявления в поведении человека, то природа огня - это расторопность и живость, подобно пылающему огню, который постоянно в движении, в действии и стремится ввысь. А природа воды - это лень: вода стекает вниз и стремится к покою, всегда ищет, где бы остаться неподвижной, пока не достигнет самого низкого места, откуда уже не нужно двигаться.
Разумный человек использует обе эти натуры во благо. Свойство огня: он с живостью встает утром на молитву, бежит в колель, спешит на урок Торы, торопится исполнить заповедь. Рассказывают, что однажды еврей пришел проведать обычного больного в больнице и увидел рава Шломо-Залмана Ойербаха, выходящего из лифта. Войдя в палату, он сказал: «Я вижу, тебя навестил рав Шломо-Залман». Тот ответил: «Да, он здесь уже в третий раз». Посетитель поразился: «Подумать только: я все еще прикидывал, когда у меня найдется время и когда я смогу прийти, а он уже успел побывать здесь трижды!» Это и есть качество расторопности (зризут): не медлить ни мгновения, спешить на служение Всевышнему. Это огонь, и это прекрасно.
А вода - лень. Но есть ситуации, где лень необходима: в отношении грехов нужно быть ленивым! Когда приятели зовут куда-то пойти, надо сказать: «У меня сейчас нет сил, не сейчас, может, позже». Когда речь идет о пустых делах, напротив, прояви здесь лень.
Но обратите внимание: грешник тоже использует обе эти силы, только наоборот. Огонь он использует, чтобы распалить себя на грех, ведь грех - это огонь. По этой причине участие в выпечке мацы служит исправлением (тикуном) - исправлением греха осквернения союза («пгам а-есод») и в целом исправлением грехов. Святой Аризаль говорит: когда человек потеет ради заповеди, он выводит из себя тот жар, которым разгорячился ради греха. Ради греха человек распаляется, а когда теперь обливается потом ради исправления - это и есть его исправление. Грешник же направляет стихию огня на грех, а стихию воды - на заповеди: ему говорят, что есть возможность исполнить заповедь, сделать доброе дело, а он отвечает: «У меня нет сил»; нужно дать цдаку - «я уже жертвовал». В делах заповедей он постоянно ищет покоя.
И теперь понятно: когда у человека есть две стихии, две противоположности, и он по-настоящему добрый человек и праведник, то прекрасно, что у него есть обе, ведь обе он использует ради заповедей. Но что касается грешника, лучше бы у него была только одна стихия, ведь обе он обращает во грех: если бы в нем был только огонь - куда ни шло, только вода - куда ни шло; теперь же, когда в нем и огонь, и вода, огонь направлен на грех, а вода - на заповеди, выходит, что обе стихии только еще больше вредят ему. И это смысл слов «сделаю ему эзер кенегдо»: удостоился - обе противоположности, огонь и вода, служат ему подмогой; не удостоился - обе оборачиваются против него, обе удаляют его от соблюдения Торы и заповедей.
В свете этого мы объясним наш стих: «Двое лучше одного» - хорошо, что Всевышний наделил нас двумя началами, двумя стихиями, ведь мы можем использовать обе во благо. Но Шломо сразу же делает оговорку: «Ибо есть им добрая награда за труд их» - я говорю о тех, кто своим трудом использует эти стихии на благо. Тогда действительно прекрасно, что у тебя есть две стихии. Но если бы ты обращал их во зло, лучше было бы иметь лишь одну, чтобы свести ущерб к минимуму. Как только у тебя появляется стремление и воля направить все к добру, «двое лучше одного», и благо, что в твоем распоряжении обе стихии, ведь обеими ты исполняешь волю Творца. В этом и заключается «добрая награда им за труд их» - когда человек применяет их ради воли благословенного Создателя.
Еще одно объяснение приводит «Хават Яир» к недельной главе Итро. Мудрецы говорят, что первые две заповеди, «Я Господь» и «Да не будет у тебя», мы слышали непосредственно от Всевышнего. И так говорит святой Зогар: не только заповеди «храни» и «помни» были изречены в одном речении, но и «Я Господь» и «Да не будет у тебя» прозвучали одновременно, в одном речении. Почему же они прозвучали в одном речении? Чтобы сказать тебе: как получают награду за действие, так получают награду и за воздержание. Точно так же, как ты получаешь награду за повелевающую заповедь: «Я Господь, Б-г твой», ты получаешь награду и за запрет «Да не будет у тебя других богов перед лицом Моим», за то, что воздерживаешься от запрещенного. И хотя ты мог бы сказать: «Что же я такого сделал, ведь я был пассивен и ничего не совершил?» - тебе говорят: за это «ничего не делал» ты получишь награду так, будто совершил действие, как говорит Гемара о человеке, которому подвернулся случай согрешить, но он удержался.
И так говорит царь Давид в Тегилим (119): «Даже если они не творили беззакония, путями Его они шли». То есть даже если они просто не творили зла, лишь воздерживались от дурного, это уже считается тем, что они шли Его путями. Пусть человек и не совершил активного добра, сам факт того, что он не совершил беззакония, уже означает, что он шел путем Всевышнего. Поэтому Сам Святой, благословен Он, изрек это, дабы научить нас, что они равны и равноценны: тот, кто остерегается и не делает зла, и тот, кто творит добро, получают схожую награду. Моше не мог этого сказать, ибо человеческие уста не способны произнести, а ухо не способно воспринять два речения одновременно, в один миг; на это способен только Всевышний. Поэтому Он Сам изрек заповеди «Я Господь» и «Да не будет у тебя», чтобы преподать этот принцип: как доброе дело, так и воздержание от зла считаются исполнением заповеди, и за то и за другое полагается награда.
И это то, о чем говорит нам здесь Коэлет: «Лучше двое» - две первые заповеди, «Я Господь» и «Да не будет у тебя»; «чем один» - ибо они изошли из уст Единого, Святого, благословен Он; «ведь есть им добрая плата за их труд» - чтобы научить тебя, что есть добрая награда за твой труд как тогда, когда ты исполняешь заповедь, так и тогда, когда воздерживаешься от греха, и за то и за другое положена награда, поскольку они изошли от Единого. И об этом говорит царь Давид в Тегилим (62): «Одно изрек Б-г, дважды услышал я это» - в одном речении они были сказаны, и я услышал две заповеди: «Я Господь» и «Да не будет у тебя». А то, что эта сила подвластна лишь Всевышнему - «Воздайте силу Б-гу». И почему Всевышний так сделал? «Твоя, Господи, милость, ибо Ты воздаешь каждому человеку по его деяниям» - Ты платишь тому, кто воздерживается от греха, так же, как за деяние исполняющего заповедь. Он всего лишь воздержался, а Святой, благословен Он, засчитывает ему это так, будто он совершил действие во славу Творца, благословен Он.
Еще одно объяснение: Мидраш приводит, что все, чем народ Израиля пользуется и насыщается в этом мире, дается лишь в награду за веру. То есть все, что есть у человека здесь: здоровье, жизнь, пропитание, достаток, жена, дети, дом - знай, что все это дается в награду за веру, за то, что мы верим во Всевышнего.
Рабби ребе Эшель, автор книги «Ханукат а-Тора», отличавшийся краткими, но необычайно острыми и глубокими мыслями, к которым всегда стоит прислушаться со всем вниманием, говорит следующее. Казалось бы, нужно понять: почему Святой, благословен Он, не выплачивает человеку награду за заповеди здесь, в этом мире? Ведь на первый взгляд это противоречит тому, что Он Сам записал в Своей Торе: «Да не останется на ночь плата наемника у тебя до утра». Почему же Всевышний откладывает выплату нашей платы до Будущего мира?
Ответ таков: в Галахе есть правило, согласно которому тот, кто нанимает работника через посланца (шалиаха), не преступает запрет задержки платы («бал талин»). Если я сказал Реувену: «Пойди и найми для меня работника», и Реувен пошел и нанял, я не нарушаю запрет задержки платы, даже если не заплачу работнику целую неделю, поскольку наем был совершен через посредника. А Святой, благословен Он, дал нам Тору через Моше, и выходит, что Он нанял нас через посланца, а потому не преступает этот запрет, оставляя награду на Будущий мир. Однако все это верно лишь в отношении остальных восьми заповедей Десятисловия. Первые же две заповеди, «Я Господь» и «Да не будет у тебя», мы слышали непосредственно от Всевышнего, и Сам Святой, благословен Он, словно бы нанял нас лично на их исполнение, и потому Он словно бы обязан выплатить нам награду уже здесь, в этом мире. И это то, что говорят мудрецы: все, чем Израиль пользуется в этом мире, дается лишь в награду за веру - за заповеди «Я Господь» и «Да не будет у тебя».
И согласно этому, вот о чем сказано здесь: «Лучше двое» - две первые заповеди, которые мы услышали «от Единого», из уст Самого Всевышнего; «ведь есть им добрая плата за их труд» - благодаря им мы получаем добрую награду уже здесь, в этом мире, так как эти две заповеди были изречены Самим Всевышним, и они являются заповедями веры, а в награду за веру человек живет и благоденствует здесь, в этом мире. Поистине, слова мудреца исполнены благодати.
כִּי אִם יִפֹּלוּ הָאֶחָד יָקִים אֶת חֲבֵרוֹ וְאִילוֹ הָאֶחָד שֶׁיִּפּוֹל וְאֵין שֵׁנִי לַהֲקִימוֹ׃ (י) - Ибо если упадут, один поднимет своего товарища; но горе одинокому, который упадет, и нет второго, чтобы поднять его.
Таргум поясняет: если один из них сляжет в постель в тяжелой болезни, другой поднимет своего товарища своей молитвой. Таргум, как мы уже видели, говорит о двух праведниках поколения, чье великое достоинство в том, что они помогают друг другу. Если один тяжело заболел, другой молится за него. Но если это единственный праведник в своем поколении, то когда он сляжет в постель и заболеет, некому будет поднять его: нет у него товарища, который помолился бы о нем и благодаря чьей молитве он поднялся бы от болезни.
«Песикта Зутрата» приводит: «Ибо если упадут» - если один из них потерпит убыток в торговле, как мы видели выше, или сляжет от болезни, то, когда их двое, один поднимает своего товарища. И обратите внимание: «ве-ило а-эхад ше-иполь» («но горе одинокому, который упадет»). В древних рукописях слово «ве-ило» писалось не слитно, а раздельно: «ве-и ло», как в выражении «горе тебе, земля» («и лах эрец»), в значении «горе ему». И стих читается так: горе тому одинокому, который упадет, и нет второго, чтобы поднять его - беда упавшему, когда некому ему помочь. И то же самое относится к путникам в дороге: лучше двое, чем один.
Раши сначала приводит буквальный смысл стиха, а затем добавляет толкование, относящееся к изучению Мишны: когда двое учатся вместе в хавруте, если учение отяготело над одним из них, то есть он забыл выученное, товарищ напоминает ему и возвращает знание. «Ты разве не помнишь, мы разбирали вот так и вот так?» - «Верно, хорошо, что ты мне напомнил!» Или если он ошибся и не был точен в том, что слышал из уст своего учителя, приходит его товарищ и восстанавливает истину. Сегодня у нас есть книги, и мы не столь остро ощущаем эту трудность, но в их времена все училось наизусть, по устной традиции. И если один не помнил точно, что именно сказал тот или иной мудрец, товарищ напоминал ему; а если он передавал слова неточно и мог впасть в заблуждение, товарищ обращал внимание на точность формулировок и уберегал его от ошибки. И в этом смысл слов «горе ему» - горе тому, кому некому помочь и кто вынужден справляться со всем в одиночку.
«Имрей шефер» продолжает и объясняет, что и этот стих направлен против тех, кто выбирает одиночество. «Ибо если упадут, один поднимет другого» - когда человек сляжет от болезни, его жена самоотверженно сделает все, чтобы поднять его на ноги. Как часто мы видим это в жизни: кто по-настоящему помогает человеку, когда он болеет и стареет? Его жена. А кто помогает женщине? Ее муж. Дети, братья, родители, даже если они живы, принимают в этом лишь малое участие. Кому действительно не все равно, кто бегает по больницам, ухаживает за ним во время болезни и не отходит от его постели? Супруг или супруга, готовые пожертвовать собой, чтобы поднять друг друга от недуга. Ведь «любящие меня и друзья мои стоят поодаль от язвы моей» - они придут навестить, но останутся в стороне; а тот, кто по-настоящему рядом с ним, - это его жена, это ее муж.
Дубненский магид спрашивает: почему сказано «если упадут» во множественном числе? Ведь речь идет о принципе «лучше двоим», и следовало бы сказать: «если упадет один, другой поднимет его». Почему же получается, будто падают оба?
Он объясняет это на основе сказанного в книге Мишлей: «Душа нечестивца желает зла, не найдет милости в глазах его ближний его». Хотя злодей сам творит зло, когда он видит, как его товарищ совершает то же самое дурное дело, он питает к нему за это отвращение. И это удивительная вещь: видишь человека, который сам поступает нечестно, грабит, но, заметив другого, восклицает: «Посмотрите, какой он вор!» - а ты сам, что ты делал вчера или даже сегодня утром? Человек, будучи сам нечестивцем, крайне критичен к дурным поступкам другого.
И польза в этом состоит в том, что порой именно благодаря этому человек приходит к исправлению себя. Ведь своего порока он не замечает: «А что такого? Он так со мной поступил, разве я не должен был забрать у него? Ему все равно это не нужно, он и сам вчера такое выбросил» - у злодеев всегда найдутся оправдания. Но когда он видит, как другой поступает так же, он смотрит на происходящее со стороны, отстраняется от этого, а затем переводит взгляд и на собственные поступки: «Ты видел, как скверно это выглядит со стороны?» И тем самым он исправляет себя.
И именно об этом говорит здесь Шломо: «если упадут» - каждый из них падает в каком-то дурном качестве. Один грешит злоязычием, а другой посягает на чужое имущество. Двое людей, и у каждого есть свой недостаток и изъян. Один видит изъян своего товарища, отстраняется и остерегается поступать так же; а другой видит недостаток первого, отстраняется и тоже остерегается, и в итоге оба исправляются. Но «горе тому, кто один, когда упадет» - если одиночка попал в сети дурных качеств, кто исправит его? Кого он видит перед собой, чтобы научиться не поступать подобным образом? Когда их двое, я вижу твои дурные поступки, понимаю, насколько они уродливы, и отдаляюсь от них, а ты видишь мои поступки и отдаляешься от них, и оба мы исправляемся. Но когда я один на один со своими дурными делами - кого я видел со стороны, чтобы исправить свое поведение? Я не видел никого, у кого мог бы извлечь поучительный урок для себя.
Слова «лучше двоим, нежели одному» истолковываются на всех уровнях жизни: два праведника, ведущие поколение; два деловых партнера в торговле; двое, изучающие Тору в хавруте; муж и жена - и во всех этих союзах тройная нить (будь то учитель или Сам Святой, благословен Он) не дает связи оборваться. Сила двоих неизмеримо больше, чем просто «один плюс один», и потому ошибаются избирающие путь одиночества, которые осознают свою трагедию лишь в старости. Во внутреннем же смысле: две стихии в человеке, огонь и вода, хороши тогда, когда он обращает обе на служение Всевышнему - «ибо есть им добрая награда за их труд». А две заповеди, вышедшие «от Единого» - «Я [Г-сподь]» и «Да не будет у тебя [иных богов]», - учат нас, что награда полагается как за активное действие, так и за воздержание от запретного, и плодами этой веры мы питаемся уже в этом мире. И наконец, даже в падении заложено исправление: «Ибо если упадут, один поднимет другого» - один поднимает другого телесно, материально, своей молитвой и даже извлечением нравственного урока из падения своего ближнего.