Введение: две крайности тщеты
В четвертой главе книги Коэлет царь Шломо противопоставляет две крайности. На одном полюсе стоит глупец, который сидит сложа руки и ничего не делает, а на другом - человек, который трудится без конца, собирает и копит богатство, но ему не для кого это делать. В восьмом стихе мы подходим ко второй крайности, и этот стих объясняется Ришоним и в мидрашах множеством удивительных способов. Разберем их по порядку.
יֵשׁ אֶחָד וְאֵין שֵׁנִי גַּם בֵּן וָאָח אֵין לוֹ וְאֵין קֵץ לְכׇל עֲמָלוֹ גַּם עֵינוֹ לֹא תִשְׂבַּע עֹשֶׁר וּלְמִי אֲנִי עָמֵל וּמְחַסֵּר אֶת נַפְשִׁי מִטּוֹבָה גַּם זֶה הֶבֶל וְעִנְיַן רָע הוּא׃ - Бывает одинокий, и нет у него второго, нет у него ни сына, ни брата, и нет конца всем трудам его, и глаз его не насытится богатством: «Для кого же я тружусь и лишаю душу свою блага?» И это - тщета и дурное дело.
Мальбим: разум, одинокий и не имеющий товарища
Мальбим в книге «Эрец хемда» объясняет, что этот стих представляет собой притчу, а речь в нем идет о разуме. «Бывает одинокий, и нет у него второго» - разум единственен, и нет у него товарища. У вожделения и воображения есть много помощников: тело и его силы помогают воплощать в жизнь страсти и фантазии. Но у разума нет никаких помощников, он одинок и не имеет пары. «Нет у него ни сына, ни брата» - всякая близость сына и брата телесна, тогда как разум духовен, и к нему подобное родство вообще неприменимо; нет ничего в материальном мире, что было бы близко ему, и со стороны души такого родства не существует.
И отсюда разум вопрошает: «Для кого же я тружусь и лишаю душу свою блага?» Ради кого я прилагаю усилия и лишаю свою душу духовности и того блага, которое предназначено именно ей? Ради материальных удовольствий? Ради накопления имущества? Но ведь все это чуждо разуму, не является его «братом» и не близко ему. Зачем же ему заниматься всем этим? В чем истинная польза для разума? Заботиться о себе: постигать мудрость Торы и возвышенные истины - в этом его достоинство. Если же он станет искать себе товарищей среди вожделений и суеты этого мира, то увидит, что ничто из этого не дает разуму и душе ровным счетом ничего.
Песикта зутрата: богач, у которого нет наследника
Мидраш «Песикта зутрата» разъясняет простой смысл стиха: «Есть одно дурное дело, и нет другого подобного ему» - то есть существует беда, хуже которой нет. О чем идет речь? О богатом человеке, у которого есть все и ни в чем нет недостатка, но некому оставить наследство: нет ни сына, ни брата. «И нет конца всем трудам его» - он трудится без устали, и возникает вопрос: ради кого? Ведь у тебя нет ни брата, ни сына! Может быть, он хотя бы знает меру своим трудам? На это сказано: «И глаз его не насытится богатством» - он трудится без всяких границ и не дает цдаку из своего состояния. Он не готовит себе путь в Будущий мир по принципу «И пойдет пред тобою праведность твоя», а лишь желает все больше и больше богатства для себя.
И он не останавливается ни на миг, чтобы задуматься: «Для кого же я тружусь? Ведь в конце концов я оставлю все здесь, так ради кого эти усилия?» И тем самым он «лишает душу свою блага» - весь этот тяжкий труд оборачивается против него самого: он лишает свою душу блаженства Ган Эдена и обделяет ее сегодня, упуская исполнение заповедей. Ведь с помощью этих денег он мог бы принести пользу многим людям, способствовать изучению Торы и тем самым исполнить свое истинное предназначение. Но в итоге человек покидает этот мир, оставляя все позади, и нет у него ни сына, ни брата. Ради кого же ты старался? Для кого так тяжело трудился?
Ибн Эзра: срединный путь
Ибн Эзра предлагает несколько толкований слов «и нет второго»: у него нет друга, нет слуги или нет жены, которая была бы для него помощью под стать ему - и это объяснение кажется наиболее вероятным. «И нет конца всем трудам его» - он умножает богатство, но душа его не насыщается и не успокаивается от трудов; он непрестанно копит и не задумывается о том, кому оставит все это состояние. А что означает «и это - тщета», что добавляет слово «и»? Оно указывает на то, что первый глупец так же тщетен, как и второй: человек, который сидит сложа руки и ничего не делает, - тщета; и человек, отдающий все силы накопительству, не имея наследника, - тоже тщета.
В чем же тогда верный путь? Неужели все - тщета? Ибн Эзра объясняет: мудр тот, кто идет по срединному пути, подобно мольбе царя Давида: «Нищеты и богатства не давай мне». Владыка мира, пусть я не окажусь в крайностях: ни в бедности, ни в богатстве, но посередине.
Благословение быть вторым
Рассказывают об авторе «Сефер ха-Тоада», раби Элияу Ки-Тове, что он благословлял своих детей удостоиться быть в классе вторыми. Не первыми - именно вторыми. Почему? Ведь если ты первый, зачем тебе напрягаться? Ты и так выше всех, и некому бросить тебе вызов. Но когда ты второй, с одной стороны, ты на хорошем счету и опережаешь большинство, и это дает стимул, ведь ты чувствуешь свой успех; а с другой стороны, ты понимаешь, что еще не достиг вершины: есть еще кто-то впереди, кого нужно догнать, он подстегивает тебя, и ты прикладываешь больше усилий. Быть в самом низу - не путь, но и оказаться на самой вершине - тоже не лучший удел. «Нищеты и богатства не давай мне» - ни бедности, ни богатства, но среднее состояние, которое и есть самый верный путь.
Мидраш: Гвини бен Харсон
Мидраш приводит пример человека по имени Гвини бен Харсон. «И нет у него второго» - у него не было пары. «И сына, и брата нет у него» - он был единственным сыном у матери. «И нет конца всем его трудам» - трудился над тем, что оставил ему отец, который был баснословно богат и завещал ему все. «И глаз его не насытится богатством» - почему же не сказано «глаза его»? Мидраш объясняет: потому что Гвини был слеп на один глаз, и даже тот единственный глаз, что у него остался, не насыщался богатством. И не задумывался он: «А для кого же я тружусь и лишаю свою душу блага?» Говорит мидраш: в тот час, когда умер Гвини, родился Валтасар (Бельшацар) и унаследовал все его состояние. Пришел Бельшацар и забрал себе все его богатство дочиста. Что же дало тебе все это богатство? Вот о чем говорит нам здесь Шломо: человек хлопочет и надрывается ради суеты и пустоты.
Мидраш: стих о дурном побуждении
Кроме того, мидраш толкует весь этот стих применительно к дурному побуждению (йецер а-ра). «Есть одинокий» - это тот, кто вводит людей в заблуждение, как сказано: «И все разом они глупы и безумны», ведь дурное побуждение делает человека невежественным и глупым. «И нет у него второго» - нет у него сообщника в грехе. «И сына, и брата нет у него» - нет никого ниже его и нет равного ему. Более того, дурное побуждение приводит к тому, что у самого человека не остается ни сына, ни брата, ни друга: оно склоняет его ко греху, и из-за этого он не женится и не рожает детей, а все друзья бегут от него - люди не хотят находиться рядом с ним.
«И нет конца всем его трудам» - нет конца грехам, к которым склоняет йецер а-ра. «И глаз его не насытится богатством» - сколько бы грехов ни совершили, он все не успокаивается. И как говорит Гемара: он поднимается и подстрекает, спускается и обвиняет, а в конце концов он же свидетельствует против человека на Небесах, он же забирает его душу и ведет его в геенну. Йецер а-ра выполняет работу от начала до конца и не успокоится, пока не довершит все. Он никогда не чувствует, что его трудам настал предел, он постоянно работает без устали. «И для кого же я тружусь и лишаю свою душу блага?» - если нет праведников, подчиняющих дурное побуждение доброму, ради кого он трудится? И для чего тогда Всевышний сотворил Свой мир - ведь и это суета и крушение духа, если все пойдут на поводу у своих страстей.
Раши: человек, который делает все в одиночку
Раши объясняет: «Есть одинокий, и нет у него второго» - есть человек, который все свои дела вершит в одиночку. «И сына, и брата нет у него» - если он мудрец Торы (талмид хахам), он не приобретает себе ученика, который подобен сыну, а ведь сказано: «От учеников своих я научился больше всех». И не приобретает себе товарища, как говорит тана в трактате Авот: «Сделай себе рава и приобрети себе товарища», - чтобы была у тебя хотя бы хаврута для совместной учебы, ведь это подобно ножу, оттачивающему другой нож. Если же он холост, то не берет жену, которая была бы ему словно брат и помощница, чтобы родить сына. А если он купец, то не находит себе компаньонов, а отправляется в путь один, вместо того чтобы объединить усилия с другими торговцами.
К слову, некоторые задаются вопросом: почему сказано «сделай себе рава и приобрети себе товарища», но не сказано «сделай себе ученика»? Одни говорят, что ученик учится у того, к кому лежит его сердце, и ты не можешь устроить это по своему желанию - так объясняет Маараль: человеку не подобает бегать за людьми и говорить: «Приходите учиться у меня». Но «Тосафот Йом-Тов» поясняет просто: несколькими мишнайот ранее уже было сказано: «И воспитайте много учеников», и это и есть «сделай себе ученика». А есть мнение, что само выражение «сделай себе рава» означает: сделай себя наставником - обучай других, и тогда у тебя появятся ученики, благодаря которым ты сможешь глубже постигать Тору.
«И нет конца всем его трудам» - все эти пути обособленности неверны. Если это знаток Торы, он изнуряет себя повторением текстов; а будь рядом с ним еще один человек, он помог бы ему понять все глубже и точнее, и они прояснили бы суть вместе. А если это купец, он надрывается в торговых делах, тогда как с компаньоном ему было бы намного легче. «И глаз его не насытится богатством» - тот, кто учит Тору в одиночку, не насытится вкусом тайн и смыслов Торы.
И почему? Потому что очень многое из смыслов Торы человек перенимает от других и многому учится у своих учеников. Именно из вопросов учеников проясняется тема урока: магид шиур приходит с определенным ходом рассуждений по теме (сугье), и вдруг ученик спрашивает: «Постойте, но как же так? Это ведь противоречит сказанному в другом месте!» И тогда мудрецу приходится провести различие (хилук) и объяснить: в такой ситуации закон таков, а в ситуации, описанной там, закон иной. И как он пришел к этому разграничению? Исключительно благодаря вопросу ученика. Так все становится ясным, и человек насыщается глубиной смыслов Торы и насыщается богатством - богатством духовным. Но у того, кто учится в одиночку, глаз никогда не насытится богатством.
А если говорить о деньгах: он вечно гонится за богатством и потому не желает никого видеть рядом с собой. Но ведь когда человек ведет дела с партнерами, он преуспевает! Желание же действовать исключительно в одиночку проистекает из слепого корыстолюбия, и в итоге такой человек лишь проигрывает, ведь с партнерами капитал приумножается, появляются новые связи и большой рынок. «И для кого же я тружусь?» - поскольку он не взращивает учеников и не женится, чтобы родить детей, оказывается, что все его труды бесплодны.
Удивительный мидраш: «Есть один» - это Святой, благословен Он
Есть мидраш, который выглядит крайне загадочным. Мидраш говорит: «Есть один» - это Святой, благословен Он, как сказано: «Слушай, Израиль: Господь - один». «И нет у Него второго» - нет у Него сотоварища в Его мире. «Также нет у Него ни сына, ни брата» - это Израиль, названный сыновьями, как сказано: «Сыновья вы Г-споду, Б-гу вашему», и названный братьями, как сказано: «Ради братьев моих и ближних моих». Но мидраш как будто противоречит сам себе прямо на месте: только что было сказано, что нет у Него сына и брата, и тут же утверждается, что это Израиль, который и есть сыновья, - значит, все-таки есть!
Некоторые объясняют это просто: слова «эйн ло» (нет у него) толкуются как «айен алав» (вглядись в него) - подобно тому, как в Гемаре слово «эйн» иногда прочитывается как «айен»: то есть если вглядеться, то откроется, что они у Него есть.
Однако в книге раби Шломо Альгази «Шема Шломо» приводится поразительное объяснение. По его словам, смысл стиха таков: «Есть один, и нет у него второго» - это Святой, благословен Он, Которому нет равных; «также у сына и брата» - то есть у Его сына и брата, у народа Израиля, «нет ему» - нет им подобных, нет второго. Иными словами: Святой, благословен Он, един, и нет Ему второго, но точно так же и у Его сыновей и братьев - «Сыновья вы Г-споду, Б-гу вашему», «Ради братьев моих и ближних моих» - нет второго! В этом и заключается смысл слов Гемары: «Вы сделали Меня единым уделом в мире, провозгласив Мое единство, и Я сделаю вас единым уделом - нет у Меня другого народа, подобного вам; как нет второго Мне, так нет второго и вам». В свете этого мидраш раскрывается удивительным образом: «это Израиль, названный сыновьями» - сыновьями Всевышнего, у которых также нет равных на земле.
«И нет конца всем трудам его» - всему, что сотворил Святой, благословен Он, за шесть дней Творения. «И для кого же я тружусь и лишаю свою душу блага?» - говорит как бы Всевышний: если праведники не совершают передо Мной заповедей и добрых дел, ради чего стоило создавать весь этот мир? Если человек не признает добра, содеянного с ним Творцом, и не служит Ему, разве это не суета: Всевышний словно бы трудился и прилагал столько сил, а люди растрачивают все это на тщету и погоню за ветром вместо служения Творцу?
Мидраш: «Один был Авраам»
Мидраш относит этот стих и к другим образам. Одно из толкований - об Аврааме-авину: «Один» - это Авраам, ведь сказано: «Один был Авраам». «И нет у него второго» - не было у него единомышленника и сподвижника. «Также нет у него ни сына, ни брата» - в тот час, когда он сошел в огненную печь, он был совершенно один. «И нет конца всем трудам его» - в исполнении заповедей и добрых делах. «И для кого же я тружусь и лишаю свою душу блага?» - ради того, чтобы держаться Его путей! И каждому, кто не следует путями Авраама-авину, Писание говорит: «И это суета». Ведь цель сотворения мира - чтобы человек следовал путями праотцев, а цель сотворения человека - прилепиться ко Всевышнему, и праотцы служат в этом высшим образцом.
Мидраш: колено Леви
Кроме того, мидраш связывает этот стих с коленом Леви. «Также нет у него ни сына, ни брата» - когда Моше сказал им: «Пройдите туда и обратно от ворот к воротам... и убивайте каждый брата своего», как сказано: «Тот, кто говорит об отце своем и матери своей: "не видел их", и братьев своих не признает...». У него нет ни сына, ни брата, он ни на кого не оглядывается, ведь в тот момент для него существует лишь честь Небес. «И нет конца всем трудам его» - в служении в Мишкане. «И глаз его не насытится богатством» - это жертвоприношения. «И для кого же я тружусь?» - чтобы прилепиться к путям Творца! А всякому, кто не поступает подобно им, Писание говорит: «И это суета и тягостная забота». Человек должен всецело посвятить себя служению Творцу, подобно колену Леви.
Мидраш: чего лишается тот, кто идет на грех
Еще говорит мидраш: «Есть один, и нет у него второго» - это дурное влечение (йецер а-ра), у которого нет равных в подталкивании ко злу. «Также нет у него ни сына, ни брата» - в тот миг, когда человек идет совершить грех, упаси Б-г, он забывает, что у него есть сын, способный погибнуть за его грехи. Он ведет себя так, словно «нет у него сына и брата» - будто из-за этого греха он не лишится потомства. Ведь известно из мидраша: потребовал Святой, благословен Он: «Приведите Мне поручителей». Сказали Ему: «Кого нам привести, нет у нас поручителей». Сказал Он: «Ваши дети будут поручителями» - а по другой версии, сам Израиль сказал: «Наши дети будут поручителями за нас». И супруги он лишается, как сказано: «Зачем же брать постель твою из-под тебя?». А по поводу «брата» мидраш объясняет: человек не думает о том, что у него есть брат, которому станет стыдно и горько из-за него. Когда человек оступается, зачастую это позор для всей семьи: один ребенок, сошедший с праведного пути, навлекает дурную славу на всех родных - при поступлении в учебные заведения, в шидухах и всюду, где бы ни появился отец. Это тяжелейшее переживание. «И нет конца всем трудам его» - в дурных делах; «и глаз его не насытится богатством» - он лишь множит грехи всю свою жизнь.
«Имрей шефер»: «назореи суеты» в нашем поколении
«Имрей шефер» истолковывает этот стих в очень интересном ключе, напрямую связанном с нашей сегодняшней реальностью. Казалось бы, удивительно предполагать, что во времена Шломо существовала подобная действительность, но ведь известно, что слова Шломо обращены к каждому поколению и к каждой эпохе в соответствии с их реалиями. «И обратился я» - говорит Шломо: я смотрю на противоположную крайность. Одной крайностью был глупец, сложивший руки, а теперь я смотрю на другую крайность и вижу суету под солнцем, которая еще хуже первой.
И вот его слова: появилась в нашем поколении секта «назореев суеты». В отличие от назорея, который дает обет в святости, чтобы приблизиться ко Всевышнему, эти принимают такое отшельничество из суетных соображений, говоря: зачем нам возлагать на свою шею ярмо жены и детей, когда во всех наших делах жена станет помехой? Разве не лучше нам оставаться в одиночестве, и делать все, что пожелает душа, без помех и препятствий? И так сидят они одинокими долгие годы и творят всякие дурные мерзости, избави нас Всевышний.
Именно такие рассуждения слышны сегодня: зачем жениться? Куда лучше оставаться холостяком, ты свободен, можешь делать все, что захочешь, и наслаждаться жизнью. А как же дети? Кому нужны дети? «Дети - это радость» - да, после одиннадцати вечера, когда они уже спят; а пока они крутятся под ногами, никакой радости. Не хочу детей, ради чего? Чтобы они использовали меня как банкомат и тратили мои деньги? Чтобы постоянно что-то требовали? А потом еще нужно искать няню, развозить по кружкам, получать записки из школы и бегать в поликлинику. Избавьте меня от всей этой головной боли! А поскольку дома у него нет жены, у него нет никаких внутренних тормозов, и он способен опуститься до любой мерзости.
И все же, говорит «Имрей шефер», нет предела их страсти к наживе, и бремя погони за ветром ничуть с них не снимается. Эти люди всю жизнь проводят в трудах - и ради чего? Есть люди-«трудоголики». У них нет времени на жену, нет времени на детей, нет времени ни на что, потому что сейчас они работают над проектом. А когда этот проект закончится - когда тебе стукнет восемьдесят? А что будет с тобой, построишь ли дом, семью, заведешь ли детей? Нет, ему это не нужно.
По отношению к ним царь Шломо говорит: «Есть одинокий, и нет у него второго» - человек, который живет один и не берет жену. У всего живого есть пара, все были сотворены самцом и самкой, и животные, и люди, а он выбрал оставаться в одиночестве. И потому «нет у него ни сына, ни брата» - брат означает родственников, да и сыновья называются братьями, как Яаков говорит своим братьям: «собирайте камни», а его братья - это его сыновья. Кроме того, «братом» называют того, кто оказывается «братом в беде», того, кто поддержит в час невзгод. Но человек, живущий в одиночестве, - если постигнет его беда, кто придет ему на помощь?
И нередко приходится видеть подобные картины. Слышишь об одиноком человеке: что случилось? Тебе рассказывают: упал у себя дома, никого рядом не было, пролежал там, и лишь когда соседи почувствовали неладное по запаху, поняли, что стряслась беда. Сколько таких историй! Почему некому помочь? Потому что нет у него ни сына, ни брата; человек не женился и не построил семью.
И здесь важно подчеркнуть: бывает, что человек остается один в силу обстоятельств, а не по своей воле - он хотел, пытался, старался, и не о таких людях говорит Шломо. Шломо говорит о тех, кто по собственной воле, из чистейшего эгоизма решил: не хочу жену и не хочу никому отдавать ничего своего. Если появится жена - придется отдавать ей; если родится ребенок - придется отдавать ему; а он не желает делиться ничем из того, что имеет. Это вершина эгоизма. И если постигнет его беда - рядом нет близких, нет брата, друга или сына, кто помог бы и поддержал его, некому позаботиться о нем в старости.
«И нет конца всем трудам его, и глаз его не насытится богатством» - у него, говорит «Имрей шефер», качества нечестивого Билама: дурной глаз и ненасытная душа, и чем больше растет его богатство, тем сильнее он жаждет чужого имущества. И он даже не задумывается: «А для кого же я тружусь и лишаю свою душу блага?» Спроси любого человека, ради чего он напрягается, и он ответит: нужно содержать жену и детей. Но ты - ради чего надрываешься ты, ведь у тебя уже всего вдоволь? Выходит, он сам лишает свою душу блага, и потому «и это суета и дурное занятие». Это противоположная крайность, полная противоположность глупцу, сложившему руки: еще хуже него тот, кто всю жизнь хлопочет и трудится только ради самого себя, не желая, чтобы хоть кто-то порадовался тому, что у него есть.
Подведем итог:
Один стих - «Есть одинокий, и нет у него второго» - толкуется во множестве аспектов: Мальбим видит в нем разум, который одинок, не имеет пары и не находит никакой пользы в делах тела, а лишь в постижении Торы и умопостигаемых истин. Песикта и Мидраш рисуют образ богача, который копит без конца, не имея наследника, подобно Гвини бен Харсону, все богатство которого досталось Бальшацару. Ибн Эзра учит, что путь мудреца - это золотая середина: «Ни нищеты, ни богатства не давай мне». Раши указывает на ущерб того, кто делает все в одиночку - в Торе, в семье и в торговле, ведь именно благодаря ученикам и хевруте проясняются вещи, и человек насыщается вкусом Торы. Мидраш толкует этот стих о дурном побуждении, которое не успокоится, пока не погубит человека; о Всевышнем, Которому нет равных, как нет равных и Его сыновьям - народу Израиля; об Аврааме, который стоял в одиночку перед огненной печью; и о колене Леви, посвятившем себя славе Небес. А «Имрей шефер» обращает эти слова к «назореям суеты», выбирающим одиночество из эгоизма. Вывод один: человек, который не отдает от своего, не растит следующие поколения и не трудится ради духовной цели, - все его труды суета и злое дело; тогда как труд ради Торы, заповедей и следования путями отцов - только он наполняет смыслом все человеческие усилия.