В добрый час мы дошли до последней главы Ликутей Амарим, первой части Тании, до главы 53, и до её заключительного отрывка. Остановились мы на листе 74, сторона 2 (страница 148), на последней строке, которая начинается словами וזהו שאמר הינוקא.
В 35-й главе Алтер Ребе привёл слова Йенуки (ребёнка из Зоара): чтобы зажечь свечу, одного фитиля мало, нужно добавить масло, и именно масло то, без чего огонь гореть не будет. Таков и нимшаль: свет святости, Шхина, покоится на теле еврея, и тело его подобно фитилю. И как фитиль сам по себе не горит чистым, ясным светом без масла, так и здесь нужно «масло», чтобы Шхина почила на душе еврея, на его нефеш и на его теле. А Йенука говорит, что масло это добрые дела: именно заповеди, которые еврей исполняет, заставляют огонь гореть и приводят к тому, что Шхина покоится на нём.
В 35-й главе Алтер Ребе подробно объяснил, и мы это разбирали широко, в чём особое достоинство заповедей и добрых дел. Но одна деталь осталась требующей объяснения:
Почему Йенука сравнивает добрые дела именно с маслом?
Масло, как правило, и в Зоаре, и в Каббале, и даже в Гемаре, намекает на хохму, на мудрость, а вовсе не на действие. По этой логике нимшалем масла должно было бы быть изучение Торы. А Йенука говорит, что масло это добрые дела, что именно поступки подобны маслу. Ради объяснения этой точки Алтер Ребе и открыл 51-ю главу словами «для дополнительного объяснения слов Йенуки», и вот теперь, в завершении главы, дело разъясняется до конца.
«וזהו שאמר הינוקא דנהורא עילאה דאדליק על רישיה אצטריך למשחא», то есть: высший свет, горящий над головой еврея, Шхина, пребывающая над каждым евреем, «нуждается в масле». Об этом и был вопрос: почему сравнение именно с маслом? Поэтому Алтер Ребе сначала объясняет, что это за «масло»: «פירוש להתלבש בחכמה הנקראת שמן משחת קודש כמו שכתוב בזהר», то есть Шхина должна облечься в хохму, и когда она облекается в хохму, хохма называется «маслом помазания святым». И как масло даёт огню за что ухватиться, так хохма вызывает пребывание Шхины.
Это связано со всем, что мы учили в последних главах. Мы подробно разбирали, что такое Шхина и что такое её пребывание: Шхина это малхут мира Ацилут. И где она пребывает? В каждом мире она покоится в «мохин» этого мира, в его «святая святых», в хохме каждого мира. Так и в нашем материальном мире: в Храме, и в Первом, и во Втором, именно Святая Святых была местом пребывания Шхины, и это аспект мохин. И даже о времени изгнания мы упоминали замену: «с тех пор как разрушен Храм, нет у Всевышнего в Его мире ничего, кроме четырёх локтей Галахи». Галаха это учение, а учение это мохин, и там находится Шхина.
Итак, понятно, что Шхина пребывает в месте мохин и хохмы, и потому она уподоблена маслу. Но Йенука сказал не «через изучение Торы», а «через добрые дела». А дела это не хохма, это заповеди, и, казалось бы, концы с концами не сходятся. На это Алтер Ребе продолжает: «ואינון עובדין טבין», те самые добрые дела, о которых говорил Йенука, «הן תרי"ג מצות הנמשכות מחכמתו יתברך», это 613 заповедей, проистекающих из Его мудрости. А поскольку 613 заповедей проистекают из хохмы, которая является их источником, то и их самих можно назвать маслом, ведь они приходят из масла. Поэтому Йенука и сравнивает их с маслом.
Но, казалось бы, если всё достоинство заповедей в том, что они проистекают из хохмы и из Торы, то лучше держаться самой хохмы, которая уж точно является маслом: пусть еврей учит Тору, и Тора вызовет пребывание Шхины. Зачем нужны именно заповеди, которые лишь следствие?
На это Алтер Ребе отвечает: «כדי לאחוז אור השכינה בפתילה היא נפש החיונית שבגוף הנקראת פתילה», то есть: чтобы свет Шхины ухватился за фитиль, а фитиль это жизненная душа в теле. Как в машале огонь хватается за фитиль, так и в нимшале: чтобы Шхина почила на теле и на нефеш а-бахамит, животной душе, нужно обратиться к ней на её языке, на языке действия, языке мира Асия, а это и есть заповеди. Тот, кто только учит Тору, тоже притягивает Шхину, ведь, как сказано в Пиркей Авот, даже если один сидит и занимается Торой, Шхина с ним. Но это пребывание на нешаме, на нефеш элокит, на Б-жественной душе. А чтобы Шхина почила на теле, на «фитиле», недостаточно ни хохмы, ни Торы, нужны именно заповеди.
Что же значит «через фитиль»? Исполнение заповеди даётся непросто: оно связано с борьбой и с самопожертвованием. А кто жертвует? Не Б-жественная душа, ей как раз хорошо при исполнении заповеди. Жертвует нефеш а-бахамит, и именно эта жертва вызывает пребывание Шхины. И вот язык Алтер Ребе: «על דרך משל כי כמו שבנר גשמי האור מאיר על ידי כליון ושריפת הפתילה הנהפכת לאש», то есть: подобно тому как в материальной свече свет светит благодаря исчезновению и сгоранию фитиля, превращающегося в огонь. Если фитиль кончится и больше нечему будет сгорать, огонь исчезнет в то же мгновение, и чтобы огонь продолжал держаться, должно продолжаться исчезновение фитиля. Так и в нимшале: исчезновение животности, борьба и самопожертвование в исполнении заповедей и есть то, что приводит Шхину на тело еврея.
Здесь нужно одно уточнение. Из сказанного можно было бы подумать, что заповеди даны ради нефеш а-бахамит, а Тора ради Б-жественной души: тот, кто учит Тору, приводит Шхину на свою нефеш элокит, а тот, кто исполняет заповеди, приводит Шхину на свою животную душу. На это Алтер Ребе тут же говорит, что это не так: и пребывание Шхины на Б-жественной душе зависит от исчезновения нефеш а-бахамит, и без него даже Б-жественная душа этого пребывания не получит. Как и в материальном машале: если не будет сгорания фитиля, то потеряет не только фитиль, который не будет гореть, но и самого огня здесь попросту не будет.
И вот его слова: «כך אור השכינה שורה על נפש האלקית על ידי כליון נפש הבהמית», то есть: так и свет Шхины пребывает на Б-жественной душе через исчезновение души животной. Когда есть исчезновение нефеш а-бахамит, пребывание Шхины получает не только она, но и нефеш элокит.
Что такое исчезновение нефеш а-бахамит? Речь о том, чтобы сдерживаться от вожделений и умертвить в ней животность: перевести все её свойства, её мидот и её способности думать, говорить и делать на сторону святости. Это и есть биттуль животной души, то есть превращение её из тьмы в свет, как сказано: «והתהפכותה מחשוכא לנהורא וממרירו למתקא», превращение её из тьмы в свет и из горького в сладкое.
И каков объём этого исчезновения? В начале Тании мы учили, что душа это разум и мидот (глава 3) и что есть у неё ещё и одеяния: мысль, речь и действие (глава 4). Соответственно есть две ступени:
«בצדיקים», у праведников: превращение полное. Переворачиваются к добру не только одеяния, но и сама суть животной души. У полного цадика нет никакого ощущения зла и никакого влечения ко злу, и мидот его обратились к добру; и уж тем более его мысль, речь и действие совершенно безупречны.
У бейноним: «או לכל הפחות על ידי כליון לבושיה שהם מחשבה דבור ומעשה והתהפכותם מחשך הקליפות לאור ה' אין סוף ברוך הוא המלובש ומיוחד במחשבה דבור ומעשה של תרי"ג מצות התורה בבינונים», то есть по меньшей мере через исчезновение её одеяний, мысли, речи и действия, и превращение их из тьмы клипот в свет Эйн Соф, облечённый и единый с мыслью, речью и действием 613 заповедей Торы. Бейнони не в силах перевернуть свою внутреннюю суть, у него по-прежнему есть влечение ко злу, но свои одеяния, мысль, речь и действие, он обращает к добру.
И с того мгновения, как еврей обращает свою животность к добру, он возобновляет сгорание фитиля и тем самым притягивает Шхину. А что служит горючим? Масло, то есть добрые дела. Одного лишь сгорания фитиля недостаточно, нужно масло, питающее огонь, и потому добрые дела нужны постоянно, в каждое время, чтобы удержать свет Шхины. Если бы было только изучение Торы, это было бы горючим лишь для нешамы; а чтобы горючее было и для телесности еврея, и даны добрые дела. Вот почему Йенука уподобил добрые дела маслу: хотя масло это хохма и Тора, но из хохмы проистекают заповеди, и обоими вместе еврей низводит Шхину вниз, так что она покоится над его головой.
Мы увидели, насколько важно это «исчезновение»: как в свече без сгорания фитиля нет огня, и даже если найдётся горючее, без сгорания фитиля свеча не загорится, так и в человеке: Тора без исчезновения нефеш а-бахамит не приводит к пребыванию Шхины. В материальном мы видим это своими глазами при зажигании свечи. Но какова причина этого и почему Всевышний установил, что именно исчезновение притягивает Шхину?
Этим Алтер Ребе и завершает: «כי על ידי התהפכות נפש הבהמית הבאה מקליפת נוגה מחשוכא לנהורא וכו'», то есть: ибо через превращение животной души, происходящей из клипат нога, из тьмы в свет. Когда человек обращает свою животность из тьмы в свет, то есть производит сгорание фитиля: сдерживается и борется во всём запрещённом, в аспекте «сур ме-ра», уклонись от зла, исполняя запрещающие заповеди, и исполняет всё, что обязан, 248 предписывающих заповедей, тогда «נעשה בחינת העלאת מ"ן», совершается аспект поднятия «мем-нун».
Мем-нун это аббревиатура слов «маим нуквин», женские воды, как мы уже много раз учили в Тании. Известно, что Всевышний и Израиль уподоблены мужу и жене: Всевышний в аспекте мужа, а Израиль в аспекте жены. И установил Всевышний правило: чтобы низвести изобилие сверху, нужно, чтобы снизу был тот, кто пробудит это низведение. И когда еврей пробуждает, он низводит. Чем же он пробуждает? Сгоранием фитиля нижнего: исполнением заповедей, когда его мысль, речь и действие сгорают и соединяются с Б-жественным светом, «להמשיך אור השכינה היא בחינת גילוי אור אין סוף ברוך הוא על נפשו האלהית שבמוחין שבראשו», чтобы низвести свет Шхины, то есть раскрытие света Эйн Соф, на свою Б-жественную душу, пребывающую в мохин в его голове.
Невозможно низвести сверху без «исчезновения» снизу, и потому даже в материальном огонь не держится без сгорания фитиля: потому что так устроено в духовном. Как сказано: «откройте Мне с игольное ушко, и Я открою вам как врата зала». И хотя наверху уже готовы «врата зала», они не откроются, пока человек не откроет снизу своё малое «игольное ушко». Это и есть поднятие мем-нун: подъём снизу, вслед за которым приходит низведение сверху.
«ובזה יובן היטב מה שכתוב כי ה' אלהיך אש אוכלה הוא», и этим хорошо понимается написанное: «ибо Г-сподь, Б-г твой, огонь пожирающий Он». А что именно «хорошо понимается»? В этом стихе два уточнения:
«אלוקיך», Б-г твой: не сказано «Г-сподь Б-г», а именно «Б-г твой», то есть: если хочешь, чтобы это было твоим, чтобы низводилось к тебе.
«אש אוכלה», огонь пожирающий: не сказано просто «огонь», а «огонь пожирающий», огонь, который производит исчезновение, огонь, который нечто поглощает. Когда будет сгорание фитиля, исчезновение нефеш а-бахамит, тогда будет «Г-сподь, Б-г твой»: низведение станет твоим и придёт к тебе сверху.
«וכמו שיתבאר במקום אחר», «как будет объяснено в другом месте». Алтер Ребе отмечает, что в другом месте, в одном из маамаров в Ликутей Тора, он разбирает это гораздо подробнее.
Подведём итог. В этой части мы завершили 53-ю главу. Мы объяснили, почему Йенука уподобил добрые дела маслу: потому что 613 заповедей проистекают из Его мудрости, называемой «масло помазания святым». Мы увидели, что одна лишь Тора низводит Шхину на Б-жественную душу, а чтобы удержать свет Шхины в «фитиле», в жизненной душе, что в теле, нужны именно добрые дела, причём постоянно, ибо они и есть горючее. Мы выяснили, что пребывание Шхины, даже на нефеш элокит, зависит от исчезновения нефеш а-бахамит, от превращения её из тьмы в свет и из горького в сладкое: у праведников также в самой её сути и в её мидот, а у бейноним по меньшей мере в её одеяниях, в мысли, речи и действии. А причина этому в том, что всякое низведение сверху требует поднятия мем-нун снизу, и в этом точность слов «ибо Г-сподь, Б-г твой, огонь пожирающий Он».
«נשלם חלק ראשון בעזרת השם יתברך ויתעלה», «завершена первая часть с помощью Всевышнего, да будет Он благословен и превознесён». Это конец 53-й главы и конец части Ликутей Амарим. Стоит обратить внимание: Тания начинается с буквы «тав», а основная её часть заканчивается буквой «алеф». Человек, ещё не удостоившийся учить Танию, может думать, что он уже дошёл до «тав», что он совершенен и всё знает; и только пройдя эти 53 главы, он понимает, что пришёл к «алеф», что лишь теперь он начинает работу и что на деле он ещё и не начинал. И с Б-жьей помощью он дойдёт до алеф.