Вступление: глава о раскаянии и избавлении
Глава 7 в книге Шмуэль А это глава перелома. Ковчег, который навлёк тяжёлые удары на плиштим и сам собой вернулся в Бейт Шемеш, обретает покой в Кирьят Йеарим, а народ Израиля, увидевший эти великие чудеса, пробуждается к раскаянию. Шмуэль использует это пробуждение, собирает народ в Мицпе, и оттуда приходит полное избавление: плиштиме покоряются, города возвращаются, а Шмуэль судит Израиль все дни своей жизни. Пойдём по порядку стихов.
Ковчег в доме Авинадава на холме
וַיָּבֹאוּ אַנְשֵׁי קִרְיַת יְעָרִים וַיַּעֲלוּ אֶת־אֲרוֹן יְהוָה וַיָּבִאוּ אֹתוֹ אֶל־בֵּית אֲבִינָדָב בַּגִּבְעָה וְאֶת־אֶלְעָזָר בְּנוֹ קִדְּשׁוּ לִשְׁמֹר אֶת־אֲרוֹן יְהוָה׃ - И пришли жители Кирьят Йеарим, и подняли ковчег Всевышнего, и внесли его в дом Авинадава на холме, а Элазара, его сына, посвятили охранять ковчег Всевышнего.
На первый взгляд достаточно было сказать "в дом Авинадава", зачем же Писанию понадобилось уточнять место? Мудрецы говорят, что было два человека по имени Авинадав, и потому нужно было пояснить, что речь об Авинадаве, жившем на холме. Мальбим добавляет ещё одну возможность: может быть, у самого этого Авинадава было два дома, и Писание уточняет, что ковчег был внесён именно в его дом, который на холме.
"А Элазара, его сына, посвятили" - как посвящают человека охранять ковчег? Смысл слова "посвятить" (лекадеш) это предназначить и выделить. Когда человек говорит женщине "вот ты посвящена мне", он имеет в виду, что она предназначена и выделена только для него и ни для кого другого. И так же "да не будет блудницы" - развратная женщина называется "кдеша", потому что она отделена и предназначена для дела греха. Итак, есть посвящение путём чистоты и есть выделение путём нечистоты. Здесь имеется в виду путь чистоты: выделили Элазара, чтобы он вовсе не занимался иными делами, а только ковчегом и его почитанием.
Двадцать лет ковчега и влечение сердца
וַיְהִי מִיּוֹם שֶׁבֶת הָאָרוֹן בְּקִרְיַת יְעָרִים וַיִּרְבּוּ הַיָּמִים וַיִּהְיוּ עֶשְׂרִים שָׁנָה וַיִּנָּהוּ כָּל־בֵּית יִשְׂרָאֵל אַחֲרֵי יְהוָה׃ - И было со дня пребывания ковчега в Кирьят Йеарим, и умножились дни, и стало двадцать лет, и потянулся весь дом Израиля за Всевышним.
Всего ковчег пробыл в Кирьят Йеарим двадцать лет: одиннадцать лет в дни Шмуэля, два года при Шауле, и семь лет, что Давид царствовал в Хевроне, пока он не воцарился в Иерусалиме и не перенёс ковчег к себе. И несмотря на все эти смены власти, ковчег не сдвигался со своего места.
"Ваинаху" - от слова "нохим", то есть тянущиеся, влекомые. Кто может остаться безразличным перед лицом таких чудес? Тяжёлые удары, которыми были поражены плиштиме из-за ковчега, и то, как ковчег сам собой вернулся в Бейт Шемеш - когда народ Израиля видит нечто столь великое и грозное, сердца влекутся за Всевышним и начинают возвращаться к раскаянию.
Призыв Шмуэля: раскаяние в сердце и в деле
וַיֹּאמֶר שְׁמוּאֵל אֶל־כָּל־בֵּית יִשְׂרָאֵל לֵאמֹר אִם־בְּכָל־לְבַבְכֶם אַתֶּם שָׁבִים אֶל־יְהוָה הָסִירוּ אֶת־אֱלֹהֵי הַנֵּכָר מִתּוֹכְכֶם וְהָעַשְׁתָּרוֹת וְהָכִינוּ לְבַבְכֶם אֶל־יְהוָה וְעִבְדֻהוּ לְבַדּוֹ וְיַצֵּל אֶתְכֶם מִיַּד פְּלִשְׁתִּים׃ - И сказал Шмуэль всему дому Израиля так: если всем сердцем вашим вы возвращаетесь ко Всевышнему, удалите чужих богов из вашей среды и Аштарот, и направьте сердца ваши ко Всевышнему, и служите Ему одному, и Он спасёт вас от руки плиштим.
Шмуэль использует пробуждение, которое произошло в народе. "Если всем сердцем вашим" - то есть полное покаяние, тшува от всего сердца. А тшува от всего сердца означает, что человек полностью раскаивается в своих поступках. Рабейну Йона говорит: насколько велико раскаяние, настолько велика и очистка, и очищение. Насколько очистится человек своей тшувой? В соответствии с той болью и тем сожалением, которые были у него из-за совершённого им греха.
Шмуэль требует два компонента: тшуву в мыслях и тшуву в действии. "Уберите чужих богов из среды вашей" - это тшува в сердце, за дурные мысли и за стремление к злу. "И Аштарот" - это оставление греха на деле. Аштарот - это разновидность идолопоклонства, изображаемого в виде мелкого и крупного скота, и отсюда и скот назывался "аштарот твоего мелкого скота", ибо скот обогащает человека.
וַיָּסִירוּ בְּנֵי יִשְׂרָאֵל אֶת־הַבְּעָלִים וְאֶת־הָעַשְׁתָּרֹת וַיַּעַבְדוּ אֶת־יְהוָה לְבַדּוֹ׃ - И убрали сыны Израиля Бааля и Аштарот, и стали служить Всевышнему одному.
Народ Израиля слушает слова пророка Шмуэля и убирает Бааля и Аштарот. Обратите внимание: здесь ничего не сказано о тшуве в их сердце. Почему? Потому что кто может знать, что сокрыто в сердце? Ни один человек не может знать, что происходит в сердце ближнего. Шмуэль, написавший свою книгу, может описать то, что он видел, как они делали на деле, но о "всем сердцем вашим" может свидетельствовать лишь Всевышний.
Собрание в Мицпе
וַיֹּאמֶר שְׁמוּאֵל קִבְצוּ אֶת־כָּל־יִשְׂרָאֵל הַמִּצְפָּתָה וְאֶתְפַּלֵּל בַּעַדְכֶם אֶל־יְהוָה׃ - И сказал Шмуэль: соберите весь Израиль в Мицпу, и я помолюсь за вас Всевышнему.
Почему именно в Мицпе? Мицпа была местом общего собрания, и в особенности местом собрания для укрепления народа. В Мицпе произошло чудо: то чудо, что было у Йеошуа с царями, когда он преследовал их, пока они не достигли Мицпы. Это чудо и выделило это место как место собрания для всевозможных важных дел, ради которых собирали туда народ.
וַיִּקָּבְצוּ הַמִּצְפָּתָה וַיִּשְׁאֲבוּ־מַיִם וַיִּשְׁפְּכוּ לִפְנֵי יְהוָה וַיָּצוּמוּ בַּיּוֹם הַהוּא וַיֹּאמְרוּ שָׁם חָטָאנוּ לַיהוָה וַיִּשְׁפֹּט שְׁמוּאֵל אֶת־בְּנֵי יִשְׂרָאֵל בַּמִּצְפָּה׃ - И собрались в Мицпу, и черпали воду, и изливали пред Всевышним, и постились в тот день, и сказали там: согрешили мы пред Всевышним. И судил Шмуэль сынов Израиля в Мицпе.
"И черпали воду, и изливали пред Всевышним" - Радак объясняет, и так же переводит Таргум, что смысл в том, что они изливали своё сердце в тшуве. И, по всей видимости, в этом было также нечто, что было принято в их время как способ тшувы. И, как известно, когда человек возвращается от всего сердца, он также плачет, как сказано: "каждую ночь омываю ложе моё, слезами моими орошаю постель мою", и это относится к "изливай, как воду, сердце твоё".
Что такое "цом"
"И постились в тот день" - устроили пост, объявили цом, установили собрание. Радак приводит от имени своего отца в другом месте, что слово "цом" в своём первоначальном значении вовсе не означает пост, а означает собрание и стечение. И доказательство: "цомет агидим" (сплетение сухожилий) - совокупность сухожилий, собранных в одном месте. Просто обычно, когда собирали всех, устанавливали также день поста, и вследствие этого день собрания и назвали "цом".
"Согрешили мы" - сила видуя
"ויאמרו שם חטאנו לה'" - это исповедь, которая является частью тшувы. Азбука тшувы состоит в том, чтобы человек признал, что согрешил. "Вот, Я буду судиться с тобой за то, что ты говоришь: не согрешил я" - за само утверждение "я не согрешил" Всевышний судит человека, ибо "я не согрешил" хуже всего: если я не знаю, что у меня что-то не в порядке, как же я это исправлю?
Сколько раз приходят, чтобы наладить мир в доме между супругами, и одна из сторон, обычно как раз более проблемная, не хочет приходить. Почему? Потому что он "в порядке". "Я уже давно считаю, что моей жене нужна семейная консультация, у меня-то проблем нет". И почему человек так говорит? Потому что в глубине души он знает, что проблемный именно он, и если он придет к консультанту или к третьей стороне, ему достанется, и к тому же ему неприятно, что прозвучат истории, которые есть что рассказать его жене. Напротив, само то, что он не идет, показывает, что у него что-то не в порядке, и потому он кричит "я в порядке", ведь если он признает, что не в порядке, ему придется начать исправляться, а это усилие, работа и ресурсы. Вот он и говорит "слава Богу, все в порядке" и прячет голову в песок.
И тогда приходят ко мне, когда? Когда его жена уже была в раввинате и говорит, что не хочет. "Рав, мир в доме, мир в доме". Я начинаю разбираться и говорю ему: дорогой мой, ты пришел слишком поздно. Твоя жена сказала, что не хочет больше ничего слышать, вообще ничего. Проснулся бы раньше, есть этапы, на которых можно исправить. Когда человек понимает, что ошибся и напортил, есть с чем работать дальше. Но когда человек уверен, что он в порядке, иногда дело доходит до взрыва.
Пять признаков истинной тшувы
Говорит Мальбим: здесь народ сделал целый ряд вещей, которые должны были показать, что их тшува - тшува истинная. Первое: собрались, а собрание указывает на единство, и само единство - вещь великая. Второе: "וישאבו מים" - что излили сердце свое, как воду. Третье: "ויצומו" - пост сокрушает сердце человека, и во время поста уменьшаются его жир и кровь, и он становится словно жертва. Четвертое: "חטאנו" - это исповедь. Пятое: "וישפוט שמואל את בני ישראל במצפה" - тшува между человеком и ближним его.
А какое отношение имеет судья к тшуве между человеком и ближним? Если я поступил вероломно по отношению к кому-то или обворовал его, откуда мне знать, в чем именно я должен раскаяться? Может быть, прав как раз я? Поэтому нужен судья, который вынесет решение. Так они и сделали: все дела между человеком и ближним его были принесены к Шмуэлю, чтобы он рассудил их.
Плиштим поднимаются
וַיִּשְׁמְעוּ פְלִשְׁתִּים כִּי־הִתְקַבְּצוּ בְנֵי־יִשְׂרָאֵל הַמִּצְפָּתָה וַיַּעֲלוּ סַרְנֵי־פְלִשְׁתִּים אֶל־יִשְׂרָאֵל וַיִּשְׁמְעוּ בְּנֵי יִשְׂרָאֵל וַיִּרְאוּ מִפְּנֵי פְלִשְׁתִּים׃ - И услышали плиштим, что собрались сыны Израиля в Мицпе, и поднялись владыки плиштим на Израиль, и услышали сыны Израиля, и устрашились плиштим.
Разведка плиштим работает сверхурочно. Они слышат, что весь Израиль собрался в Мицпе, и говорят: нет случая лучше этого. Все собраны в одном месте, нападем на них в один миг и покончим с ними.
וַיֹּאמְרוּ בְנֵי־יִשְׂרָאֵל אֶל־שְׁמוּאֵל אַל־תַּחֲרֵשׁ מִמֶּנּוּ מִזְּעֹק אֶל־יְהוָה אֱלֹהֵינוּ וְיֹשִׁעֵנוּ מִיַּד פְּלִשְׁתִּים׃ - И сказали сыны Израиля Шмуэлю: не переставай взывать о нас к Господу, Богу нашему, чтобы Он спас нас от руки плиштим.
Народ умоляет Шмуэля: сейчас плиштим идут на нас, ты должен молиться Господу, чтобы Он спас нас.
Ягненок молочный и вопль Шмуэля
וַיִּקַּח שְׁמוּאֵל טְלֵה חָלָב אֶחָד וַיַּעֲלֵהוּ עוֹלָה כָּלִיל לַיהוָה וַיִּזְעַק שְׁמוּאֵל אֶל־יְהוָה בְּעַד יִשְׂרָאֵל וַיַּעֲנֵהוּ יְהוָה׃ - И взял Шмуэль одного молочного ягненка и вознес его во всесожжение, всецело Господу, и воззвал Шмуэль к Господу за Израиль, и ответил ему Господь.
"Молочный ягненок" - это молодой ягненок, который еще питается молоком, а не тот, у кого молочные зубы. Шмуэль возносит его в жертву всесожжения целиком и молится, "и ответил ему Господь".
Что значит "и ответил ему Господь"? Одно объяснение: у голоса Святого, благословен Он, есть свои особые пути. К кому он должен дойти, к тому доходит, а к кому не должен, к тому не доходит. Где мы это видели? "И услышал Моше голос, говорящий ему". Говорят наши мудрецы: голос могучий, голос грозный, голос, что сокрушает горы и раскалывает скалы, и при всем этом он говорил ему, а человек снаружи не слышал ничего из того голоса. Голос доходил только по особому адресу. И сегодня известно, что есть определенные частоты, которые человек не слышит, а собаки слышат. И второе объяснение: "и ответил ему Господь" относится к тому, что рассказано в следующем стихе.
Гром над плиштим
וַיְהִי שְׁמוּאֵל מַעֲלֶה הָעוֹלָה וּפְלִשְׁתִּים נִגְּשׁוּ לַמִּלְחָמָה בְּיִשְׂרָאֵל וַיַּרְעֵם יְהוָה בְּקוֹל־גָּדוֹל בַּיּוֹם הַהוּא עַל־פְּלִשְׁתִּים וַיְהֻמֵּם וַיִּנָּגְפוּ לִפְנֵי יִשְׂרָאֵל׃ - И когда Шмуэль возносил всесожжение, плиштим приблизились к битве с Израилем, и возгремел Господь громким голосом в тот день над плиштим и привел их в смятение, и были они разбиты пред Израилем.
В тот момент, когда Шмуэль возносит всесожжение, плиштим приближаются, чтобы начать битву. "И возгремел Господь громким голосом" - наши мудрецы говорят, что Он произвел им звуки и громы, наподобие сверхзвуковых ударов. Они услышали и начали бежать, и тогда народ узнал, что "ответил ему Господь": все увидели ответ. Радак добавляет, что огонь сошел с небес на всесожжение, а вслед за ним начались все те шумы и великие громы.
וַיֵּצְאוּ אַנְשֵׁי יִשְׂרָאֵל מִן־הַמִּצְפָּה וַיִּרְדְּפוּ אֶת־פְּלִשְׁתִּים וַיַּכּוּם עַד־מִתַּחַת לְבֵית כָּר׃ - И вышли мужи Израиля из Мицпы, и преследовали плиштим, и поражали их до места под Бейт-Каром.
Говорит Мальбим: обратите внимание, не сказано, что они вышли воевать с плиштим, а лишь преследовать, ведь битвы вовсе не было. Плиштим услышали звуки и начали бежать, а Израиль вышел лишь преследовать и поражать бегущих.
Эвен а-Эзер
וַיִּקַּח שְׁמוּאֵל אֶבֶן אַחַת וַיָּשֶׂם בֵּין־הַמִּצְפָּה וּבֵין הַשֵּׁן וַיִּקְרָא אֶת־שְׁמָהּ אֶבֶן הָעָזֶר וַיֹּאמַר עַד־הֵנָּה עֲזָרָנוּ יְהוָה׃ - И взял Шмуэль один камень, и поставил его между Мицпой и Шеном, и нарек ему имя Эвен а-Эзер, и сказал: до сих пор помогал нам Господь.
Шмуэль берет один камень и устанавливает его между двумя местами, которые были известны в те времена, Мицпой и местом, называемым Шен или Бейт а-Шен. Камень был наподобие памятника, чтобы свидетельствовать: до сих пор помогал нам Господь.
И вот что интересно: Шульхан Арух разделен на четыре части - Орах Хаим, Хошен Мишпат, Эвен а-Эзер и Йоре Деа. Орах Хаим символизирует жизненный путь человека, что ему следует делать изо дня в день. Хошен Мишпат, как и его название, занимается вопросами суда и законами тяжб. Йоре Деа занимается запретным и дозволенным, как сказано "кого будет он учить знанию и кому объяснит услышанное". А Эвен а-Эзер занимается вопросами кидушин, гитин и разводов и всем, что с этим связано, и назван так по слову "сделаю ему помощника, соответствующего ему" - часть, занимающаяся вопросами женщин и их браков.
Покорение плиштим и мир с эмореями
וַיִּכָּנְעוּ הַפְּלִשְׁתִּים וְלֹא־יָסְפוּ עוֹד לָבוֹא בִּגְבוּל יִשְׂרָאֵל וַתְּהִי יַד־יְהוָה בַּפְּלִשְׁתִּים כֹּל יְמֵי שְׁמוּאֵל׃ - И покорились плиштиме, и не приходили более в пределы Израиля, и была рука Всевышнего против плиштим во все дни Шмуэля.
Плиштиме покоряются, и от них наступает покой на долгое время. До каких пор? Пока Шмуэль был в силе, "пока не состарился Шмуэль" и не мог уже выходить и входить, и тогда, как мы увидим далее, Шмуэль уже не мог действовать.
וַתָּשֹׁבְנָה הֶעָרִים אֲשֶׁר לָקְחוּ־פְלִשְׁתִּים מֵאֵת יִשְׂרָאֵל לְיִשְׂרָאֵל מֵעֶקְרוֹן וְעַד־גַּת וְאֶת־גְּבוּלָן הִצִּיל יִשְׂרָאֵל מִיַּד פְּלִשְׁתִּים וַיְהִי שָׁלוֹם בֵּין יִשְׂרָאֵל וּבֵין הָאֱמֹרִי׃ - И возвращены были Израилю города, которые плиштиме взяли у Израиля, от Экрона и до Гата, и пределы их избавил Израиль из руки плиштим, и был мир между Израилем и эмореями.
Все города возвращаются к Израилю, и не только это, но и наступил мир между Израилем и эмореями. И это нечто новое, ведь обычно, когда с нами воюют, вокруг есть и другие народы, которые присоединяются к празднеству и говорят: пойдём и мы возьмём себе что-нибудь. Так мы находим и у Тита, что когда он пришёл, к нему присоединились из всех народов. Против нас всегда есть своего рода общий натиск: давайте, идём все вместе, как сказано в стихе "сказали: пойдём и истребим их из народов, и не вспомнится более имя Израиля".
И в 5727 году все были уверены, что Иордания не вступит в дело, и потому не разместили в Иерусалиме батальонов, полагаясь на то, что иорданский царь нейтрален. Пока внезапно не получили серьёзную атаку, и стали возвращать силы с юга, куда всё было переброшено, и послали бригаду в сторону Иерусалима, и по милости Всевышнего ещё удалось освободить Стену и всё остальное. Здесь же, когда плиштиме были разбиты, понял и эмореец, что нет ему смысла воевать с нами, и заключил с нами мир.
"Во все дни жизни своей"
וַיִּשְׁפֹּט שְׁמוּאֵל אֶת־יִשְׂרָאֵל כֹּל יְמֵי חַיָּיו׃ - И судил Шмуэль Израиль во все дни жизни своей.
"Во все дни жизни своей" - включая и то время, когда Шауль начал царствовать. Шмуэль умер за три месяца до смерти Шауля, а Шауль царствовал два года, так что на протяжении года и девяти месяцев царствования Шауля Шмуэль был ещё пророком, а затем умер, и через три месяца умер Шауль, перед которым Шмуэль был вызван через ов. Стих, стало быть, говорит, что Шмуэль судил Израиль и в дни Шауля: хотя у них был царь, во всех судебных делах Шмуэль был судьёй и разбирающим.
И, по всей видимости, Шауль тоже судил, ведь в те времена царь был судьёй: приводили тяжбы к Давиду, и Шломо судил Израиль, и в этом была его просьба "и дай рабу Твоему сердце разумное, чтобы судить этот великий народ Твой". И это началось уже с Моше, что вожди были судьями. Только у Шауля была ещё дополнительная помощь и поддержка со стороны Шмуэля, который был старейшиной судей и разбирающих.
И красивый намёк: с двухлетнего возраста Шмуэль был посвящён Всевышнему, а все годы жизни его составили пятьдесят лет. "Во все (коль) дни жизни своей" - слово "коль" в гиматрии равно пятидесяти.
Ежегодный обход
וְהָלַךְ מִדֵּי שָׁנָה בְּשָׁנָה וְסָבַב בֵּית־אֵל וְהַגִּלְגָּל וְהַמִּצְפָּה וְשָׁפַט אֶת־יִשְׂרָאֵל אֵת כָּל־הַמְּקוֹמוֹת הָאֵלֶּה׃ - И ходил из года в год, и обходил Бейт-Эль, и Гилгаль, и Мицпу, и судил Израиль во всех этих местах.
Шмуэль ходил, трудился и переходил с места на место, чтобы им не приходилось трудиться и приходить к нему. Ведь если бы им нужно было приходить к нему, нашлись бы люди, которые вовсе не пришли бы, и поэтому он сам ходил и обходил место за местом. И Писание подчеркивает нам это здесь, чтобы в дальнейшем показать разницу между ним и сыновьями Шмуэля, которые именно в этой точке потерпели неудачу.
"ибо там его дом" - праведник, который ни от кого не пользуется
וּתְשֻׁבָתוֹ הָרָמָתָה כִּי־שָׁם בֵּיתוֹ וְשָׁם שָׁפַט אֶת־יִשְׂרָאֵל וַיִּבֶן־שָׁם מִזְבֵּחַ לַיהוָה׃ - И возвращался он в Раму, ибо там был его дом, и там он судил Израиль, и построил там жертвенник Господу.
"И возвращался он в Раму" - каждый раз, завершая годовой обход, он возвращался в Раму, ибо там был его дом. И мудрецы наши толкуют: что означает "ибо там его дом"? Что во всех обходах, которые он совершал, во всех тех местах, дом его был с ним. То есть Шмуэль ни от кого не пользовался. Он не приходил и не начинал гостить у людей, а нес с собой свой переносной шатер и все свои нужды, и не просил ничего ни у кого. Он не желал одолжений ни от кого, чтобы не было в этом и тени подкупа и чтобы не возникло ситуации, в которой он пользуется чем-либо от другого человека. И это очень великое достоинство, и есть особые праведники, которые стараются ничем ни от кого не пользоваться. А у кого еще мы видели, что он не просил ни у кого даже передать ему посох с места на место? У Шимшона.
И Гемара рассказывает, что Рав, когда выходил судить, говорил: "Да будет воля, чтобы возвращение мое было как приход мой". То есть, как я прихожу в суд на определенном уровне, так пусть будет и возвращение. Ведь если судья извращает суд, да смилуется Господь, как сказано "и отберет душу у отбирающих у них", и говорят мудрецы наши, что тот, кто грабит Израиль даже посредством извращенного суда, Святой, благословен Он, отбирает его душу. Ведь он входит в опасность для жизни, и потому он молился: как приход мой в суд был, пока я совершенно праведен и невиновен, так пусть я вернусь, не будучи уличен ни в каком грехе. И так же у Шмуэля намекается в словах "и возвращался он в Раму": он возвращался в свой дом праведным, каким вышел из своего дома, и не извратил суда, и не стал причиной чего-либо, отклоняющегося от чистой Галахи, а судил все по закону.
"и там он судил Израиль" - нет пророка в своем городе
А почему снова сказано "и там он судил Израиль"? Я видел в этом новшество. Есть правило: "нет пророка в своем городе": человек, каким бы великим он ни был, в своем месте, как правило, не признается. Почему? "Знают его, брось, я знаю его с малых лет". Ну и что, что ты его знаешь, ведь сегодня он великий человек? Но не восхищаются человеком в его месте, тогда как из других мест им восхищаются больше.
И действительно, были величайшие из великих, у которых чем ближе ты подходил к ним, тем больше видел их величие. Гору, когда ты рядом с ней, ты не ощущаешь ее величины; отдались от нее, и сможешь быть поражен ее величиной. О Хафец Хаиме, например, говорили, что чем ближе ты подходил к нему, тем больше поражался его величию. Но Гемара говорит: мудрец Торы подобен в глазах невежды золотому сосуду; поговорил с ним - подобен серебряному сосуду; поел с ним - подобен медному сосуду; понадобился ему - подобен глиняному сосуду. Ведь если мудрец просит у него одолжения, тот сразу говорит: этот мудрец нуждается во мне, и достоинство его падает в его глазах. У Шмуэля так не было. У Шмуэля даже в его городе было к нему огромное почтение, и откуда? "И возвращался он в Раму, ибо там его дом, и там он судил Израиль" - даже в своем доме и в своем месте относились к нему как к величайшему судье и величайшему мудрецу.
Рассказывают об одном выдающемся мудреце Торы, который был в неком городе, и умер местный раввин города. Естественным образом должны были назначить его, но, как принято в мире, думая, что то, что у нас есть, недостаточно хорошо, привели раввина со стороны - раввина, который был довольно невежественным. После того как его возвели в сан, тот великий мудрец Торы сказал: теперь у меня разрешился вопрос. Написано о Моше "ибо этот Моше, этот человек, не знаем, что стало с ним", и потому сказали "встань, сделай нам божество" и сделали тельца. И я не понимаю: ведь у вас был Аарон, а для вывода вас из Египта Моше и Аарон равны, если нет Моше, возьми Аарона. Но отсюда я научился: Аарон отсюда, он наш, он изнутри. А люди хотят привести со стороны - даже тельца, лишь бы был со стороны, а не один из людей нашего места, которого мы знаем.
Я как-то сказал, что действительность это доказывает. Есть большие ешивы в двести, триста и четыреста учеников. Я учился в ешиве, в которой в мое время было шестьсот учеников, а сегодня там тысяча. И крайне редко, чтобы ученик брал из ешивы жениха для своей сестры. Ты знаешь здесь шестьсот учеников, и не найдешь среди них ни одного, который подходил бы твоей сестре? Но возьмут другого жениха, о котором ничего не знают, а о том, кто здесь, говорят: я знаю его, ем с ним, пью с ним. Всегда его ценность падает в моих глазах, потому что он отсюда. А о втором - я хотя бы ничего о нем не знаю. И это ошибка, ведь лучше взять человека, которого ты знаешь и знаешь его слабости, и знаешь, в какой они области и что именно, чем человека, которого ты совсем не знаешь. Но человеческая природа предпочитает новое незнакомое известному. И здесь Писание говорит тебе, что у Шмуэля так не было: хотя он вырос с ними и был с ними, также и там он судил Израиль.
Жертвенник в Раме и вопрос о бамот
"ויבן שם מזבח לה'" - на месте, где произошло избавление, обычно строили жертвенник, а здесь было то место, где он судил народ и, по-видимому, также искупал их вину, поэтому он построил там жертвенник. И это было до того, как запретили жертвенники бамот, в период, когда бамот еще были разрешены, и на них приносили обеты и добровольные приношения. После того как был построен Храм, бамот запретили, но пока он не был построен, они были разрешены. А человек, приносящий сегодня жертву вне Храма, подлежит наказанию карет, и это называется шхутей хуц (зарезанные снаружи): "ואל אוהל מועד לא הביאו... ונכרת" - и ко входу шатра собрания не привел... и истреблена будет та душа.
И действительно, бамот были одним из самых трудных для искоренения явлений в народе Израиля, потому что самому народу было очень тяжело от этого оторваться. Человек чувствовал, что приносит жертву Всевышнему, и когда ему нужно было принести обет или добровольное приношение, он говорил: что же, мне неделю подниматься в Иерусалим? Ради чего скитаться по дорогам? Он живет в Кирьят-Шмоне, и ему нужно тащиться с ослом и повозкой, подниматься с жертвой, добираться до Иерусалима и приносить ее там, а здесь он приносит жертву рядом с домом и совершает заклание на бама. Поэтому ты видишь, что на протяжении всей эпохи царей удавалось искоренить идолопоклонство, и все же "только народ приносил жертвы и воскурял на бамот" - бама Всевышнему, и от этого их невозможно было удержать.
Итог:
Глава ведет нас от ковчега, стоящего двадцать лет в Кирьят-Йеариме, через пробуждение "וינהו כל בית ישראל אחרי ה'" (и потянулся весь дом Израиля за Всевышним), к полному раскаянию, которого требовал Шмуэль: устранение чужих богов из сердца и оставление астарот на деле. В Мицпе соединились все признаки истинного раскаяния: единство, излияние сердца, как воды, пост, признание "חטאנו" (мы согрешили) и исправление отношений между человеком и ближним посредством суда и судьи. И тотчас пришло избавление: гром Всевышнего на плиштим, которые бежали вовсе без битвы, и был поставлен камень Эвен-а-Эзер в память о "עד הנה עזרנו ה'" (доселе помогал нам Всевышний). Глава завершается образом Шмуэля-судьи, который трудился, чтобы обходить народ, а не обременять его, который ни от кого не извлекал выгоды, который возвращался в свой дом таким же чистым, каким вышел, и удостоился огромного уважения даже в своем месте: "כי שם ביתו ושם שפט את ישראל" - ибо там был его дом, и там он судил Израиль.