Книга Йешаяу, глава 39. С вашего позволения, я хочу сначала прочитать всю главу, обратить внимание на некоторые вопросы, которые здесь возникают (глава короткая), а затем начать разъяснять всё по Мальбиму. "В то время послал Меродах Баладан, сын Баладана, царь Вавилона, письма и дар Хизкияу, ибо услышал, что он был болен и выздоровел. И обрадовался им Хизкияу, и показал им дом сокровищ своих: серебро, и золото, и благовония, и масло драгоценное, и весь дом оружия своего, и всё, что нашлось в его хранилищах, не было ничего, чего бы не показал им Хизкияу в доме своём и во всём владении своём. И пришёл Йешаяу пророк к царю Хизкияу, и сказал ему: что говорили эти люди и откуда пришли к тебе? И сказал Хизкияу: из земли далёкой пришли ко мне, из Вавилона. И сказал: что видели они в доме твоём? И сказал Хизкияу: всё, что в доме моём, видели, не было ничего, чего бы я не показал им в хранилищах моих. И сказал Йешаяу Хизкияу: выслушай слово Всевышнего воинств. Вот наступают дни, и будет унесено всё, что в доме твоём и что накопили отцы твои до сего дня, в Вавилон, не останется ничего, сказал Всевышний. И из сыновей твоих, которые произойдут от тебя, которых ты родишь, возьмут, и будут они евнухами во дворце царя Вавилона. И сказал Хизкияу Йешаяу: хорошо слово Всевышнего, которое ты сказал. И сказал: ибо будет мир и истина в дни мои."
Хорошо, до сих пор стихи как они есть, и прежде всего мы хотим вдуматься. Первое: на первый взгляд, чего хочет от него пророк Йешаяу за то, что он похвалился своим богатством? А что, Шломо не хвалился своим богатством? Разве перед многими народами он не показывал своё величие, своё царство? Разве не приходили сюда всякие царства, чтобы загадывать Шломо загадки, чтобы убедиться в его величии? Чего же, собственно, от него хотят? Он показал свои хранилища, разве царю запрещено показывать свои хранилища? Ещё одно: в книге Диврей а-Ямим написано, что Хизкияу возгордился сердцем, и был гнев на Йеуду и Иерусалим. Спрашивает Мальбим: какая же гордыня сердца? Ведь он же в простоте души пошёл и показал свои сокровища, о какой гордыне сердца здесь говорят? И особенно, говорит Мальбим, написано, что Всевышний оставил его в руках послов вельмож Вавилона, чтобы испытать его и узнать всё, что в сердце его. Какое испытание, что это за "всё, что в сердце его", и что здесь такого раскрылось? Что здесь такого ужасного? И ещё трудность: кто будет наказан? Его сыновья. Чем согрешили его сыновья? Отцы ели незрелый виноград, а у сыновей на зубах оскомина? И особенно потому, что мудрецы наши как бы говорят: вот, посмотрите, что здесь написано, придёт царь Вавилона, унесёт всё, что в доме твоём, что накопили отцы твои до сего дня, и возьмёт твоих сыновей, чтобы они были вельможами в его дворцах, изгонит их. А что, у Иерусалима нет грехов? Мы ничего не сделали? Только Хизкияу, вот что было с Хизкияу, из-за этого изгнание? Ведь мы знаем: тяжко согрешил Иерусалим, ведь там было идолопоклонство, разврат, кровопролитие, а здесь как бы всё приписали Хизкияу. Хизкияу, ты показал им сокровища, всё, знай, вынесен приговор. Что, и всё? Я, во мне вся эта история? Иерусалим ничего не сделал?
И особенно потому, что после этого Хизкияу говорит: хорошо слово, которое ты сказал. Тебе как бы говорят такое проклятие, что это, что тут такого хорошего? Что тут такого замечательного? Что, Хизкияу как будто доволен? Что, главное - будет мир и истина в дни мои? Главное - у меня будет мир, я спокоен, с моими детьми делай что хочешь. Можно ли понять такое? Так ли человек говорит о своих детях? И особенно потому, что твои дети пострадают из-за тебя. Любому человеку это дало бы какие-то угрызения совести. А он говорит: какое мне дело, главное, чтобы в мои дни было хорошо, всё остальное меня не интересует. Так это, на первый взгляд, звучит. Я говорю это лишь как вопросы, чтобы вы не остались с этим, вскоре мы увидим объяснение Мальбима, но на первый взгляд это звучит очень нехорошо. Хорошо будет в мои дни, этого мне достаточно, главное, чтобы со мной не случилось ничего плохого.
"В то время послал Меродах Баладан, сын Баладана, царь Вавилона, письма и дар Хизкияу, ибо услышал, что он был болен и выздоровел." Раши прежде всего объясняет, что побудило Меродаха Баладана, сына Баладана, царя Вавилона, послать письма и дар Хизкияу. Говорят мудрецы наши: привык этот Меродах есть в третьем часу и снова ложиться спать до девятого часа. Если хотите в наших сегодняшних понятиях, он привык есть в 8:00-9:00 утра, снова ложился спать до 3:00-4:00 дня, и было у него царство послеполуденное, а не дневное. Утром он спал. Поскольку солнце вернулось назад ради Хизкияу, когда он встал от сна в девятом часу, то есть в 3:00-4:00 дня, он обнаруживает, что это утро. Что это должно значить? Что он, собственно, понимает? Господин, ты проспал 24 часа. Ведь если я снова лёг спать в 8:00-9:00 утра и просыпаюсь снова в 8:00-9:00 утра, и я знаю, что проспал несколько добрых часов, это значит, что я, как говорится, совершил полный оборот, обошёл 24 часа, проспал. За такое он хотел убить всех своих слуг. Сказал: вы дали мне спать день и ночь до утра? Что, не разбудили меня? Сказали ему: это солнце вернулось назад. Нет, извини, господин царь, знай, солнце пошло вспять. Я один за такой довод убил бы их. Но смотрите, он принимает это как нечто естественное. А, солнце вернулось? Кто его вернул? То есть он принимает это как естественное, может быть, вернулось, вернулось. Только скажите мне, кто его вернул. Странный, конечно, вопрос, но он принимает это. Видимо, он увидел, что все это говорят, это не какой-то заговор против него или кто-то, кто пытается его обмануть. И тогда сказали ему: Б-г Хизкияу. Видимо, за очень короткое время это стало распространяться в мире, сказали ему: это Б-г Хизкияу, это чародеи, которые знали вещи несколько более сокрытые, сказали ему: Б-г Хизкияу. И тогда он сказал: если у него есть такой Б-г, я хочу говорить с ним, встретиться с ним, послать ему дар.
Говорит Мальбим: давайте теперь Мальбим объяснит нам всё, что стоит за прочитанными нами стихами, которые на первый взгляд кажутся невинными, человек интересуется, видит нечто чудесное, хочет послать дар, но Мальбим объясняет нам всё, что происходит здесь под поверхностью. Говорит Мальбим: это чудо было чудом огромным, чудом великим, чудом, известным во всей земле, о нём разнеслась молва. Весь мир видит, что солнце возвращается на 10 ступеней назад, из послеполудня становится утро, это вещь, от которой невозможно отмахнуться. Они посылают, чтобы разведать, разузнать, попытаться понять, из-за чего и ради кого совершилось это чудо. Ведь на самом деле, говорит Мальбим, Святой, благословен Он, такого чуда не делает ради Хизкияу и ради того, чтобы тот знал, что выздоровеет. Об этом мы уже спрашивали тогда: что, Хизкияу, чего ты хочешь, чтобы ты выздоровел? Через три дня ты узнаешь. Ради этого нужно возвращать солнце назад, как это на первый взгляд следует из простого смысла стихов? Из простого смысла стихов следует, что он спросил, какое будет знамение, что я выздоровею, и Йешаяу говорит ему: солнце вернётся на 10 ступеней. Ради чего нужна такая огромная вещь? Человеку нужно купить больницу, потому что ему нужен анальгин? Разве это логично? Пойди купи таблетку анальгина, за два шекеля купи таблетку, зачем ради этого покупать целую больницу? Здесь человеку Святой, благословен Он, делает чудо, возвращает солнце назад, ради чего? Чтобы сказать Хизкияу: поверь, ты выздоровеешь. Через три дня он выздоровеет, узнает, поверит через три дня. Каков смысл в этом? Говорит Мальбим: наверняка всякий, у кого есть глаза, понимает, что это чудо совершилось не ради этой причины, а это чудо совершилось, чтобы возвестить кому-то далёкому, что есть великий Б-г на небесах. А кому, собственно? "И придут пропадающие в земле Ашура и рассеянные в земле Египта." Ведь Святой, благословен Он, изгнал, десять колен уже были изгнаны, и Святой, благословен Он, хочет пробудить их и сказать им: знайте, что есть великий Б-г на небесах, который всё ещё думает о вас. И как они узнают? Что даст им пробуждение, чтобы вернуться и чтобы не оборвать ту маленькую нить, которая ещё связывает их с еврейством? Когда они видят, что Б-г Израиля творит такие чудеса, такие знамения, солнце идёт вспять, весь мир об этом говорит, во всех выпусках новостей открывают этим, и тогда они слышат: Б-г Израиля, Святой, благословен Он, совершил чудо. И тогда они понимают: всё ещё есть Б-г на небесах, у нас всё ещё есть причины быть связанными с Бесконечным, благословен Он. И действительно, мудрецы наши говорят, что вследствие этого вернулась часть десяти колен, вернулась обратно в страну. То есть было некое пробуждение. Некоторые из них вернулись в свою страну под сень Хизкияу, и никто не противостоял им, ибо пал их страх на всех жителей земли, говорит Мальбим, как пророчествовал об этом выше, в главе 18, в стихах, и во многих местах. Говорит Мальбим: если бы они удостоились, то теперь это была бы возможность, вследствие которой произошло бы всеобщее собирание, и пришёл бы Машиах, и пришло бы избавление. Если бы они восприняли это чудо как подобает, если бы воспользовались этим чудом как рычагом для приближения к Всевышнему. И вот что говорят мудрецы наши: хотел Святой, благословен Он, сделать Хизкияу Машиахом. У Святого, благословен Он, был план, что сейчас придёт избавление. Хотел Святой, благословен Он, сделать Хизкияу Машиахом, но из этого дела вместо большой пользы вышла большая порча.
И более того, кто прибывает сюда? Меродах Баладан, сын Баладана, царь Вавилона. И почему он на самом деле прибывает? Из простого смысла стихов тебе кажется, что это восхищение: какое чудо, кто это, кто этот Б-г? Ради кого совершилось такое чудо? Нет. Говорит: ведь мы видим на всём протяжении Танаха, что у царя Вавилона и царя Ашура была очень большая близость, и порой они назывались даже одним царством. Ашур, Касдим, Вавилон иногда все называются как одно царство. У них была очень большая связь. А теперь все мы помним, что случилось с Санхеривом. Что случилось с Санхеривом? Ведь Санхерив умер, и всё его войско, 180 тысяч военачальников. Вавилону это очень больно, это часть их, это их царство, они вместе. И с тех пор они замышляют, как нам снова отомстить народу Израиля, как вернуть все миллионы, как мы сказали, ведь он прибыл сюда, Санхерив, царь Ашура, прибыл сюда со всем серебром и золотом, которое он взял против Тираки, царя Куша, и всё это мы получили, а они потеряли здесь всё своё войско, войско в миллионы. Они думают про себя, как нам отомстить народу Израиля, как поквитаться с ними за то, что они нам сделали. И вот смотри, они не ждали долго, во времена Менаше написано: пришли на него военачальники царя Ашура, и заковали его в медные цепи, и привели его в Вавилон, посадили его в котёл, как все мы знаем историю, что он начал кричать ко Всевышнему. Говорит: и если так, то ты поймёшь, что им очень-очень интересно было узнать, в чём сила народа Израиля. А теперь смотри, какие они были умные. Они пришли как интересующиеся. Что это? Что за сила? Откуда? Из-за чего чудо? Почему они хотят узнать? Потому что у них есть планы прийти завоевать народ Израиля. И они, собственно, хотят узнать: здесь есть тайное оружие, мы должны знать, как с ним справиться. Должны знать, как это оружие нейтрализовать. "Поведай мне, в чём сила твоя и чем можно связать тебя, чтобы усмирить." Кто это сказал? Делила Шимшону. Это в точности их устремление. В чём сила твоя и чем можно связать тебя, чтобы усмирить. Хотят узнать, откуда эта сила, и покорима ли эта сила, можно ли эту силу одолеть.
Но Хизкияу не уловил этого. Хизкияу не понял, что они пришли как разведчики, он думал, что они пришли как почитатели. Он думал, что они пришли восхищаться. Этого Хизкияу не понял. И когда они прибывают и спрашивают его, по какой заслуге было это великое знамение, вместо того чтобы Хизкияу сказал им: Святой, благословен Он, помнит десять колен, Святой, благословен Он, хочет пробудить их, Святой, благословен Он, хочет собрать своих рассеянных, что он им говорит? Я. Я. Вы знаете, насколько я важен пред Святым, благословен Он? Вы знаете, какие у меня заслуги пред Всевышним? Вы знаете, как сильно любит меня Святой, благословен Он? Солнце на 10 ступеней назад Он подвинул ради меня. Знамение, чтобы я исцелился от своей болезни. И это был большой грех для Хизкияу, говорит Мальбим. Этот грех определён в Диврей а-Ямим как "возгордился сердцем, и был на него гнев, и на Йеуду, и на Иерусалим". Это действительно большой грех. Святой, благословен Он, творит такое огромное знамение, а ты, Хизкияу, присваиваешь его себе ради чего? Только чтобы сказать, что ты исцелишься от своей болезни? Ведь если бы ты передал слова как есть, Ашур послал бы рассеянных в Ашуре, Египет послал бы пропадающих в земле Египта, послали бы их обратно, увидели бы, что есть Б-г на небесах. Но ты что сделал? Ты успокоил их. Сказал им: нет-нет-нет, не беспокойтесь, это связано вообще, это со мной, со мной, Святой, благословен Он, только хотел показать мне, что я исцелюсь. Теперь что он этим сделал? Говорит Мальбим: был грех его двойным. Имеется в виду, здесь был двойной грех. Первое: здесь была вещь гордыни, что Святой, благословен Он, совершил такое огромное чудо и знамение именно ради меня. И это то, что написано в Диврей а-Ямим: "из-за того, что оставил его Б-г, чтобы испытать его, узнать всё, что в сердце его". То есть у Мальбима есть вопрос: почему Святой, благословен Он, не говорит ему прямо: Я сейчас совершу чудо, чтобы пробудить десять колен? Почему Он не сказал ему это прямо? Говорит: это то, что сказано в Диврей а-Ямим, "оставил его Б-г, чтобы испытать его, узнать всё, что в сердце его". Всевышний хочет именно эту точку проверить. Узнать всё, что в сердце его, что происходит в сердце Хизкияу. Это не буквально, ведь Святой, благословен Он, знает, что в сердце человека, но невозможно наказывать человека за то, что в его сердце. Святой, благословен Он, хотел увидеть, выйдет ли это из потенциала в действие. Теперь поймите, здесь был ещё один грех. Дополнительный грех в том, что он пошёл сказать это вельможам Вавилона. И говорит Мальбим: это не только грех, это ещё и глупость. Ведь когда ты говоришь им такое, что ты вызвал? А, Хизкияу, мы уж испугались, думали, что Всевышний творит такие знамения ради народа Израиля, думали, а это ради тебя, лично. Вывод: дадим Хизкияу закончить свою историю, когда он умрёт, займёмся его сыном. Хизкияу - человек праведный, видимо, особенный, судя по тому, что он нам сейчас рассказывает, что Святой, благословен Он, делает ему особые чудеса. Не было такого никогда, а когда Хизкияу уйдёт, тоже не будет такого больше никогда. И тогда мы сможем одолеть его. Что он, собственно, сделал? Он ободрил их. Он сказал им: знайте, это личное чудо для меня, вам не о чем беспокоиться, это не ради народа Израиля. Значит, так или иначе, после того как я уйду, вы сможете делать что хотите. Он не сказал это прямо, но фактически тем, что присвоил себе это чудо, он как бы дал им зелёный свет прийти впоследствии. И это то, что говорит Мальбим: и это то, что побудило их укрепить своё сердце и прийти во времена Менаше. Всё время Хизкияу действительно было спокойно, слушай, с таким народом не связываются. Он способен вернуть солнце назад, поди знай, на что он ещё способен. Но когда он уйдёт, с его сыном мы уж сведём счёты. И поэтому тогда они действительно приходят, полагая, что "ушла их защита" со смертью их царя. Всё, их царь был здесь проблемой, он ушёл, кончено. Поэтому говорят мудрецы наши, что Святой, благословен Он, хотел сделать Хизкияу Машиахом, только он не произнёс песнь. В чём смысл этих слов? Святой, благословен Он, совершил огромное чудо, тебе следовало возблагодарить Всевышнего за чудо, которое Он совершил, но вместо того чтобы возблагодарить Всевышнего за чудо, что Он вернул солнце, чтобы собрать своих рассеянных, вместо этого ты пошёл и присвоил чудо себе. Из-за этого не произошло того всеобщего собирания, не было собирания рассеянных, не было избавления Израиля, а также ушёл страх Израиля перед царями Ашура, и они пришли на них, как мы сказали.
"И обрадовался им Хизкияу, и показал им дом сокровищ своих: серебро, и золото, и благовония, и масло драгоценное, и весь дом оружия своего, и всё, что нашлось в его хранилищах, не было ничего, чего бы не показал им Хизкияу в доме своём и во всём владении своём." И показал им дом сокровищ. Дом сокровищ, приводит Раши, это хранилище благовоний. У них было особое место, в котором они хранили все свои благовония, как написано "нехот, и цри, и лот". И масло драгоценное, некоторые говорят, приводит Раши, это масло помазания, которым помазывали царей или коэнов. Некоторые говорят, это бальзамовое масло. Бальзамовое масло было распространено в Земле Израиля, оно называется "пенаг". Оно называется бальзамовым маслом, так приводится в книге Йосифон, что это бальзамовое масло, которое росло в Йерихо, и поэтому Йерихо называется Йерихо по имени запаха ("реах"), который был совершенно особым. И не путать между хурмой ("афарсемон"), которая есть у нас сегодня, из Бен-Йеуды, и бальзамовым маслом ("афарсемон"), между ними нет никакой связи. Бальзамовое масло было маслом совершенно особым, самым дорогим, которое издавало свой запах на расстояние. Когда его использовали, кто-нибудь знает? Для греха? Чтобы поджечь невесту. О, задолго до этого. Ты прав, свекровь подожгла свою невестку бальзамовым маслом, потому что оно легко горит, верно, но задолго до этого. Написано, что люди Сдома, когда они хотели обнаружить тайник, где люди прячут деньги, кто-то отдавал им на хранение деньги, и была с этим также склянка бальзама. Тот шёл клал это в свой сейф, в какое-то потайное место, где прячет свои вещи, а тот приходил, как собачка, ночью, обнюхивал, искал, где запах бальзама, шёл по запаху, приходил туда, забирал свои деньги, а также деньги хозяина дома, и уходил. Такие у них были методы. У бальзамового масла был запах совершенно особый. И не было ничего, чего бы не показал им, говорят мудрецы наши, даже свиток Торы и Скрижали Завета, всё показал им. Гемара в Санедрин 104 говорит: что такое дом сокровищ? Рав сказал: жена его поила их напитками. Имеется в виду, жену, которую ты должен был хранить в уединении, он привёл, чтобы она поила их. Приведи слуг, приведи прислужников. Нет, он как бы хочет почтить их, но где твоя честь? Шмуэль сказал: свои хранилища он показал им. Рабби Йоханан сказал: оружие, поедающее оружие. Имеется в виду железо, властвующее над железом. Крепчайшее железо, которым ты пилишь всякое другое железо, да, то, что сегодня называется закалённым. Видимо, было у него тогда, в его время, совершенно особое железо, способное властвовать над всяким другим железом, способное гнуть, ломать и резать всякое другое железо.
Мальбим. Говорит Мальбим: "и обрадовался им". Приходит возвестить тебе, что он не радовался им самим. Ведь он чувствовал, что они пришли не как заключающие союз, не как друзья, не как приходящие в качестве почитателей, а пришли скорее как те, кто хочет попытаться понять, из чего и откуда проистекает его сила. Но во всяком случае он обрадовался их поводу. Почему их поводу? Что у него теперь есть возможность похвалиться перед ними. У него есть возможность прийти и сказать им, как он велик, какая у него честь, какое у него богатство, какие могучие сокровища у него есть. И это возможность, вот есть перед кем похвалиться, приходите, смотрите, показывает им всё, не было ничего, чего бы не показал им Хизкияу в доме своём. У меня уже есть возможность, вот в чём смысл "и обрадовался им", возможности, которая представилась перед ним, показать и похвалиться своим богатством. Что он, собственно, хочет показать им? Не думайте только, что я угоден в глазах Всевышнего, знайте, что я также преуспеваю во всех своих делах, в богатстве, в чести, в качестве, свойственном царям, в необычайном успехе. И здесь говорит Мальбим: здесь был двойной грех. Первое: он согрешил, на языке Мальбима это называется против мудрости управления. Имеется в виду, ты сделал здесь вещь, которая по логике является глупостью. А почему? Поскольку ты уже уловил, что они пришли как разведчики, зачем ты показываешь им свои сокровища? Когда ты показываешь царю, который пришёл разведывать, свои сокровища, что ты здесь сделал? Дал ему аппетит, раззадорил его. Смотри, тут миллионы, тут миллиарды. Говорит Мальбим: обычай царей был скрывать свои сокровища. А почему? Чтобы не поощрять других царей приходить завоёвывать их. А ты что сделал? Ты показал им всё. Итак, это один грех, грех глупости. Второй грех, говорит Мальбим, это грех против Всевышнего. Ведь Святой, благословен Он, сказал: пусть не умножает себе серебра и золота слишком много. Почему? Чтобы не вознеслось сердце его над братьями его. Ну, разве не это ты здесь сделал? Ты, Всевышний умножил тебе серебро и золото, а ты хвалишься им, кичишься им, кичишься перед ними, говоришь им: смотрите, какое у меня богатство. Ведь по этой причине написано, чтобы не умножал себе серебра и золота, значит, ты согрешил против Б-жественного повеления не умножать себе серебра и золота, и ещё оступился вследствие этого, ибо вот вознеслось твоё сердце, и ты все успехи присваиваешь себе.
"И пришёл Йешаяу пророк к царю Хизкияу, и сказал ему: что говорили эти люди и откуда пришли к тебе? И сказал Хизкияу: из земли далёкой пришли ко мне, из Вавилона." Прежде чем мы увидим, что объясняет Мальбим, сначала Раши приводит слова мудрецов наших: это один из трёх людей, которых испытал Всевышний, есть тяжёлое выражение у мудрецов наших, и нашёл их сосудом для мочи. Тяжёлое выражение, то есть Он как бы постучал по ним, чтобы увидеть, крепкий ли это сосуд, и нашёл, что этот сосуд был сосудом негодным. А кто они? Каин, Хизкияу и Билам. Хизкияу должен был ответить ему: что ты спрашиваешь меня кто и что, ты спрашиваешь? Ты пророк, ты должен знать. Но вместо того чтобы ответить так, он начал гордиться и говорит: из земли далёкой пришли ко мне. За это он был наказан. И так же Билам, спрашивает его Святой, благословен Он: кто эти люди у тебя? Он должен был сказать Ему: Владыка мира, разве есть что-то сокрытое от Тебя? Но нет, что он сказал Ему? Балак, сын Ципора, царь Моава, послал ко мне, я важен, Владыка мира. Ты видишь, какой я важный? Люди присылают ко мне посланцев. Каин, спрашивает его Святой, благословен Он: где Эвель, брат твой? Он должен был сказать: Владыка мира, ведь всё сокрытое открыто Тебе. И при всём этом что он сказал Ему? Откуда мне знать, разве я сторож брату моему? Что, я тебе кажусь русским? Что я сторожу? Что ты задаёшь мне вопросы? Разве это ответ, который отвечают Творцу мира? Ты должен был сказать: Владыка мира, Ты знаешь лучше.
Давайте посмотрим, что говорит Мальбим. Говорит Мальбим: тот, кто обратит внимание, вникнет в вопрос, который задаёт пророк, заметит, что здесь на самом деле два вопроса. Что говорили эти люди и откуда пришли к тебе? Только что непонятно здесь, это порядок вопроса. Ведь сначала я спрашиваю, откуда пришли к тебе люди, а после этого я перехожу к подробностям, теперь скажи мне, что они тебе сказали. Я не начинаю с того, что они тебе сказали, а после этого - откуда они пришли к тебе. Это вещь, противоречащая логике. Ещё одно: он отвечает ему, что они пришли к нему из земли далёкой. Ответ таков: и сказал Хизкияу: из земли далёкой пришли ко мне, из Вавилона. Простите меня, но это оскорбление интеллекта Йешаяу. Ведь если ты спрашиваешь меня, откуда они пришли, я говорю тебе: из Вавилона. Йешаяу уже знает, Вавилон далеко или близко. Зачем говорить ему "из земли далёкой, из Вавилона"? Если бы ты сказал мне место, название которого ты не упоминаешь, ты говоришь мне "из земли далёкой", ладно, я понял. Но раз уж ты говоришь мне место, зачем тебе говорить мне, далеко или близко? Спрашивает тебя, откуда, говоришь ему: из Америки, издалека. Америку я знаю, далеко это или близко. Что это - "из земли далёкой пришли ко мне, из Вавилона"? Каково здесь ударение? Говорит Мальбим: Йешаяу приходит и упрекает его в двух вещах, в которых он согрешил. Первое: за то, что он сказал, что знамение было ради меня, не ради народа Израиля, я люб в глазах Всевышнего, Святой, благословен Он, творит мне чудеса, ради меня Святой, благословен Он, подвинул солнце на 10 ступеней назад. Второй грех: зачем ты пошёл показывать им свои сокровища? Поэтому он спрашивает его сначала: что говорили эти люди? Смысл здесь, собственно, спросить его сначала о знамении. Скажи мне, что они спросили, что ты им ответил? И ещё он спрашивает его: показал ли ты этим людям свои сокровища, свои хранилища? Ведь эти люди опасны, эти люди могут получить аппетит, прийти со своим войском и захватить добычу. Как ты пошёл показывать им такое? Итак, второй вопрос, собственно, лёгкий, потому что первый вопрос - тяжёлый. Как могло быть, что ты пошёл и похвалился, и возгордился, и сказал, что всё чудо и знамение, что Святой, благословен Он, подвинул солнце, всё ради тебя? И это действительно вопрос большой и огромный. Ещё вопрос также: не думаешь ли ты, что неразумно делать то, что ты сделал, идти рассказывать им и показывать им свои сокровища? И особенно потому, что, если вы обратили внимание, мы упоминали также прежде, что фактически, когда он упоминает, что Всевышний совершил чудо ради меня, что он, собственно, говорит? Я здесь великий. Тогда что они из этого делают вывод: нужно дождаться, пока он умрёт, и мы, когда его сын будет здесь, мы уж завоюем царство. Потому что с ним есть проблема, он приближён к Творцу мира. Так, ладно, всё время, пока ты здесь, естественным путём они не придут, они не пойдут на риск. Но когда ты умрёшь, они придут и завоюют царство. Так действительно и было в конце концов. Теперь, если бы ты сказал, что это потому, что народ Израиля люб в глазах Всевышнего, то они сказали бы: не стоит связываться с этим народом, тогда они вообще не пришли бы. Но тем, что ты присвоил себе достоинство, мы объяснили этим, ты фактически стал причиной того, что они придут и завоюют твоих сыновей, как вскоре он скажет это более явно. И поэтому он приходит и спрашивает его, первый вопрос - что они тебя спросили и что ты им ответил, ведь это дело знамения, которое было здесь наиболее критическим делом во всей истории, а второй вопрос - вопрос второстепенный, откуда пришли к тебе эти люди, имеется в виду: ты не опасаешься, что они придут развязать против тебя войну? Хизкияу очень хорошо понял вопросы. Хизкияу был царём праведным, Хизкияу был царём мудрым, он очень хорошо понял вопросы пророка Йешаяу и понял также упрёк, который в них есть. И поэтому обратите внимание, от первого вопроса он уклоняется. Вопрос, который снова говорит: зачем ты пошёл рассказывать, что знамение по твоей заслуге, на это у него нет ответа. Нет у него ответа на это, это действительно поймало его на проступке. И поэтому на это он не отвечает. На второй вопрос он отвечает ему: ты говоришь, ты подверг себя опасности, здесь есть люди, которые придут завоевать царство? Говорит ему: нет-нет-нет, из земли далёкой пришли ко мне, из Вавилона. Теперь поймите, почему он удваивает. Он говорит ему: они пришли ко мне из Вавилона. С Вавилоном до сего дня у меня не было проблемы, поскольку до сего дня не было мне угрозы от Вавилона, он для меня как земля далёкая. Как земля, от которой нет риска. А если от неё нет риска, то не нужно начинать поднимать опасения, что завтра придут завоевать тебя. До сего дня у меня не было проблемы, это для меня как земля далёкая, значит, нет места опасаться, и поэтому я показал им свои сокровища. В этом моменте у него как бы было некое оправдание. "И сказал: что видели они в доме твоём? И сказал Хизкияу: всё, что в доме моём, видели, не было ничего, чего бы я не показал им в хранилищах моих." Теперь он приходит и спрашивает снова об этом моменте, на который он всё же ответил ему, на него он всё же ответил ему. Спрашивает его: что видели в доме твоём? И тогда он говорит ему: слушай, поскольку, по моему пониманию, они из земли далёкой, то есть ли препятствие показать им что-то? Есть ли препятствие показать им мои сокровища? Они не придут, они из земли далёкой. И поэтому он говорит ему: не было ничего, чего бы я не показал им в хранилищах моих. Всё я показал им, потому что нет никакого места опасаться, ведь эти люди из земли далёкой.
"И сказал Йешаяу Хизкияу: выслушай слово Всевышнего воинств. Вот наступают дни, и будет унесено всё, что в доме твоём и что накопили отцы твои до сего дня, в Вавилон, не останется ничего, сказал Всевышний. И из сыновей твоих, которые произойдут от тебя, которых ты родишь, возьмут, и будут они евнухами во дворце царя Вавилона." Он говорит ему: знай, хотя сейчас тебе кажется, что эти люди приходят из земли далёкой, они вообще не связаны здесь, не нужно их опасаться. Говорит ему: смотри, что ты вызвал. Вот наступают дни, и будет унесено всё, что в доме твоём. Унесут всё, что в твоём доме. Они увидели твои сокровища, и через это они пробудились прийти, чтобы завоевать тебя. Пока в конце концов не заберут всё. Заберут всё. Как ты сказал: не было ничего, чего бы я не показал им в хранилищах моих, не будет ничего, чего бы они не взяли из твоих хранилищ. Заберут всё. И не только всё, но и твоих сыновей. И будут они евнухами во дворце царя Вавилона. Кто это? Говорит Раши: Ханания, Мишаэль и Азария. Это потомки царского рода, и их тоже возьмут.
Ответ и реакция Хизкияу поразительны. "И сказал Хизкияу Йешаяу: хорошо слово Всевышнего, которое ты сказал. И сказал: ибо будет мир и истина в дни мои." Прежде всего, что тут такого хорошего? Сейчас он сказал ему проклятие. А концовка гораздо тяжелее, это звучит очень-очень эгоистично. То есть в мои дни будет в порядке, а мои дети запутаются, я спокоен. Если ты сказал бы только мне, то это в порядке. И уж наверняка такое не приходит на ум сказать о простом человеке, тем более о праведном царе, как Хизкияу, тем более когда он знает, что беда, которая придёт на его сыновей, приходит по его вине. Так как же он может сказать: мир тебе, душа моя? Так давайте теперь поймём, что здесь написано. Говорит Мальбим: Хизкияу признал, что он поступил неразумно. Что он ошибся в том, что сделал, и он признал, что то, что говорит Святой, благословен Он, слово Всевышнего, очень хорошо. Первое: со стороны мудрости, что в этом. Смысл этого, как мы сказали, Святой, благословен Он, не наводит на тебя наказание, что ты сварил, то ты и съешь. Что ты сварил? Приглашение атаки, ты получишь эту атаку. Неизбежно они придут и завоюют тебя, и это от твоей глупости, ты не можешь жаловаться на кого-то другого. Это ты сделал, в этом ты виноват. И также со стороны справедливости и наказания, со стороны справедливости и правды как наказание. Поскольку я возгордился, и поскольку я поступил не по воле Всевышнего, мне также полагается наказание. Итак, первое: я навлёк это на себя, мне не на что жаловаться. Второе: я также достоин наказания от Всевышнего. И если так, он говорит, эта вещь хороша, слово Всевышнего. Имеется в виду, он оправдывает на себе Небесный суд. Истина и справедливость есть в этом суде, я не ропщу на этот тяжёлый приговор. Теперь обратите внимание, говорит Мальбим, есть разница между приговором к добру и приговором к злу. Это вещь, которую мы изучали уже несколько раз прежде. Приговор к добру неизбежно осуществится. Он не зависит и не обусловлен хорошим поведением, он не обусловлен изменением поступков. Приговор к добру осуществится. Напротив, приговор к злу не обязательно осуществится. Приговор к злу может быть таким, что в конце концов народ раскается, и приговор не осуществится. Такое видим много раз у пророков, и так же говорит Рамбам: когда хотят проверить пророка, пророк ли он истинный, говорят ему: скажи о добром деле, что оно осуществится через определённое время. Не говорят ему: скажи о злом деле, потому что если он скажет, что через две недели разразится война, а война не разразилась, он всегда сможет сказать: они раскаялись, поэтому война не разразилась. Но если он скажет, что через две недели будет то-то и то-то, какое-то огромное изобилие, и это не придёт, что он скажет? Нет, что он скажет, изменили свои поступки? Святой, благословен Он, не сожалеет, Он не отступает от доброго обещания, которое обещает. Кроме одного случая, который был с Эли и домом Эли, однажды мы говорили об этом, не будем в это входить. Но обычным образом Святой, благословен Он, не отступает от обещания к добру. Теперь давайте обратим внимание, что здесь написано. Здесь два приговора. Один к добру и один к злу. Приговор к злу - это придут враги на твоих сыновей. Теперь скажите мне, приговор к злу неизбежно осуществится? Нет. Потому что может быть, что мои сыновья выправят свой путь, может быть, что они раскаются, может быть, что и я раскаюсь. Приговор к злу не обязательно осуществится. Значит, приговор "придут враги на твоих сыновей" - от этого я меньше обеспокоен. Его можно отменить. После этого "и сказал: ибо будет мир и истина в дни мои". Есть приговор к добру. Что сказал Святой, благословен Он? Из этого высказывания "придут враги на твоих сыновей", в твои дни не будет зла. Теперь это приговор к добру или к злу? Наверняка к добру, ведь Он обещает мне, что в мои дни будет мир. От этого Святой, благословен Он, отступит или нет? Наверняка не отступит. Так обратите внимание, как чудесно. Я здесь получил обещание, что во все мои дни не придёт зло, и от этого Святой, благословен Он, наверняка не отступит. "И сказал: ибо будет мир и истина в дни мои", это обещание очень чудесное. Это обещание, от которого Святой, благословен Он, не отступит, за это я благодарю и восхваляю Всевышнего. Да, но есть также излишек, который говорит, что в дни твоих сыновей будет беда. Говорит: а, хорошо, от этого я меньше обеспокоен. Не потому, что это не касается меня, а потому, что это приговор к злу, а от приговора к злу Святой, благословен Он, может отступить. И если мои сыновья раскаются и исправят свои поступки, то приговор действительно не осуществится. И поэтому, если так, в итоге, что здесь обещано? Добро. Зло не совсем обещано. Значит, это наверняка причина радоваться. Я рассказывал вам однажды, что один был у врача, а после этого пошёл к своему ребе, к адмору, начал плакать. Плачет, плачет. Спрашивает его адмор: чего ты плачешь? Говорит ему: я сейчас был у врачей, он сказал мне, что три месяца, всё, три месяца он обещает мне, не больше. Говорит ему: радуйся! Мне не обещали даже одного дня. Кто обещает тебе одно мгновение? Говорит: здесь тебе обещали три месяца жизни, как чудесно, радуйся. Это то, что называется приговором к добру. Может ли кто-то обещать тебе минуту? Мгновение может обещать тебе? Молодец этот врач, щедро, обещал тебе три месяца. Говорит: человек, которому обещают такое доброе обещание, что мир и истина будут в мои дни, если это исходит от Всевышнего, я спокоен. Это обещание очень чудесное. А злой приговор, Всевышний поможет, раскаются и изменят тот приговор лишь к добру.