В этой части главы мы подходим к переломному моменту: после того как пророк описал злодеяния Израиля и их измену Всевышнему в притче о блуднице, бегущей за своими любовниками, он подводит итог: всех тех, на кого вы полагались, развеет ветер, и только уповающий на Б-га унаследует землю. И отсюда пророк начинает совершенно новую тему: великий призыв к тшуве, «Прокладывайте, прокладывайте, расчищайте путь!», и сокрушительный ответ на все доводы, которые дурное влечение выставляет перед возвращающимся к Б-гу.
בְּזַעֲקֵךְ יַצִּילֻךְ קִבּוּצַיִךְ וְאֶת כֻּלָּם יִשָּׂא רוּחַ יִקַּח הָבֶל וְהַחוֹסֶה בִי יִנְחַל אֶרֶץ וְיִירַשׁ הַר קׇדְשִׁי׃ - Когда ты возопишь, пусть спасают тебя сборища твои! Но всех их унесет ветер, развеет дуновение, а уповающий на Меня унаследует землю и овладеет святой горой Моей.
Кто же это, кто уповал на Владыку мира? Царь Хизкиягу. Он положился на Всевышнего, и Всевышний внял его молитве, истребил все войско Санхерива и спас Иерусалим. Вот и подтверждение: «А уповающий на Меня унаследует землю и овладеет святой горой Моей», где святая гора - это Иерусалим.
Радак объясняет: хотя эти слова непосредственно относятся к истории с Ассирией и Хизкиягу, это урок для всех ситуаций, когда народ Израиля уповает на внешние силы, помимо Святого, благословен Он. В конечном счете всякий, кто уповает на них, падает, а «уповающего на Г-спода окружает милость». И на протяжении истории мы не раз видели, что все союзники, на которых надеялись, неизменно разочаровывали. Когда-то уповали на французов: Государство Израиль тогда все перенимало у Европы - французские фильмы, самолеты «Мираж», все французское, пока де Голль не отвернулся от нас, и мы не поняли, что не оттуда придет избавление. Затем обратились к Америке: вот он, «старший брат», который нам поможет и защитит. А в итоге сидит американский президент, закинув ноги на стол, и диктует премьер-министру условия: освобождайте заключенных, делайте то, делайте это, а теперь заключают соглашение с иранцами: «все будет хорошо, не волнуйтесь, только не атакуйте». На них вы будете полагаться? Они спасут вас в час беды?
Всевышний говорит: все наши иллюзии рассеялись. Все те, на кого мы надеялись, оказались бессильны. Так сокрушается Ирмеягу в свитке Эйха: истомились глаза наши в ожидании помощи, но надежда наша была тщетой. До самого конца они были уверены, что Египет придет на выручку. Это напоминает людей поколения потопа: вода уже покрывает кроны деревьев, а они рассуждают: «Да, ситуация исключительная, но сейчас все прекратится, сейчас буря утихнет». Это как оркестр на «Титанике», играющий до последней минуты, когда воду уже вычерпывают ведрами. Так и мы все еще надеемся, что народы мира нам помогут. Всевышний говорит: всех их унесет ветер, развеет пустота. Почему же вы не полагаетесь на Владыку мира?
Один свидетель рассказывал о совещании в Генеральном штабе, где подводили итоги операций в Газе - «Нерушимая скала» и «Литой свинец», - во время которых происходило множество явных, великих чудес. Встал один высокопоставленный офицер, соблюдающий еврей, и сказал: «Господа, у нас нет другого объяснения произошедшему. Это было просто явное чудо. Мы видели чудеса на каждом шагу». И здесь уже подробно говорилось о солдатах, которые видели это собственными глазами. И самое поразительное, по его словам, что в зале воцарилась тишина, никто не возразил. Вы даже не представляете, какой это переворот: ведь армия вся построена на постулате «сила моя и крепость руки моей» - тактика ЦАХАЛа, мощь ЦАХАЛа, оружие, разведка. Этой концепцией там живут круглосуточно. И вдруг звучат такие слова, а все молчат. Чтобы они открыто это признали, должно пройти еще лет двадцать. Но само их молчание - уже огромный шаг вперед, чудо, ничуть не меньшее, чем чудеса на поле боя.
В Америке вполне естественно, когда после военной победы президент заявляет: мы благодарим Господа Бога за помощь. И это говорится не в упрек народу Израиля, ведь американцу легко произнести слова благодарности - это его ни к чему не обязывает. Но еврей понимает: стоит ему открыто признать Б-га, как от него тут же потребуют ответа: а как же соблюдение Шаббата? Ты говоришь: «Спасибо, Владыка мира», а что дальше? Еврею сделать это несравнимо сложнее, ведь Всевышнему не нужны пустые слова: как ты собираешься жить после этого признания, неужели по-прежнему? И все же тот факт, что подобные слова звучат вслух и воспринимаются молчаливым согласием, по оценке людей, отдавших армии долгие годы, является колоссальным сдвигом. Все осознают: всех их унесет ветер, развеет пустота, и лишь уповающий на Меня унаследует землю.
Мальбим продолжает притчу, начатую пророком: ты ведь пошла блудить с чужими, а теперь, оказавшись в беде, ждешь, что они придут и спасут тебя. Это прямое продолжение притчи: подобно распутнику, не имеющему к блуднице никаких чувств, кроме стремления утолить страсть, так и народы, когда вы думаете, будто заключили союз с Египтом или Ассирией, и им действительно есть до вас дело, при первой же возможности отвернутся от вас. Им нужна была лишь временная выгода, и они получили ее от вас, как от блудницы.
И где же проверка? В час, «когда ты возопишь». Закричи сейчас и посмотри, окажутся ли рядом в трудную минуту все те, кто льстил тебе и заискивал перед тобой. Всех их унесет ветер, развеет пустота, и тогда откроется, что они стремились лишь использовать нас, даже не помышляя об искреннем союзе. Ты увидишь, что они ничтожны и в них нет никакой опоры.
Мальбим различает понятия «йеруша» (наследование) и «нахала» (удел, наследие). «Йеруша» выражает переход имущества от наследодателя к наследнику, когда прежний владелец опустошается и становится «раш» (бедным, нищим). Поэтому это действие и называется «йеруша»: отдающий лишается имущества, и в силу этого его получает наследник. Отсюда и выражение «лишить владения многие народы» («ле-ориш гоим рабим»): победа над врагами названа словом «hораша», что означает разорить врага, сделать его нищим («раш») и отнять его землю. Точно так же и в случае смерти человека: покойный словно остается ни с чем, оставляя свое достояние тем, кто приходит после него.
«Нахала» же, напротив, означает преемственность: человек владел чем-то и передает это своим детям как продолжение, оделяя свое потомство («леhанхиль ле-заро»). Поэтому корень «нахала» употребляется и в нематериальных, абстрактных вопросах: «унаследовали неразумные глупость» («нахалу фтаим ивелет»), «лишь ложь унаследовали отцы наши» («ах шекер нахалу авотейну») - в понятиях разума и убеждений. Мы находим и применение слова «йеруша» к уделу («нахала»), как сказано: «всякая дочь, наследующая удел» («йорешет нахала») - то есть об уделе можно применить и термин наследования; однако о лишении народов владения («ле-ориш гоим») никогда не говорится словом «леhанхиль».
И здесь оба этих выражения приведены вместе: «получит в удел землю и унаследует Мою святую гору» («йинхаль эрец ве-йираш hар кодши»). Мальбим объясняет: человек не просто получит землю как удел («нахала»), переходящий от отцов, но и лишит владения народы, живущие на ней, сделает их нищими («рашим»), заберет их землю и унаследует Мою святую гору. Пророк всегда идет по восходящей, от меньшего к большему: человек удостоился одного, получил сверх того и второе, и даже третье. Сначала они получат во владение землю, как унаследовали от отцов, но кроме того, они изгонят народы, сидящие на святой горе, и овладеют Моей святой горой, чей уровень выше всей остальной земли. Ведь «земля» говорит обо всей Стране в целом, а «Моя святая гора» - о Храмовой горе и месте Храма, которое несравненно более возвышенно.
וְאָמַר סֹלּוּ סֹלּוּ פַּנּוּ דָרֶךְ הָרִימוּ מִכְשׁוֹל מִדֶּרֶךְ עַמִּי׃ - «И скажет: прокладывайте, прокладывайте, расчищайте путь, уберите преткновение с пути Моего народа!»
Раши поясняет: так говорит пророк от Моего Имени Моему народу - проложите мощеную дорогу, уберите дурное побуждение (йецер hа-ра) со своего пути. Что это за препятствие? Это йецер hа-ра. А что значит «прокладывать»? Идти по вымощенному пути, где дурное побуждение не заставит споткнуться. «Уберите преткновение» - это камни, служащие помехой на дороге, то есть нечестивые помыслы. Ведь если человек размышляет о грехе, в итоге он доходит до самого греха; сам грех - это падение, а помысел - препятствие, западня и камень на пути. Убери же препятствие, отдали от себя греховные мысли - и ты не дойдешь до самого совершения греха.
Радак объясняет, что это продолжение сказанного выше: «и унаследует Мою святую гору» - кто? Тот, кто уповает на Меня. И этот уповающий на Меня человек скажет, когда враг будет разбит и падет перед ним: прокладывайте, расчищайте путь! То есть препятствия, бывшие на дороге, устранены. До сих пор народ Израиля не мог прийти в Иерусалим, потому что враг преграждал им путь, а теперь помеха устранена, и еврейский народ может идти: уповающий на Вс-вышнего получит во владение землю и унаследует Его святую гору.
Относительно толкования слова «солу» (мостите, прокладывайте) мнения разошлись. Радак объясняет, что дорогу мостят, укладывая камни, чтобы по ней можно было пройти. В наши дни кладут асфальт, но на дорогах древности, как и в более поздние времена в развитых странах вроде Англии, выкладывали булыжник, по которому ехали повозки. А Таргум Йонатан толкует наоборот: дорогу расчищают, убирая с нее камни, чтобы проходящие люди не спотыкались. Иными словами, даже если это грунтовая или гравийная дорога, на которой торчат камни, их необходимо убрать.
Мальбим указывает, что здесь начинается новая тема. Выше, в 55-й главе, пророк говорил о раскаянии (тшуве); с 56-й главы и до сих пор он описывал порочность их поступков, уподобив народ распутной женщине и показав всю глубину их падения; а теперь он обращается к ним: проложите новый путь, вернитесь к Вс-вышнему! Таков путь проповедника, пробуждающего народ: сначала он должен перечислить их прегрешения, как это делали пророки, ведь только когда люди осознают: «мы согрешили, совершили беззаконие, восстали», появляется возможность говорить с ними о тшуве. Сказано: «Вот Я сужусь с тобою за то, что говоришь: "не согрешила я"» - величайший грех заключается в утверждении «я не виновен». И после того как пророк обличил их грехи, можно говорить о раскаянии - о том, что Вс-вышний прокладывает путь, чтобы принять грешников, возвращающихся к Нему.
Здесь использованы три выражения, соответствующие трем состояниям. «Прокладывайте, прокладывайте» («солу, солу») - проложите новую дорогу там, где ее вовсе не было; это относится к тем, кто никогда не шел по пути Вс-вышнего и кому нужно прокладывать его с нуля, либо к совершенно разрушенной дороге, которую требуется восстановить. «Расчищайте путь» («пану дэрех») - дорога существовала, но по ней давно не ходили, и на ней скопились препятствия: «вся она заросла колючками, крапива покрыла ее». Тем, чей путь пришел в запустение, говорят: расчистите дорогу и приведите ее в порядок заново. «Уберите преткновение с пути Моего народа» («hариму михшоль ми-дэрех ами») - относится к случаю, когда дорога в целом исправна, но на ней есть отдельные помехи. Это люди, которые не сошли с истинного пути, они все еще идут по нему, однако допускают частные ошибки или небрежность в исполнении отдельных заповедей. Им не требуется расчищать весь путь («пану дэрех»), ведь они не оставили его и он не загроможден непреодолимыми препятствиями, а лишь затруднено движение; и им сказано: уберите препятствие, исправьте частные детали ваших поступков.
כִּי כֹה אָמַר רָם וְנִשָּׂא שֹׁכֵן עַד וְקָדוֹשׁ שְׁמוֹ מָרוֹם וְקָדוֹשׁ אֶשְׁכּוֹן וְאֶת דַּכָּא וּשְׁפַל רוּחַ לְהַחֲיוֹת רוּחַ שְׁפָלִים וּלְהַחֲיוֹת לֵב נִדְכָּאִים׃ - Ибо так сказал Высокий и Превознесенный, Обитающий вовеки, и Свято имя Его: на высоте и во святости Я обитаю, но также и с сокрушенным и смиренным духом, чтобы оживлять дух смиренных и оживлять сердце сокрушенных.
Раши объясняет: «На высоте и во святости Я обитаю» - обитель Моя на небесной вышине и в святости. Казалось бы, какое дело Тому, Кто пребывает столь высоко, до созданных из праха, живущих здесь, внизу? Но говорит Святой, благословен Он: несмотря на это, оттуда Я взираю на сокрушенного и смиренного духом и склоняю Свое Присутствие к нему. К смиренному и угнетенному - именно к нему Я низвожу Свою Шхину. А «смиренные», говорит Раши, - это обездоленные, страдающие от нищеты и болезней, и о них говорит Святой, благословен Он: вместе с ними Я обитаю.
Радак поясняет: «Шохен ад» (Обитающий вовеки) - Святой, благословен Он, существует во веки веков, вечно. А слово «шохен» (обитающий) указывает на постоянное пребывание на одном месте. То есть Святой, благословен Он, неизменно пребывает здесь, в этом мире, и непрестанно присматривает за Своими творениями: «Я обитаю с вами» - от того же корня, что и «Мишкан». «И Свято имя Его» - подобно тому, как серафимы возглашают: «Свят, Свят, Свят», так нарекают Его.
И каково значение слова «кадош» (святой)? Возвышенный и обособленный, отделенный. Святой, благословен Он, свят - то есть возвышен и отделен от нас. И вся суть освящения себя («леиткадеш») - это отдалиться, отделиться. Формула бракосочетания «Вот, ты посвящаешься (мекудешет) мне» означает: «ты отделена для меня ото всего мира, чтобы принадлежать исключительно мне». К слову, именно поэтому слово «кдеша» (блудница) внешне кажется противоположностью святости («кадош»), хотя трудно понять, как столь противоположные понятия происходят от одного корня. Но суть одна: святость («кдуша») отделена от материальных дел и возвышена для служения Всевышнему, а блудница («кдеша») тоже обособлена и отделена - она отделила и посвятила себя разврату. Слово «кадош» всегда означает обособленный. «Освятивший нас» («ашер кидшану») - означает, что Творец возвысил и отделил нас от материального мира посредством соблюдения заповедей. Так же и «Свято имя Его» - Святой, благословен Он, возвышен и бесконечно далек от всех созданных из праха.
И что же говорит Святой, благословен Он? «На высоте и во святости Я обитаю» - Моя обитель в вышине, и с теми, кто свят, Я пребываю. Но хотя Я обитаю на высоте и во святости, в мире небесных сфер и в мире ангелов, а не здесь, в нижнем мире, это вовсе не мешает Мне обитать и с обитателями низа: «но и с сокрушенным и смиренным духом». И даже когда ты видишь праведника в беде, не думай: «Он в беде, Всевышний оставил его» - не ошибайся! Хоть народ Израиля и находится в изгнании, говорит Святой, благословен Он: Я обитаю на высоте и во святости, но в равной мере пребываю с бедняком и смиренным духом, и с сокрушенным сердцем нахожусь рядом.
Есть известная притча об истории человеческой жизни: человеку казалось, будто он идет по песчаному берегу, и на всем протяжении пути видит рядом с собой вторую пару следов - из чего он понимал, что Святой, благословен Он, всегда идет рядом с ним: «Господь - тень твоя по правую руку твою». Но был у него один мучительный вопрос: «Владыка мира, почему именно в самые трудные времена, в периоды тяжелых кризисов, я видел на песке лишь одну пару следов и не видел второй пары рядом? Почему именно тогда Тебя не было со мной?» И ответил ему Святой, благословен Он: «Знай, сын Мой, что именно в самые трудные времена Я был с тобой особенно близко. И если ты удивляешься, почему видел лишь одну пару следов, знай, что это Мои следы, ибо в те времена Я нес тебя на руках». То есть когда человек находится в беде, именно тогда он пребывает со Всевышним на самом высоком уровне близости. Точно так же, видя народ Израиля униженным и сокрушенным, не следует думать, будто это знак оставленности Всевышним. Напротив: «С ним Я в беде».
Мальбим объясняет, что здесь, после того как пророк потребовал от них вернуться в тшуве и проложить путь исправления - каждому по мере его собственного уклонения, сыны Израиля выдвигают три довода. И именно они выражены в трех эпитетах стиха.
Первый довод: «Высокий и Превознесенный» («Рам ве-ниса»). Тяжесть греха всегда измеряется тем, против кого он совершен. Не сравнить того, кто рассердил лавочника, с тем, кто прогневал главу поколения, и тем более это несравнимо - с бесконечным разделением - с тем, кто прогневал Владыку мира. И если так, мы согрешили перед Всевышним, а Он Высок и Превознесен - как вообще возможно искупить подобное? Ведь такой грех не может быть прощен вовек! Дурное побуждение («йецер а-ра») проявляет немало изобретательности, придумывая подобные аргументы, лишь бы человек не сделал тшуву. А что особенно примечательно в этом доводе? Он еще и льстит человеку, давая ему ощущение собственной праведности: «Вы просто не представляете, Кто такой Владыка мира, а вот я постиг, я осознаю Его величие! А когда понимаешь Его величие, становится ясно, что тшува здесь неуместна, ведь знаешь ли ты, Кого прогневал?» В итоге человек еще и остается доволен собой.
Второй довод: «Обитающий вовеки» («Шохен ад») - неизменный, остающийся всегда одним и тем же. Выше мы уже упоминали, что в этом состоял один из аргументов философов: как может помочь тшува в отношении Того, Кому не присущи перемены? Святой, благословен Он, неизменен. В нас перемены возможны: мы были молоды и состарились, вчера хотели одного, а сегодня не хотим, прежде не желали, а теперь желаем. Но во Всевышнем нет никаких изменений, и если Он гневается на тебя сейчас, как Он может внезапно перемениться и полюбить тебя? И здесь йецер использует то же самое философское рассуждение: «Это ведь не человек из плоти и крови! Что ты думаешь - сделал тшуву, и дело с концом?»
Третий довод: «Свято имя Его» («Кадош шмо»). Святой, благословен Он, свят и возвышен, и «чем может раб снискать благоволение господина своего»? Разве мыслимо, чтобы я, осквернивший и опустивший себя, имел доступ и возможность исправления перед Тем, Кто столь свят и возвышен?
И в ответ на эти три довода пророк провозглашает: «На высоте и во святости Я обитаю, но и с сокрушенным и смиренным духом» («Маром ве-кадош эшкон ве-эт дака у-шфаль руах»). «На высоте» (маром) - в ответ на «Высокий и Превознесенный»; «во святости» (кадош) - в ответ на «Свято имя Его»; «обитаю» (эшкон) - в ответ на «Обитающий вовеки». И ответ заключается в том, что все эти доводы не только не являются причиной для отрицания тшувы, но совсем наоборот: именно они служат поводом поспешить с раскаянием, будучи уверенным, что твоя тшува будет принята.
На возражение относительно слов «высокий и превознесенный»: напротив, именно в этом и суть. Оттого что Всевышний настолько высок и превознесен, даже небеса не чисты в Его глазах; пред Святым, благословен Он, нет никого, о ком можно было бы сказать, что он абсолютно чист и достоин перед Ним, и даже на небесах есть, так сказать, изъян относительно Него. А раз так, мир вообще не мог бы существовать: «Если грехи будешь хранить, Г-споди, кто устоит?». Как же мир все-таки существует? Именно потому, что соразмерно величию Всевышнего Он принимает тшуву. Получается, пророк отвечает им: Всевышний неизмеримо выше и величественнее, чем ты думаешь, а раз так, ничто в мире не имеет права на существование само по себе; и неизбежно приходится признать, что существование возможно лишь благодаря тшуве и исправлению, ведь иначе весь мир не мог бы устоять перед Его безмерным величием и высотой.
А против довода о неизменности Всевышнего: и здесь тоже справедливо обратное - «ибо не Мои мысли - ваши мысли». Мы уже видели выше, как пророк опровергает это представление. Ты утверждаешь, что в Нем нет изменений, а значит, Он не может сменить гнев на милость. Да, это правда, что в Святом, благословен Он, нет изменений, но ты даже отдаленно не понимаешь замысла Творца мира. И если Святой, благословен Он, говорит, что тшува существует, это верный знак того, что эти две противоположности совмещаются; а если ты не видишь способа их примирить - знай, что тем не менее все обстоит именно так. Почему ты считаешь, что понимаешь больше, чем Владыка мира? В твоем человеческом понимании тот, кто неизменен, не может гневаться вчера и сменять гнев на милость сегодня, но ты и близко не постиг Владыку мира, а у Него это возможно. Таким образом, все эти аргументы лишь доказывают, что Святой, благословен Он, обязательно примет их раскаяние.
«И с сокрушенным и смиренным духом» - тот, кто возвращается к Всевышнему, делает это по одной из двух причин: либо под воздействием страданий, и это - «сокрушенный» (дака), которого Всевышний словно сокрушил страданиями; либо потому, что в нем есть смиренный дух, то есть скромность. Ведь для тшувы необходимо смирение: гордец говорит: «Оставь, какое мне дело?», и не раскаивается; но смиренный признает: «Я был неправ, я поступил дурно» - а это и есть базовое условие тшувы. Поэтому о смиренном духом сказано «чтобы оживлять дух смиренных», а о сокрушенных страданиями сказано «и оживлять сердце сокрушенных». Сердце - это внешний сосуд, тело, страдающее от мучений, а дух - это внутренняя суть, ведь человек, сокрушенный душой, зовется смиренным духом. Так что не отчаивайся: именно в таком твоем состоянии Всевышний ждет твоего раскаяния и принимает его, и твоя тшува необходима, и Всевышний желает ее.
כִּי לֹא לְעוֹלָם אָרִיב וְלֹא לָנֶצַח אֶקְצוֹף כִּי רוּחַ מִלְּפָנַי יַעֲטוֹף וּנְשָׁמוֹת אֲנִי עָשִׂיתִי׃ - Ибо не вечно буду Я вести тяжбу и не навсегда прогневаюсь, когда дух предо Мною изнеможет и души, которые Я сотворил.
Раши объясняет: если Я навожу страдания на человека, Я не посылаю их навечно и не гневаюсь без конца. Когда же Я сниму с него страдания? Когда увижу, что дух, изошедший от Меня, который Я вложил в него, «изнеможет» (яатоф) - то есть признает свою вину и смирится за содеянное вероломство, подобно выражению «изнемогающие от голода», осознав свою ошибку. И когда души, которые Я сотворил, смирятся предо Мною, то есть раскаются в своих дурных поступках, тогда Я укрощу Свой гнев и негодование против него.
Радак поясняет: с давних пор, с того самого дня, как существует народ Израиля, у Меня была с ними тяжба. Ведь уже через сорок дней после дарования Торы они сделали тельца; а в тот самый день, когда был освящен Храм, Шломо уже привел туда дочь фараона. Мы видим, что не было даже передышки, времени, когда они оставались бы праведными. Так же было и с Адамом Ришоном: в тот же день, когда он был сотворен, в тот же день согрешил и в тот же день был изгнан из Ган-Эдена. «С того дня, как они стали Моим народом, и доныне Я был в раздоре с ними» - они грешат, а Я гневаюсь на них. И вот Святой, благословен Он, говорит: не вечно буду Я судиться, эта тяжба и этот гнев не продлятся навсегда.
Из чего же проистекает грех человека? Из каменного сердца в нем. Говорит Святой, благословен Он: Я удалю у Израиля каменное сердце и сделаю так, чтобы они ходили по Моим законам. «Ибо дух предо Мною окутает» - дух в человеке, исходящий от Меня, окутывает и облекает тело, и именно он поведет его прямым путем. Ведь когда человек идет кривым путем, это исходит от тела, от его вожделений, удовольствий и материальных устремлений, тогда как душа всегда влечет к высшему. Говорит Святой, благословен Он: поскольку дух от Меня, именно он принудит тело идти добрым путем, а не так, как сегодня, когда тело увлекает за собой дух и душу за животными страстями. Так не будет вечно, но душам, которые Я сотворил, Я дам неизмеримо большую силу, и благодаря этому «наполнится земля знанием Г-спода, как воды покрывают море». И когда это произойдет? Когда Израиль выйдет из изгнания. И не следует превратно понимать это так, будто исчезнет свобода выбора; речь идет об этапе, когда Израиль уже выйдет из галута и останутся именно те, кто более привязан к Б-гу, и тогда Святой, благословен Он, говорит: Я сниму с них дурные наклонности, страсти и дурные черты характера.
Также Радак приводит слова Таргума: «Ибо не вечно буду Я взыскивать по суду и не навек пребудет Мой гнев, ибо дух мертвых Я возвращу». Согласно Таргуму, слова «дух предо Мною окутает» означают, что Я возвращу дух, дабы он вновь одел тело: душа спустится и вернется в тело, то есть в будущем Я воскрешу мертвых. И это третье толкование.
Мальбим поясняет: иногда Святой, благословен Он, наказывает человека и судится с ним, и об этом сказано «не вечно буду Я вести тяжбу». А иногда Он не наказывает и не судится с ним, но лишь скрывает Свой лик - негодует, гневается и скрывает лицо, и об этом сказано «и не навсегда прогневаюсь»: не будет такого, чтобы Я навечно скрыл Свое лицо и пребывал в гневе на Израиль.
И части стиха (длатот) параллельны друг другу. Мы уже не раз объясняли, что это означает: стих делится на четыре фразы, где первая фраза соотносится с третьей, а вторая с четвертой, и они взаимно дополняют друг друга. Согласно этому стих истолковывается так: «Не вечно буду Я вести тяжбу - ибо дух предо Мною изнеможет», «и не навсегда прогневаюсь - ибо души Я сотворил».
«Не вечно буду Я враждовать, ибо дух от Меня изойдет» - Я не наказываю человека вечно, потому что дух человека исходит от Меня. Как могу Я сокрушать его вечно, ведь дух, входящий в него, исходит от Меня? Человек жалеет творение своих рук, так и Всевышний жалеет творение Своих рук. И раз дух исходит от Меня, не вечно Я буду враждовать с ним и не вечно наказывать его за дурные дела. «И не навсегда прогневаюсь, ибо души Я сотворил» - а гнев, как говорилось, это скрытый гнев, сокрытие Лика. И этого тоже не будет вечно, ведь души Я сотворил, а душа - это частица Б-га свыше, и как же Я смогу гневаться на нее вечно? Подобно тому, как человек щадит дело своих рук, и как было показано Йоне на примере клещевины: «И Мне ли не пожалеть Ниневию, город великий... и множество скота?» Так говорит Всевышний: если дух исходит от Меня и души сотворил Я, разве возможно, чтобы Я вечно гневался на них и вечно помнил их грех? Наступит этап, когда мир будет исправлен, и сокрытие Лика больше не будет постоянным.
Обратим внимание на точность формулировки: здесь сказано «леолам» (вовек) и сказано «ланецах» (навечно). В чем разница между тем, кто говорит: «Я никогда в жизни этого не сделаю», и тем, кто говорит: «Я не сделаю этого навечно»? В разговорной речи это одно и то же, но Мальбим объясняет, что между ними есть принципиальная разница. «Леолам» относится к границам времени - то, что Мальбим определяет как «движущееся время», течение преходящего времени. И это может быть ограничено веком отдельного человека или веком всего этого мира, когда речь идет о периодах в тысячи лет: «Ибо небеса, как дым, рассеются» - пока вместе с небесами, словно дым, не завершится существование этого мира. Или «и будет служить ему вечно» - до конца своего века, как век левитов или век раба, длящийся до юбилейного года. В любом случае, «леолам» всегда находится в рамках времени.
Тогда как «нецах» (вечность) относится к тому, что находится уже над временем - к тому, что определяется как Б-жественное время, время ангелов. Мы уже не раз говорили о том, что существует реальность выше времени, где время не идет. Нам трудно это осознать, но современная наука тоже к этому пришла: Эйнштейн в теории относительности говорит о том, что там, где есть материя, есть время, а там, где материи нет, нет и времени. Теоретически, если посадить ребенка в космический корабль и запустить его со скоростью света, время для него остановится: через двадцать лет корабль вернется, а ребенок останется в том же возрасте. Это можно проверить и сегодня: при приближении к высоким скоростям время замедляется. Конечно, невозможно достичь в точности скорости света, ведь тогда масса обратилась бы в энергию, но по часам видно, что время замедляется. Выходит, что существует реальность, которая находится над временем.
Кстати, об этом уже упоминалось: Эйнштейн опоздал на восемьсот лет, ведь еще Рамбан писал, что время зависит от существования материи - там, где есть материя, есть время, а там, где нет материи, нет и времени. И потому бессмыслен вопрос, чем занимался Всевышний за тысячу лет до сотворения мира, ведь времени тогда просто не существовало. С сотворением мира возникли материя и время; до сотворения мира материи не было, а если не было материи, не было и времени. Получается, что время - это относительная реальность, и когда говорят о вечности («нецах»), имеют в виду реальность вне времени, а Всевышний находится над временем.
И как уже неоднократно объяснялось, когда в книге Даниэля Всевышний назван «Атик Йомин» («Ветхий днями»), это вовсе не означает «старый». Назвать Всевышнего «старым» - грубая ошибка, ведь все старое ограничено временем. «Атик йомин» буквально означает «отстраненный от дней», вынесенный за пределы дней. Все мы находимся в рамках дней, то есть под куполом времени и подчинены ему, но Святой, благословен Он, вынесен за пределы дней - Он выше времени.
В этой части главы мы изучили три важных положения. Во-первых, «всех их унесет ветер, развеет дуновение» - все силы и ложные опоры, на которые уповает народ Израиля, подобны блуду с женщиной, к которой нет подлинной привязанности. Проверка наступает «при твоем вопле», в час беды, и тогда выясняется, что в них нет никакой сути, и только «уповающий на Меня унаследует землю и овладеет Моей святой горой» - получит наследие отцов и унаследует святую гору, ступень которой еще выше. Во-вторых, «прокладывайте, прокладывайте, расчищайте путь» - призыв к тшуве выражен тремя формулировками, соответствующими трем состояниям: тот, у кого вообще не было пути, должен его проложить; тот, чей путь пришел в негодность, должен его расчистить; и тот, кто все еще идет по пути, должен лишь убрать с него преграды - дурные помыслы, ведущие к греху. И в-третьих, три довода дурного побуждения - «Высокий и Превознесенный», «Пребывающий в вечности», «Свято имя Его» - обращаются в доказательство действенности тшувы: именно потому, что Всевышний высок и превознесен, а мир не имеет самостоятельного существования, и именно потому, что «Мои мысли - не ваши мысли», тшува принимается. «И с сокрушенным и смиренным духом обитаю Я» - со сломленным страданиями и со смиренным в кротости. И не вечно Я буду враждовать, и не навечно разгневаюсь, ведь дух исходит от Меня и души сотворил Я, а всякий милует творение своих рук.