Рош ѓа-Шана, глава вторая, мишна вторая. В предыдущей мишне мы учили о цадуким - тех людях, которые не верили в Устную Тору, - что они стремились запутать мудрецов и ввести их в заблуждение относительно того, в какой день наступает новомесячье, и нанимали лжесвидетелей, которые давали бы показания, будто видели новую луну.
В том же ключе продолжает вторая мишна и рассказывает о способе, который был принят для оповещения жителей диаспоры о том, в какой день наступает новомесячье. Этот способ действовал почти мгновенно, но и в него вмешались и испортили его.
Текст мишны:
"Бе-ришона ѓаю масиин масуот" - вначале зажигали факелы на вершинах гор, и таким образом оповещали диаспору очень быстро, в течение считанных минут, о том, когда был освящён месяц.
Порядок был таков: факелы зажигали только тогда, когда новомесячье выпадало на тридцатый день предыдущего месяца, то есть когда месяц был в двадцать девять дней. Огни зажигали в ночь после освящения, то есть в ночь между тридцатым и тридцать первым днём.
"Мишекилькелу ѓа-кутим":
Кутим - это самаритяне - они тоже не верили в Устную Тору. Они зажигали сигнальные огни даже в те дни, когда суд устанавливал новомесячье на второй день, и с того момента, как произошла эта порча, сигнальные огни стали ненадёжными.
"Ѓиткину шейѓу шлухин йоцъин":
Когда возникла эта помеха, мудрецы должны были ввести постановление: уполномоченные посланцы отправлялись в диаспору, чтобы оповестить, в какой день наступило новомесячье. Само собой, этот путь занимал много времени.
Отсюда возникла необходимость, чтобы в диаспоре соблюдали два дня йом това, ведь посланцы не успевали прибыть вовремя, и жители диаспоры не знали в срок йом това, какой день на самом деле был новомесячьем.
Подведём итог: в этой мишне мы учили о двух способах оповещения диаспоры об освящении месяца: сначала зажиганием сигнальных огней на вершинах гор, которые оповещали быстро; а когда кутим испортили это и стали зажигать огни даже не в положенное время, мудрецы постановили, что в диаспору будут выходить посланцы. Из-за задержки, связанной с этим посланничеством, жители диаспоры были обязаны соблюдать два дня йом това.