Микваос, глава 8, мишна 4. Наша мишна излагает основное правило о туме шихвас зера: только у еврея она несёт туму, а у нееврея тумы нет вовсе. Мишна показывает это правило с двух противоположных сторон, а затем добавляет два практических случая, в которых твила оказывается бесполезной из-за подготовки, которой человек пренебрёг заранее.
Нееврейка и еврейка
«Овэдэс кохавим шеполетес шихвас зера миЙисроэль, тмеа». Нееврейка, которая была близка с евреем, и тело которой затем извергло эту шихвас зера в то время, когда она ещё считается годной (срок, определённый в предыдущей мишне), становится тмеа. Сама она стоит вне обычной системы тумы и таhары, однако то, что вышло из неё, произошло от еврея, а шихвас зера еврея передаёт туму прикосновением.
Здесь стоит отметить различие. Её собственная тума в этом случае, только миде-рабанан. Но всякий другой, кто соприкоснётся с этой шихвас зера, принимает туму на уровне де-орайса, потому что само это вещество несёт настоящую тору-ную туму.
Обратная ситуация даёт обратную hалаху. «Бас Йисроэль шеполетес шихвас зера меовэд кохавим, тhора». Еврейка, которая была близка с неевреем, и тело которой затем извергло эту шихвас зера, остаётся тhора, даже в тот промежуток времени, когда подобное извержение в других случаях ещё считалось бы годным. Объяснение простое: у шихвас зера нееврея нет никакой тумы вообще, значит, здесь нет ничего, способного передать туму.
Твила без предварительного очищения
«hа-иша шешимша бейса, ве-йарда ве-тавла, ве-ло кибда эс hа-байис, кеилу ло тавла». Женщина, которая была в близости, а затем спустилась и окунулась, не очистив прежде себя от остатков, которые могли задержаться в её теле: её твила ничего не даёт, и её считают так, будто она вовсе не окуналась. Опасение в том, что впоследствии из неё выйдет эта шихвас зера и снова сделает её тмеа, прикосновением и переносом. Поскольку причина тумы находилась в её теле в момент твилы, на такое окунание полагаться нельзя.
Бааль кери, который не помочился
«Бааль кери шетаваль ве-ло hитиль эс hа-майим, кешеятиль эс hа-майим, тамэ». Мужчина, у которого случилось кери, и он окунулся, но перед твилой не помочился, становится тамэ тогда, когда позже помочится. Причина в опасении, что внутри него остались следы кери, и при мочеиспускании они выйдут наружу и сделают его тамэ через прикосновение к шихвас зера. Эта тума только миде-рабанан, и значение она имеет лишь в отношении трумы.
«Рабби Йосе омэр: бе-холе у-ве-закен, тамэ; бе-йелед у-ве-бари, таhор». Рабби Йосе ограничивает это постановление. Если речь о человеке больном или пожилом, мы действительно опасаемся, что вышло не всё, и он тамэ. Но если речь о молодом, здоровом и полном сил, мы полагаем, что извержение вышло с полной силой и никаких остатков не задержалось, и потому он остаётся таhор.